Глава 56

Знаете ли вы, что такое жить без любимого, плыть в пустоте? Это всё равно, что остаться в том месте, которого боишься до смерти. И я так жила уже три дня. Я не ела, я почти не пила, я только кивала или мотала головой. Я заставляла колоть мне снотворное, чтобы не жить. Я больше не хотела и не могла говорить, во мне больше не билось сердце, я чувствовала, что умерла после встречи с ним. Я превратилась в зомби, подруги пытались рассмешить меня, а тётя надеялась растрясти, рассказывая о подготовке к свадьбе, которая должна была состояться уже 23 марта. А через четыре дня намечался День Святого Валентина. Мне казалось, что я прожила не пять месяцев, а лет шесть с того момента, как встретила его. Я скучала по нему, он был прав - я делала бездумные выводы, которые привели к разрушению. Меня ему было не достаточно, и он не любил меня так сильно, как я его. Он мог мне рассказать всё, но он не доверял мне, он никогда не доверял мне. Но и я тоже не доверяла ему в полной мере.

Готовы ли вы доверить свою жизнь любимому? Хватит ли вашей любви принять его полностью таким, какой он есть?

Моей любви не хватило, чтобы поверить ему, но хватило, чтобы простить его.

- Мисс Росе, я вижу, вы идёте на поправку, - доктор начал осматривать мои рёбра, - в виду ваших страхов мы готовы выписать вас сегодня вечером. Я позвонил вашей тёте, и она приедет за вами.

Я равнодушно посмотрела на врача и одёрнула больничный наряд.

- Вы не хотите сказать мне что-нибудь, ведь вы так хотели уйти отсюда? - спросил он, ожидая моего ответа.

Я только покачала головой.

- Может вас лучше оставить? - спросил он.

Я просто подняла плечи и отвернулась.

- Мисс Росе, вы должны сказать что-то, потому что, если вы ничего мне не скажете, мне придется к вам приставить психолога, - произнес он, сев на мою постель.

Я посмотрела на него и ухмыльнулась.

- Так вы не хотите ничего мне сказать? - ещё раз задал он вопрос.

Я кивнула.

- Что вы хотите сказать? - удивлённо спросил он.

Я отрицательно замотала головой.

- Вы хотите что-то спросить?

Я кивнула утвердительно.

- Хорошо, что вы хотите знать?

Я показала на больничную одежду.

- Одежда, и что? - спросил он.

Я указала на себя и опять на больничную одежду.

- Вы хотите свою одежду?

Я кивнула и улыбнулась.

- Ваша тётя все привезёт, - сказал он и посмотрел на меня изучающе.

- Знаете, я не должен лезть в личную жизнь наших пациентов, но ваш парень, - он остановился и увидел мой взгляд и сжатые губы, - мистер Голдон все три дня был тут. Ночами, когда вы спали, он заходил к вам и проводил с вами по два-три часа. Но он просил, он даже приказал не говорить вам об этом.

Мои глаза снова наполнились слезами, а подбородок задрожал, я отвернулась и посмотрела в окно.

- Мне его, если честно, жаль. Вы, конечно, стоите того, чтобы так убиваться, но, знаете ли, есть мужского самолюбие, и вы его самолюбие втаптываете в грязь, - он с этими словами поднялся, - через пару часов я к вам зайду, чтобы оформить документы на выписку.

Я просто кивнула, я не могла ничего сказать. Я не хотела, во мне всё было мертво. Он был тут, он был рядом. Он ведь сам попрощался со мной, и я отпустила его. Он сказал, что его любви для меня не хватит, тогда зачем он тут был. Неужели, чтобы не ударить лицом в грязь перед тётей?

- Мия, родная, я привезла тебе одежду. Вот, переодевайся, и я тебя жду, - тётя Энн влетела в палату с сумкой вещей. Я взяла её и скрылась в ванной.

Синие джинсы, ботинки серого цвета, белая кофта и пальто в тон ботинкам. Волосы я закрутила в пучок, из которого выбивались пряди.

Мои губы были зажаты, а синяк на лбу уже практически не было заметно. Мои глаза перестали блестеть, и я похудела на размер, потому что джинсы спадали с меня. На меня в отражении зеркала смотрела девочка с уставшим взглядом, под её глазами были темные круги, а во взгляде чувствовалась обречённость.

Я вышла из палаты и двинулась в знакомый зал ожидания, тётя подписала последние бумаги.

- Надеюсь, мисс Росе, мы с вами в ближайшее время не увидимся, - произнес мой врач.

Я улыбнулась и обняла его, отчего он напрягся. Отпустив его, я пошла за тётей.

Пока мы ехали в машине, она рассказывала о планах на выходные, и что всё уладила в университете. А я просто смотрела в окно, отвернувшись. В доме тети я поднялась к себе и захлопнула дверь. Мне ничего не хотелось, я вернулась туда, откуда всё началось. Я легла на постель и закрыла глаза. Я заставила себя заснуть, потому что других вариантов не было.

Меня разбудил стук. Открыв глаза, я увидела, что уже была ночь.

- Дорогая, я принесла твою любимую пасту, - сказала нежно тётя Энн. Она поставила передо мной поднос и включила прикроватную лампу.

От запаха еды меня затошнило, я покачала головой. Я выпила только воду, затем отвернулась, закрыла глаза и снова провалилась в сон.

Следующий мой день ничем не отличался от предыдущего. Тетя взяла меня с собой посмотреть ресторан, в котором должно было состояться торжество. Я молча сидела в углу, одетая во всё чёрное. Я даже солнечные очки не снимала. Посетители косо посматривали на меня, а мне было всё равно. Официанту я показала на коктейль, секс на пляже, и он удалился. Да, неплохо было начать утро с алкоголя. Я выпила его, и он сразу ударил в голову. Тётя Энн с укором посмотрела на меня, но промолчала. Она предложила, чтобы Ора и Ванесса приехали и поболтали со мной, но я отрицательно покачала головой. Я не хотела никого видеть и слышать, я хотела только тишины. Я хотела раствориться в своей боли и словах, сказанных им. Мы вернулись домой, я поднялась к себе и легла спать.

День повторился снова, я проснулась, только дома никого не было. Я побродила и вышла на улицу. Было тепло для февраля. На календаре было 13 февраля. Это меня радовало. Я села на качели за домом и начала качаться. Я смотрела перед собой, даже думать было не о чем. Я услышала звук машины, подъехавшей к дому. Были уже сумерки. Я встала, обошла дом и быстро поднялась к себе, захлопнув дверь. Я начала быстро дышать.

- Амелия, - постучался тот, от которого щемило в душе, - я могу зайти?

Я прикусила губу и промолчала, я не могла сказать ему даже слова. Он открыл дверь, и я различила знакомый высокий силуэт в пальто.

Он сел рядом со мной на пол.

- Привет, - сказал он.

Я кивнула, я знала, что он видит и хорошо различает всё в темноте.

- Твоя тётя позвонила мне. Она была на грани истерики, ты знаешь почему? - спросил он, повернувшись ко мне.

Я просто пожала плечами, моё сердце стучало ровно, мне было спокойно.

- Она говорит, что ты уже шесть дней не ешь, только пьешь и не всегда воду, - продолжил он.

Я снова пожала плечами.

- Поговори со мной, девочка, я прошу тебя, - он повернул меня к себе и обнял, - я так скучал без тебя, я идиот, я не должен был говорить тебе всего.

Он обнимал меня, а мне было так хорошо и комфортно. Я была дома, в родных руках, в родном запахе.

- Мия, - он поднял моё лицо, - почему ты ничего не говоришь? - спросил он, осторожно касаясь моей щеки.

Я прикрыла глаза и улыбнулась.

- Я не знаю, что с тобой делать, я больше ничего не знаю, что касается тебя, - сказал он, - ты хочешь поехать домой?

Я печально улыбнулась и мой подбородок задрожал.

- Я снова поменял кровать и мебель в нашей спальне, теперь она белая с темно-бордовым постельным бельем, как твои волосы, - улыбнулся он, - я хочу, чтобы ты знала. У меня, правда, с ней ничего не было, а гарем....

Я закрыла его рот рукой, я не хотела вспоминать это. Это было не важно, больше не важно. Я покачала головой и убрала руку, прикосновения его губ остались на моей руке.

- Хорошо, я не буду говорить об этом. Если хочешь, я могу отвезти тебя домой, - предложил он и посмотрел на меня.

Я кивнула, мне хотелось быть с ним хоть немного, чтобы заглушить внутреннюю пустоту. Он поднялся и протянул мне руку, я покачала головой и сама встала, он только вздохнул.

- Тебе нужно взять что-то. Хотя там остались твои вещи? - спросил он.

И я отрицательно покачала головой.

- Хорошо, тогда поехали, - он начал двигаться, и я пошла за ним.

Когда он был рядом, я жила, когда его не было со мной, я была мертва. Я была зависима от него так глубоко, что, наверное, только смерть могла помочь нам расстаться.