Глава 22. Полночь решает всё

Алика нервно обернулась. Там должен был стоять стеной лес, но в темноте он никак себя не обозначал. Позади была мгла. Только в небе, если поднять голову, можно было увидеть странное неровное кружево крон на фоне той тьмы, что чуть посветлее. Но даже там, наверху, где должны были сиять звёзды, ни проблеска света. Всё было затянуто рваной пеленой туч. А время поджимало. Заклинание уже готово было войти в активную фазу, но Айи всё не было. Неужели передумала? Девушка безуспешно всмотрелась в ночь.

Но нет. Хрустнули ветки. Лихо появилась из темноты неожиданно, каким-то до ужаса странным красным видением и остановилась перед ведуньей как вкопанная.

- Чего смотришь? Всё подготовлено? - почему-то шёпотом спросила Айя. Она нервничала. Огромные глаза смотрели в неуверенных отблесках миниатюрного костерка чёрными дырами. Красное платье лишь подчеркивало дикость происходящего.

Алика проигнорировала грубость. Не до того, чтобы выяснять отношения. Сама нервничала. Окинула снисходительным взглядом нелепый в данной ситуации наряд соперницы.

- Всё готово. Тебя только и жду. Почему так долго?

Ведунья села перед костерком и стала проводить активную фазу заклинаний. Шептала. Подкладывала травы. Чертила символы. Старалась сосредоточиться на сложном, но мысли не давали покоя и Алика не удержалась и спросила:

- Как ты только могла оставить его в первую брачную ночь одного?! Как он отпустил тебя в такое время?

- Дура! - отчаянно воскликнула Айя. - У меня же не было выбора! Венец четырёх стихий раз в год! Это самая сильная ночь! Мы же не сможем потом!

Алика понимала это. Вот только сердцу не объяснишь, почему надо так жестоко... Так беспощадно! Неужели эта бесноватая об этом не думала? У неё же тоже должно быть женское сердце. Она же, в конце концов, как-то смогла пройти инициацию Четырёх Стихий! Значит, должна любить его!

Но вместо претензий Алика лишь сухо проинформировала:

- Приготовься. Ты же не взяла с собой никакие магические предметы? Кроме книги, естественно.

Айя молча вытащила из-за выреза платья хрустальный кулон. Такой же какой она подарила Саяну на свадьбе, только красный. И вместо слезы внутри был его волос.

- Только это. Но я не отдам.

Большими каплями в неровном ритме по листьям лениво застучал дождь. Лес сглаживал шум, шелестел под ударами глухо, будто шептался со стихией. Но девушки будто не замечали его. Лишь Алика неловким движением загородила от водяных брызг костерок краем своей накидки. Она не стала требовать снять украшение. Ведь сама была ведьмой белой магии. Догадалась, что это может быть. А потому пробормотала в ответ:

- Сама барышня с головой. Сама и принимай решение. Но я думаю, это не должно повлиять на исход. Этот тип магии не агрессивен.

Айя кивнула и с надеждой уставилась на ведунью. Та, хоть и волновалась, но колдовала вполне уверенно. Иногда лишь сверяясь с записями. Так, как будто всю жизнь этим занималась. Похоже не зря доверилась ей. Но всё же...

- Ты же точно справишься? - голос Айи предательски дрогнул, выдавая страх и дикое напряжение перед принятым решением.

- Справлюсь, - немного смягчившись, пообещала Алика. - Но надеюсь, ты знаешь на что идёшь.

- Нет! - неожиданно призналась Айя. - Я не могу знать, что будет дальше. Никто не может этого знать!

Алики нечего было ответить на это. Соперница была права. Но вместо ответа ведунья вдруг громко воскликнула:

- Сейчас! Ты видишь? Уже началось!

Порыв ветра подхватил её крик. Костерок полыхнул и чуть было не погас. Айя растерянно обернулась туда, куда смотрела Алика. Дыра. Совсем рядом. Какая она большая... У лихо от ужаса зашевелились на голове волосы. Как черно было смотреть в неё. Как страшно! Словно заглядываешь в бездну.

Дождь шёл уже со всей силы. Тарабаня по листьям, камням, будто расстреливал их со своей высоты. Нещадно лупил по костру, от которого ветром сносило ненадежное укрытие ведьминой накидки. Одна дыра словно замерла в этом стихийном буйстве. Не дыша, смотрела на свою жертву.

Ну. Шаг. Один лишь шаг.

И Айя сделала его. Быстро, не думая. Потому что если бы промедлила, то уже никогда бы не решилась на такое безумие...

* * *

Саян проснулся поздно. Голова тяжело поднялась с подушки, как после похмелья. А ведь вчера он не пил. Он это хорошо помнил. Ни капли. Тихо. Айи в палатке не было. Он уронил голову обратно в комфортное ложе. Просыпаться было странно тяжело.

Вспомнил, что уснул вчера, ещё до того, как к нему легла его жена. Уснул в свою первую брачную ночь. Какой позор. Почему же она его не разбудила?!

Саян снова сделал рывок. На этот раз ему удалось сесть. Но в голову тут же ударила невыносимая боль. Он замер, пытаясь её утихомирить. Комната, сделав пару оборотов, остановилась. Слабость и непонимание того, где сейчас Айя.

Возможно пошла к ручью умыться. Почему же не разбудила?

Чёрт. Снова этот вопрос.

Посидев немного на кровати, Саян увидел записку. Она лежала на тетради, на видном месте у зеркала. Отражалась в его безупречной поверхности. Но прочитать отсюда текст было невозможно. Буквы сливались и шли задом наперёд. Да и плыло перед глазами. Странное утро. Странный день.

Саян сделал усилие и встал. Палатка снова качнулась, но неуверенно, словно сдавалась под напором его упрямства. Подошёл к зеркалу.

Откуда эта слабость? Чуть ли не до тошноты...

Опёрся о стол, стараясь не упасть к его подножью. В записке значилось:

"Саян. Милый мой, любимый до конца моих дней. Скорей всего мне уже не суждено увидеть тебя живым, но я хочу, чтобы ты знал, я всегда буду ждать тебя. Выживи."

И приписка ниже:

"Я вышла за пределы Древодара. Прощай и прости за всё."

КОНЕЦ ВТОРОЙ КНИГИ.