Глава 30 «Сильваниум»

Помятые и невыспавшиеся воины, сопровождая своего Владыку, медленно рассаживались по седлам. Непривычный климат и чрезмерное употребление алкоголя на досуге сделали свое дело — почти у каждого под глазами красовались синяки. Грубый мужчина, как обычно, рявкал на подчиненных, заставляя их снова и снова проверять ремни безопасности. Иви сидела позади, задумчиво выискивая взглядом мелькающую впереди спину Мирана. Из-за всадников впереди разглядеть ее было непросто.

Ночное откровение короля не давало Иви покоя. Она все время ерзала в седле. Мысли витали где-то далеко. Мессия уже долгое время не являлся к ней, но решил почтить своим визитом Мирана. Судя по его словам, беседа оказалась далеко не приятной. Дьяволица с нетерпением ждала следующего заката Игниса, чтобы лично выпытать все у демона.

Дракон взмыл в небо, расправив свои перепончатые крылья. Под ярким светом они становились почти прозрачными, обнажая сеть крупных сосудов. Его чешуя так ярко блестела, что заставляла солдат щуриться.

На этот раз перелет дался Иви проще, но нескольких солдат все же стошнило. За это они мигом получили порцию брани от грозного мужчины. Бесконечные зеленые тропики, соединенные извилистой рекой, именуемой в Валоре Тихлей и охватывающей весь континент, постепенно скрылись за горизонтом, уступив место еще более буйной растительности. Облака были так близко, что Иветта могла коснуться их рукой. Она с удивлением замечала, как края ее рубахи покрываются инеем.

— Ваше Высочество, прошу вас снизить высоту! Такими темпами мы все окоченеем! — послышался все тот же злой голос.

— Да кто это такой? — тихо буркнула Иви, подавшись к напарнице спереди.

— Наш новый капитан. Мы его на дух не переносим, — скривилась Лора, постукивая зубами. — Но снизиться нам точно бы не помешало.

Миран настолько погрузился в свои раздумья, что полностью потерял ориентацию в пространстве. Укор капитана неприятно резанул его слух. В другой ситуации Владыка бы давно поставил мужчину на место, но позади сидела возлюбленная. Пусть холод ей не страшен, он все равно не хотел, чтобы она мерзла. Прислушавшись к замечанию, Миран действительно снизил высоту.

Пейзаж яркой растительности постепенно сменился высоченными деревьями, чьи кроны норовили поймать летящих в Сильваниум гостей. Тьма неумолимо сгущалась, а Игнис поджигал горизонт, растекаясь кровавыми лучами по кучевым облакам. На открытых полянах изредка попадались огромные кострища, вокруг которых маячили силуэты. До Магнарбора, столицы эльфов, предстояло лететь еще немало.

Мечтательно устремив взгляд вниз, Иветта тихо вздохнула. Она еще никогда не бывала в Сильваниуме, и сама возможность увидеть его радовала ее. Но наличие рогов и хвоста заставляло ее тревожиться. Статус рабыни, без сомнения, возвысит Мирана в глазах Владычицы Гелиды, хотя перспектива вновь выслушивать оскорбления в свой адрес не прибавляла ей радости. Эльфы были великими мастерами магии, и скрывать свой истинный облик, вступая с ними в хитрые игры, было слишком рискованно.

Чуткий слух Иветты тут же уловил знакомый магический гул.

— Как думаешь, сразимся ли мы еще когда-то вместе?! — перекричала Лора шум ветра, обернувшись к дьяволице.

— Врядли! Но я немного скучаю по тем временам! — слегка улыбнувшись, Иви посмотрела куда-то сквозь соратницу.

— Я каждый день вспоминаю как ты меня спасла! Вонзила клинок в пасть темной твари и... — Иви уже не слушала ее.

Она была там, на поле брани. Ее первая вылазка. Генерал должен защищать своего короля, и дьяволица была готова пожертвовать всем ради этого. Но она не могла подготовиться к тому Аду, что раскинулся вокруг: смрад дерьма, гниющей плоти и свежей крови сливался в густой, едкий коктейль, пробираясь в легкие и вызывая нестерпимую тошноту. Вопли боли и мольбы о помощи терялись средь лязга стали и грохота катапульт.

Земля под ногами, пропитанная кровью, стала скользкой, словно трясина, и каждый шаг грозил падением. Повсюду разорванные тела — окровавленные торсы без конечностей, вывернутые наизнанку кишки, руки и ноги, торчащие из грязи, ошметки плоти. На лицах мертвых застыли гримасы боли и ужаса, их глаза были широко раскрыты в последних мгновениях агонии. Эмблемы Валоры — шесть крыльев на фоне Фебуса, и символы Хиларскалиса — восходящий из тумана Игнис — теперь напоминали пестрое покрывало. Знамена смешались с цветом смерти, превратив поле в лоно, где порождались человеческие страдания.

— Прошу, помогите! — отчаянный голос пробился сквозь шум битвы.

В латные доспехи вцепились грязные, кровавые пальцы. Совсем юный, едва ли старше нового короля. Карие глаза, залитые слезами, смотрели в пустоту, осознавая приближение неизбежного. Иветта подхватила его под руку, грубо потащила к ближайшей баррикаде.

Чуть дальше можно было разглядеть разбитые обозы без провизии — сюда очень долго не могли пробиться, и солдаты гибли не только от вражеских клинков, но и от истощения. Юноша застонал, резко сгорбился, и из его рта хлынул поток кровавой рвоты.

— Вставай, черт возьми! — яростно выкрикнула Иви, стараясь перекричать хаос.

Она только сейчас заметила, что нижняя часть его живота была полностью разорвана: из зияющей дыры торчали части внутренностей, едва прикрытые расползшимся доспехом. Дьяволица отшатнулась, чувствуя, как волна отвращения и жалости захлестывает ее. Парень, захрипев в последний раз, обмяк и рухнул на землю, присоединившись к сонму безымянных тел. Руки Иветты затряслись, и в тот миг она познала весь ужас войны.

— Иви, ты точно уверена, что пойдешь туда? — эхом отозвались в сознании слова Мирана.

— Я должна! Ради тебя, ради моих людей! Если мы сдадим позиции, темные твари пойдут на Валору! Я готова на все! — с уверенностью заявляла она тогда.

О, как же Иветта ошибалась. Зрелище перед ней заставляло каждый нерв натягиваться, подталкивая ее сбежать. Но она осталась. Дьяволица наклонилась над мертвым солдатом, разглядывая надпись на его повязке. Такие вещи всегда носили с надеждой, что хотя бы имя погибшего дойдет до его близких.

«Элиар, 20, Эмпориум. Сын крестьян Сейры и Крейла. Передайте Верилле, что я люблю ее, как люблю тот единственный алоцвет в саду нашего дома. Если эта повязка попадет к ней, пусть знает, что моя любовь переживет даже эту войну.»

Срезав повязку клинком из Мглы, она огляделась, прислушиваясь к шуму вокруг. Монстры пока не замечали ее, но каждое мгновение грозило обернуться катастрофой. Частично рассеяв броню, она спрятала повязку за пояс. Черные потоки вновь очень быстро стеклись в крепкие латы.

Передний фронт кишил чудовищами. Высокие и непропорциональные, они передвигались на четырех лапах, размахивая мощными хвостами, которыми легко отбрасывали солдат. Клыки, выступающие из их жадных пастей, без труда рвали тела, сминая доспехи, словно хрупкую бумагу. Кожа темных тварей, черная и грубая, была покрыта крупными бородавками, а четыре ярко-алых глаза горели ненасытным голодом. Острые уши, длинные когти и чудовищные пасти придавали им облик настоящих хищников, хотя при взгляде издалека можно было бы принять их за зловещих ящеров из самых страшных легенд.

Женский крик прорезал воздух. Совсем недалеко что-то рухнуло с грохотом — вероятно, один из снарядов катапульты. Зоркие глаза дьяволицы быстро отыскали пострадавшую. Огромная тварь склонилась над юной воительницей, разинув слюнявую пасть. Девушка отползала назад, тщетно махая руками перед собой.

Из ран на ее лице, оставленных когтями, лилась кровь. Короткие светлые волосы спутались и слиплись от грязи, а испуганные медовые глаза пытались отыскать меч, лежащий в нескольких менсурах от нее. Чудовище подалось вперед, подхватывая девушку за плечо острыми клыками. Она закричала от боли, когда пасть сомкнулась, приподнимая ее в воздух.

В несколько мощных прыжков дьяволица преодолела расстояние до несчастной и подскочив, вцепилась монстру в спину. Выпустив черные когти из своих перчаток, Иветта взобралась на голову чудовища. Оно издало низкие утробные щелчки и завертелось, пытаясь сбросить дерзкую наездницу. Хвост дьяволицы с острым лезвием на конце, наносил быстрые точечные удары — сначала в глаза, затем по голове. Иви зажмурилась, когда горячая черная кровь брызнула ей в лицо. Но это ее не остановило.

— Отпусти ее, тварь! — зарычала Иви, когда ее когти яростно вонзились в мышцы челюсти твари, пока та не разжала пасть.

Перепрыгнув через голову чудища, Иви подхватила воительницу на руки. Одна рука спасенной безвольно болталась. Адреналин захлестнул сознание дьяволицы, и она, не замечая веса девушки, стремительно ввалилась в ближайший окоп. Иви накрыла раненую своим телом — прямо над их головами пронеслась еще одна тварь.

— Наконец-то нам прислали подмогу... — хрипло заговорила девушка, слегка приподнимая уголки губ. — Где остальные?

— Я одна. — Иви быстро оглядела ее, обращая внимание на повязку.

«Лора, 18, Терсар, сирота. Попросите ремесленника по дереву Кайрана приглядывать за старым По.»

— Валора послала нам одного человека?! — возмущенно воскликнула Лора, ее глаза зажглись злобой.

— Я дьяволица.

Казалось, эти слова выпили из Лоры последние силы: она затихла и смежила веки. Иви торопливо расстегнула нагрудник и тут же отшатнулась, побледнев. Там, где должно было быть плечо, алела сплошная кровавая каша. Теперь стало ясно, почему раненая вдруг умолкла — кровь уходила слишком быстро. Все, что Иви умела в целительстве, опиралось на светлую магию, а с ней у демонов испокон веков были проблемы. Лишь однажды, еще в особняке Годфрида, старая служанка тайком показала ей простенькое заклинание, которое снимало боль и синяки после особенно жестоких ночей.

— Так, Лора, смотри на меня! Не засыпай! — резко прикрикнула Иви, хлопнув девушку по щеке. Ее взгляд нервно метнулся к повязке, лежащей рядом. — Что я скажу По, если ты умрешь?

— По — это мой ноцифекс, — прошептала Лора, слабо улыбнувшись. Слова дьяволицы все-таки подействовали: веки раненой дрогнули и приоткрылись, обнажая затуманенный взгляд.

Иви растворила Мглу с ладоней. Прижав руки к ране воительницы, она прикрыла глаза и сосредоточилась. Где-то в глубине кромешной тьмы пробудился свет, защекотал изнутри, словно весенний Фебус. Он нехотя перетек в ладони, заставляя рану под ними медленно заживать. Горячая плоть стала остывать, мышцы и связки срастались, издавая мерзкий хруст, а кожа натягивалась и покрывалась рубцами. Лора вскрикнула, ее тело выгнулось дугой, но дьяволица лишь сильнее вдавила ее в землю.

— Потерпи, — коротко приказала Иви, не поднимая головы.

Наконец, под пальцами показался багровый шрам. Дьяволица облегченно выдохнула. Лоб Лоры покрылся испариной, а в глазах заблестела благодарность. Иви скользнула рукой к ее лицу, прикрывая разрыв от когтей.

— Когда вернешься домой, обратись к хорошим лекарям, чтобы убрать шрамы. — бросила Иви, поднимаясь на ноги и стирая остатки крови с ладоней.

— Я оставлю их на память. Кто вы? — Пошатнувшись, Лора приподнялась на дрожащих руках, прижавшись к сырой земле.

— Генерал Иветта.

— Это большая честь для меня, генерал. Могу я вас спросить?

— Да. — кивнула Иви.

— Светлая магия бывает у демона? — робко спросила Лора.

— Свет родился из тьмы. У всех нас одно начало.

Рывок вниз вырвал Иветту из тягучих воспоминаний, словно плетью хлестнув по сознанию. На миг ей показалось, что она задремала, унесенная в далекое прошлое. Широко распахнув глаза, девушка крепче вцепилась в драконье седло, едва сдерживая подступающую тошноту. Несмотря на свою королевскую кровь, Миран управлял драконом просто отвратительно.

Внизу стремительно приближалась площадь, выложенная идеально гладким камнем. Она сильно выделялась на фоне окружающих гигантских деревьев, создавая странное впечатление. Однако больше всего притягивало взгляд Великое Древо, стоящее отдельно от остальных, напротив площади. Его размеры и величественная крона, казалось, подчинили себе все краевиды.

— Держитесь крепче! — донесся до нее командующий голос Мирана, перекрывая шум ветра.

Дракон снизился, мягко спикировав на площадь. Эльфы, снующие туда-сюда, с шумом разбежались в стороны, освобождая место для посадки. Иветта с интересом рассматривала их, сравнивая с привычными ей негодяем Фаллером или служанкой во дворце Владыки. Эти эльфы казались совсем иными: высокие мужчины и женщины в длинных, темно-зеленых одеяниях, сдержанно разглядывали прибывших.

Изящные острые уши улавливали даже самые тихие звуки, порой вздрагивая, когда эльфы негромко переговаривались между собой. Их большие глаза с густыми ресницами, горделивые выражения на лицах мужчин и грация ноцифекса у женщин с пышными бюстами — все это было почти сказочным. Иветта не могла отвести от них взгляда, настолько эти создания показались ей прекрасными. Где-то вдалеке раздался мелодичный звук окарины, заполняя воздух волшебными напевами. Вот он — Сильваниум.

Великое Древо оказалось дворцом. Вырезанные в нем высокие окна украшали витражные стекла, типичные для знати. Соседние деревья также были оборудованы под дома. Вместо стекол окна прикрывали длинные лианы, которые слегка покачивались от ветра. Многие из этих жилищ были многоэтажными, а витые лестницы опоясывали их снаружи, теряясь среди густой листвы. Мимо проскочили хихикающие дети, кинув озорные взгляды на гостей. От этого места в душе Иветты неожиданно разлилось тепло, смешанное с щемящей тоской по дому, которого у нее никогда не было в детстве.

Из высоких врат Древа к гостям вышли трое. Впереди шел мужчина средних лет, облаченный в шелковую коричневую рубаху и строгие штаны, его шаги были уверенными, а взгляд — оценивающим. За ним, слегка позвякивая подвесками на посохе, выступил старец, одетый в длинную мантию. Его острая шляпа немного прикрывала морщинистое лицо.

Замыкала троицу молодая эльфийка. Ее вьющиеся алые локоны, длинные и густые, почти касались земли, а острые опущенные вниз уши горели от явного волнения. Дрожащие пальцы девушка крепко сжимали посох. Ее зеленое платье с высокими разрезами на юбке открывало пышные бедра, тогда как высокая горловина скрывала выдающийся бюст. Длинные рукава с расширениями у локтей плавно колыхались в такт неуверенным шагам эльфийки.

— Добро пожаловать в Сильваниум, Ваше высочество. Сегодня я, советник Грациар, буду сопровождать вас вместе с Верховным магом и его ученицей до тронного зала нашей Владычицы, — с легким поклоном произнес эльф в шелковой рубахе, его голос звучал уверенно и учтиво.

— Королева даже не соизволила выйти, — тихо прошипел капитан.

— Благодарю вас. Я с нетерпением жду встречи с ней! — громко перебил его Миран, бросая испепеляющий взгляд.

Советник заметно напрягся, его лицо исказилось от омерзения. Темные, слегка выпученные глаза зло впились в Иветту, которая скромно спряталась за Лорой.

— Что делает здесь эта презренная дьяволица? — с вызовом спросил он, впиваясь в короля взглядом. — Ей нельзя к королеве!

Миран открыл рот, чтобы ответить, но в последний момент лишь сжал кулаки. Иветта, стоявшая рядом, незаметно толкнула его локтем, успокаивая. Проскользнув вперед, она низко склонилась, ее голос звучал мягко и покорно:

— Пожалуйста, сохраните мою жизнь до нашего возвращения в родные земли.

Советник недовольно сузил глаза, но махнул рукой, коротко бросив:

— Гвиневра, проводи ее в последнюю камеру. Остальные, прошу, следуйте за мной. — Не дожидаясь ответа, он уверенно направился обратно ко дворцу.

Эльфийка аккуратно взяла девушку за плечо и, слегка улыбнувшись, подтолкнула ее ко входу. Руки Гвиневры были мягкими и пухловатыми, а в зеленых глазах читалась доброта. Только напряжение в уголках губ выдавало ее скрытую тревогу. Шаги девушки были почти беззвучными, только длинное платье тихо шуршало о деревянный пол Древа. Иветта послушно следовала за ней, пытаясь разобраться в смешанных чувствах. Тем временем Миран и его спутники свернули в другую сторону, их фигуры растворились в тенях коридора.

— Не волнуйтесь, госпожа, это ненадолго, — мягко проговорила Гвин, обернувшись к Иветте.

Воздух во дворце был наполнен тонким ароматом древесной смолы. Стены покрывали тонкие лианы, из которых местами пробивались алые цветы. Сводчатые потолки украшали сложные резные узоры, а в глубоких нишах прятались светящиеся сферы, отбрасывающие мягкие отблески на пол. Окна с видом на лес сменились витой лестницей, уходящей вниз. Тяжелые деревянные ступени заскрипели под ногами девушек.

Иветта почувствовала, как аромат смолы стал насыщеннее, а воздух заметно прохладнее. Стены теперь пересекали деревянные решетки, за которыми виднелись узкие помещения. Возле одной из первых камер стоял стражник. Высокий, с каштановыми волосами до плеч, аккуратно перехваченными серебряной лентой, он выглядел скорее как утонченный аристократ, чем воин. Острые уши слегка приподнялись при виде Гвиневры, а светло-карие глаза с прищуром блеснули хитринкой. На его лице заиграла самоуверенная, почти наглая улыбка.

— О, Mea Flamma! Ты снова пришла, — проворковал он. Его голос звучал мягко, почти певуче, что никак не вязалось с ролью стражника.

Слегка поморщившись, эльфийка невозмутимо подняла подбородок, словно игнорируя назойливость собеседника. Ее мягкий и доброжелательный взгляд потускнел, уступив место холодной отстраненности. Дьяволицу она выставила вперед.

— Я привела временную заключенную. Пожалуйста, размести ее вместе с Сордарой в первой камере, Терн, — холодно произнесла Гвиневра.

— Дьяволицу? Обычно их мы направляем в последние камеры. — протянул эльф с вкрадчивой усмешкой, склонив голову чуть набок. — А ты, я смотрю, теперь на побегушках у королевы?

Ее лицо потемнело, а пухлые губы превратились в тонкую, напряженную линию. Сжатые на посохе пальцы побелели от напряжения. Гвин не удостоила стражника ответом, лишь пристально взглянула Терну в глаза.

— Шучу я! — он театрально поднял руки, его лицо озарила кривая усмешка. Раздался неприятный, чуть хриплый смех. — Все для тебя, Mea Flamma.

Со скрипом отворив дверь, стражник грубо подтолкнул Иветту внутрь камеры. Споткнувшись, она едва удержала равновесие и едва не зашипела, но сдержалась — перечить не хотелось, особенно зная, что это может повлиять на Мирана. Окинув взглядом помещение, Иветта невольно замерла. Камера оказалась совершенно не такой, какой та ее себе представляла.

Вместо сырого угла с цепями она увидела просторное помещение: аккуратно заправленная кровать с пышной зеленой подушкой, дубовый стол, полки, полные книг. Здесь было так чисто, что это больше напоминало уютную комнату, чем тюрьму. Ее внимание привлекла фигура, сидящая за столом. На резном стуле, склонившись над книгой, сидела хорошо знакомая девушка. Ее рыжие волосы, небрежно убранные в хвост, словно горели пламенем даже в свете магических сфер.

— Ты ведь наша служанка! — воскликнула Иветта, узнав ее лицо.

— Эй, потише там! — резко рявкнул Терн, обернувшись, прежде чем последовать за своей пассией.

Как только тишина окутала комнату, полуэльфийка со шрамами подняла голову и быстро подбежала к двери. Она осторожно выглянула наружу меж деревянных прутьев, проверяя, действительно ли они остались одни. Ее лицо выглядело измученным: глубокие тени под глазами, чуть осунувшиеся черты и слабый отблеск привычного ей огонька жизни. Пышные формы, которыми она всегда гордилась, слегка утратили объем. Вместо знакомой униформы служанки на ней было легкое платье с изящными узорами на груди.

— Они обманули меня! — вдруг выпалила Сордара дрожащим голосом, хватая себя за волосы.

— Что ты несешь? Владыка позволил остаться тебе — изгнаннице! И вот чем ты отплатила? — Иви сделала к ней несколько угрожающих шагов, сжав кулаки.

— Я не виновата в том что моя мама родила от человека! И я не знала, что это за карта, но они обещали вернуть меня домой, в Сильваниум! — голос Сордары срывался на крик.

— Но вот ты здесь. Довольна? Золотая клетка тебе к лицу, — процедила дьяволица сквозь зубы.

— Прошу, не злись на меня! Я просто хотела домой! — Сордара рухнула на пол, горько рыдая. Ее рыжие волосы спутались, щеки покраснели. — Фаллер обещал помочь мне, но королева обманула и его!

— Что ты знаешь? — Иви тяжело вздохнула, пытаясь сдержать гнев, и положила руки на дрожащие плечи девушки. — Расскажи все.

Сордара всхлипнула, закрывая лицо ладонями, но через несколько мгновений заговорила:

— Он попросил встретиться ночью в кладовке. Сказал, что может помочь мне вернуться. Я поверила... Пришла... Он велел найти карту... Я взломала шкафчик и... — девушка снова зарыдала, прерываясь на слова.

— Взломала? — Иви нахмурилась.

— Да. Я была воровкой...

— Ну, а дальше? — поторопила ее Иветта.

— Я оставила все как было после того, как забрала карту. А потом, за пару дней до вашего отбытия, мне постучали в окно и... похитили. — Ее голос перешел в шепот.

— Черт! Как стража могла это допустить? — воскликнула Иви, сжимая плечо Сордары.

— Эльфы — искусные маги, — кисло ответила девушка, опустив руки.

— Спасибо, что рассказала. Владыка, я уверена, простит тебя.

— Прошу, не говори ему обо мне! — Сордара вцепилась в Иви, умоляя. — У него столько служанок, что моего отсутствия он даже не заметит! Пусть все останется, как есть. Если в тебе осталась хоть капля сострадания, я молю тебя!

Прежде чем Иви успела ответить, коридор огласил тяжелый шаг Терна.

— Эй! Заткнитесь, пока я не втащил вам обеим! — раздраженно рявкнул стражник.

Девушки притихли, наблюдая за ним. Связка ключей зазвенела в его руках. Он открыл одну из дальних камер, выводя из нее сутулого старика.

— Двигайся уже! — процедил Терн, грубо подталкивая бедолагу вперед.

— Фаллер! — Сордара подскочила к решетке, ее лицо исказилось от ненависти. — Ты чертов предатель!

Лекарь остановился, удивленно подняв голову. Его глаза на миг расширились, а затем он гадко ухмыльнулся, наслаждаясь этим моментом. От него повеяло старческим запахом вперемешку с отхожим местом, от чего Сордара отшатнулась.

— Я всего лишь служу своей королеве, — произнес он с наигранной покорностью.

— Пошел! — Терн резко толкнул его в спину, презрительно оглянувшись на девушек.

✧✧✧

Тронный зал представлял собой огромное поле, густо засаженное алыми цветами. В самом центре возвышался трон, вырезанный из дерева, напоминая перевернутый корень. Его ветви сплетались в сложные узоры, а сиденье и спинка были обтянуты темным бархатом. На троне восседала Владычица Гелида. Она выглядела совсем молодой, ее светлые, почти прозрачные глаза были подобны льду. Серебристые волосы падали мягкими локонами до пояса, подчеркивая болезненную бледность кожи. Строгие черты лица — высокие скулы, аристократичный нос и плотно сжатые губы придавали ее облику холодную властность. Завидев гостей, она осталась сидеть, лишь слегка склонив голову.

— Приветствую вас, Владыка, — голос ее прозвучал так, словно под ногами треснула наледь. — Спешу обрадовать: мы нашли вашу карту.

Миран на мгновение замер, не позволяя замешательству отразиться на лице. Лишь тихо кашлянув, он жестом велел своим спутникам выйти. Гелида тоже махнула рукой, отпуская свою стражу, которая бесшумно вышла. Король понимал, что добиться от эльфов прямых ответов будет нелегко. Они никогда не признавали свою вину открыто. Ему придется балансировать на тонкой грани между угрозами и притворной покорностью.

— Рад слышать столь обнадеживающие новости, — произнес Миран, старательно сохраняя ровный тон. — Однако мне бы хотелось узнать, как моя карта оказалась у вас.

— В вашем дворце завелась предательница, — безо всяких эмоций ответила Гелида, пристально смотря на Владыку. — Она украла артефакт, действуя под руководством одного из жителей Сильваниума. Этот эльф местный лекарь. Насколько я понимаю, он лечил вашу... дьяволицу. — Последние слова прозвучали словно плевок.

— Лекарь действительно помогал ей, — Владыка приподнял подбородок, глядя на королеву снизу вверх. — Мессия проклял ее, и я боялся, что она вновь окажется под его контролем.

— Почему вы не избавились от нее? — в ее голосе звучала едва заметная насмешка.

— Уж слишком она мне по вкусу, Владычица, — неприятно усмехнулся Миран. — Все мы иногда привязываемся к своим питомцам, даже если их содержание обходится дорого. К тому же, я взял ее с собой, но, увы, ваши порядки заставили меня разместить ее в темнице.

Гелида несколько мгновений молча смотрела на него, словно оценивая каждую его черту и движение. Затем, плавно поднявшись с трона, она удовлетворенно кивнула, позволяя легкой улыбке на мгновение коснуться ее губ. Полупрозрачные рукава белого платья, украшенного мельчайшими жемчужинами, мягко потянулись следом. Свет восходящего Игниса, пробивавшийся сквозь витражные окна, заставил ткань платья заиграть блестками. Королева оказалась значительно выше, чем могло показаться на троне. Когда она медленно спускалась по ступеням, зал заполнил стук каблуков.

— Я возвращаю вам карту и приношу извинения за недоразумение, — промолвила она. — В качестве доказательства дружественных намерений Сильваниума лекарь Мендариус будет казнен за предательство, а ваша служанка останется под нашей стражей. Все-таки, она одна из нас.

— Мендариус? Он представился Фаллером, — Миран нахмурился.

— Старик сыграл с вами злую шутку. Имя, которое он назвал, означает «обманщик» на языке, который вы, люди, давно забыли, — женщина хищно улыбнулась.

Гелида громко хлопнула в ладони, и массивная дверь, за которой скрылась стража, начала медленно отворяться. Первым вошел эльф-стражник, несущий на вытянутых руках сверток, перевязанный широкой зеленой лентой. Лицо Мирана застыло в напряженной гримасе.

«Дрянные эльфы. Они, конечно же, открывали ее.» — мелькнуло у него в мыслях, когда стражник приблизился.

Почти выхватив сверток из его рук, король прижал его к груди, словно боясь, что бесценная карта исчезнет прямо у него на глазах. Испепеляющий взгляд, брошенный на эльфа, говорил куда больше слов. Но стражник лишь опустил голову, отступая назад.

Королева, наблюдая за этим, позволила себе едва заметную усмешку. Неожиданно ее руки вытянулись вперед, и воздух вокруг них завибрировал. В мгновение ока в ее ладонях явился меч, сияющий мягким светом. Лезвие, украшенное замысловатыми узорами, будто пело, наполняя зал тихим гулом.

К Гелиде подвели Фаллера. Седые волосы старика касались его плеч, а лицо, изборожденное глубокими морщинами, хранило безмятежность. Его руки были скручены за спиной, но он не сопротивлялся. Черные глаза покорно были устремлены в пол. Стражники поставили его на колени перед Владычицей, как пред алтарем.

— Я готов умереть за вас, моя королева, — произнес он с легкой улыбкой.

Казни для Мирана давно стали чем-то обыденным. Когда он впервые столкнулся с этим зрелищем, его едва не вывернуло наизнанку, но время сделало свое дело. Теперь он смотрел на все иначе, с холодным, почти отстраненным равнодушием. Ни одному слову надменной королевы он не верил, но продолжал играть свою роль, тщательно скрывая разочарование и ярость. Распри или возмущение не могли изменить того факта, что карта оказалась в чужих руках. Это был его промах — его ошибка, которая стоила слишком дорого.

Серые глаза Мирана с холодным равнодушием наблюдали за каждым движением королевы. Гелида подняла свой светлый меч и его сияние на мгновение ослепило собравшихся. Лезвие стремительно опустилось вниз. Голова старца, отделившись от тела и разбрызгивая кровь, с глухим стуком покатилась по каменному полу, останавливаясь у самых ног короля.

Не дрогнув, Миран лишь бросил быстрый взгляд на разинутый от ужаса рот и глаза, которые успели дважды моргнуть перед смертью. Король сделал несколько шагов прежде, чем остатки крови потекли ему на ботинки. Гелида, как ни в чем не бывало, смахнула кровь с клинка одним движением руки и подняла на Мирана испытующий взгляд.

— Покои для вас и ваших воинов уже готовы. Трапеза ожидает вас там, — сообщила она.

— Могу ли я забрать свою рабыню? — с многозначительной улыбкой поинтересовался Миран. Ему не потребовалось долго ждать, чтобы увидеть, как надменное выражение лица Гелиды сменилось нескрываемым отвращением.

— Гвиневра проведет вас.

К Владыке моментально подлетела аловласая эльфийка. Поклонившись, она жестом велела следовать за ней. Уверенным шагом, по давно знакомому ей маршруту, та провела его в темницу. Взгляд ее зеленых глаз скользнул по Терну с едва заметным оттенком брезгливости. Не желая задерживаться в его компании, девушка удалилась так же стремительно, как и появилась.

— Иви! — едва слышно вздохнул Миран, остановившись у решеток. — И снова я вижу тебя за решеткой.

— Такие законы, — тихо хихикнула дьяволица, подходя ближе.

— Эй, ты. Выпусти мою рабыню, — резко приказал Миран, бросив взгляд на стражника. Тот послушно зазвенел ключами и отворил дверь.

— Кто это с тобой? Не та ли это служанка, что предала меня? — холодно бросил король, заметив вторую фигуру в камере.

— Я не знаю ее, Владыка, — поспешно ответила Иви, почти умоляюще глядя на Мирана. — Прошу, пойдемте скорее из этого ужасного места.

Путь в покои им показала одна из служанок, перехватив их на лестничном пролете. Неожиданно для обоих было то, что потеряться в Великом Древе было практически невозможно. В отличие от дворца Мирана, где многие комнаты были скрыты за семью замками, здесь все располагалось на виду. Коридоры были просторными, а двери, несмотря на их тяжелую конструкцию, свободно открывались и закрывались.

Новые покои встретили пару роскошной кроватью, покрытой зеленым постельным бельем из шелка. Витражные окна, занимающие почти всю стену, позволяли свету Селены проникать внутрь. Полупрозрачные ткани, которыми они были затянуты, скрывали гостей от любопытных глаз. На письменном столе стоял свежий букет алоцветов, их нежные лепестки еще не успели осыпаться, наполняя воздух легким, сладковатым ароматом.

Уставший Миран стянул с себя одежду и упал на кровать. Он не нашел в себе силы пойти в купальню. Иви последовала его примеру, аккуратно ложась рядом.

— Что мы будем делать дальше, Мир? — тихо поинтересовалась она.

— Я не знаю, Иви... Я просто не знаю, — ответил он. — Наверное, просто жить дальше.

— А как же карта? — она привстала на локте, сдвинув брови.

— Мы не Боги, чтобы стереть память всем, кто взял ее в руки. Если возникнут проблемы, придется решать их по мере поступления. — с каждым словом голос Мирана становился все тише.

— Сладких снов. — лишь ответила Иви, когда веки короля закрылись.

Натянув легкую простыню, дьяволица некоторое время привыкала к ее скользкой текстуре и прохладе. Шелк считался изыском, но на деле он неприятно касался кожи. Ее глаза, наконец, закрылись, и сознание унесло ее куда-то вглубь, приближаясь к знакомому белесому пространству. Легкое головокружение, вызванное резким переходом, заставило ее еще некоторое время не открывать глаз.

— Привет, Иви. — донесся до ее ушей знакомый ласковый голос.

Перед ней стоял Мессия, неловко переминаясь с ноги на ногу. Его руки были скрещены на груди, лицо скрыто под длинными прядями волос, которые выбивались из собранной гульки. Небольшая напряженность в его движениях сразу бросалась в глаза.

— Где ты был? — Иветта сделала несколько решительных шагов к демону.

— Ты ведь сама все время жаловалась на меня, и я решил тебе не докучать.

— Ну да, так я тебе и поверила.

— Я практиковался. Использовал Мглу и Нити...

— Ясно. Ответь еще на один вопрос. — она сделала недовольное лицо. — Какого черта ты устроил свидание с Мираном? — Приблизившись к Мессии, она толкнула его в плечо.

— Захотелось поговорить лично. Нельзя было? — Нортон искренне удивился.

— Нельзя! Ему и так не просто, а ты на него давишь. Мы не Боги, не герои! Мы поступаем исходя из того, что нам предложит судьба!

— Я пытался общаться с ним нормально, но...

— Он ревнует меня, Норт! — перебила его Иви. — Он добивался меня двадцать лет, а теперь я почти каждую ночь провожу с другим мужчиной.

— Как минимум он мог хоть раз замарать свои руки, а не взваливать все на тебя, — бубнил Нортон, словно старший брат.

Иви раздраженно вздохнула, плюхнулась на пол и зарылась пальцами в волосы. Ей ужасно не хотелось сейчас наговорить грубостей, но ее язык был быстрее.

— Если ты потерял сестру, это не значит, что потеряешь и меня, — она смущенно опустила взгляд.

Мессия молчал некоторое время, присаживаясь напротив девушки. Его лицо исказила тоска, которую Иви уже успела позабыть. Уголки его губ опустились, взгляд пламенных глаз поблек, а губы нервно терзались зубами.

— Я просто переживал, так что передай Мирану мои извинения, — удрученно произнес он, опуская голову.

Иви, глядя на него, вдруг почувствовала, как сжалось сердце. Она медленно подползла к демону и положила руки ему на плечи. Пальцы слегка сжали их, затем она осторожно притянула Нортона к себе. Его тело заметно напряглось, но демон позволил Иветте обнять себя. Она уткнулась носом в его волосы. Руки Мессии неуклюже легли на спину Иви, едва касаясь ее.

— Я знаю, что я единственная, кто у тебя есть, — тихо сказала она, стараясь, чтобы голос ее не дрожал. — Можешь приходить ко мне, когда тебе одиноко. Всегда. Но, пожалуйста, Норт, больше не втягивай других.

— Хорошо.

— Как ты это делаешь? — спросила она, слегка отстраняясь.

— Что?

— Ну... Миран сказал, что ты копался у него в голове.

— Через Нити Судьбы, — пояснил Норт, глядя в одну точку где-то за плечом Иви. — С их помощью можно влиять на прошлое или будущее, но мне пока удавалось только наблюдать. Сатана умеет сплетать эти Нити, распутывать их, создавать новые и многое другое, но чаще души сами выбирают свой путь.

— Ты можешь влиять на них? — Иви заправила черный локон Нортона за ухо.

— Могу. Потому что стану следующим Сатаной, — сказал он, прерывисто выдохнув. — А я не хочу этого. — он виновато забегал глазами по белому пространству.

— Почему же ты согласился? — Иви удивленно захлопала глазами.

— Ради Мари. — Нортон оперся на руки. — Я был ребенком. Сатана дал мне все, чего у меня не было, чтобы заставить принять его проклятие, — в его голосе было столько боли, что Иви заметно поникла..

Нортон подтянул колени к груди, обхватив их руками. Не смотря на свой рост и возраст, сейчас он казался таким маленьким и хрупким, что Иви стало страшно за него. Его плечи подрагивали, дыхание сбивалось. Губы слегка дрожали, будто он пытался что-то сказать, но слова застревали в его горле. Иви потянулась к его руке, обхватив ее своими пальцами.

— Ты не заслужил этого, — прошептала она, пытаясь поймать его взгляд. — Чего ты хочешь на самом деле, Норт?

— Чего хочу я? — эхом повторил он. — Я... я не знаю. — его глаза намокли.