Глава Девятнадцатая. План Ахмада.

  Ахмад вошёл в комнату брата. Тот изрядно злился. Он дико устал от всего, что навалилось на него, особенно в последние месяцы. Кузина Айя кокетничала с ним, писала стихи, а он воспринимал 22-х летнюю девушку, как что-то совершенно обыкновенное и скучное.    В центре комнаты висела красная боксерская груша -обитель старшего брата  всегда отличалась от комнаты Ахмада: постеры спортсменов пауэрлифтинга на стенах, гантели в углу, протеиновое питание и скакалка - счётчик. Он любил спорт, но чаще отжимался до потери пульса или боксировал, если был зол или нужно было снять напряжение. Сбоку стоял рабочий стол, полки с книгами о спорте и о медицине на английском и на арабском; русский том  Толстого «Война и мир», который он так и не осилил и словари китайских идиом. Талала невозможно было назвать тупым качком или безмозглым спортсменом – он был прилежным к книгам и знал помимо арабского, русского, английского еще и немного китайский язык.    Талал отжимался, а на лбу вздулись вены. -Злишься? -Спокойно спросил Ахмад. Брат продолжал отжиматься.- Ясно, что радоваться нечему!  Мама не со зла…-Мама меня наказывает! И вы все об этом прекрасно знаете! Я не хочу… От мысли быть с ней -меня воротит!-Даже деньги тебя не прельщают?-Нет! Я не могу быть с кем-то кого не люблю или, хотя бы кто мне не нравится… Чувствую себя… Изнасилованным или что-то в этом роде!-Не утрируй! Айя молода, привлекательна и к тому же её отец богат и хочет передать земли на твоё имя! Но…  Талал отжимался из последних сил. Ахмад сел на стул и спокойно продолжал.-Что но?-Но твоё сердце до сих пор не свободно! И это огромное Но заставляет тебя быть одиноким!  Ахмад смотрел на брата серо-голубыми глазами. Снова заныл желудок, будто рвется сердце и он побежал в  ванную Талала, отплёвывать ненавистный вкус крови. Старший брат прекратил отжиматься и принёс чистое полотенце и бумажные салфетки. Ахмада рвало кровью, но через несколько минут, он устало сел на пол, облокотившись спиной к стене. -Что опять? Может поедем к врачу? – Предложил он среднему брату.-Нет… -Отрицательно качнул головой Ахмад. Рябой был близок к тому, чтобы убить его и это было напоминанием Талалу.-Маме не говори… Не надо её тревожить… - Попросил он брата. Старший брат сел рядом на кафельный пол.- И ещё… Если не хочешь женится на Айе -это сделаю я, вместо тебя, понял?-Зачем тебе всё это? -Тебе противно, а мне нет – мне она подходит и отец её передаст земли! Не плохая сделка, а?! -Смеясь с окровавленными зубами  сказал Ахмад. Талал кивнул брату.- А ты, не переживай! С мамой я сам поговорю и попрошу убедить и Лейлу! – Продолжил он, но лицо стало мрачным, а светлые глаза потемнели. Талал хлопнул по плечу брата, однако, заметил его настроение.-Ахмад… Что происходит между тобой, Лейлой и Теймом?-С тебя должок! Ах, это… У  меня слишком много вопросов, на которые, пока я не могу дать точные ответы… Когда придет время, отдай мою долю сестре… -Старший брат кивнул. Было странное предчувствие незримой беды и Талал понимал, когда Ахмад, что-то знал и не говорил, то это неспроста…

***

  Мать смягчилась не сразу, но Ахмад красиво напевал о том, что ему нравится кузина, а Лейла красиво вторила ему. Женщина сдалась и пришлось поменять планы, точнее сыновей. Ахмад ничего не говорил и обаятельно улыбался Айе. И, спустя время, девушка дала согласие на помолвку. Отцу невесты было всё равно, кто из старших сыновей будет его зятем, кроме Тарика… О нём было ясно всё с первого взгляда.  В последнее время ему становилось хуже. Адская боль и кровотечения из желудка  стали почти, чем-то обычным. Он спешил уладить все дела и, толком не спал, ломая голову над дневником Лейлы, пытаясь отогнать тяжёлые догадки.   Не в состоянии унять боль, Ахмад, хоть и умело притворялся, что в порядке, но отправился к своему лечащему врачу.  Дальше, заново: сбор анализов, круговерть препаратов, названия, чьи с трудом он запоминал, назначения и рекомендации. Парень заметно  похудел и осунулся. Жёсткая диета делала своё дела, а он это ненавидел!   Наконец, с великим опозданием диагноз - декубитальная язва, перешедшая в онкологию… Он мыслил, как никогда и в уме, прикинул стадии принятия и отрицания. Но  он боялся одного -не успеть защитить свою семью… Ахмад писал план, продумывая каждый пункт. У него остались сбережения и часть из них хранил Талал.  Это выматывало его, но второй сын  Ворона, по прежнему хранил молчание, не смея поделится с кем-нибудь из членов семьи. Он умело лгал всем, принимая очередную дозу препаратов, обезболивающих и его снова рвало кровью. Накатывала слабость… 

***

  Последней каплей для Тейма стало, когда второй брат Лейлы стал сопровождать их на свидание. И он стал подумывать, как избавиться от Ахмада. Тейм не знал отказа и с детства,  ему внушали, что он может делать всё, что захочет. Он был жестоким, если это касалось его личных интересов. Тейм стал одержимым Лейлой и переходил многие грани…  Брат Лейлы догадался о многом и враждебность ощущалась с его стороны, от него исходила агрессия…

***

  Следующим пунктом Б, было - связаться с Радуаном. Ахмад понимал, что это рискованно и нет никаких гарантий, но сестре стало намного опаснее находиться в Алеппо. Это было не рационально.   Светлые  волосы были взлохмачены,  а на столе хаотично валялись скомканные листы бумаги. Назойливая невеста отправляла любовные стихи и это стало утомительно.   «Как переменчивы бывают девушки!» - Выстрелила мысль. Ахмад не стал отвечать ей и набрал номер Радуана. Брат Лейлы долго говорил с ним, пробивая каменную бронь гордости и боли, человека, которого любила его сестра. Он чувствовал искренность, искалеченной души… Эту искренность невозможно было купить ни за какие деньги…  разговор длился, почти целый час и, Ахмад подготовил почву. Радуан счастливо и спокойно прервал диалог, пока сын Ворона обдумывал следующий шаг.  «Прости, мама, но я делаю, то, что считаю правильным…»   Ахмад потушил свет, принял обезболивающее и удовлетворённо лёг спать.