Глава 23.

Впервые Каталея повстречала Элис, когда та стояла в растерянности посередине дороги. Люди проходили мимо неё толкая плечами, косясь и перешёптываясь между собой, но никто не спешил заговаривать. Городские безумные порой бывали опасны, даже если выглядели как очаровательные ангелочки. Каталея же учуяв в девушке соратницу тут же устремилась сквозь шумную толпу. И совершенно не ожидала, что стоило только коснуться руки застывшей вампирши как она широко улыбнувшись заявит:

— А я тебя ждала!

Каталея едва не отшатнулась, посчитав девушку сумасшедшей. Но она крепко уцепилась за бледную руку, глядя чистыми лучистыми глазами на Лею. Вампирша была такой же «вегетарианкой», что было удивительно.

— Не думала вернуться домой раньше? Он очень по тебе скучает и ждёт.

— Ты знаешь меня? Говорила с Карлайлом? — ещё больше нахмурилась Каталея. Воспоминания об отце, которые она казалось бы похоронила, или просто старалась не замечать, накрыли лавиной. На мгновение почудилось будто он снова стоял рядом и обнимал. Будто не было всех этих лет, будто её не насиловали.

— Мой дар, — тут же отмахнулась девушка, легко потянув растерянную Лею следом за собой. — Он правда ждёт тебя. Тоскует. И с той женщиной у него ничего не было. И никогда не будет. Во всех видениях лишь ты.

— Видениях? — переспросила вампирша. Пожалуй, она бы посмеялась над словами незнакомки если бы не знала о даре Эдварда. — Ты знаешь мою семью по видениям? И что вообще ты видишь? Будущее?

— Скорее отрывки от принятых решений, — легкомысленно пропела девушка. — Стоит измениться решению как меняется и будущее. Тебе бы стоило прекратить мучить себя и вернуться к Создателю.

— Не сейчас, — тут же обрубила Каталея, невольно поёжившись. Ей не было холодно, но мурашки поползли по коже. Боль от потери спутника всё ещё была слишком свежа. Незнакомка будто это почувствовав тяжело вздохнула. Но прекратила уговоры.

— Меня кстати Элис зовут.

— Каталея, — заторможено отозвалась Каллен.

— Я знаю. Мы будем сёстрами, — заулыбалась вампирша и Лея не знала хочется ли ей двинуть спутнице или с благодарностью согласиться. Она чувствовала себя такой уставшей и грязной. Жизнь вампира оказалась не такой радужной, как чудилась когда-то. А Элис стала приятным глотком свежего воздуха. Хотя бы на мгновение она скрасила её одиночество.

— Совсем скоро я познакомлю тебя с Джаспером. Он особенный, совсем как твой Создатель, — это было странно, но бесконечная болтовня Элис успокаивала и в какой-то момент Лея поймала себя на том что слабо улыбается. Ожидание «совсем скоро» растянулось на шесть лет. Шесть безумных, шумных лет, когда Элис пыталась растормошить Каталею, но казалось лишь больше утягивала на дно.

Каллен наблюдала за миром будто сквозь толстое, затемнённое стекло. Она всё больше отмалчивалась, практически перестала улыбаться. На шумных вечерах предпочитала сидеть в полумраке, окружённая клубами сигаретного дыма. Несомненно, такая таинственность привлекала мужчин, но вампирша была к ним совершенно равнодушна. Часто даже не реагировала на реплики и Элис приходилось спасать положение своим щебетанием.

Иногда, когда терпеть окружающий мир становилось совсем невыносимо, Каталея думала о том, чтобы вернуться к отцу и Эдварду. От нескольких знакомых вампиров она слышала, что их семья расширилась ещё на двух членов. Розали и Эмметт. Она хотела бы увидеть эту парочку. Взрывную и агрессивно-сексуальную. Интересно, как только их терпел вечно сдержанный Карлайл? Но тут же отбрасывала эти мысли. Она ощущала себя грязной и недостойной семьи. Всё пошло наперекосяк, когда согласилась уйти с Феликсом о чём теперь ужасно жалела. Знала бы она чем всё обернётся и шагу не ступила из отчего дома. Перетерпела бы как-нибудь присутствие Эсми. Нашла бы подходящие слова для отца. Но не ушла с Феликсом.

Тогда, десятки лет назад, она мечтала, что её первый раз будет нежным, на огромной кровати, усыпанной лепестками цветов. Она думала, что потеряет девственность с Карлайлом. Воистину верно, когда говорят — Человек предполагает, а Бог располагает. Вся жизнь перевернулась, когда Феликс изнасиловал её на грязном полу подвала. Учитывая, что вампиры не устают, то пытка длилась невыносимо долго. Каталея была даже удивлена, как не сошла с ума. Девственная плева срасталась раз за разом благодаря проклятой регенерации. Но Феликс постарался... «лишив её этого недостатка».

После освобождения, насытив голод своей хищной половины, Каталее заново пришлось учиться контролю, а отношения с мужчинами и вовсе вызывали омерзение. Единственный кто смог немного растопить лёд — Карлайл младший. Но он был человеком. Отчасти именно это сыграло решающую роль. Вампирша знала, что в любой момента могла легко сломить его напор. Хрупкое человеческое тело не было способно доставить удовольствие. Скорее она ощущала нежность по отношению к молодому человеку и благодарность. Секс с ним был никаким. Впрочем, как и с другими людьми. Приближаться же к вампирам Лея по-прежнему не стремилась.

А потом Элис наконец встретила Джаспера. И находиться рядом с ними стало вдвойне невыносимо. Каталея исчезла не сказав ни слова. Знала, что сестра уже всё увидела, а Хейл удивительным образом всегда поддерживал её, Каталеи, решения. Их обоих раздирала внутренняя война. И если мужчина нашёл свой оплот спокойствия, то Лея была одинока. Она не могла поделиться своими мыслями ни с кем, хотя оба вампира были готовы её выслушать и следовать по миру.

Каталея как всегда ушла налегке, оставив всё позади. Растворилась в осенней хмари, напевая под нос колыбельную, которой ей любил мурлыкать Карлайл.

Элис долго потом сокрушалась, что не заставила сестру вернуться к Создателю раньше.