Глава 4. Шоппинг.

Я сидела на заднем сиденье машины и смотрела в окно. Дома мелькали один за другим, их очертания размывались в тусклом свете уличных фонарей, сливаясь в одно серое пятно. Деревья тянулись вдоль дороги, ветви слегка колыхались на ветру, создавая ритмичное движение теней на мокром асфальте. Машина неумолимо мчалась вперёд, а дорога под колесами уходила в темнеющую даль, словно бесконечная лента. Тусклые фонари сменяли друг друга, отражаясь на дороге мокрыми пятнами, и их свет мелькал в окнах машины. Весь пейзаж сливался в одно, и я почти теряла счёт пройденным милям.

- Как нога? - вдруг заговорил Дэвид. - Может нам заехать в больницу?

- Все нормально. - сообщила я. Нога и вправду успокоилась благодаря мази которую мне дал Чарли. - Она уже не болит, по сравнению с тобой Дэвид, я вообще легко отделалась.

- Согласен, но мои раны заживают намного быстрее.

- Я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что вы вампиры. - улыбнулась я. - Чарли, а как ты стал вампиром?

Я заметила как Чарли крепче сжал руль. Может мне не стоило это у него спрашивать? Возможно ли, что это слишком тяжелые для него воспоминания...

- О, я бы тоже хотел это узнать, а то сколько бы я не просил, вы вечно ищите отговорки, мистер Маккей...

Как я и думала, мне не стоило поднимать эту тему. Чарли молчал, продолжая вести машину по кривой дороге. Да дороги здесь были просто ужас. Каждый раз натыкались на мелкие кочки, от чего приходилось ехать очень медленно.

- Раньше меня звали Ламмерт, - начал Чарли ровно, без лишних слов. - С тех пор сменил кучу имён. Родился я в 1689-м в крошечной деревушке на окраине Франции. Семь детей в доме - четыре девочки, три мальчика. Мать старалась держать всех в порядке, но еды хватало едва на двоих. Старший брат и отец пахали в поле, таскали дрова, подрабатывали у соседей, а дома всё равно пахло голодом. Я помню этот запах: пот, сырость, дрова, крики младших, когда им не хватало молока или хлеба.

- Одна из сестёр умерла младенцем, - продолжил он, голос стал чуть мягче. - Другая болела всё детство, еле держалась на ногах. А отец с братом вскоре ушли на войну. Сначала думал, вернутся героями. Через пару месяцев пришла весть... погибли. Болезнь, сражения, чужая земля. Мне тогда было семь. И впервые я понял простую вещь: хочешь выжить - рассчитывай только на себя.

С тех пор я пахал с утра до ночи. Поля, дрова, подработки - всё, чтобы не умереть с голоду. Я видел, как люди ломались от усталости, старики тихо умирали, дети плакали, не понимая, почему мир такой жестокий. К 1701 году я понял: дома мне не выжить. Слабым там не место. Я ушёл. Добрался до городов, где хоть как-то можно было заработать и прожить. Но и там было непросто: экономика рушилась, работы не хватало, цены на еду росли, улицы были полны нищих и бродяг.

Я ночевал где придётся, иногда на кладбищах, иногда в заброшенных домах. Именно там встретил человека, который стал моим наставником. Старик был строгий, внимательный, глаза - как будто видят насквозь. Предложил крышу над головой и еду - но с условием: работай и учись. Выбор был простой: соглашайся или оставайся на улице.

Он научил меня всему, что я должен был знать. Не только ремеслу и выживанию, но и тому, как смотреть на людей, распознавать страх и возможности, использовать шанс, пока он есть. Дни шли, я работал, учился, рос. Иногда ненавидел его за строгость, иногда благодарил за уроки, которые реально спасали жизнь.

- Помню, как зимой мы сидели у огня, - улыбнулся Чарли, и в голосе промелькнула лёгкая ностальгия. - Он рассказывал истории о городах, войнах, людях, которых встречал. Я слушал и понимал: жизнь - это не игры и не песни. Она холодная, голодная и требует жёсткости. Если хочешь выжить, нужно быть сильным, держаться и не ждать милостей.

Наконец, в 1723 году, когда я уже повзрослел, наставник сделал то, что обещал - «обратил» меня. Долгие годы учёбы и тренировок наконец дали плоды. Я получил силу, умение выживать там, где другие ломаются, и понимание, что значит быть готовым к любым трудностям. Всё это благодаря ему - человеку, который видел во мне не мальчишку с улицы, а того, кто сможет выдержать даже ад.

Я сидела и просто не могла поверить сколько всего пришлось пережить Чарли и понимаю почему он не хотел говорить об этом.

- Я, я не думал, что все настолько было плохо... - протянул с грустью Дэвид.

- Согласна, это ужасно... - согласилась я.

- Значит, когда я интересовался у вас об этом, вы молчали, а тут так даже не упирались!

- Да, потому что во-первых, ты не интересовался, а действовал мне на нервы, вытягивая это клещами, - продолжил Чарли, загибая пальцы. - Во-вторых, я вообще не хотел тебе ничего рассказывать. Много чести. А в-третьих, Мирабель, как бы тяжело ни было, мы всегда тебе поможем. Такова природа вампиров, такова и моя природа. Я многое повидал в этой жизни и многих потерял и не желаю, чтобы кто-то ещё оказался на моём месте.

Он сделал короткую паузу, а потом резко ткнул пальцем в Дэвида.

- Кроме тебя! Тебя мне не жалко!

- Да в смысле?! - тут же возмутился Дэвид, вскинув руки. - Что я вам сделал-то?!

Я не выдержала и тихо захихикала, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Со стороны это выглядело так, будто Чарли только что вынес окончательный приговор, а Дэвид случайно оказался главным обвиняемым без права на апелляцию. Впрочем, по выражению лица Чарли было ясно - он наслаждался моментом. Совсем чуть-чуть, но наслаждался.

Чарли и правда был добрым, просто с очень странным способом это показывать. Его забота обычно шла в комплекте с подколами, жёсткими словами и вечным ощущением, что тебя вот-вот морально прихлопнут. Он хотел, чтобы Дэвид понимал, что такое жизнь, особенно жизнь вампира, где розовых очков не выдают даже по праздникам. Будь Чарли мягче, Дэвид давно бы расслабился и решил, что всё и так само как-нибудь сложится. А так - приходилось учиться, думать и иногда страдать, что, по мнению Чарли, было исключительно полезно.

- Спасибо большое, Чарли, - сказала я, всё ещё улыбаясь. - Вам обоим спасибо. За помощь.

Сказала я это искренне, даже несмотря на то, что помощь у них иногда выглядела как лёгкий психологический прессинг. Но именно в такие моменты я начинала понимать, какими бывают вампиры на самом деле. Не пафосными существами из легенд, а странной смесью строгих правил, тихой поддержки и весьма сомнительного юмора.

Они помогали молча, не делая из этого представления, держались своих принципов и упорно оставались теми, кем были. И если уж вампиры брались кого-то защищать, то делали это до конца - даже если по пути обязательно кто-нибудь получал словесный подзатыльник. Особенно Дэвид.

Машина замедлилась, плавно съехав с трассы на гравийную площадку. Гравий хрустел под шинами, передавая легкую вибрацию сиденью, а воздух стал прохладнее, с запахом сырого асфальта и влажной земли. Перед нами замаячил небольшой магазин, его неоновые вывески тускло светились в полумраке. Стены здания были простыми, без лишних украшений, а окна отражали свет фонарей, придавая месту странную пустынную атмосферу. Машина остановилась, и двигатель заглох. На мгновение воцарилась тишина, нарушаемая лишь слабым шумом ветра и дальним гулом трассы.

Мы молча обменялись взглядами, и я почувствовала, как внутри напряглось тело, будто я готовилась к тому, что должно произойти дальше. Чарли открыл дверь, и я услышала, как его шаги мягко касаются гравия. Он вышел первым, затем Дэвид, и я последовала за ними. Воздух ударил в лицо свежестью, оставляя после себя ощущение прохлады и сырости, которая слегка пробиралась сквозь одежду. Мы медленно подошли к магазину, а свет неона отражался в мокром асфальте, образуя яркие полосы под ногами.

Чарли повернулся и внимательно посмотрел на нас с Дэвидом.

- Ладно, слушайте сюда, - начал он, и в его голосе сквозила привычная суровость. - Берём только самое необходимое. Не тащите с собой всякий хлам, который ни к чему. - Он прищурился на Дэвида, словно пытаясь прочесть его мысли. - Понятно тебе, парень? Ясно? Только то, что нужно. Ни грамма лишнего, понял?

Дэвид молча кивнул, но Чарли ещё секунду сверлил его взглядом, будто проверяя, дошло ли до него. Потом слегка вздохнул, как будто решил, что бесполезно спорить.

- Да, понял, - наконец произнёс Дэвид и, кивнув ещё раз, направился вперёд к магазину, слегка неуверенно переступая с ноги на ногу.

Чарли покачал головой, словно слегка раздражённый, а затем перевёл взгляд на меня.

- Не стесняйся, - сказал он мягче, заметив мою робость. - Бери то, что действительно необходимо. Хорошо? Не бери в голову, что я только что сказал Дэвиду. Эти слова касались его, не тебя.

Его голос был спокойным, ровным, но в нём ощущалась уверенность и лёгкая забота. Я кивнула, пытаясь успокоить дрожь в руках и сердце. Чарли повернулся к двери, и я поспешила за ним, ощущая лёгкий ритм шагов, смешанный с шумом улицы за стеклом магазина.

Когда мы вошли, меня сразу окутало тёплое свечение ламп и тихая фоновая музыка, едва слышная сквозь общий шум. Полки аккуратно расставлены, на них развешаны и сложены одежда, каждая вещь на своём месте. Воздух был пропитан свежим запахом ткани и кондиционера, и всё вместе создаёт удивительно уютную атмосферу, почти домашнюю. Я вдохнула полной грудью, и на мгновение тревога отступила.

Я окинула взглядом ряды с джинсами, футболками и свитерами. Вещи выглядели обычными, но именно в этом была их ценность - практичность и удобство. Сейчас нам больше ничего не нужно. Я понимала, что нужно действовать быстро, не отвлекаясь, чтобы собрать всё необходимое за короткое время.

- Через двадцать минут встречаемся у кассы, - сообщил Чарли, направляясь выбирать себе одежду.

«Ладненько», - подумала я, и сама пошла вдоль рядов. Полки с футболками и свитерами, аккуратно сложенные джинсы, яркие толстовки - всё мелькало перед глазами, пока я пыталась сосредоточиться. Я перелистывала вещи, оценивая их, прислушивалась к своим ощущениям - какие удобны, какие подойдут по размеру. Всё происходило автоматически, но я пыталась быть внимательной, чтобы не потерять ни секунды.

И вдруг моё внимание привлекло платье на манекене. Оно было ярким, элегантным, с тонкими бретелями и лёгкой юбкой, которая плавно обвивала манекен. Я замерла, не в силах оторвать взгляд. В этот момент вокруг меня словно исчезло всё: разговоры покупателей, фоновая музыка, приглушённый шум ламп - осталась только я и это платье.

В голове вновь возникли воспоминания о том сне. Я ощутила странное сочетание тревоги и удивления, словно кто-то невидимый держал меня на грани реальности и сна. Я шагнула ближе, наблюдая, как ткань мягко падает, словно приглашающая прикоснуться. Мои пальцы непроизвольно потянулись к ней, но я остановилась. Сердце стучало быстрее, мысли переплетались: «Почему именно оно? Почему этот сон снова?»

Я стояла и смотрела на платье, пытаясь осознать, что происходит, пока воспоминания медленно погружали меня в сон, который казался одновременно далёким и слишком живым. Я ловила себя на том, что дышу медленно, почти сдерживаю дрожь, стараясь не дать себе потеряться полностью в этом странном ощущении.

Я продолжала смотреть на платье, погруженная в свои мысли, когда вдруг рядом прозвучал голос:

- Тебе оно понравилось?

Я резко обернулась и встретилась взглядом с Дэвидом. Он подошёл почти незаметно, и моё сердце внезапно заколотилось. На мгновение я почувствовала лёгкую панику - не заметила, как он оказался так близко.

- Это всего лишь я, - сказал Дэвид с лёгкой улыбкой. - Не бойся так. Прости, что напугал.

Я глубоко вдохнула, стараясь успокоить дыхание, и ответила чуть тише, всё ещё с ощущением неловкости:

- Просто... - я сделала паузу, - оно похоже на то, что я видела во сне. И... и не подкрадывайся так больше.

Дэвид слегка пожал плечами, стараясь выглядеть невозмутимо, но в его глазах мелькнуло лёгкое веселье:

- Да я не подкрадывался. И... да, платье и вправду красивое. Думаю, оно бы подошло тебе.

Я нахмурилась и отвернулась, чувствуя, как прилив волнения постепенно уходит, но сердце всё ещё стучало чаще обычного.

- Не неси чепухи, - буркнула я, пытаясь скрыть лёгкую улыбку за строгим выражением лица, и пошла дальше, окидывая полки с одеждой, стараясь сосредоточиться на практических вещах.

Дэвид последовал за мной, слегка поковыляв, но не делая замечаний.

- Я серьёзно, - сказал он, и в его голосе слышалась тихая настойчивость

Платье больше не отвлекало меня, и я снова погрузилась в ряды одежды, внимательно рассматривая вещи. Дэвид следовал за мной, держа в руках несколько предметов, и иногда бросал взгляд в мою сторону, словно проверяя, всё ли у меня в порядке.

Я выбрала уютный свитер тёплого цвета и джинсы, которые выглядели практично и удобно. Моя рука нащупала футболку с ярким принтом, и я, кивнув сама себе, решила, что это именно то, что нужно. Всё казалось таким простым, но одновременно маленькая радость переполняла меня.

Вдруг Дэвид подошёл ближе и протянул мне пару кроссовок, словно угадав мои мысли и зная, что я их тоже хотела. Я слегка удивилась, но улыбнулась и не стала возражать, принимая подарок с лёгким чувством благодарности.

- Спасибо, - произнесла я, улыбаясь, когда он махнул рукой в сторону кассы, как будто говоря «всё готово».

Собрав свои вещи, мы направились к кассе, и я почувствовала, как напряжение постепенно спадает, а лёгкая усталость от волнения смягчилась.

Около кассы нас уже ждал Чарли. Он внимательно наблюдал, как мы ставим вещи на ленту, и приглядывался к тому, что взял Дэвид. Когда заметил, что лишнего нет, лишь слегка поднял брови, выражая удивление. Затем, хлопнув его по плечу с лёгкой улыбкой одобрения.

- Молодец, - удивлённо протянул Чарли.

Чарли расплатился за наши покупки, и вскоре мы вышли из магазина. На улице уже стемнело, уличные фонари мерцали мягким светом, слегка окрашивая тротуары и создавая уютное, почти волшебное освещение, которое немного успокаивало. Холодный воздух свежо пах и смешивался с лёгким ароматом недавнего дождя, добавляя особую атмосферу вечера.

Когда мы направились к машине, Чарли вдруг, словно прочитав мои мысли, обернулся ко мне и улыбнулся:

- Не переживай за потраченные деньги, Мирабель. Лорды берут на себя все расходы, ну точнее расходы Дэвида. Это что-то вроде его карманных денег.

Я слегка покраснела от смущения и, чуть смущённо улыбнувшись, бросила свои покупки в багажник. Стараясь скрыть лёгкое волнение, я села в машину. Дэвид, как обычно, занял переднее сиденье, а Чарли завёл двигатель и проверил зеркала.

Машина рванула вперёд, унося нас прочь от ярких огней магазина. Вокруг тянулась тёмная дорога, а вдали мерцали огни домов, тихо рассыпавшись по ночному пейзажу. Я смотрела в окно, и ночная картина сменялась, как в калейдоскопе: деревья, фонари, редкие машины - всё мелькало, создавая странное чувство движения сквозь мир, который одновременно был знакомым и чужим.

Каждый момент, проведённый с ними, казался одновременно обычным и необычным. С ними я ощущала себя защищённой, как будто рядом был тихий якорь в этом странном и порой пугающем мире.

И всё же впереди нас ждало новое испытание - Цирк Уродов, место, полное тайн, странностей и неожиданных поворотов. Я глубоко вздохнула, стараясь настроиться на предстоящие события, но чувство тревоги смешивалось с любопытством, которое уже не давало покоя.