глава 39

Лука Моретти

Я стоял на пороге скромного двухэтажного дома. Вечернее солнце окрашивало стены в золотистый цвет, и всё вокруг казалось обманчиво спокойным. Но я знал, что за этой дверью меня ждёт сцена боли. Я принёс смерть в этот дом, хоть и не своей рукой — её муж сам выбрал путь предательства, и моя пуля лишь поставила точку.

Я постучал.

Дверь открылась почти сразу. Передо мной оказалась женщина — лет сорока, не больше. У неё были мягкие черты лица, светлые волосы в аккуратном каре, а на ней — простое, но опрятное платье пастельного цвета. Её глаза были усталые, но добрые, в них ещё теплел огонь домашнего уюта.

Она смотрела на меня внимательно, словно пыталась понять, кто я и зачем пришёл.

— Здравствуйте… — её голос был тихим, почти осторожным.

Я молча кивнул, входя внутрь. Она отодвинулась, пропуская меня.

Интересно, знает ли она, кто я? Слышала ли когда-нибудь имя Лука Моретти? А может, для неё я просто незнакомец в строгом костюме, с холодными глазами и лицом человека, который привык приносить дурные вести.

Я шагнул в гостиную.

Гостиная оказалась небольшой, но уютной. На полу лежал старый ковёр с узорами, местами протёртый, но чистый. У стены стоял диван с цветастым покрывалом, рядом — кресло и низкий деревянный столик. На нём аккуратно разложены журналы и пара книг с закладками. На стенах — фотографии семьи: муж, жена и девочка-подросток. Сразу видно, что жили они скромно, но старались держать дом в порядке. Воздух пах домашней выпечкой и чем-то цветочным — видимо, от дешёвого освежителя.

На полке у окна стояли комнатные растения, а рядом — телевизор старой модели. Лестница вела на второй этаж, где, вероятно, располагались спальни. Всё это напоминало мне забытые времена моего детства — когда в доме бабушки и дедушки тоже царила простота и тепло, без роскоши, но с душой.

Женщина обернулась ко мне.

— Что вас привело ко мне?.. Или, может быть, вы к Вите? — она нервно улыбнулась. — Его нет дома, он…

Я перебил её.

— Он мёртв.

Слова прозвучали резко, словно выстрел.

Она нахмурилась, отступив назад.

— Что?.. — её глаза наполнились слезами.

Я засунул руки в карманы чёрных брюк и повторил, глядя прямо в её лицо:

— Он мёртв. Витя мёртв.

Мир вокруг неё рухнул в один миг. Женщина пошатнулась, затем упала на колени, прижимая руки к лицу. Тело её задрожало, из груди вырвался болезненный, пронзительный крик.

— Нет!.. Витя!.. Как?.. Как?! — она всхлипывала, задыхаясь от рыданий.

Её руки дрожали, пальцы вцепились в ковёр, будто она пыталась ухватиться за что-то реальное, пока земля уходила у неё из-под ног.

Я молчал. Мне не привыкать видеть слёзы. Но почему-то сейчас сердце сжалось чуть сильнее обычного. Может, потому что в её глазах отражалась не только боль потери, но и страх будущего — как ей теперь жить одной, с дочерью, без мужчины в доме?

Послышался скрип. Я повернул голову.

На лестнице стояла девушка. Молодая, лет восемнадцати-девятнадцати. Она замерла, глядя вниз, на мать, которая корчилась от отчаяния. В её глазах застыл ужас.

Она выглядела словно из другого мира. Светлые волосы мягкими волнами спадали на плечи, голубые глаза сверкали в полумраке комнаты. На ней было нежное розовое платье, подчёркивающее хрупкость и чистоту её фигуры. Она словно сошла с картины — слишком невинная, слишком красивая для этого жестокого мира.

Я почувствовал лёгкий аромат роз, исходящий от неё. Нежный, свежий запах, такой неуместный в комнате, наполненной криком и горем.

Она спустилась по лестнице быстрым шагом, упала рядом с матерью на колени и крепко обняла её.

— Мамочка… что случилось? — её голос был тихим, дрожащим, но в нём звучала забота.

Её тонкие пальцы гладила мать по плечам, пытаясь её успокоить.

Девушка подняла на меня глаза.

Голубые встретились с моими карими, и на миг мир будто остановился. В этом взгляде было что-то, что пробивало мою броню. Слишком чистый, слишком неподдельный.

— Кто вы?.. — прошептала она.

Я сделал шаг к ней. Она тут же отодвинулась, увлекая за собой мать, словно защищая её своим хрупким телом.

— Я приехал передать кое-что, — сказал я, доставая руку из кармана.

Пальцы нащупали кольцо. То самое кольцо, которое Витя просил передать. Я достал его и протянул девушке.

— Передашь своей маме, когда она успокоится. Скажи, что это от её мужа.

Она дрожащими руками взяла кольцо. Наши ладони коснулись друг друга — её тёплая, нежная, хрупкая кожа на миг соприкоснулась с моей. Я замер. На секунду внутри меня всё перевернулось. Но я быстро отдёрнул руку.

Она посмотрела на кольцо. Маленькое, серебряное, с простым камнем. Ничего особенного, и всё же оно было бесценно для них. В нём была их любовь, их память.

Я посмотрел на девушку и спросил:

— Как тебя зовут?

Она взглянула на меня испуганно, но всё же ответила:

— А… Аврора.

Я едва заметно улыбнулся уголком губ.

— Не волнуйся. С твоей мамой всё будет хорошо. Я ей не навредил.

Она отвела взгляд, прижимая мать к себе ещё крепче.

Я развернулся и вышел.

На улице меня окатил прохладный воздух. Я сел в машину, завёл двигатель. Но, чёрт побери, образ Авроры не выходил из головы. Голубые глаза, словно озёра, волосы цвета золота, запах роз.

Но я тут же отогнал эти мысли. Моё сердце уже занято. Оно принадлежит Лучии. Её карие глаза, её волосы, её запах — они стали для меня родными.

Аврора просто была красива. Просто девочка, на чью судьбу я повлиял, убив её отца. Не больше.

Но где-то глубоко внутри я знал: её образ ещё будет преследовать меня.