twelve

Я услышала голоса в комнате, которые заставили меня прекратить свои действия.

– Ты сказал, что она проснулась, где она? – говорил требовательный голос, который, по всей видимости, принадлежал Гарри. Я удивилась тому, что произнесла его имя не в официальной форме.

– Она ушла в ванну, – Оливер отвечал спокойно, стараясь держать тон ровным, но я могла буквально чувствовать его панику.

– Отлично, ты можешь подождать снаружи, – нахально произнес Стайлс. Я засчитала еще одно очко в копилку неофициальных обращений.

– Снаружи, в смысле здесь? Вы что, зайдете к ней? – удивлялся охранник.

– Снаружи значит свали из комнаты, – грубо произнес Гарольд.

Через несколько секунд дверь в ванную открылась, и зашел сам герой скандала. Я всеми способами старалась прикрыться, свернувшись, словно котенок. Но улыбка все равно появилась на его лице, он внимательно осмотрел меня, после чего приготовился что-то сказать, но я остановила его.

– Что ты здесь делаешь? Немедленно выйди! – кричала я. Я удивлялась тому, что я смогла повысить голос на него. Это был словно маленький шажок в преодолении самой себя. Еще одно очко.

– И не подумаю! Нам нужно кое-в-чем разобраться, – мгнновенно ответил он.

– Выйти. Из. Ванны, – проговорила я, выделяя каждое слово. Я не знаю, откуда у меня столько смелости. Наверно, это из-за того, что я теперь знаю, что смогу себя защитить, поэтому мне не нужно бояться всех и каждого.

– Мне и тут комфортно, – сказал он, ухмыляясь.

Злость взяла верх надо мной. Словно внутри меня лопнул какой-то шарик, который дал выход желанию ударить его по смазливой мордашке. Я не знаю, почему даже это чувство ощущалось по-другому: оно словно захватывало меня изнутри, позволяя утопать в нем.

– Интересно, а одинаковые люди одинаковы во всем? Как думаешь? – спросил он, с усмешкой поглядывая на меня, это было похоже на то, что он хочет начать философскую беседу.

– Я думаю, что тебе стоит выйти, – сказала я таким же тоном, но не позволила себе улыбнуться, осталась серьезной. Я мысленно аплодировала себе за смелость.

– Да не, я не думаю так же, - пожал плечами он, опираясь о стену, его поза говорила о том, что он задержится здесь и уж точно не уйдет.

– Отлично, тогда выйду я, – сказала я, схватив полотенце, которое лежало рядом со мной. Я загородила тканью себя от Стайлса, после чего встала и обернулась в полотенце. Мои действия казались ему очень смешными, мне показалось, что он что-то пробормотал, но я не обратила на это внимания; медленно вышла из ванны, проходя мимо него в гардеробную. Открыв дверь, я зашла внутрь, не забыв запереть ее за собой. Внутри меня кипела злость: как он может себя так нахально вести?

На специальной полке я быстро нашла нижнее белье, которое поспешно одела, после чего начала рыться на полках в поисках чего-то, что можно одеть, чтобы можно было быстро убежать.

– Все-таки одинаковые люди не во всем одинаковы, оказывается, ей бы следовало немного больше внимания уделять себе и ,возможно, тогда было бы лучше, – раздался голос за моей спиной, который заставил меня подпрыгнуть.

– Как ты...как ты попал сюда?

– Немного магии и универсальный ключ, – сказал он, смотря на меня. На его лице появилась улыбка чеширского кота, после чего он сделал шаг вперед, заставляя меня отступить. Мне уже была знакома эта игра, и я точно знала, что мне не нравится исход.

– Не подходи, – начала требовать я, выставив руки вперед.

– Ты боишься меня? Почему же? – спросил он с непониманием. Я удивлялась тому, как ему хватило наглости спросить такое, после того, что он сделал со мной. Я быстро сделала несколько шагов назад.

Словно повторяя прошлый раз, я оказалась загнанной в угол, такие совпадения удивляли меня. Все в точности повторяло прошлую нашу встречу ним. Внутри меня появился страх того, что я могу снова увидеть ту злость в его глазах. Страх, что он легко повторит то, что сделал в прошлый раз. Он опять подошел вплотную. В моих глазах появился дикий ужас, я боялась его, хотя он ничего не сделал. Мои эмоции вели себя слишком непредсказуемо, они были слишком яркими.

Одна его рука легла на мою талию, а другая «нарисовала» странный узор на моем животе. Из-за этого по моему телу прошлись мурашки. Давайте не будем преувеличивать, говоря, что мне нравилось это, я просто боюсь щекотки, это прикосновение было чем-то средним между щекоткой и чем-то...другим.

– Только не говори, что ты не чувствуешь, – тихо прошептал он, внимательно смотря на меня.

– Чувствую мурашки, – тихо произнесла я. На его лице появилась улыбка, которая не предвещала ничего хорошего. – Потому что я боюсь щекотки, идиот! – добавила я, ударяя его рукой по лицу, что было явно глупым, но я получила реальное наслаждение от того, что вмазала этому придурку.

– Как ты меня назвала? – в его тоне была слышна злость, он схватил мои запястья. О, давайте посмотрим, его совсем не волновала моя рука, которая «задела» его лицо, правильнее было уделить внимание на то, что я назвала его «идиотом». Молчание с моей стороны заставило его хватку усилиться.

– Я..я... – моя смелость куда-то улетучилась, я чувствовала себя маленьким беззащитным щенком.

Через секунду за мной уже не было платьев, лишь стена противоположной части комнаты. Гарри прижал мои запястья к стене так, что я не могла пошевелиться. Появилась боль, но она быстро растворилась, словно ее и не было. Стоит ли добавить это к другим странностям?

– Никогда не смей называть меня так, – тихо проговорил он совсем близко с моим лицом.

– Пожалуйста, отпусти, – заскулила я. Это было вызвано не тем, что мне больно, скорее всего, это от огромной неприязни находится на таком расстоянии с ним.

– Скажи, что ты сожалеешь, – требовал он, крепче сжимая мое запястье.

– Отпусти меня. Ты сейчас сломаешь мне руку, – писклявым голосом проговорила я. Странно то, что чем крепче он сжимал, тем меньше я чувствовала это. Лишь первые секунды, потом боль уходила, исчезала.

– Скажи это.

Он требовал от меня признания того, что я не буду и не хочу признавать. У меня не было чувства сожаления, единственный, у кого оно должно быть - он.

– Нет, – еле слышно сказала я.

– Повтори? – под его глазами выступили венки, я видела, что у него появились клыки, когда он произнес это. Увидев их, я была готова расплакаться, вспоминая то, что они сделали со мной. Я не могла позволить себе показать ему свои слезы сейчас, поэтому, внимательно посмотрев на него, я громко произнесла:

– Я сказала: нет!

– Плохой выбор. Будь я маленькой, беззащитной, полуголой девочкой, я бы не стал себя вести так.

– Будь я старым и могущественным вампиром, мне бы честь не позволила вести себя так по отношению к маленьким беззащитным полуголым девочкам, – за моим словами последовал удар. Я закричала от боли, но, я должна признать, это произошло, скорее от шока и обиды, щека болела лишь несколько секунд, после чего боль прошла.

Я внимательно смотрела в его полные злости глаза; на моих же, начали наворачиваться слезы, которые я не могла остановить. Мне было очень обидно, я была очень зла. Эти чувства пожирали меня изнутри, заставляя подчиняться им, лишая здравого рассудка.

– Ты ударил меня? – закричала я, стараясь вырвать руки из его хватки, но все было тщетно. Его дыхание было ускоренным, он лишь сильнее сжал мое запястье. – Поздравляю, ты избил маленькую беззащитную девочку. Что будет потом? Опять выпьешь мою кровь, чуть не убив, или.. о нет, я знаю! Придешь в мою комнату, после чего украдешь мой первый поцелуй, и заставишь забыть? Ты это хочешь? О...или может быть все серьезнее? Может, ты просто возьмешь и заберешь не только мой первый поцелуй, но еще и девственность? А что? Я знаю, что ты хотел сделать это! Знаешь что? Ты говорил о девушке, как ее звали? Милина? Или Миранда? Я понятия не имею, кто она такая, и с чего бы это вдруг все люди пишут мне, что мы похожи, но знаешь, я поняла, почему она бросила тебя! Ты просто невозможен! Я никогда не встречала таким, как ты! – кричала я сквозь слезы, брыкаясь ногами, стараясь пнуть его посильнее, но ему было все равно.

– Не смей говорить о Миранде! – заорал он на меня, после чего швырнул в противоположную стену. Я чувствовала боль соприкосновения, что заставило меня заскулить, но самое страшное, что я наслаждалась этой болью словно наркотиком, желая получить еще одну дозу. Что происходит со мной?

– Маленький Гарри был влюблен, как мило, - я улыбнулась, вставая, но это сопроводилось легким пошатыванием. – Браво! Повторишь еще раз? Может, кинешь меня посильнее? Или... ты все-таки получишь что-то от того, что причиняешь мне боль? Давай я помогу,– сказала я, подходя к маленькому шкафчику, где, как я успела узнать, лежали принадлежности для шитья. Достав ножницы, я направила острие на себя.