Глава 9

«Вся Москва боялась Рыжего Чёрта и его верного пса — Монстра с душой Ангела».

Осень 2007 года. Москва.

Старый квартал. Здесь ещё стояли панельки, и их не собирались сносить. В этих пошарпанных муравейниках жили отбросы общества, чаще всего там ютились беглецы режима или нищие.

Ночь была сегодня тёплая, и поэтому многие спали с открытыми окнами, но про сон люди могли забыть. В покинутом всеми квартале шла жёсткая перестрелка.

Беспризорники отстреливались от бандитов, которые требовали платить дань с награбленного. Но больше всего они хотели поймать девчонку, которая, по слухам, была нечеловечески сильна. Как всегда, Жека послал их куда подальше, а если быть точнее — то на три буквы.

Бандитов было немного, но они были хорошо вооружены. На шум выстрелов пожаловались полиции зеваки и те, кто жил в ближайших домах.

Жека услышал звук полицейских сирен и думал, как им отступать:

— Блять! Ещё и менты приехали! Прости, Янка, но тебе придётся сделать грязную работу. Фас!

В этот момент подъехал начальник полиции и увидел кровавую бойню и беспризорников, которых он хорошо знал. Он дал приказ своим людям схватить подростков:

— Всем занять свои места! Постарайтесь застрелить девчонку! Она очень опасна!

Выполнить приказ начальника полиции мешал Жека, который хорошо прикрывал Яну. Он целился в полицейских и не давал им подойти ближе.

— Чёрт! Её прикрывает тот псих! — кричал полицейский, прячась за машиной. — Меткий, зараза!

Жека понимал, что пора валить, и как можно скорее, поэтому проорал Яне из укрытия:

— Кончай с ними — и уходим! Полицию не трогай! Яна! Чёрт! Не трогай их!

Он уже не мог контролировать дальнейшие действия Яны, потому что она озверела и набросилась на полицейских, расправляясь с ними как с бандитами.

Начальник полиции стал защищать своих людей от озверевшей девушки, но всё было тщетно — полицейские попали под горячую руку беспризорницы.

— Она дьявол! — кричал Эдуард Аверихин, начальник московской полиции. — Отступаем! Нам не нужны потери из-за бандитских разборок!

К нему подбежал полицейский и стал отчитываться:

— Надо раненых срочно доставить в больницу! Мы теряем много людей! Кто эта девчонка?! Что она такое?!

— Без понятия! — ответил Эдуард. — Я вас прикрою!.. — Он принял удобную позицию, чтобы отстреливаться от Яны: — ...а вы уходите, пока этот монстр до вас не добрался!

Начальник полиции целился в озверевшую беспризорницу, но пули ничего с ней не делали. Она мчалась прямо на него, но резко остановилась в паре метров.

— Зачем ты их убила?! Без разницы, бандиты они или убийцы — это всё равно люди! — кричал Эдуард, целясь в неё из пистолета. — Если они нарушили закон, то понесут справедливое наказание! Ты монстр!

От слова «монстр» Яна с криком набросилась на начальника полиции, но Жека вышел из укрытия и крикнул:

— Яна, фу! Не трогай его!

Он подошёл к напарнице, взял её за галстук и оттянул, как собаку на поводке, от начальника полиции.

— Так вот о чём все говорят! Рыжий Чёрт и его верная собака! Ты используешь девчонку, чтобы с её помощью решать свои бандитские разборки!

Жека спокойно слушал, как кричит на него начальник полиции. Ему было всё равно на слова и угрозы — в его руках было самое настоящее оружие, надёжное, как швейцарские часы.

Он повернулся к Эдуарду Аверихину и грозно сказал:

— В следующий раз я не остановлю её и отдам вас на растерзание, начальник. Этот зверь подчиняется только мне. Это наши разборки, и полиции здесь не рады.

Малолетние преступники ушли.

Начальник полиции оцепенел — сегодня он мог быть растерзан существом, обладающим неслыханными возможностями.

— С вами всё в порядке, начальник? — спросил полицейский, который подоспел на помощь.

— Да. Сообщите всем отделам о срочном совещании, — отдал приказ Эдуард Аверихин, подавляя тревогу и страх. — Эти психи стали очень опасны для города!

— Их лица разрисованы так же, как на сайте хакера по кличке Анархист. Это, случайно, не тот ли Рыжий Чёрт и его ручной пёс?

— Это они, — подтвердил догадку начальник. — И именно они освободили питерского хакера, который устроил массовые беспорядки по всему миру. Анархия набирает обороты. Скоро это движение станет угрозой безопасности и порядка.

— Оно уже опасно! — подтвердил полицейский слова начальника. — Эти психи лезут в головы наших детей и провоцируют их на беспорядки. Нужно поймать анархистов — во что бы то ни стало!

В этот момент у Эдуарда зазвонил телефон, пришлось ответить:

— Я слушаю? — Ответ на другой линии его шокировал. — Скончалась?! О... Боже... Как Макс на это отреагировал? Сбежал?! Найдите его! Я пока не смогу приехать.

Короткий телефонный разговор прекратился, но для Эдуарда это время показалось вечностью. Он присел на корточки от услышанной новости, закрыл лицо руками и закричал. Этот день был самым тяжёлым в его жизни.

— Что случилось, начальник? — спросил полицейский.

Эдуард встал и повернулся к нему со стеклянными глазами. Он был очень взволнован, но собран и чётко отдавал приказы:

— Ты и ты — пойдёте искать моего сына. Проверьте все клубы и притоны. Но сначала нагряньте к его друзьям, их адреса я сейчас дам.

— Макс не отвечает? — спросил полицейский, особо не горевший желанием бегать по всему городу в поисках непутёвого сына начальника. — Вы пытались до него дозвониться?

— Он никому не отвечает! — закричал на него Эдуард Аверихин. — Только матери, которая скончалась полчаса назад! Найдите его! Пока он с собой ничего не сделал на эмоциях!

— Понял. Пошли, Пашка. Будем сегодня сыночка начальника искать. Это лучше, чем трупы воротить.

Парочка поспешно ушла с места кровавой бойни. Полицейский недовольно закурил и обратился к напарнику:

— Заебался я этого пиздюка искать! Вечно сбегает!

— Хотя пацана можно понять. Зачем было начальнику трахать секретаршу, да ещё при живой жене?

— Людка на каком сейчас месяце?

— На днях должна родить. Вроде девчонка должна быть. Конечно, как мужика я могу понять Аверихина, но грешок он заработал. Карму подпортил, так сказать. У тебя жена умирает, а ты секретарш трахаешь и пытаешься ловить психов.

— И сына поломал. Макс же отличником был, а потом скатился. Говорят, слишком начальник был строг к сыну...

В этот момент напарник заметил кого-то на дороге и крикнул:

— Э-э! Это не он ли бежит?

Полицейские увидели парня, который перебегал дорогу на красный. На нём была футболка с панк-группой, красные в клетку штаны и кеды. А волосы цвета льна в темноте колыхались на ветру.

— Лёгок на помине! Это он! Пошли ловить его. Этот хер быстрый.

Погоня была недолгой. Через некоторое время здоровые полицейские тащили сыночка начальника полиции в наручниках и особо не церемонились с ним.

— Отпустите меня, ублюдки! — орал на всю улицу блондин, чьи голубые глаза горели злобой, скорбью и ненавистью. — Не хочу видеть его! Так и скажите! Я ненавижу его!

— Нам был отдан приказ найти тебя, Макс, — сказал грубо полицейский и силком посадил парня в машину. — Мы его выполнили, дальше сами решайте свои семейные проблемы, но без нас!

***

Тем временем Яна ехала вместе с Жекой. Они пытались скрыться от полиции и нужно было найти место, где можно на время залечь на дно. Пока к Димону идти нельзя — иначе его засекут и нагрянут в его хижину полицейские.

Жека гнал на всех парах от полиции, но заметил, что напарница плакала и хлюпала носом.

— Ты чего рыдаешь, Яна? Прекрати!

Она молчала и продолжала плакать — как тогда, когда Жека только привёз её в Москву, а она просилась обратно домой. Она не хотела плакать, потому что знала — Жеке не нравилось, когда она плачет, это его дико раздражало. Но слёзы сами лились ручьём из её чёрных глаз, поэтому Жека стал психовать:

— А ну, говори! Ты знаешь, что меня бесит, когда ты молчишь! Да ещё рыдаешь как дитя малое!

— Зачем я их убила?.. Ведь я не хотела... — с трудом выговорила Яна и разревелась в голос, собирая слёзы рукавом пиджака. — Тот полицейский был прав, что преступников должен судить суд и закон. Убивать их — это неправильно!

— Какой суд?! Какой закон?! Ты с дуба рухнула?! — орал Жека. — Если ты дашь слабину, то они тебя не пожалеют — убьют при первой же возможности! Уничтожат то, что тебе дорого! Ты находишься в клетке с хищниками! Либо ты их — либо они! Ты — волчица, и только твоя сила и зверство помогут тебе дожить до завтрашнего дня. В этом городе мало людей: одни скоты и психи. Для них жизнь — это пустой звук. И хватит рыдать! Не люблю, когда ты плачешь, — меня это бесит!

— Тебя всё бесит во мне, Жека...

— Да меня все бесят! Раздражает всё! — орал Жека и бил руль у тачки. — Я псих? Да! Я псих, ебанутый на всю голову, как и все здесь! Да, я отброс и конченый мудак! Тебя что-то не устраивает?!

— М-м-м-меня всё устраивает... — ответила Яна, заикаясь. — Но мне не нравится, когда ты такой... — Она начала успокаиваться, но её лицо стало ещё грустнее, чем обычно.

— Мне тоже не нравится... но я не могу! — Жека был снова на себя не похож, словно он засыпал, и вместо него просыпался другой Жека. — Меня здесь словно перемалывают как фарш! Не могу вспомнить, зачем я здесь! Что я должен делать... И кто ты вообще для меня!

— А кто я для тебя: собака или друг? — спросила Яна, смотря своими влажными глазами на Жеку, который не знал ответа на её вопрос.

— Я не знаю, — тяжело ответил он. — Но если ты исчезнешь, то мне будет хреново. Очень хреново.

— А я хочу исчезнуть... — очень тихо сказала Яна, так что её слова не услышал Жека из-за рёва двигателя.

Снова чёрная тачка беспризорников растворилась в городских джунглях новой Москвы, оставив полицию позади.