глава 25

Лучия Мальдони

Я проснулась от писклявого, раздражающего звука, который, казалось, проникал в каждую клеточку моего тела. Резко нахмурившись, я протёрла глаза, пытаясь понять, что происходит, и взглянула на источник этого ужасающего звука. Моя зрачки медленно сфокусировались, и я увидела её. Девушка, явно не из нашей жизни, сидела на кровати, уставившись на меня глазами, полными удивления и непонимания.

— Какого хрена, Лука?! Кто она? Что она делает в нашей кровати? — прокричала она, указывая на меня пальцем.

Я перевела взгляд на Луку. Он стоял неподвижно, смотрел на меня и… ждал. Ждал моей реакции, будто я должна была как-то оправдать своё присутствие здесь, словно я действительно что-то нарушила.

Но прежде чем я успела открыть рот, он сказал это за меня.

— Она просто потерялась ночью, когда ты была у своего друга. Я решил подобрать.

Он смотрел на меня с едва заметной усмешкой. Подобрал? На улице? Словно я была бездомным щенком, которого он решил забрать домой. Меня охватило чувство, которое трудно описать: смесь унижения и недоумения.

Я хотела возразить, но остановилась. Потому что видела, что происходит дальше.

Девушка вдруг шагнула к нему, впиваясь в его губы. Лука обнял её за талию, подтягивая ближе, а я замерла. Он смотрел на меня. Его глаза говорили одно: «Видишь?»

Мне стало тошно. Сильно, до глубины души. Ему это нравится? Он наслаждается этим моментом с ней? А если ему действительно нравится, он бы не смотрел на меня сейчас. Нет, он смотрит. И это чувство, которое я пыталась подавить, сжало сердце.

Я пыталась убедить себя: «Лучия, это его девушка. Он может её целовать, если хочет». Но внутри меня горела искра раздражения, не отпускающая. Лука выбрал меня, украл меня к себе, несмотря ни на что. И это был его выбор, его действие.

— Милый, может проводим её и уединимся? — послышался голос девушки, словно слишком резкий и раздражающий на фоне тишины, что осталась после поцелуя.

Лука не сразу ответил. Он продолжал смотреть на меня, не отводя глаз, словно проверяя реакцию. Потом, наконец, произнёс:

— Да. Ты иди, приготовь для нас кровать. Я сейчас.

Девушка нахмурилась, обхватила его за руку и попыталась возразить:

— Но вот наша кровать…

Она кивнула в мою сторону, где я сидела, но Лука резким движением оттолкнул её и сказал:

— Я сказал, выйди!

Она замерла, словно хотела что-то сказать, но потом тихо ушла. Дверь захлопнулась за ней, и в комнате снова осталась только я и Лука.

Он подошёл ко мне, но в этот раз его движения были мягче, чем можно было ожидать после предыдущей сцены. Он взял меня за шею, поднял с кровати и притянул ближе. Я почувствовала, как моё дыхание становится поверхностным, но он не причинял боли. Его глаза горели, полные напряжения, но его руки лишь слегка сжимали, не причиняя вреда.

— Неужели тебе плевать, блядь? — сквозь зубы процедил он. — Тебе плевать, что мы сосались перед тобой? Тебе плевать, что меня касается кто-то другой, кроме тебя?

Я глубоко вдохнула, чтобы получить кислород, и попыталась хоть как-то контролировать свои эмоции. Моя рука легла на его кисть, сжимая её, но он не отстранился, продолжая держать меня.

— Ты такой глупый… — начала я, голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Не понимаешь, что после стольких объяснений тебе всё равно… Ты мне не нужен. Я люблю другого!

Слова сорвались из меня, не подлежащие контролю. Я чувствовала, как каждая клеточка моего тела кричит о том, что он не должен был так меня мучить своими взглядами, своими движениями, своими ожиданиями.

Лука отпустил меня. Я упала на колени, сердце стучало как бешеное. Он ударил по стене, словно от злости на себя, и отошёл на шаг.

— Помни, — произнёс он, голос стал тише, но каждое слово резало меня. — Ты будешь умолять меня вернуться. Ты будешь на моём месте. Тебе так же разобьют сердце, и тогда ты поймёшь, что чувствовал я. А теперь проваливай. Живи, как хочешь. Вставай и съебывайся.

Он подошёл, взял меня за локоть и аккуратно, но решительно подвёл к выходу из комнаты. Я упала на пол, но быстро поднялась, стараясь держаться уверенно. Спустившись вниз, я увидела девушку. Она сидела на диване, её глаза полны слёз и непонимания.

Это была девушка, которая ещё не знала, во что влипла. Она ещё не поняла, что Лука… что он никогда не будет её. Она была его игрушкой, временной заменой, которую он использовал, чтобы убедиться в собственных чувствах ко мне.

Я обвела взглядом комнату, и внутренний голос тихо сказал мне: «Лучия, это не твоя битва. Она не твоя боль. Она лишь его шаги в проверке своих чувств к тебе».

И я знала: я принадлежу себе. Но для Луки я всегда буду его. Внутри меня жила уверенность: он собственник, он знает цену моему присутствию, и он никогда не отпустит.

Но я для себя принадлежу другому человеку. Тому, к кому сейчас направляюсь. Тому, кто ждёт меня и знает мою ценность.

И с этим осознанием я вышла из дома, оставляя за собой всё, что могло удержать, всё, что могло затянуть в прошлое. Я шла к своему будущему, к своему человеку, уверенная в том, что каждый шаг делает меня сильнее, а каждое сердце, которое любит меня, делает меня свободной.