глава 43

Лука Моретти

Я чувствовал её запах, и он сводил меня с ума — сладость роз смешивалась с чем-то личным, интимным, что принадлежало только ей. Моё тело реагировало мгновенно, инстинктивно. Я вдавливал её в себя, направляя, чувствуя каждое движение, каждый изгиб. Она двигалась идеально, как будто создана для меня, подчиняясь ритму, который задавал я.

— Лука… — её стон вонзился мне прямо в мозг, разрывая все барьеры.

Я стонал в ответ, не замечая, как это звучит. Она подпрыгивала, дрожала подо мной, а я направлял её каждое движение. Моё тело жадно реагировало на её, а её — на меня. Мы сливались, теряя границы между собой, каждый вдох и стон становились как командная работа, мощный поток, который невозможно было остановить.

— Аврора… ты прекрасна, — простонал я, едва выдыхая, чувствуя, как напряжение внутри нарастает.

Её голова упала мне на плечо, а я обхватил её крепко, не желая отпускать. Её руки скользили по моему телу, цепляясь, сжимая, умоляя о близости. Мы двигались всё быстрее, сильнее, страсть накрывала нас волной, от которой невозможно было уйти.

— Лука… — шептала она, и звук её голоса вызывал у меня жгучее желание.

Я вдавливал её ещё сильнее, чувствуя мягкость её кожи, её дрожь, слыша каждый вздох и стон. Мои руки держали её крепко, заставляя чувствовать мою власть и одновременно мою нежность. Мы двигались в одном ритме, словно слились в одном дыхании, одно движение вытекало из другого, каждая секунда была наполнена горячей страстью.

Она задыхалась от удовольствия, а я терял контроль, стонал, ощущая, как тело реагирует на каждое её движение. Мы вращались в вихре желания, её руки обвивали меня, её губы находили моё плечо, шею, я чувствовал, как её дыхание прерывается, а каждая моя попытка замедлиться лишь разжигала её сильнее.

— Аврора… — её имя прорывалось сквозь стон, я чувствовал, как она растворяется в моих руках. Её движения становились всё более непринуждёнными, страсть накрывала нас всё сильнее, и мир вокруг исчезал.

И вдруг я почувствовал удар — что-то мягкое, но резкое по голове. Вздрогнул. Сердце сжалось. Это был сон, и он разрушился.

Я инстинктивно собрался ударить, но перед глазами сразу появилась реальность — Лучия.

— Лучия?.. Ты что творишь? Я мог ударить тебя! — хрипло, злым голосом спросил я, резко садясь на кровати.

Мои глаза сфокусировались на её лице. Я нахмурился, взял её за плечи, пытаясь понять, что происходит.

— Что с тобой? — беспокойно и с недоумением сказал я, потрясая её за плечи.

— Заткнись! — выкрикнула она, отталкивая меня.

Я рассердился. Мгновенно скрутил её запястья за спину, прижал к себе, чувствуя, как её тело дрожит в моих руках. Она брыкалась, пыталась освободиться, слёзы катились по щекам.

— Что, блядь, с тобой?! — закричал я. — Ответь!

Она открыла рот, будто хотела что-то сказать, но потом глаза закатились, и она обмякла в моих руках. Страх и паника ударили по мне, и я стал трясти её, пытаясь разбудить.

— Лучия! Проснись! Что происходит?!

Я взял её на руки и понёс в ванную. Аккуратно положил в ванну и включил холодную воду. Она вздрогнула, но не открывала глаз.

Я выдохнул, выключил воду, сердцем ощущая её взгляд на себе. Она посмотрела на меня так, будто я предал её.

— Лучик… что происходит? — спросил я тихо, осторожно, чувствуя, что что-то внутри меня сжимается.

Лучик не была сама собой. Это была тьма. Не было привычного тепла, только холод.

— Аврора… — прошептала она, и я почувствовал, как моё сердце пропустило удар.

— Кто она? — вырвалось у меня, словно я пытался понять, откуда она знает это имя.

Её глаза были пустыми, мёртвыми. Усмешка появилась на губах.

— Я, конечно, не присутствовала в вашей жаркой ночи, — сказала она с издёвкой. — Но твои стоны сами мне рассказали, как тебе было хорошо.

Я нахмурился. Чёрт… этот сон. Она издевается?

— Ты серьёзно? — голос сорвался в устеричной усмешке.

— Из-за того грёбаного сна?! Из-за него ты устроила весь этот цирк?! — мой голос поднялся, раздражение булькало внутри.

— Кто она?! — закричала она, слёзы катились по щекам, а тело дрожало.

Я почувствовал, как весь гнев внутри меня нарастает.

— Она мне никто! — сказал я резко. — Она дочь должника, которого я убил. Он попросил передать жене кольцо. Я согласился, передал… и увидел её дочь. Она была просто интересной. Поэтому запомнилась. Я ничего не чувствую к ней!

Она рассмеялась истерично.

— Просто интересной?! — выкрикнула она. — На протяжении всего дня ты думал о ней, и теперь говоришь «просто интересной»?!

Эта ситуация свела меня с ума. Я вышел из ванной, захлопнув дверь. Всё внутри бурлило: раздражение, злость, желание укусить, крикнуть, разорвать.

— Сучка, умеет же на нервы выводить, — пробормотал я себе под нос, сжав кулаки.

Я выскочил из квартиры, захлопнул дверь, запер её. Холодный воздух улицы ударил мне в лицо. Я сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но мысли бурлили: этот сон, её глаза, её истерика, её слова — всё смешалось в моём сознании.

Я понял, что ещё никогда не чувствовал такой смеси злости, желания, раздражения и растерянности одновременно. Её взгляд, её слова, её тело — они оставили в моей голове отпечаток, от которого невозможно было избавиться.

Я шагал по коридору, чувствуя, как адреналин течёт по венам. Я злился на себя за то, что позволил сну сбить меня с толку. Злился на неё за то, что она смогла так ранить меня без слов. И одновременно желание вернуть её в свои руки было сильнее всего.

Но сейчас нужно было пространство. Холодная улица, глухой шум города — всё это давало мне возможность собраться. Я сделал ещё несколько шагов, сжав зубы. Я был зол, но понимал: эта ночь ещё не закончилась.

Я вернусь. Я вернусь, чтобы объяснить, чтобы всё стало на свои места. Чтобы она поняла, что Аврора — это сон, ошибка, иллюзия. А я — только её.