My Name.

Причитая о том, какой Джун Тэ тяжёлый, Хён Так помог тому пролезть в окно, а затем и сам протиснулся следом. Ён Джин замыкала процессию, влезая последней.

Они очутились в кромешной тьме. Вдоль стен валялся разный мусор, а на стенах виднелись полки, заставленные ящиками. Хён Так двинулся вперёд и распахнул ржавую подъёмную дверь, за которой открывалось более светлое пространство.

Ён Джин то и дело оглядывалась, словно любой звук заставлял её вздрагивать.

- Тут совершенно пусто, - прошептала она, подходя к Хён Таку, который включил фонарик на своём телефоне.

- Джун Тэ, сгоняй на второй этаж, проверь что там, - скомандовал Хён Так, после чего перевел взгляд на Ён Джин.

Джун Тэ помешкался, но все-таки двинулся вверх по лестнице. Хван, словно что-то искала, бродила по комнате, сама не понимая, что именно.

- Чисто! Никого нет! - крикнул Джун Тэ, быстро сбегая вниз.

Хён Так стоял у окна, прислонившись к стене, и что-то высматривал. Джун Тэ и Ён Джин переглянулись, а затем подошли к нему. Он продолжал светить фонариком вдаль.

- Да это же трусы Баку! - воскликнул Хён Так почти с ликованием, прильнув лбом к оконному стеклу.

Ён Джин перевела взгляд туда, куда смотрел Хён Так, и увидела развешанное на стене белье.

- Заметили? Там трусы с тигром, - сообщил Хён Так.

Ён Джин сощурилась и с каким-то странным выражением лица отодвинулась от окна.

- Ужас какой, - пробормотала она. - Кажется, ему было совершенно наплевать, где разбрасывать свое нижнее белье.

Хён Так хмыкнул в ответ на её слова.

- Зато теперь мы точно знаем, что он здесь был! Мы идем по следу, - уверенно произнес он, и на его лице появилась улыбка, несмотря на ее скептический взгляд.

- Эй, гляньте, - выпалил Джун Тэ, привлекший внимание к чему-то. - Вон там куча каких-то бумажек валяется... А вдруг это тот самый перечень преступлений На Бэк Джина, про который Хё Ман рассказывал?

Ён Джин на секунду задумалась, прикидывая, что он, скорее всего, попал в точку.

- Ага... Похоже на то. Было бы вообще супер, если бы мы могли в этом удостовериться, - сказала она, отступая на шаг и упирая руки в бока.

Хён Так, дослушав её слова, быстро осмотрелся, а потом резко наклонился, чтобы поднять валявшийся молоток. Покрутив его в руках, он явно что-то задумал.

- Ты чего это удумал? - с любопытством спросила Ён Джин, опустив руки. Джун Тэ заметно заволновался.

- Лучше отойдите, - решительно сказал Хён Так, направляясь к запертой двери. С размаху он обрушил молот на небольшой замок. Пары-тройки ударов хватило, чтобы его разнести.

Девушка приблизилась к выходу и резко открыла его. Ее глаза сразу забегали по помещению, в центре которого находился письменный стол, заваленный бумагами и ящиками.

Если им удастся откопать хоть что-то, что подтвердит все злодеяния Союза, тогда, возможно, он развалится, и никто не пострадает.

В то время как Джун Тэ и Хён Так копались в ящиках и изучали бумаги на столе, Ён Джин застыла у двери в глубине темной комнаты, не покидая ощущение, что их могут внезапно обнаружить. Присматриваясь к каждой детали помещения, она внезапно замерла. Ее внимание привлек металлический барьер, расположенный практически под потолком. Оттуда виднелась камера слежения.

Она резко отстранилась от двери.

- Я нашёл! - в голосе Джун Тэ прозвучала дрожь, когда он повернулся к друзьям. Они с Хён Таком собрали именно тот отчет о покупках мотоциклов, благодаря которому, предположительно, они могли спасти Баку от всех проблем с Собзом.

Она схватила какую-то железяку, чтобы убедиться в своей правоте. С размаху она кинула его в красную мигающую точку и раздался треск. Полка также упала с грохотом, заставляя всех, кроме Ён Джин, вздрогнуть.

- Ха Джун, что ты, черт возьми, делаешь? - обернулся на нее Хён Так. Но она ответила не сразу, быстро приближаясь к поломанной полке и роясь в груде хлама, пока не нашла ту самую камеру. Да, это была именно она, скрытая камера видеонаблюдения.

- Кажется, мы немного облажались. - разочарованно заговорила Ён Джин, когда Хён Так и Джун Тэ приблизились к ней, чтобы рассмотреть вещь в ее руке.

- Нам нужно скорее уходить отсюда, - осознав происходящее, сказал Хён Так.

Но отдаленно уже доносились голоса.

- Эти ублюдки вломились через окно! Закройте заднюю дверь!

Ён Джин и Хён Так обреченно переглянулись.

- Джун Тэ, возьми папку и оставайся на месте, - более-менее спокойно велеле она, медленно подходя к двери. Именно в этот момент выскочили несколько парней, и Ён Джин отошла на шаг.

- Ну что, повеселились, крысы? - спросил Бэк Дон Ха, держа в руке железную палку. Да что уж там, они все были в полной боевой готовности.

- Нападёте на безоружных? - спросила Ён Джин настороженно, будто ее вопрос мог бы что-то изменить. Но это вызвало у них усмешки.

- Это хороший вопрос, - ответил он, и драка началась быстрее, чем когда-либо. Хён Так первым бросился в бой без страха. Он носился с огромной скоростью, намного быстрее, чем она могла себе представить. Одного он вырубил ударом в челюсть, затем молниеносно развернулся и впечатал кулак в грудь другому. Но нападавших было слишком много.

Внезапно кто-то набросился на него сбоку и со всей силы бросил на ветхий деревянный стол. Тот разлетелся в щепки, а Хён Так, кувыркаясь, отлетел на диван, стоящий позади.

Джун Тэ заверещал от ужаса, пытаясь защититься портфелем, но его тут же вырвали из рук и, словно тряпичную куклу, швырнули на тот же диван.

Ён Джин схватила парня, который почти атаковал Джун Тэ, сзади и толкнул прямо на другого, отчего оба упали с громким грохотом. В отличие от Хён Така она дралась куда медленнее, чтобы не потратить слишком много сил и энергии на долгий бой. Возможно, им придётся бежать.

До того, как её попытались атаковать вновь, она без труда увернулась и подхватила с пола старую железную полку, сломанную ещё до начала драки. Используя её как щит, Ён Джин отшвырнула полку в сторону, моментально сократила дистанцию, вцепилась в одежду противника и ловко подставила ему ногу. Он рухнул на землю, а Ён Джин, воспользовавшись моментом, со всей силы впечатала ногу в его икру, выбрав наиболее уязвимое место.

Когда её внезапно обхватили сзади, она резко раскинула руки и ухватилась за плечи нападавшего. Оттолкнувшись ногами от земли, она взмыла вверх, используя его как опору. Не выдержав внезапной нагрузки, они вместе повалились на пол.

Не дав ему подняться, Ён Джин обрушила на него всё содержимое старого комода, создав хаотичную груду помех.

Хён Так, упавший на пол, болезненно застонал. Ён Джин подбежала к нему и помогла встать, схватив за плечи.

- Эта драка ничего не даст, мы должны бежать, - прошептала Ён Джин, когда Хён Так сумел подняться и выпрямиться.

- Джун Тэ, беги! Открой дверь! - закричал он, после того, как схватила одного из парней за шею сзади.

И тогда Хён Така чуть не атаковали сбоку, но Ён Джин сделала прямой удар ногой в позвоночник бойца. Он отшатнулся и попытался уворачиваться от последующих ударов.

Оттолкнув последнего парня к стене, Хён Так схватил Ён Джин за руку и повёл к выходу. Они побежали вместе с Джун Тэ по переулке, освещённому старыми фонарями.

Они начали бежать по узкой бетонной лестнице между стенами, впереди горел свет. Казалось, они вот-вот скроются, но Хён Так запнулся на ступени и упал вниз.

- Хён Так! - Джун Тэ ужаснулся, остановившись, тем самым привлекая внимание Ён Джин. Она тут же метнулась обратно, чтобы помочь Хён Таку.

Она схватила его за плечи и принудила встать, и в этот момент перед ними уже показались отморозки. Ён Джин, переместившись, чтобы Хён Так оперелся на ее плечо, быстро зашагала к Джунтэ.

Голоса преследователей из Союза звучали все ближе, и Ён Джин поняла, что их вот-вот настигнут. Замедлив шаг, она посмотрела на своих друзей.

- Прячьтесь где-нибудь, а я подожду за углом! Потом вас найду! - торопливо сказала Ён Джин и подтолкнула их вперед, не дав даже пикнуть.

Пулей метнувшись к кирпичной стене, девушка нырнула за груду старых деревянных ящиков и покрышек. Присев на корточки, она лихорадочно пыталась сообразить, что делать дальше.

Опираясь рукой на один из ящиков, она осторожно выглянула из-за укрытия и увидела, как из переулка выскочили несколько преследователей. Услышав полные ужаса крики своих товарищей, она тут же рванула на звук.

Сердце бешено колотилось в груди, адреналин зашкаливал. Ён Джин знала, что действует опрометчиво, но бросить своих она не могла. Она сделала несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться и оценить ситуацию. Преследователи, казалось, были настроены серьезно.

Выскочив из-за укрытия, она попыталась перехватить их внимание на себя: - Эй, вы! Что вам от них нужно? Оставьте их в покое! - крикнула она, стараясь казаться увереннее, чем чувствовала себя на самом деле. Преследователи, человек пять, как по команде, обернулись к ней. В их глазах читалась злость и решимость.

- Иди сюда, ублюдок! - драка возобновилась по новой, но теперь хотя бы несколько из них переключились на нее, давая Хён Таку возможность защитить себя и Джун Тэ.

Ён Джин оказалась в еще более жестокой схватке. Ей было важно валить противника на землю, поскольку по ее принципу это было половиной победы в бою. Почти каждый мощный удар ногами приходился парня либо в подбородок, либо в пах. Они хорошо уворачивались, поэтому ей все же пришлось вступить в ближний бой. Ён Джин схватила одного из отморозков за голову и несколько раз ударила его коленом в лицо, превращая его в месиво. Вблизи было куда сложнее уклоняться от жестоких ударов, чем на дистанции.

Потом ее резко схватили за плечи, также как это делала она. В узком пространстве они метались между стенами, и юноша толкнул её к тем самым покрышкам. Она ударилась поясницей об твердую поверзусть и потеряла равновесие.

- Ха Джун! - вскрикнул Хён Так, почти добив другого противника.

Вытянувшись во весь рост, она подогнула ноги в коленях и чуть приподняла плечи от пола.

Затем она начала двигаться по кругу, перенося тяжесть то на одну сторону, то на другую, и одновременно притягивала колени к себе.

Используя силу этого вращения, она смогла сесть. В итоге, опираясь на руки, она рывком приняла вертикальное положение.

Не дав ему опомниться, она замахнулась ногой выше, попадая в горло. Он больше не мог противостоять.

В тот момент, когда Дон Ха, вооружившись ножом, хотел наброситься на Джун Тэ, чтобы вырвать у него бумаги, Хён Так заслонил его собой. Он был полон решимости вступить в схватку в любой момент.

В разгар битвы Ён Джин оттолкнула парня к ящикам и тут же подскочила к Хён Таку. Она встала на пути у Дон Ха, вытянув руку, чтобы остановить его.

Когда он рванулся вперед, размахивая ножом, она резко отпрыгнула к стене. Ён Джин молниеносно бросилась к нему, схватив за руки. Тогда он пытался навредить ей, размахивая оружием перед ней. У него почти получилось, он оставил порез на ее щеке, и следующий удар она предотвратила. Ён Джин перехватила лезвие, когда он двинул руку вперед. Дон Ха не отступал, нож вонзился в ее ладонь. В этот момент он ожидал, что она отступит, но она, несмотря на боль, сжимала окровавленное лезвие, не позволяя ему приблизиться к ее лицу.

Нож медленно прошел сквозь её ладонь, причиняя боль, и она больше не могла медлить. Ён Джин ударила коленом в его живот. Она прижала его к стене, намертво зафиксировав руку с ножом. Дон Ха попытался ударить ее ногой, но Ён Джин обрушила на него град ударов локтем снизу вверх.

Тогда он вцепился в ее капюшон, а затем в волосы, оказавшиеся париком. Крепко схватившись, он отвлек ее, но она быстро взяла себя в руки и перебросила его через плечо. Дон Ха с грохотом упал после броска, случайно сорвав с нее парик. Она вытащила нож из своей проткнутой насквозь руки и приблизилась к нему.

Ён Джин даже не могла обратить внимание на то, как отросшие вьющиеся волосы растрепались по бокам от ее лица. Она была слишком напряжена и сосредоточена на бою, не замечая шокированные взгляды Джун Тэ и Хён Така.

Дон Ха аж глаза вытаращил, когда рухнул вниз, еле успев подпереть себя локтями. Подняв голову, он ожидал увидеть Ха Джуна, но вместо него над ним нависла она. Ее черты лица и так были мягче без макияжа, который она использовала раньше. - Какого хрена? - пробормотал он, и изумление вмиг сменилось полнейшим недоумением. - Ты... девчонка?

- Отпусти нож, - она начала приближать нож к его горлу, несмотря на его сопротивление. Злость захлестывала ее, когда она с ужасом вспоминала драку, впоследствии которой Дон Ха вытолкнул ее на дорогу.

Лезвие ножа с каждым мгновением приближалось к его горлу, давление усиливалось. Дон Ха стиснул зубы, его глаза расширились от удивления и страха. - Стой... - сумел прохрипеть он, его непокорность уменьшилась перед лицом опасной ситуации. Ён Джин надавила сильнее, лезвие теперь было всего на волосок от его кожи. Дон Ха встретился с ней взглядом, выражение его лица сменилось с вызывающего на умоляющее: - Пожалуйста... не надо.

Ён Джин не остановилась, но мысли впутались в её голове. Когда члены Союза избивали Хван Сын Хёна, то им явно было глубоко наплевать, насколько они жестоки были. Но насколько бы сильно ее не распирала злость, убить кого-либо она не могла. Это было не в её силах. Ён Джин резко поднялась и надавила ногой на него, чтобы не поднимался.

Она убрала нож. Пак выполнила последний удар в его челюсть, окончательно вырубая.

Она обернулась назад и увидела неподвижных Джун Тэ и Хён Така. Её волосы были слегка влажными и прилипали ко лбу. С конца переулка все ещё доносились мужские голоса, что предвещало продолжение боя.

Остальные же валялись на земле после того, как каждому Ён Джин пыталась выбить коленные суставы. Она основывала свои действия тем, что, единственный выход победить их - это сделать так, чтобы они больше не поднялись.

Хён Так стоял с приоткрытым ртом. Через секунду он поджал губы в замешательстве от всего произошедшего. Джун Тэ был позади него, тоже с раскрытым ртом глядя как Ён Джин подходит к ним. Она несколько раз оборачивается, чтобы убедиться в том, что никто не атакует со спины.

Джун Тэ и Хён Так потеряли дар речи, их глаза расширились от шока от неожиданного открытия. Ха Джун был... девушкой?

У Джун Тэ голова шла кругом. Он не мог в это поверить. Все это время она маскировалась под парня, сражаясь с бандами вместе с ними, а он и понятия не имел.

Хён Так был первым, кто нарушил тишину, его голос был полон изумления. - Подожди, Ха Джун...

Она прервала его.

- Я объясню позже. Нам нужно бежать отсюда скорее, - она помогла Джун Тэ подняться.

- Твоя рука. - испуганно прошептал он. Ее ладонь, прорезанная в мясо, истекала кровью. Она судорожно вздохнула, пряча ее под рукавом.

- Все нормально, - она еще раз оглянулась, слегка содрагаясь. - Они скоро придут сюда. Пожалуйста, пойдем отсюда быстрее.

Джун Тэ тупо кивнул, все еще пытаясь оправиться от шока. Он не понимал, почему Ха Джун чувствовала необходимость скрывать от них свой истинный пол, но сейчас на это не было времени.

- Да, пошли, - согласился он, бросив быстрый взгляд по сторонам, чтобы убедиться, что вокруг никого нет.

Хён Так, все еще явно не веря своим глазам, просто молча последовал за ними.

Когда они заметила приближающиеся фигуры, то Ён Джин рванула вперед, сжимая в здоровой руке нож.

- Что нам делать? - обессиленно посмотрела Ён Джин на них.

- Надо действовать, - сказал Хён Так, скрывая всю боль в теле от побоев за стальной маской.

Ён Джин слегка опустила корпусом вниз, упираясь руками в колени. Большинство ударов, нанесённых ей, всегда были нацелены ей в лицо, отчего кожу жгло. Но конечности были вполне в порядке по сравнению с Хён Таком и Джун Тэ. Она все еще держалась.

Короткая борьба с еще тремя парнями из Союза закончилась очень быстро. Хён Так сражался с Сон Моком.

Когда тот чуть не ударил Го в рёбра, Ён Джин закрыла его собой и удар пришелся ей в челюсть. Она отшатнулась к стене, чувствуя во рту металлический привкус, и скатилась вниз.

Джун Тэ неподелку от него сжимал в руке лямку от рюкзака.

Ён Джин особо не успела воспротивиться, поскольку бой остановился тот момент, когда в переулке показалась высокая крупная фигура. Это был Пак Ху Мин, который только что расправился с другими подонками.

Заметив Хён Така, тяжело дышащего рядом с Сон Моком. Ярость внутри него закипала. Без труда он одолел уличных бойцов, тем самым вызвав у них замешательство и гнев.

- Что ты творишь? Ты же в Союзе! - воскликнул Сон Мок, предаваясь вперед.

Ху Мин замахнуося кулаком, попадая точно в висок.

- Я убью вас всех, - сквозь зубы процедил Баку, готовый исполнить свою угрозу.

Прежде чем кто-либо успел опомниться, переулок огласил оглушительный рев мотора. Из темноты, вырвавшись из-за угла, словно разъяренный бык, вылетел мотоцикл, ослепляя ярким светом фар. На нем, восседал силуэт парня, высоко вскинувшего над головой стальной лом.

Ху Мин обернулся как раз в тот миг, когда лом обрушился на его голову. Алая кровь брызнула, и он покачнулся. Сон Мок набросился следом, но прежде чем сталь успела вонзиться вновь, Ху Мин нырнул вниз и обрушил кулак на ребра Сон Мока. Воздух с хрипом вырвался из груди бандита, и он скорчился пополам, словно сломанная кукла.

Мотоциклист обернулся, лом в его руках блеснул в свете уличных фонарей.

Ху Мин выпрямился, кровь струилась по виску, окрашивая его в багровые тона. В глазах плескалась безумная ярость, губы превратились в тонкую линию, сжатую от боли и ненависти. Выпрямившись во весь рост, он сделал шаг вперед, навстречу ревущему транспорту на двух колесах.

Ху Мин разбил стекло шлема мотоциклиста. А тот проехал еще дальше и врезался.

Сон Мок сорвался с места первым, словно дикий зверь, выпущенный из клетки.

Он вцепился в плечо Ху Мина, занося кулак для удара, но Ху Мин ускользнл от смертельной хватки. В мгновение ока он развернулся и припечатал Сон Мока к грязной стене переулка. Рука Ху Мина сомкнулась на шее врага, отрывая его от земли. Сон Мок захрипел, забился в агонии, тщетно пытаясь вдохнуть ускользающий воздух.

- Эй! Пак Ху Мин! - просипел Хён Так, поднимаясь с земли. - Баку!

Но в глазах Ху Мина плескалась только тьма. Он не отпускал. Он мог убить за близких ему людей. Ярость затмила разум. Это было не как с Ён Джин, которая вовремя остановилась, не став убивать.

- Давай же! - Хён Так, превозмогая боль, заставил себя подняться и, шатаясь, подбежал к нему, пытаясь схватить Ху Мина за руку. - Остановись! Прошу тебя, остановись!

Но тщетно. Ху Мин, словно одержимый, продолжал душить Сон Мока, не обращая внимания ни на мольбы, ни на крики. В узком переулке разворачивалась сцена первобытной жестокости, где гнев выжег все человеческое.

- Ха Джун! - Хён Так не знал настоящего имени девушки, поэтому продолжал звать мужским именем. - Иди сюда!

Нож в руке Ён Джин со звоном выпал из её рука, когда она заставила себя встать. Боль в челюсти, голове и животе, она уперлась руками на землю и осторожно встала.

Кровь липла к коже, превращая волосы в жесткие, слипшиеся пряди. Каждый вдох обжигал легкие, напоминая о поврежденных ребрах после нескольких толчков - приятного мало. Стена под щекой казалась прохладной, но это не утешало. Она чувствовала, как сознание медленно возвращается, пробиваясь сквозь туман боли.

Подниматься было трудно. Нога подогнулась, заставив застонать сквозь стиснутые зубы. В голове грохотало, будто внутри барабанили бешеные гномы, а челюсть ныла так, словно ее выбили еще вчера. Но хуже всего была рука. Там, где нож вошел и вышел, пульсировала адская боль, растекаясь огнем по всей конечности.

Стиснув зубы, она попыталась поднять руку, чтобы осмотреть рану. Получилось не сразу. Каждый рывок отдавался в голове, как удар. Но, наконец, она смогла увидеть. Кровь. Много крови. Темно-бордовая, перемешанная с землей. Рана выглядела отвратительно.

Но у нее не было времени на жалость к себе. Нужно было встать и помочь Хён Таку остановить Ху Мина. Медленно, опираясь на здоровую руку, она поднялась на ноги.

Внутри неё бушевал настоящий шторм сомнений, она судорожно пыталась решить, как поступить дальше. То ли влепить ему по руке, чтобы он машинально выпустил Сон Мока, то ли вместе с Хён Таком попытаться оттащить его силой.

От первого варианта она сразу отказалась, боясь еще больше его взбесить. Да и силы у него немерено, вряд ли у неё получится. Он сейчас вообще был сам не свой. Злой, собранный, и ни следа от его привычной расслабленности.

Ён Джин подошла к нему сбоку и аккуратно положила свою поврежденную руку ему на плечо.

- Ху Мин, хватит. Ты уже нас защитил, - проговорила она своим обычным голосом, совсем не похожим на тот, грубый, который ей приходилось выдавливать из себя.

Действия Баку были прерваны внезапным появлением «Ха Джуна». Он остановился как вкопанный, удивленно моргая, когда заметил стоящую тут Ён Джин. Но что-то изменилось.

Его глаза расширились, когда он действительно посмотрел на Ён Джин. Более длинные волосы, черты лица, в целом женственный облик... казалось, а на земле валялся сброшенный парик.

Взгляд Баку метнулся от лица Ён Джин к парику, затем снова к ней, пытаясь осмыслить то, что он увидел. На секунду он даже засомневался, но заметил всё тот же шрам на ее шее.

Ху Мин остолбенел, его челюсть отвисла от потрясения, когда он осознал это. Внезапно стало ясно, почему «Ха Джун» все это время была такой тощей и легковесной для парня-спортсмена. Вот почему она никогда не переодевалась в раздевалке. На самом деле она была девушкой.

Он просто уставился на нее, не веря своим глазам, его разум пытался осознать происходящее. - Ты... ты девушка. - ему удалось выдавить из себя, все еще пытаясь осмыслить все это.

Ён Джин сперва бросила виноватый взгляд на Хён Така, словно не желая объяснять свои действия. Она убрала руку с его плеча и отошла.

- Отпусти его, - мягко и устало попросила она.

Взгляд Баку вернулся к парню, которого он душил, к тому, с кем у него был конфликт до Ха Джу - нет, до того, как она вмешалась. Он совершенно забыл о драке, настолько его мысли были сосредоточены на раскрытии ее истинной личности.

Он раздраженно выдохнул, все еще пытаясь переварить услышанное, но неохотно отпустил парня, который, спотыкаясь, подался вперед, хватая ртом воздух и держась за ушибленную шею.

Хён Так с облегчением вздохнул, но его взгляд, обращенный к Ён Джин, был абсолютно пустым. Он смотрел на нее, но не видел - вернее, видел призрака, который занял место друга. Его мозг отказывался складывать картинку.

- Что... - его голос сорвался. - Что это значит?

Джун Тэ моргнул. Еще раз. И еще раз. В голове гудело, словно рой разъяренных пчел устроил там гнездо. Он смотрел на нее - теперь уже на нее, а не на него. Каждый раз, когда кто-то задирал Джун Тэ, появлялся он. Точнее, появлялась она. Сильная, уверенная, с кулаками, готовыми разнести любого хулигана в щепки.

- Это... шутка? - прошептал Джун Тэ, его взгляд метнулся к Хён Таку в поисках подтверждения безумия. - Ха Джун... он... она... это же невозможно.

Хён Так медленно покачал головой, его первоначальный шок начал сменяться волной гнева. Гнева от собственной глупости, от ощущения, что его все это время водили за нос.

- Все это время? - его голос прозвучал резко, заставив Ён Джин вздрогнуть. - Все эти дни, все эти разговоры... Это была ложь? Сплошная ложь?

Она потупила взгляд в пол под их испытывающими взглядами, чувствуя, как под этим весом ее вот-вот раздавит.

- Я..

Когда она заговорила, внимание Баку снова переключилось на нее, и его любопытство возросло еще больше. - Твое имя? - спросил он, и в его голосе послышалось негодование, смешанное с тем же шоком, что парализовал остальных.

Он снова подошел ближе, не сводя глаз с ее лица, вглядываясь в черты, которые теперь казались намного мягче и женственнее, если смотреть правде в глаза.

- Как тебя зовут на самом деле? - на этот раз его тон был жестче, требовал ответа.

Хён Так сжал кулаки. - Да, как нам тебя называть? Тем, кем ты была? Или тем, кем ты притворялась?

Ён Джин почувствовала, как ком подкатывает к горлу. Она заставила себя поднять голову, встречая их взгляды - растерянный Джун Тэ, разгневанный Хён Так, требовательный Ху Мин. Она была должна им правду. Всю правду.

- Я Пак Ён Джин, - выдохнула она, и в ее голосе прозвучало не раскаяние, а горькая усталость. - Простите меня.

- Ён Джин... - это имя слетело с языка Баку, когда он повторил его, запоминая. Оно звучало чуждо, но право.

Хён Так резко провел рукой по волосам, раздраженно фыркнув.

-Объясни. Сейчас же. Без утайки. - Он не мог простить так просто. Доверие было надломлено.

Она открыла рот, чтобы начать свой тяжкий рассказ, но тишину прервал настойчивый телефонный звонок. Джун Тэ, все еще бледный и не свой, на автомате ответил на звонок от Ши Ына. Мир рухнул, но жизнь жестоко продолжала идти своим чередом.

***

Ён Джин забыла о всех проблемах, как только выяснилось, что Ши Ын попал в автомобильную аварию. В ходе всего этого Экшена она совсем забыла о нём. О том, что он в одиночку ушел сегодня днём. «Еще один. Еще один человек, пострадавший из-за меня. Из-за моей лжи, моего фанатизма», - пронеслось в ее голове.

И теперь помимо всего прочего, её больше всего волновало состояние друга. Когда они вчетвером пришли в больницу, то она очень надеялась, что Ши Ын не в самом худшем положении. «Пусть он будет жив. Просто жив. А потом я уйду. Оставлю их всех в покое».

Они остались в больнице, томимые ожиданием. Ён Джин, словно загнанный зверь, метнулась было в уборную - остудить пылающую руку под ледяной струей воды. Вода окрасилась в розовый, а боль лишь на секунду отступила, сменившись леденящим онемением. Слова застряли в горле, она бесцельно бродила по коридору, пока ноги сами не привели её к палате Ан Су Хо - той самой, где, по иронии судьбы, он проходил лечение. Сквозь стекло Ён Джин вглядывалась в бледное лицо юноши, пытаясь разгадать: как Ши Ын мог оказаться в эпицентре этого ужаса? «Все линии ведут сюда. Ко мне. Я - эпицентр».

Минуты тянулись, как вязкий сироп. Она застыла у окна, наблюдая, как монотонные всплески на мониторе отражают стабильное состояние Су Хо. В памяти возник образ младшего брата, безмятежно спящего в своей койке. «Я сделала это для тебя, Сын Хён. Но что стоит эта месть, если я теряю всех остальных?»

В душе шевельнулось глухое удовлетворение. Она расквиталась с этими отбросами в сегодняшней потасовке. Неважно, кто именно поднял руку на Сын Хена - она обрушила свой гнев на их союзников. Лишь горькое сожаление терзало сердце: Ши Ына не удалось оградить от надвигающейся бури.

Весть о стабилизации его состояния немного ослабила давящий груз. Хотя бы это. Хотя бы один человек будет в порядке.

Но тяжелее всего оказались слова матери Ши Ына, примчавшейся словно вихрь, - слова, полные горечи и отчаяния, мольба оставить её сына в покое.

«Она права. Она абсолютно права», - пронеслось в голове у Ён Джин. Она судорожно сжала кровоточащую руку в кармане, пряча следы битвы, словно это были улики ее преступления. Словно оглушенная, она развернулась и быстрым шагом покинула их, не обернувшись на женщину. Она не имела права на ее прощение.

- Ён Джин, - Джун Тэ заметил, как она поменялась в лице, и окликнул ее. В его голосе все еще слышалась растерянность, но уже пробивалась искра заботы. Но Ён Джин ушла без пререканий. Ей нечего было им сказать.

Раз с Ши Ыном мог быть только один человек, торчать там не имело смысла. Она направилась обратно к палате Ан Су Хо просто потому, что ей не хотелось покидать больницу. Устроилась на скамейке неподалеку. Это было единственное место, где она могла хоть как-то объяснить свое присутствие, даже если лишь самой себе. Ён Джин оперлась спиной о стену и запрокинула голову.

Истерзанная и израненная, она чувствовала странное покалывание не только на коже, но и глубоко внутри. Навалившиеся проблемы страшно ее угнетали, вызывая постоянное беспокойство. Она думала, начать это всё было сложно, но закончить, как оказалось, в тысячу раз труднее. «Как зашить обратно распоротую по швам жизнь?»

Что же теперь о ней подумают? Прежняя мысль, что ей «плевать», была ложной, ширмой. Ей было не плевать. Ей было мучительно больно от их боли, от их недоумения. В любом случае, она могла бы все рассказать раньше, а теперь просто пряталась, когда все начало всплывать наружу.

В полумраке коридора, с поникшей головой, она едва сдерживала слезы. Тоскливое, знакомое чувство одиночества снова накрыло ее с головой. Больше всего на свете она мечтала вернуть время назад, исправить этот злополучный день. Чтобы с Ши Ыном не случилось той аварии, и чтобы ее секрет не раскрылся таким ужасным образом.

Ее тихие рыдания эхом отдавались в коридоре, выдавая потерю контроля над ситуацией. Ён Джин снова терзалась мыслью, что сбилась с пути. Взяв на себя ответственность за одного человека, она теперь чувствовала вину перед еще тремя, пострадавшими из-за ее неспособности быть всесильной. «Я хотела быть стеной для своего брата, а стала камнем, который упал им всем на голову».

Сильнее сжав руку в кармане, она попыталась не обращать внимания на это мерзкое ощущение сырости в ней. Даже смотреть противно было. Ён Джин сомкнула глаза, стараясь расслабиться. Боль от повреждений на теле уже не беспокоила так, как боль внутри.

Она почти заснула в сидячем положении, прежде чем услышала, как ее зовут.

- Ён Джин, проснись, - чье-то прикосновение к плечу вывело ее из полудрема. Она дёрнулась, резко приподнимая руки, словно ожидала какой-то опасности.

- Это я, - Ху Мин мягко перехватил ее запястья и опустил их. Его голос был усталым, но твердым. Ён Джин встала со скамьи и шагнула вперед, прежде чем он успел что-то сказать. Ей почему-то теперь не хотелось находиться рядом с ним. С ним, кто видел ее унижение.

- Эй, подожди!

Она обернулась, не ожидав, что именно он пойдёт за ней.

Он настиг ее и, сжав тонкое запястье, вытащил руку Хван из кармана. Мягкая серая ткань кофты предательски темнела, впитывая алый цвет. Зрелище было мучительным: взгляд Ху Мина мгновенно упал на ее ладонь, изуродованную сквозной раной. Ён Джин отчаянно попыталась вырваться, мечтая лишь об одном - перевязать руку и дотерпеть до утра, чтобы обратиться в травмпункт. Она отчаянно старалась скрыть, как невыносимая боль сковывает ее.

Но Ху Мин не отпускал. Его пальцы, сильные и уверенные, лишь крепче стиснули ее запястье. В глазах плескалось нечитаемое - смесь гнева, отчаяния и... вины? Ён Джин замерла, боясь пошевелиться. Каждая секунда казалась вечностью. Тишина, разрезаемая лишь ее прерывистым дыханием.

Он медленно поднял ее изувеченную руку, внимательно рассматривая рану. В его взгляде больше не было ни злости, ни осуждения, лишь сосредоточенное беспокойство. Ён Джин почувствовала, как ее щеки заливает краска стыда. Он видит ее уязвимость, и то, как ее прежний образ разваливается на глазах.

Не говоря ни слова, Ху Мин выпустил ее запястье и достал из кармана платок - идеально чистый, белоснежный. Бережно, стараясь не причинить ей еще большей боли, он обмотал им ее ладонь, плотно затягивая узел. Кровь продолжала проступать сквозь ткань, но это было лучше, чем ничего.

Подняв взгляд на Ён Джин, он произнес тихо, но твердо: «Пойдем». Без объяснений, без извинений. Просто «пойдем». И она знала, что последует за ним. У нее не было выбора, да и не хотелось сопротивляться.

***

Посреди ночи они сидели вдвоем на скамейке перед баскетбольной площадкой. Тишина между ними была не неловкой, а тяжелой, полной невысказанного.

Ху Мин наконец заговорил, его голос был ровным, но напряженным.

- Мне нужно время, - сказал он, глядя куда-то в темноту. - Чтобы разложить по полочкам в голове. Отделить «Ха Джуна» от тебя.

Ён Джин молча кивнула, её пальцы бессознательно теребили край бинта на руке.

- Я не злюсь, что ты девушка, - продолжил он, тщательно подбирая слова. - Я... разочарован. Не в тебе. А в том, что ты не нашла в себе возможности довериться.

Она глубоко вздохнула, готовая к этому.

-Я много думала, - тихо призналась она. - насчет многих вещей. Ты всегда ценил честность. А мое существование рядом с тобой было сплошной ложью.

Ху Мин повернулся к ней, его взгляд был серьезным и прямым.

-Ты ошиблась. Я ценю не просто честность. Я ценю людей. А ты... ты всегда была тем, кто прикрывал спину. Чья это была спина - «парня» или девушки - какая разница? Суть не изменилась.

Он помолчал, давая ей осознать его слова.

- Гнев... он был. Минутный. От ощущения, что мне не доверяют. Но он прошел, едва я увидел тебя в больнице, перемазанную кровью и все еще пытающуюся все скрыть. Гневаться на тебя - все равно что злиться на раненого зверя за то, что он кусается от страха.

Ён Джин опустила голову, его слова падали на благодатную почву, растворяя комок страха в груди.

- Я не хотела тебя обманывать, - выдохнула она. - Просто... казалось, другого выхода нет.

- Теперь есть, - твердо сказал Ху Мин. - С этого момента твои проблемы - это наши проблемы. Не потому что ты девушка, а потому что ты - наш человек. Поняла?

Она посмотрела на него, и в ее глазах читалось не драматическое облегчение, а тихое, глубокое понимание.

- Поняла.

- Хорошо, - он кивнул, и в уголках его глаз легли легкие морщинки - не от улыбки, а от снятия долгого напряжения. - И хватит на сегодня. Пора отдыхать. Завтра разберемся со всем остальным.

После этих слов наступила тишина. Но теперь она была другой - не тягостной, а мирной, наполненной тихим пониманием. Хумин откинулся на спинку скамейки, его взгляд был устремлен куда-то вдаль, в ночь, но видел он, пожалуй, прошедший день, вспоминая сотни мелких деталей, которые теперь складывались в новую, ясную картину.

Он переводил взгляд на Ён Джин, сидевшую с ним рядом - сгорбленную, уставшую, с перевязанной рукой и следами высохших слез на щеках. Он видел не просто девушку, раскрылшую свой секрет. Он видел того же самого человека, что всегда приходил на помощь, того, кто не боялся вступить в драку за друга, чье упрямство и сила воли вызывали у него уважение. Просто... оболочка оказалась иной. А суть - нет.

Медленно, не говоря ни слова, он повернулся к ней и просто раскрыл руки. Это не было порывистым, драматичным жестом.

Скорее, тихим, спокойным предложением. Приглашением, в котором не было давления, а лишь понимание и готовность разделить с ней всю ту тяжесть, что она так долго несла в одиночку.

Ён Джин смотрела на его раскрытые объятия, и в ее глазах снова блеснули слезы, но на этот раз - облегчения. Она медленно, почти нерешительно, склонилась вперед и позволила ему обнять себя.

Ее голова нашла упор у его плеча, а его рука легла на ее спину - крепко, по-дружески, без лишних слов.

Они сидели так, в тишине ночи, и в этом молчаливом объятии было больше исцеления и принятия, чем в любых долгих разговорах.