20. Темнота

Начало новой мечты, где и я ты, а не яд и дым. ~ Рем Дигга

Меня окутал страх. Я чувствовала, как предательский ком подступает к горлу. Это конец. В дверь ворвались, я сорвалась с места и стала бежать, по пути я схватила светильник.

Ко мне приблизились двое мужчин, одного я ударила со всей силы по голове, второй держал меня за руки и ноги.

Я почувствовала резкую боль. Темнота.

Первое, что я ощутила, — это холодный, жесткий пол под спиной. Я медленно открыла глаза, но вокруг не было ни единого источника света. Сердце забилось быстрее, и в груди разлилось чувство паники. Где я?

Память о том, как меня схватили, вернулась с яркостью молнии. Я попыталась сесть, но её тело было слабо и уставшим.

Вокруг стояла гнетущая тишина, лишь изредка доносились звуки капающей воды, создавая зловещую атмосферу.

Я прищурилась, пытаясь разглядеть хоть что-то в этой непроглядной темноте, но её глаза не могли адаптироваться.

Я попыталась встать, но ноги были скованы. В панике я потянула руки к запястьям и ощутила грубую веревку, которая сжимала их. Страх охватил меня, и я начала бороться, но веревка лишь врезалась в кожу, вызывая боль.

— Нет, нет, нет! — прокричала я про себя, но мой голос звучал глухо в этом мрачном пространстве.

Тело ужасно болело, а горле пересохло. Сердце стучало бешено быстро. Каждая секунда была адом и время тянулось медленно.

Жизнь висела на волоске, я понимала, что меня могут безжалостно убить и стереть с лица земли. Единственное, что заставляло жить — надежда на спасение. Тайлер Уилсон, который когда-то был главным врагом, сейчас являлся единственной надеждой. Из двух зол, я выбрала меньшее.

Только он мог спасти меня от этой муки и лап злодея, ведь никто другой и не знал об этом. Удивительно, моя жизнь в руках у моего врага и преступника.

Про себя я молила, чтобы смерть не наступила так быстро. Мне даже 30 нет, я не могу так рано умереть. Все вокруг стало мрачным.

Вдруг, послушались шаги. Я замерла.

В комнату вошел человек, лицо которого скрывалось под таинственной тьмой. Лишь свет из коридора освещал образ человека.

Включился тусклый свет лампы. Я увидела перед собой Чеда, который когда-то радостно беседовал со мной. Страх окутал сильнее. Его лицо выражало гнев и ненависть.

— Зачем ты сюда полезла, дура. Ты не знаешь во что ввязалась. Твой дружок будет платить мне за все, а пока я буду мучать тебя, пока ты не умрешь.

— Отпусти! Отпусти меня! — я пыталась выбраться из веревок. Все тщетно.

— Нет, милочка. Я тебя никуда пущу теперь. Ты посмела задеть честь Чеда Хьюстона, а я такое не прощаю. Хотя ты мне казалось милой — он ударил по стене.

Чед Хьюстон...

Вот кто он такой, пазлы быстро сложились у меня в голове. Я вспомнила историю о детстве Тайлера, что компания Хьюстона отобрала у них дом. Вот что это за человек.

Не было сомнения, что это все заслуженно, что у него надо было забрать все деньги. Чужие деньги и чужие владения. Злость быстро одолела меня, затмевая страх.

— Так тебе и надо, кусок дерьма. Ты разрушил столько жизней, столько судьб. Надо было тебя там на месте и расстрелять — выдавила из себя я.

Он покрылся яростью и злостью.

— Ты как со мной разговариваешь? А? Да мне плевать на эти жизни. Это жизнь. Тут выживают сильнейшие. А ты поплатишься за всё. Но перед этим мы ещё развлечемся. Поняла меня? — он подошёл ко мне вплотную.

Я не выдержала порыва агрессии и плюнула ему в лицо. Чед заорал, выбежал из комнаты и вернулся через какое-то время со шприцом в руках.

Он взял меня за руки, сел ко мне с безумным выражением лица. Его светлый костюм прописался потом и сыростью. Меня ужасно тошнило. Он ударил меня по лицу, а затем потянулся к своей ширинке на брюках. Страх. Пауза. В моей голове пробежали тысячи сценариев. Сколько раз я работала с девочками, пережившими насилие. Это животное, а не человек.

Неожиданно, мне в голову пришла мысль, точнее я вспомнила кое-что из пособий, ещё из учебы. Мне ничего не оставалось, как сделать это. Я собрала всю волю в кулак, смотря на это урода, который пытался расстегнуть штаны, я спустила из себя всю жидкость. Обмочилась прям рядом с ним.

Его лицо скривилось, а руками он заткнул нос и рот. Этот урод был слишком «аристократичным», чтоб дотрагиваться до такой «грязной» девушки. Кажется, что это все гнусный сценарий, но это происходило на яву. Мне было плевать, что я воняю, плевать, что это противно.

Я лежала на бетоном полу, чуть не оказалась испачканной грязными прикосновениями и похотью этого ужасного человека. Лежала обмоченная, с одной каплей надежды на спасение. Чед куда-то убежал, пока я обо всем этом думала и вернулся, с таким же скривленным лицом. 

Он замахнулся и вколол мне в руку какую-то жидкость. Боль пронзила моё тело. Я отключилась. Снова темнота.