Часть 40

    Ещё было не время. Но роды начались, и их нельзя остановить. К сожалению или к счастью, но помочь Хейли родить я не смогу, я в этом не разбираюсь, но те ведьмы, которые с ней помогут. Моё же дело разобраться как это произошло. Это дело ведьм. Которые сами же меня сюда и призвали, для помощи в жертвоприношении. Мой гнев кажется заполнял каждую клеточку моего тела, а сила уже готова была вырваться наружу, убивая всех на моём пути. Как только я вошла на территорию кладбища, калитка за мной захлопнулась, а ветер усилился.– Хотели обмануть меня!? Грёбаные ведьмы! – кричала я, и выпустила часть силы, которая взорвала один из склепов, я знала, что он принадлежал именно ведьме, а не обычному человеку.– Остановись, импульсивная девчонка, – услышала я сзади, и медленно развернулась, увидев перед собой старую ведьму, она не жива, она дух, которая пришла по-моему зову.– Это я импульсивная девчонка?– Большая сила дана тебе не для того, чтобы разрушать нам склепы.  Как ты посмела заявиться сюда, и обвинить нас в обмане.– Кто ты для меня, чтобы стоять здесь и отчитывать? – А ты кто для меня, чтобы тревожить мой покой. Для того чтобы ведьмы здесь тебе подчинились они должны быть живыми, или ты должна стать мёртвой..– Боюсь это невозможно, но я знаю способ отправить тебя в забвение. А теперь мне надоели пустые разговоры. Чего вы хотите добиться?– Нам нужно лишь равновесие. Природа любит равновесие. И если не принести жертву, всем будет очень плохо. Поэтому никакого обмана, ты должна принести жертву. Мы договаривались, что ты поучаствуешь в жатве, и ты согласилась. Какой обман?– Хейли рожает. Ещё не время. И я знаю, что вам этот ребёнок будет только мешать, вы всё время пытались его убить. И теперь ты будешь говорить, что это не ваших рук дело?– Я ничего не знаю, не я вызвала роды, если они начались, значит так задумано природой. А теперь вернусь к тому, что говорила до этого. Ты согласилась на жатву, и теперь ты будешь должна принести этого ребёнка в жертву. – Мы не договаривались на невинного ребёнка.– Мне плевать. Просто не будь тряпкой, и иди готовься к жатве. Мне больше не о чем с тобой разговаривать, но если нарушишь договор, произойдёт, что-то нехорошее, – сказала она, и растворилась во тьме.   Хорошо, грёбаные ведьмы. Будем играть по вашим правилам. Но это ещё не значит, что я останусь в проигравших. Решимость и злость кипела в крови, и я быстрым шагом направилась с кладбища.

POV: Элайджа

   Я прибежал в церковь, но было уже поздно. Хейли лежала на руках у Клауса, и я не слышал её сердцебиения, как бы не пытался прислушаться. Я подбежал, садясь перед ней на колени, Клаус положил руку на моё плечо, и слегка сжал. Не нужно было ничего говорить, по его взгляду всё было понятно. Я сжал холодную руку Хейли, и почувствовал как какая-то часть меня, умерла вместе с ней. Я не успел. Она могла бы быть жива.– Она не достойна была такой смерти. Она умерла из-за нас, – прошептал я, и подняв девушку на руки, уложил на стол.– Я не смог им противостоять, ведьмы оказались сильнее. Тебе нужна моя кровь, – Никлаус протянул своё запястье, и я надкусил его, выпил пару глотков, и укусы затянулись. А потом я вышел из церкви, и сел возле одного из склепов.  – Элайджа, не вини себя.– Как я могу не винить себя? Хейли мертва. Если бы она не связалась с нашей семьёй, ничего бы этого не было. Я впустил её в свой мир, а теперь она мертва, – боль вырывалась из груди, и я уже не мог её держать в себе. – Брат, я понимаю твою боль, я также потерял мать своего ребёнка, но ты должен взять себя в руки, ради..– Ради кого Никлаус? – Если не ради меня, то хотя бы ради Ульяны.– Я давно уже всё разрушил, между нами пропасть, которую ничем не исправить..– Моя дочь у них! Её нужно спасти, – услышал я знакомый голос, и обернулся.– Хейли, – прошептал я, не веря своим глазам. Она жива. Спокойствие разлилось по телу. Хейли не умерла. Я не потерял её. – Но как?– Кровь ребёнка осталась в её организме, – догадался Никлаус.– Она.. – я запнулся, и Никлаус коротко кивнул, поняв, что я имею ввиду.– Нужно найти мою дочь!

POV: Ульяна

   Белое платье, красная помада, высокий хвост. Прекрасный вид для такого паршивого дня. Я подвела губы помадой, возле зеркала в каком-то склепе.

– Ты действительно готова принести жертвоприношение? – аккуратно спросила Давина.– Я готова сделать то, что считаю нужным, – ответила я.– И что же нужно?– Нужно равновесие, Ди. А теперь уходи. Скоро всё начнётся. Ты обещала мне, что тебя здесь не будет.– Почему?– Ты обещала не задавать вопросов. Я приду, как всё закончится и объясню. А теперь иди, больше времени нет. Уходи через задний вход, – приказала я, и она незамедлительно вышла.– Всё готово, можно начинать, – сказала Женевьева, протягивая мне кинжал.– Начинайте читать заклинание. Я скоро подойду, – я приняла оружие, и посмотрела на узорчатую рукоятку.– Я думаю нужно поторопиться.– А ты перестань думать, и делай то, что я сказала.– Я тебе не подчиняюсь.– Уверена? Я могу убить тебя за секунду, но ты смеешь со мной припираться. Повторю ещё раз, иди и начинай жертвоприношение, – грубо бросила я, и она молча ушла прочь. Плачь девочки начал доносится и до меня, и сердце невольно сжалось, послышались звуки разбирающегося камня, и я поспешила выйти из своего укрытия. – Вы зря пришли! – мой голос разнёсся по кладбищу. – Вы ничего не сможете сделать, – Хейли попыталась бежать, но я выставила руку, и невидимая стена возникла между нами. – Можете стоять и смотреть, или же уйти. Второй вариант думаю лучше, будет не так больно. Смерть детей наверное приносит много боли, – произнесла я, и покрутила кинжал в руке, Хейли рвалась через невидимую ограду, которая вновь и вновь её отталкивала, Клауса разрывал гнев от бессилия, он рычал и крушил всё, что мог, а Элайджа стоял и смотрел на меня с тихим разочарованием, и его взгляд разрушал больше всего.– Нельзя больше тянуть! – воскликнула рыжая ведьма, и выдернула меня из мыслей, я вышла из арки, и приблизилась к столу для жертвоприношения.    Девочка лежала на белых простынях, такая маленькая и беззащитная, и главное напуганная всеми этими ведьмами. Но Женевьева права, времени больше нет. Я занесла кинжал, прямо над сердцем девочки.– Нет! – раздался рык Клауса, но было уже поздно. Ведьмы с жатвы сдерживали их, причиняя невыносимую боль. Вихрь поднялся, но очень быстро исчез, когда появился Марсель, и метнул в девушек металлические, шестиконечные звёзды.– Не бойся, – шепнула я малютке, а после взмахнула рукой, но резко развернулась, и метнула кинжал, который вонзился в плечо Женевьевы, и припечатал её к стене. – Прости, что напугала, – произнесла я, обернувшись к малышке, и аккуратно взяла её на руки.    Я боялась даже пошевелиться, вдруг я сделаю что-то не так. Девочка замолчала, молча разглядывая моё лицо. Её маленькая ручка коснулась моего лица и волос, и я вздрогнула. В голове пронеслись воспоминания, самые тёплые в моей жизни. Мурашки побежали по коже, и я удивлённо распахнула глаза.– Как ты это сделала? – спросила я, словно ребёнок, родившийся сегодня, мог мне что-то ответить. – Всё сработало, – произнёс Марсель, когда подошёл ближе.– Спасибо, что подстраховал, – сказала я, и протянула девочку, которую аккуратно закутала в простыню, чтобы она не замёрзла. – Отнеси её в безопасное место, – прошептала я, и Марсель забрал ребёнка, малышка потянулась в мою сторону, но я отступила, а Марсель исчез из виду.– Ульяна, сзади! – раздался крик Элайджи, но я не успела никак отреагировать, почувствовав холодное лезвие между лопаток, и железный привкус крови во рту, моей ярости не было предела.– Я должна совершить жертвоприношение, думаю всё равно, какой трибрид сдохнет, – сказала Женевьева, и схватилась за кинжал, желая всадить мне его ещё глубже, но я резко подалась впереди, и клинок вышел из меня, а я резко обернулась.– Ты слишком самоуверенна, Женевьева. Тебе не убить меня, тем-более простым кинжалом с рисуночками ведьм, – я сделала шаг, она отступила. – Тебе не убежать, от неминуемой смерти, – ответила я, и схватив её за горло, швырнула внутрь склепа. – А теперь уходите! Это дело ведьм, – приказала я вампирам, к числу которых теперь добавилась Хейли, я чувствовала, что она превращается.   Не дожидаясь их ухода, я прошла через арку к ведьме, она сидела возле стены, и оправлялась от удара. Хотя думаю это уже бессмысленно. – Как думаешь, что тебя погубило? Жажда власти, жажда жизни, или может жажда силы? – я присела перед ней на корточки, и схватила её за щёки.– Ты ошибка природы.– Ты тоже, потому что должна быть мертва, а не занимать чье-то место. И угадай, где ты сегодня окажешься?– Нет, прошу тебя. Я буду служить тебе. Делать всё, что скажешь. Только даруй мне жизнь, я знаю, ты можешь, – умоляла она, и из её глаз полились кровавые слёзы, у неё не осталось времени.– Я не меняю своих решений. И не прощаю тех, кто хотят навредить моим близким, – я вонзила кинжал в её сердце, и провернула, она издала сдавленный вскрик, и её дыхание прервалось. Она мертва.– Она пыталась убить мою дочь..– За что и поплатилась! – перебила её я. – Вас не должно здесь быть, – сказала я Хейли и Элайдже.     Именно в этот момент земля под ногами задрожала, и ветер поднялся сильнее. Ведьмы. Как же я вас ненавижу.– Быстро, вон отсюда! – голос сорвался на крик, и меня отбросило в стену, но я быстро поднялась, и ответила на удар невидимых и мёртвых духов. – Я справлюсь Элайджа, уведи Хейли. Если не хочешь оставить ребёнка без матери, – произнесла я, и он выругался себе под нос, но схватил девушку, и увёл с кладбища.– Ты не сделала то, что обещала. Ребёнок жив! – возмутилась старая ведьма.– Я не обещала её убить, я сказала, что совершу жертвоприношение. Женевьева мертва, моя часть сделки выполнена, – грубо бросила я, и посмотрела на толпу духов.– Ты лишь оттянула неизбежное. Она не должна жить, и не будет. Не ты, так кто-нибудь другой это сделает.– Я тоже не должна была жить, но я сейчас перед вами. И если вы не забыли, моё имя Ульяна-Кайли Адерли-Девиль, я управляю всеми сущностями, может быть сейчас я без короны и не на троне, но вы всё ещё мне подчиняетесь, – я вытянула ладонь вперёд, пропуская энергию через себя, и направляя в видимые только для меня сущности, ведьмы падали, сражаясь с болью, но у них не было шансов, я видела как их затянуло под землю, запирая в своих могилах.    Я же говорила, у вас нет шансов, грёбаные ведьмы.

POV: Элайджа.

   Решение было болезненным для всех нас, особенно для Клауса и Хейли, но оно было принято. Оно было неизбежно. Чтобы сберечь ребёнка, нужно сделать так, чтобы все думали, что она мертва. И охота на неё прекратилась, хотя бы на неопределённый срок. Тёмная ночь за окном говорила о том, что уже пора. За спиной послышались тихие шаги, и я обернулся.– Она в порядке? – хрипло спросила Ульяна.    Её волосы были заплетены в аккуратный пучок, лицо было расслабленно, следа от красной помады не осталось, но выглядела она слегка уставшей. Чёрная толстовка с капюшоном, джинсы и кроссовки, всё это вовсе не было похожим на её вид, несколько часов назад.– Благодаря тебе, – ответила Хейли, держа девочку на руках.– Я тут не причём, – она облокотилась на дверной косяк, она больше не выглядела такой решительной, всесильной, всемогущей, скорее была как нежный и ранимый цветок, которому нужен отдых и передышка.– Ты не убила её.– Я не убиваю детей, – строго произнесла Ульяна. – Она не виновата, что все боятся её силы, и хотят убить до того, как она убьёт их. И что у её отца, столько врагов, – усмехнулась девушка, почувствовав, что Никлаус у неё за спиной.– Я просто общительный человек, – проговорил брат, и остановился возле Ульяны. – Выглядишь.. – Ульяна недовольно посмотрела на него, – превосходно, – она закатила глаза и отвернулась.– Как её зовут? – задала вопрос девушка, и её взгляд устремился на Хейли, которая встала, держа в руках розовый, мягкий конверт с малышкой.– Хоуп, – произнесла Хейли, подходя ближе к нам.– Надежда, – прошептала Ульяна, и кроткая улыбка коснулась её лица. – Я знаю, что девочка для всех мертва. Но что вы собираетесь делать?– Чтобы она была в безопасности, нам нужно её отослать, – грустно сказала Хейли, каждый взгляд на дочь, был прощанием с ней.– Это безумие, но должно сработать, – ответила Ульяна, понимающе смотря на Хейли.– Пора выезжать, – произнёс Клаус. – Поедешь со мной?– Ты ещё спрашиваешь. Только дай мне минуту, – она вышла из гостиной.

POV: Ульяна

   Я вошла в детскую. В кроватке, лежал серый вязаный зайчик, в голубом платьице, которого я купила тогда на ярмарке. Я взяла его в руки, и прикрыла глаза, направляя часть силы внутрь. На платье зайчика теперь виднелось имя - Хоуп. А на шее был кулончик, когда-нибудь, может быть она его будет носить.– Заклинание защиты?– И не только, – я обернулась, Элайджа стоял передо мной. – Тебе самой такое необходимо. Знала бы ты, как я переживал, – прошептал он, и моё сердце ёкнуло.– Меня нельзя убить.– От этого я переживать не перестану, – он пересёк комнату в два шага, и притянув меня за затылок, поцеловал, медленно и настойчиво. – Больше я не планирую тебя терять, – отстранился Элайджа, но всё ещё поглаживал мою щёку.– Встретимся на нашем месте, если вспомнишь где оно, – протянула я, и обошла его, выходя из комнаты, вместе с плюшевой игрушкой.– Прошло уже больше минуты, даже скорее около трёх, – ответил Ник, когда я села в машину.– Девушки должны опаздывать, когда подрастёт Хоуп, она будет говорить тебе тоже самое.– Только если ты её этому научишь.– Она девочка, а значит это в её крови. Тем-более она у вас красавица.– Возьмёшь её, – Клаус протянул мне Хоуп.– Так себе из тебя отец, даже не купил детское кресло, – сказала я, и на лице Хоуп промелькнула улыбка.– Поэтому держи крепко, – в моих руках оказалась девочка, и я боялась дышать, вдруг я сделаю что-то не так. – Не бойся, всё будет хорошо, – увидев мои удивлённые глаза, сказал Клаус, и мы выдвинулись по дороге из города.– А если я ей что-нибудь сломаю, – прошептала я, и Хоуп издала какой-то звук, я испугалась, может уже сделала что-то не то.– Она просто зевнула, – пояснил Ник. – Впервые вижу, как ты чего-то боишься.– В детстве я боялась многого. А потом выросла, и поняла, страхи делают нас слабее, хочешь стать сильным, засунь их куда подальше.– Я не хочу, чтобы у неё детство было такое же, как у нас.– Не знаю, наше детство мне нравилось, жаль, что оно продлилось недолго. – Прости меня.– За что?– Знаешь, я ведь на мгновение поверил, что ты хочешь её убить. А потом, когда она вонзила тебе кинжал, боялся потерять.– Я никогда не смогу причинить этой девочке зла, – прошептала я, и посмотрела на её умиротворённый вид, за время поездки она успела уснуть, для маленьких детей это наверное нормально, они же в основном только спят и едят, если я не ошибаюсь.– Я знаю. Будешь её крестной? – резко спросил Клаус, и я опешила.– Что ты сейчас сказал?– Хочу, чтобы ты была крёстной моей дочери, – усмехнулся Ник. – Думаю, я буду самой хреновой крёстной.– Вечно ты себя принижаешь. Ты уже лучший человек в её жизни, – сказал Ник, и поцеловал меня в лоб, я передала ему Хоуп, и мы вышли из машины.   Я осталась стоять возле машины, облокотившись на её бампер, в обнимку с серым зайчиком. Напротив стояла ещё одна машина, красная, на которой несколько месяцев назад мы с Ребэкой рассекали улицы Нью-Йорка, Калифорнии, Маями, и многие другие города и Штаты.    Я никогда не брала на руки ребёнка, никогда не ухаживала за ними, я не знаю, что это вообще такое. Но после того, как я впервые увидела Хоуп, словно мир перевернулся. Когда она спит, я чувствую спокойствие, когда плачет чувствую боль в груди. Я не понимаю, что со мной. Я ведь не могла привязаться к девчонке, которую два раза держала на руках, и видела от силы минут десять, я с ней не связана по крови. Но, что со мной происходит. – Ты так и будешь там стоять? – спросила Бэкс, посмотрев в мою сторону.– Не хотела мешать семейным разговорам, – приблизившись ответила я.– Ты часть нашей семьи, – произнесла Ребэка.– Всегда и навечно, – продолжил Клаус, и я почувствовала, как слёзы собрались в уголках глаз.– Оо, прекратите, я стала слишком сентиментальная к тысячи годам.– Поэтому начала носить с собой плюшевую игрушку? – Ребэка показала на мою руку, в которой я сжимала зайчика.– Это для Хоуп, – я протянула игрушку Бэкс, – всегда бери её с собой, – шепнула я подруге, и та незаметно кивнула.– Пора ехать, – сказал Ник, – только тебе я могу доверить свою дочь, сестра. Береги себя, и её, – произнёс Ник, и поцеловав Ребэку и дочь, медленно побрёл к машине.– Как твоя терапия? – поинтересовалась Бэка, когда Ник отошёл дальше, ведь только она знает о моём лечении у той колдуньи.– Я чувствую себя лучше, и сильнее. Но пока я ещё себя плохо понимаю, я не знаю свой потенциал, на что я способна, или где я сломаюсь. Мне нужно остаться в городе, где всё началось. – Я рада, что тебе лучше, правда. Знай, можешь приехать ко мне в любой момент, думаю зайчик подскажет тебе где я. Не так ли?– Может и так. Но он и защита для вас. Даже если кто-то сможет вас найти, и попытаться навредить, он встретиться с моей силой.– Ты обо всём позаботилась, – усмехнулась Бэкс.– Если Хоуп не понравится игрушка, надень ей этот кулон, – я дотронулась до шеи зайчика.– Хорошо. – Не люблю прощаться.– Я тоже, – ответила девушка, и я приобняла её за плечи. – До встречи.– До встречи, – прошептала Ребэка, и по её щеке скатилась слеза, я отвернулась, и быстро зашагала в сторону Клауса.– Сегодня для всех сложный вечер – проговорил Ник, выглядел он вымученным.– Поэтому надеюсь ты будешь не против, если назад я доберусь сама, – я поцеловала его в щетинистую щёку. – Много не пей. Лучше рисуй.   Я отошла от машины, оставив Никлауса одного и в тишине. Ноги сами вели меня в нужном направлении. Протоптанная тропинка в лесу, уже начала зарастать, этот короткий путь знали только я и он. В далеке виднелся двухэтажный деревянный домик, только свет в нём не горел. Да и фонари возле дома перегорели. Лишь одно оставалось неизменным, красота озера, на берегу которого стоял этот дом. В синей, спокойной глади воды, красиво отражалась луна. В доме темно, вряд ли там кто-то есть, я сразу же свернула на наш личный берег. Конечно это не пляж на берегу океана, но это наше маленькое место отдыха. Я сняла кроссовки и носки, оставиви их на деревянной терассе, а сама спустилась к песчаному берегу. Прохладный и мягкий песок, приятно обволакивал ноги. Я подвернула джинсы, и зашла по щиколотку в воду. Она была холодной. Самое то, чтобы остудиться, и отбросить все мысли.  Хотя бы на один, хреновый вечер. Я сложила руки на груди, наблюдая за сказочным пейзажем.   Только чего-то не хватает. Пиджак упал на мои плечи. Или кого-то. Я развернулась, и посмотрела в до боли знакомые карие глаза.– Я думала ты не придёшь.– Я всё это время был в доме. Решил понаблюдать, что ты будешь делать. Спасибо, что не пошла купаться в холодной воде.– Я хотела.– Я так и знал. Купальник есть в твоём шкафу.– Оставим это на завтра, у нас сегодня был тяжёлый день, и я хочу заняться другим.– И чем же?– Этим, – я приподнялась на носочки, и поцеловала его, нежность сменилась на страсть, и я почувствовала, как вода исчезает из под ног, и мы оказываемся в доме. – Ты предсказуем.– Просто ты знаешь меня наизусть, – я чувствовала себя опьянённой, смотря в его глаза, а потом и вовсе обомлела от его признания. – Я люблю тебя, Ульяна. И никогда не переставал. Даже когда.. – он не успел договорить, я приложила палец к его губам.– Я не хочу возвращаться в прошлое. Давай жить настоящим, Элайджа. И да, я тебя тоже люблю.