Часть 12: Сладкая клетка

Тишина стала тягучей, будто воздух в комнате перестал двигаться. Сколько прошло времени — день, два? Минора не считала. Она считала только удары сердца. Один. Второй. Каждый давался всё тяжелее.

Когда дверь снова открылась, она не повернулась сразу. Подумала: ещё одна проверка? ещё одно молчание?

Но он вошёл спокойно. Без угроз, без ярости в глазах. Эдвард держал поднос. Там была еда: хлеб, бульон, чай. Плед, сложенный вдвое. Впервые — что-то, похожее на заботу.

Он поставил поднос на пол и сел рядом, на каменный пол, прямо напротив неё. Её взгляд не поднимался выше его плеч.

— Вставай, — мягко сказал он. — Поешь.

Она села медленно, осторожно, будто ждала подвоха. Губы тряслись, и руки тоже.

— Я не хочу, чтобы ты страдала, Минора, — продолжил он. Его голос звучал почти по-человечески. — Всё, что я делаю, — чтобы ты осталась со мной. Чтобы ты не сбежала. Чтобы поняла: никто не может тебя забрать.

Она взяла чашку с чаем. Горячая. Она чуть не обожглась — как будто даже тепло теперь стало чужим.

Эдвард дотронулся до её щеки, большим пальцем смахнув прядь волос, залипшую от слёз.

— Иногда нужно применять силу, чтобы защитить то, что ценно. Ты для меня — ценность. Единственная. И я не позволю тебе исчезнуть.

Он приблизился, заглядывая в глаза.

— Я отпущу тебя из этой комнаты. Дам возможность жить, как прежде. Но ты должна сказать: ты моя. Целиком. Душой и телом.

Минора побледнела. Сердце застучало снова — слишком быстро, слишком громко. Она знала, что именно означает эта формулировка. Он не просто хочет покорности. Он хочет полного обладания.

Слова срывались с языка, но она сглотнула и выдавила:

— Согласна… душой.

Пауза. Тяжёлая, глухая, как выстрел в пустой комнате.

— Только душой… — добавила она тише.

Он замер.

— Что?

— Не телом… — она посмотрела на него, дрожа, но твёрдо. — Моё тело — ещё моё.

Глаза Эдварда вспыхнули. На мгновение в них мелькнул гнев. Потом — что-то иное. Разочарование? Насмешка?

Он выпрямился.

— Я думал, ты всё поняла, — холодно сказал он. — Ладно. Тогда так: дверь будет открыта. Но ты останешься здесь до тех пор, пока не передумаешь.

Он подошёл к двери и обернулся.

— Знай, я могу быть терпеливым. Но у меня есть предел. И ты, Минора, уже почти у него.

Дверь не захлопнулась — она осталась приоткрыта.Но каждый шаг к ней теперь был шагом в ловушку. И она знала: выхода всё ещё нет.