Глава 21.

Плейлист к главе:

Honors- On Again

Egor Grushin- Loss

Phoria- Loss

Мне многого в жизни не надо, лишь здоровья близким и крупицу счастья. Поэтому, когда вся эта связь с Антоном обрушилась на меня, я никак не могла избавиться от чувства приближающейся катастрофы. Знаю, что за все в мире нужно платить но, возможно, у судьбы иные планы и она просто решила сделать меня счастливой. Наши отношения напоминали сценарий романтического фильма, конец которого должен был закончиться фразой: " ... и жили они долго и счастливо! ". Что ж, в таком случае, не буду отказываться от подарка судьбы и приму его должным образом.

​ ​ ​ Я успешно сдала второй экзамен. Антон, как и обещал, не отвлекал меня в дни подготовки. Нам обоим хватило прошлого раза, чтобы оценить степень ответственности. Я безумно скучала, но понимала, что это не навсегда. " Разлука- ветер. Любовь- огонь. Слабую- гасит. Сильную- раздувает. "- очень правильные слова, на мой взгляд. Вот и мою раздуло до неведомых границ. Я считала часы до встречи с Антоном. В эти дни он был очень занят, поэтому не всегда удавалось говорить по телефону. Встретиться мы смогли только после третьего, сданного мной, экзамена.​

​ ​ ​ Решив посвятить целые сутки друг другу, мы одолжили катер у Володи, который после трехчасового плавания по руслу, пришвартовали на другом берегу реки. Нам посчастливилось найти укромное место для проведения пикника. Вокруг не было ни души, что позволяло чувствовать себя расслабленными, не опасаясь быть замеченными за проявлениями любви. Солнце, пляж, гастрономические изыски нашего пикника и его сильные руки, не отпускавшие меня ни на минуту- рай, в котором были только мы.

​ ​ ​ Я не любительница плавать на дальние расстояния, даже за буйки никогда не заплывала. Паника, испытываемая мной во время плавания в водных просторах, накрывала стремительно. Мне всегда казалось, будто кто- то сможет утащить меня на дно, хотя и понимала, что такой вариант мало вероятен. Все же, страх был, побороть который я так и не смогла.​

​ ​ ​ Антон, вернувшись с очередного заплыва, выходил из реки, направляясь ко мне. Капли воды стекали по рельефному торсу, очерчивая каждый кубик на животе. Достаточно было одного поцелуя Солнца, как его кожа приобрела более смуглый оттенок, не краснея при этом. Смотря на него, я представляла, как мы будем купаться в лучах в наш медовый месяц на берегу океана. Как он будет красив в этот момент и, как я буду счастлива видеть его на протяжении всей своей жизни, вплоть до последнего вдоха. Мои мысли плавно перешли к тому дню, в котором я поклянусь перед Богом в своей вечной любви. Я не раз представляла этот день: атласное белое платье, море цветов и... Антон... в белом, как снег, смокинге.​ - Это должно быть что-то приятное и важное, да?- голос Антона вернул меня из блаженных мыслей о свадебном дне. - О чем ты?- моргнула я, сфокусировав на нем свое зрение. - Твоя улыбка... Хочу знать, что ее вызвало.-​ сев рядом со мной на пляжный коврик, он стал массировать мои плечи. - Я думала о свадьбе. Нашей свадьбе. Кстати, в моих мечтах ты в белом смокинге.- прикрыв глаза, я ощутила, как движения, выполняемые Антоном, прекратились.

​ ​ ​ Открыв глаза, повернувшись к нему, заметила, что его взгляд был устремлен на водную гладь. Задумчивый вид, с которым, как мне казалось, он сроднился- настораживал. Поняв, что пауза затянулась, я решила нарушить молчание, выпалив со скоростью ветра то, что давно крутилось в голове и бушевало в душе:

- Я хочу стать твоей женой. Первым и последним, что я хочу видеть просыпаясь и засыпая- твои глаза, которые направлены на меня так же, как ты делаешь это, когда я остаюсь у тебя. Вдыхать твой запах на протяжении всей жизни. Чувствовать твое дыхание. Рожать твоих детей. Наших детей. Я хочу большую семью: три мальчика и девочку. А сколько бы ты хотел?

​ ​ Он перевел свой взгляд на меня и пристально вглядываясь, спросил:

- Ты доверяешь мне? - Конечно!- без промедления ответила я. - Ты бы смогла мне доверить свою жизнь? Смогла бы принять выбор, который я сделал бы, не посоветовавшись с тобой?- не разрывая зрительного контакта, спокойным голосом парализовывал мою душу.​ - Вздор! Ты всегда со мной советуешься.- отмахнулась я.

- Все же, ответь мне. Смогла бы?- вопрос давил на грудную клетку хлеще, чем глыба, отколотая от скалы.

- Я дарю тебе себя каждый день, при каждой возможности. Если надо будет, жизнь за тебя отдам, а ты во мне сомневаешься... Или разговоры о свадьбе и детях были лишними?- взяв его лицо в свои ладони, я продолжила,

- Я не хотела тебя пугать, просто ты сказал, что как я буду готова, то должна тебя предупредить. Поэтому все это наговорила. Видно напрасно...

- Нет, совсем не напрасно. Прости, дни тяжелые выдались. Пошли в воду?- вздохнул, при этом потерев ладонями лицо, он поцеловал мои руки, добавив,

- Ненавижу белый цвет, но я бы надел белый смокинг для тебя. Пожалуй, единственный раз в жизни.

​ ​ ​ Встав, мы направились в сторону воды. Солнце, постепенно, клонилось к закату. Я растворялась в объятиях, в которых чувствовались нежность и неоспоримая любовь. Зная про мою фобию, он бережно катал меня по волнам, не достигая большой глубины. Каждое его движение отдавало силой и собственничеством, которые так сильно пленили меня на первых этапах нашего знакомства. И я тонула с головой в волнах ласк и любви. Поцелуи затмевали разум, заставляя сердце биться чаще. Я дарила этому мужчине всю себя настолько, насколько он мог принять потому, как знала, что он меня сбережет.

​ ​ ​ Спустя время, было принято решение покинуть пляж. Вода остывала, как и песок под ногами. Стало прохладно. Собрав остатки пикника, мы вернулись на катер. Солнце скрылось за горизонт, позволяя первым звездам показаться на небе. Шум волн, бьющихся о катер; прохладный ветерок, путавшийся в моих влажных волосах; звезды на небе- этот день казался сказкой.​

​ ​ ​ Антон, расстелив плед на носу катера, нежно поманил меня за собой. Устроившись поудобнее, наши взгляды были устремлены друг на друга, обходя всю ту красоту, которая царила вокруг. Я резко встала и побежала к сумке, вспомнив, что приготовила для Антона подарок. На обратном пути, включила на телефоне фонарик. Вернувшись, проговорила:

- Закрой глаза и дай мне руку.

- Ты делаешь мне предложение?- игриво произнес он.

- Не дождешься! Сам сделаешь... когда захочешь. Сейчас просто протяни руку.- буркнула я, пряча за спиной подарок.

​ ​ ​ Улыбнувшись, при этом прикрыв глаза, Антон протянул правую руку. Положив телефон на плед так, чтобы он освещал нас, стала распаковывать подарок. Трясущимися руками доставать серебряную печатку было крайне неудобно. Нервозность окатила меня, словно ледяная вода. Выдохнув, я неосознанно выругалась, на что услышала тихое посмеивание.​

- Не торопись, Ромашка. Твое сопение при этом, даже не знаю каком занятии, нарушает тишину. Просто расслабься.

​ ​ ​ Молча скривив ему в ответ гримасу, мне удалось достать печатку из коробки. Легкая дрожь пробежала по моему телу, когда я надела ее на его средний палец. Он молниеносно открыл глаза, посмотрев сначала на меня, потом на печатку.​

- Я пропустил какую- то дату?- настороженно произнес он.

- Нет.

- Объяснишь?- все также пристально смотря на меня, он не опускал руки, ожидая ответ.

- Хорошо. Эм-м... В этой печатке, как ты видишь, черный камень- обсидиан или вулканическое стекло. В некоторых странах его называют королевским агатом, слезами апачей...

- Обломки костей Сатаны. Так его называют в странах Закавказья.- Антон перебил меня.

- Я не знала об этом.- в ужасе произнесла я.

- Не паникуй. В этом есть своя изюминка. Прости, что перебил. Продолжай.- разглядывая под фонариком печатку, улыбнулся мне.

- Так вот. Говорят, что этот камень помогает, носящему его, восстановить душевный комфорт, а литотерапевты лечат им заболевания органов пищеварения, ревматизм и расстройства нервной системы.​

​ ​ ​ После сказанных мною слов, Антон улыбался во весь рот, явно сдерживая смех.

- Не смейся! Это серьезно!- рявкнула я.

- Я и не думал смеяться. Просто, ты такая милая. И сюда медицину воткнула.- он стал гладить меня по волосам.

- Все это правда. И вообще, я решила подарить тебе ее не спроста, а для того, чтобы она стала твоим талисманом. Помогала в моменты душевной тяготы и напоминала обо мне.- выжала из себя, с немалой долей стеснения.

- Весь этот город мне напоминает о тебе: каждая улочка, по которой мы ходили; каждый ресторан, в котором я умилялся твоим вкусовым пристрастиям; каждый уголок этого чертова города напоминает мне о твоей улыбке. Ты и есть этот город для меня. Ты для меня жизнь.- с каждым словом он, будто, смаковал этот момент, произнося нежным голосом, от которого трепетала моя душа.

- Понравился подарок?

- Очень. Я никогда его не сниму. Спасибо.- прошептал мне в губы.

​ ​ ​ Момент идиллии, естественно, был нарушен телефонным звонком Лины. Я подняла трубку, после чего получила трагические вести о смерти ее дедушки. С ним знакома я не была, но знала как он был дорог для Лины. Скорбь охватила мое сердце. Сочувствие вырвалось из груди всхлипом, на который странным образом отреагировал Антон, слышавший весь разговор:

- Блять... Нашел время, когда помирать. Не мог завтра?

​ ​ ​ Я сидела в абсолютном немом ужасе от его циничной реакции. Видимо, поняв, что он сказал это вслух, решил исправиться:

- В смысле, я сочувствую, но жаль, что это произошло сегодня. Я хотел провести это время вдвоем, но понимаю, что тебя надо везти к ней. Поддержи подругу. Ей сейчас нелегко. Хочешь буду рядом?

- Нет. Я должна быть с ней рядом без тебя. Она многое не скажет в твоем присутствии, а эмоции у нее, наверно, сейчас бьют через край, поэтому...

- Понял. Отплываем.- собрав плед, он пошел за штурвал, а я стала набирать Нине и остальным подругам, чтобы оповестить о случившимся.

​ ​ ​ Закон равновесия, все же, существует: в одном сердце счастье, в другом- боль. Сегодняшний день это доказал. Я была на седьмом небе, когда Лина проходила девять кругов Ада.

​ ​ ​ Причалив к берегу, Антон забрал наши вещи и понес к своей машине, припаркованной в порту. Вместе мы выехали в сторону дома Лины. Распрощавшись, условились, что он меня заберет.​

​ ​ ​ Я вошла в дом. Темно и холодно- два слова, возникшие в моей голове, когда я оказалась в гостиной. Мамы Лины не было дома, так как она находилась в больнице, где и покинул этот мир дедушка. Отец с ними не жил. Она была одна, сидя на полу, погрязшая в своих мыслях и боли. Я присела рядом, приобняв подругу. Уткнувшись в меня, слезы хлынули из ее глаз. За окном слышались звуки подъезжающих автомобилей, и через пару минут не только мои руки обнимали Лину, но и всех подруг, приехавших поддержать ее в час утраты. Эта была долгая ночь, лишенная смеха и счастья, которая была наполнена воспоминаниями и неизлечимой скорбью.​

​ ​ ​

​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ​ ***

​ ​ ​ Спустя пару дней состоялись похороны. Множество родных и знакомых прибыли проводить умершего в последний путь. В речах присутствующих слышались положительные эмоции по отношению к почившему. Я невольно поймала себя на мысли, что далеко не каждый смог бы похвастаться позитивными отзывами о прожитой жизни. Но главное не это, а то, что он оставил после себя в сердцах близких ему людей. Ссылаясь на все я поняла, что " закон Сансары " не властен над ним, и ему не придется искупить свои грехи в следующих жизнях. Возможно, я не права. Возможно, нас всех это ждет. Может, я весьма религиозна, но знаю одно, что каждому рано или поздно придется платить за все то, что он натворил. Бумеранг, карма или же предназначение- никакого не оставят в стороне.​

​ ​ ​ Находясь на кладбище во многое начинаешь верить и вникать. Одно становиться незначимым, другое- истинным. Под гнетом витающей атмосферы, рассматриваешь свою жизнь под иным углом. Именно здесь и сейчас я поняла, что сделала правильный выбор, связав свою жизнь с медициной. Хотя говорят, что для каждого медика уготован свой котел в Аду. Надеюсь, свой я оставлю нетронутым.​

- Похоже, после такого я сегодня не усну.- прикуривая сигарету, Нина пристроилась рядом со мной в курилке, продолжая говорить с зажатой сигаретой в зубах,

- Столько слез... А эта бабка, которая кинулась к могиле, видела? Я думала, что она туда сигануть решила. Жесть просто. Хорошо, что ее остановили.​

- Эта, как ты выразилась, бабка- бабушка Лины. Как бы ты поступила, если бы любовь всей твоей жизни, закапывали в землю на твоих же глазах?

- Блять...- ругнулась она, прикрыв стыдливо глаза.

- М-да... Сегодня сон тоже обойдет меня стороной. Слишком сильно надышалась запахом смерти. Ненавижу кладбища.- потушив окурок от сигареты, я двинулась в сторону, где стоял Антон.

- Я смотрю, тебе тяжело даются разговоры о смерти. Прячешь все внутри, обмозговывая по крупицам. Смотри, как бы это не разорвало тебя на куски. Иногда надо выговориться, чем просто носить в себе и сострадать одной.- говорила мне вслед Нина.

- Учту.- буркнула я.

​ ​ ​ ​ Антон смотрел вдаль отрешенным, непроницаемым взглядом. Когда я подошла к нему, он обнял меня, прижав к себе. Находясь под защитой его объятий, мне стало лучше. Прильнув ухом к его твердой груди, мое сердце защемило, понимая тот факт, что бабушка Лины уже никогда не услышит стук любимого сердца, как я сейчас. Слеза скатилась по моей щеке. Антон заметив это, словно, выпил ее своими губами.

- Надо увозить тебя отсюда. Пошли попрощаемся с остальными.- взяв меня за руку, он вел нас к остальным, стоявшим возле Лины и ее родственников, друзьям.

​ ​ ​ Через десять минут, ауди скользила по асфальту, оставляя за собой место вечного упокоения, некогда любимых людей. Я прижалась к Антону, стараясь приструнить возникшее чувство потери, вызванное пережитым сегодня. Один момент его биографии, мучил меня с тех самых пор, как мы познакомились. Решив, что наиболее подходящего момента не найти, я попросила:

- Расскажи мне о маме.

​ ​ ​ Опешив от такого вопроса, он прокашлялся, не спеша с ответом. Я чувствовала, что своим вопросом рассекла давно зажившие раны, но мы были максимально близки, учитывая, что я оголила свою суть перед ним изрядно давно. Я ждала. Он молчал. Когда надежда на рассказ начала умирать, он едва слышно заговорил:

- Мне было шестнадцать, когда ее не стало. Сначала все началось с частых головных болей. Она принимала спазмолитики, но они не оказывали должного эффекта. Позже появились головокружения и обмороки. Ее очень часто рвало. Она теряла вес. Таяла на глазах. Мы обращались к врачам лучших клиник в стране и за ее пределами. И в одной из них ей поставили страшный диагноз, разделивший наши жизни на " до " и " после ".- молчание нависло над нами, прижимая ком к горлу.

- Опухоль головного мозга, не подлежащая хирургическому вмешательству. Слишком поздно рак сорвал свою маску.- продолжил он, скрежеща зубами.

- Прости, что напомнила. Просто я...- начала я, не успев закончить.

- Вы похожи- внешне и внутренне. Ты неслабо напоминаешь мне о ней, особенно когда поешь. Она была своенравной и принципиальной, но безумно заботливой и нежной. Возможно, в ней играла грузинская кровь, поэтому иногда она была резка. Но я любил ее даже в те моменты, когда она злилась или огорчалась на меня. Черт, как часто я ее расстраивал! Ценить надо при жизни, а не после. Я был слишком молод, чтобы это понять.- он замолчал.

​ ​ ​ ​ Смотря на Антона, я видела сильного мужчину снаружи и молодого юношу внутри, так рано познавшего боль утраты. Не передать словами, что творилось в моей душе. Благодарность за его откровенность, перекликалась с сильным состраданием. Мне захотелось окутать его любовью и, по возможности, додать ему то, что он не успел получить от матери. Я сильнее прижалась к нему, гладя при этом и стала напевать нежный мотив одной из моих любимых песен. Он слушал и слегка улыбался, целуя меня в висок. Так мы проехали путь, лежащий до его дома.​

​ ​ ​ Богатый или бедный, умный или глупый, сильный или слабый- перед смертью все равны. Но именно отношение к жизни может послужить тому, устроишь ты себе Ад или Рай на Земле. Я верю в Бога, чту религию и с уважением отношусь к ее проявлениям в разных странах. Но это ли не Ад, если тот, кто был тебе Раем, исчезает из твоей жизни, оставляя после себя только воспоминания? Невыносимо. Больно. Незабываемо.