33.2

Грейт-Марлоу, 1817 год

Выйдя из дома в Грейт-Марлоу, Никколо чувствовал крайнее смятение. Он озадаченно покачал головой. Юноша не знал, на что именно он рассчитывал, но какими бы ни были его надежды, они не оправдались. Вместо того чтобы возродить былую дружбу, Вивиани сейчас чувствовал себя совершенно чужим Перси, Мэри и Клэр человеком. Они вели спокойную жизнь в английской провинции. Картина, открывшаяся его взору в этом доме, вполне соответствовала духу прошлого века.

Конечно, Шелли не оставил литературную деятельность и его не покинуло желание изменить этот мир к лучшему, но магия тех ночей на берегу Женевского озера развеялась.