ВРЕМЯ МИЛОСЕРДИЯ. Рассказ Прыткохвоста

ВРЕМЯ МИЛОСЕРДИЯ. Рассказ Прыткохвоста

- Зачем поднимать столько шума, Пестроусая? Я лишь выполнял свой долг, как предписывает Воинский закон. Но в одном ты права - многие из нас в тот день забыли о сострадании. Мы пришли поддержать племя Ветра, мы верили, что Грозовые коты несправедливо обошлись со своими соседями, и что правда в этом пограничном противостоянии на стороне воинов Ветра.Сейчас уже не важно, так это было или нет. Когда мы добрались до берега чуть ниже лагеря Грозового племени, битва уже ревела и бушевала, как разъяренный лев. Мы слышали доносившиеся из чащи вопли, чувствовали растворенный в воздухе едкий запах крови. Запах и кровавый след привели нас к месту, где три племени котов-воителей с визгом и шипением рвали друг друга на части.Я не испытывал страха. Я был воином, с раннего детства меня учили сражаться и побеждать. Территория Грозового племени была мне незнакома, но мой товарищ Черный Коготь однажды сопровождал в лагерь соседей нашу целительницу, Мотылинку. Он и рассказал нам о Заброшенном гнезде Двуногих, где мы можем устроить засаду и дождаться, когда патруль Грозовых котов пробежит по старой Гремящей тропе.

План был блестящий, поэтому мы юркнули в папоротники и тайком заскользили к оврагу, стараясь не запутаться в колючих кустах и зарослях.Наконец мы добрались до широкой каменной дороги, поросшей травой и ежевикой. Видимо, раньше это была Гремящая тропа, пришедшая в запустение после того, как Двуногие покинули свое каменное гнездо. Я отряхнулся, спеша убедиться, что не оставил на колючках половину своей шерсти.Черный Коготь и Камышник выбрались на дорогу в двух хвостах впереди меня, Первоцветик, шипя от досады, пыталась оторвать от своего хвоста длинную ежевичную плеть. Я подбежал к ней и наступил на ветку, чтобы Первоцветик могла вырваться.- Сюда, - негромко скомандовал Черный Коготь.Мы поползли на животах вдоль тропы, стараясь, по возможности, держаться поближе к кустам, но так, чтобы не запутаться в них.Звуки битвы теперь раздавались у нас за спиной, мы знали, там наши соплеменники пришли на помощь воинам Ветра в их отчаянном противостоянии с разъяренными Грозовыми котами.Впереди все было тихо - и даже слишком тихо. И вдруг ветер принес запах котов племени Теней. Мы пошли еще осторожнее, последние сомнения исчезли - запах усиливался с каждым шагом.Черный Коготь остановился под нависающими листьями папоротников.- Заброшенное гнездо Двуногих совсем рядом, - прошептал он.- Мне не нравится эта тишина. И запах племени Теней мне тоже не нравится, - проворчал Камышник.Пестроцветик кивнула.- Вдруг они нас опередили и сами устроили там засаду?- Тогда давайте нападем на них! - решил Черный Коготь. - Если гнездо окажется пустым, значит - нам повезло. Ну а если там враги, то на нашей стороне будет внезапность. Прыткохвост и Камышник, обогните гнездо, - он указал хвостом на темные заросли. - Если я правильно помню, там должна быть дыра в стене, через которую можно пробраться внутрь. А мы с Первоцветик ворвемся через главный вход.Камышник тяжело задышал, впившись когтями в раскисшую от дождей палую листву. Я же не стал раньше времени выпускать когти, но еще зорче всмотрелся в густой кустарник, преграждавший нам пусть к гнезду. Мне показалось, будто за ветвями виднеется узенькая, едва заметная тропка, возможно, проложенная мышкой или кроликом, рыскавшим здесь в поисках еды.- Идите же! - прошипел Черный Коготь.Я прыгнул в папоротники, надеясь, что сумею отыскать эту тропку, Камышник последовал за мной.Сосредоточившись, я поймал слабый запах мыши и пошел на него, осторожно прокладывая себе путь между стеблей, и стараясь не подскакивать, когда пушистые перистые листья касались моей шерсти.Внезапно откуда-то спереди хлынул яркий свет, и я едва успел остановиться, едва не выскочив на поляну. Каменное гнездо больше напоминало груду полуосыпавшихся камней. Вокруг никого не было, но запах племени Теней тяжелым облаком стоял в теплом воздухе, смешиваясь с ароматами пыльной листвы и пожухлых папоротников.Мы бесшумно подкрались к стене и замерли возле отверстия, о котором говорил Черный Коготь.

Изнутри раздался тихий голос:- Видишь что-нибудь?- Нет, но недавно я слышал вопли Речных котов!- Ты думаешь, они пришли на помощь племени Ветра?- До чего же ты мышеголовый! Подумай сам, стали бы они тащиться сюда, если бы хотели помочь Грозовым котам? Да они бы напали на племя Ветра совсем с другой стороны!- Хватит болтать, - вмешался третий голос. - Нашли кого обсуждать - жирных увальней из Речного племени! Всем известно, что они поймают мышь, только если она сама им в пасть запрыгнет!Я хвостом подал Камышнику знак приготовиться. Потом, по моему сигналу, мы стремительно бросились к отверстию и полезли по груде камней наверх, отталкиваясь задними лапами. На стене на какое-то мгновение я замер, всматриваясь в густую тьму внутри разрушенного гнезда.Три пары глаз с изумлением уставились на меня. Прежде чем враги успели опомниться, а завизжал: «Вперед!» - и спрыгнул в темноту.Я больно ударился лапами о земляной пол и оступился. Тут же сзади на меня обрушилось тяжелое тело, запах племени Теней ударил в ноздри. Я подогнул лапы и повалился набок, сбросив с себя врага. Потом, не дав ему опомниться, стремительно вскочил и обернулся. Передо мной стоял маленькая светленькая кошка, я вспомнил, что ее зовут Белопенная, и что я несколько раз видел ее на Совете. Но сейчас мы были не на Совете. В бою былые знакомства утрачивают свое значение, важна только победа. Любой ценой.Поэтому я хладнокровно выждал, пока Белопенная бросится на меня, а потом увернулся и ударил ее по морде передними лапами. Отличный прием, незаменимый во время ловли рыбы - и, как оказалось, для охоты на более крупную дичь.Да уж, по сравнению с шустрой форелью коты племени Ветра напоминали огромные неподвижные валуны!Белопенная завизжала и отшатнулась, обливаясь кровью из разодранной щеки и расцарапанного носа. Но ее несчастья на этом не закончились. Черный Коготь, до тех пор бесшумно стоявший в темноте, с такой силой впился зубами в бок несчастной кошки, что та захлебнулась воем и бросилась наутек, оставив в пасти врага огромный клок окровавленной шерсти.В противоположном углу Камышник боролся с крупным воином Теней. Эй, Змеехвост, кажется, это был ты? Что ты прячешь глаза? Тебе нечего стыдиться, старина! Ты отлично дрался, и Камышнику крупно повезло, что ты споткнулся, ударившись головой о каменную стену. Не знаю, смог бы он справиться с тобой, если бы не эта досадная случайность.Третьим воином Теней оказался бурый кот по имени Совокрыл, с которым мы успели поругаться на предыдущем Совете, когда я сделал замечание его оруженосцу, дерзившему старикам. Признаюсь откровенно, я был рад возможности свести счеты с этим наглецом. Мы с Черным Когтем оттеснили Совокрыла к пролому в стене, а оттуда в еще одну тесную палатку, намного меньше и темнее предыдущей.В темноте было нелегко разглядеть темную шкуру Совокрыла, но он выдал себя сам, взвизгнув, как котенок, услышав шорох в углу - судя по запаху, там завозилась крыса. Мы с Черным Когтем дружно бросились на врага и так славно оттрепали его за уши, что он с воем умчался в лес, только лапы сверкали!Так мы захватили гнездо Двуногих и прогнали воинов Теней, заставив их с жалобным воем убраться прочь!Оглядевшись, я заметил хлипкий деревянный настил, ведший куда-то под самую крышу, и быстро взбежал по нему, подняв такую тучу пыли, что солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь прорехи вверху, засияли дымными полосами, словно в мутной воде. Я подошел к стене и выглянул в отверстие. Отсюда были прекрасно видны обе стороны Гремящей тропы. Черный Коготь оказался прав: лучшего места для засады было не придумать!Внезапно внизу раздался вопль. Я заглянул в дырку в полу и увидел, что мои товарищи наступают на щуплого котика, в страхе забившегося в самый угол гнезда. Он был явно из племени Теней, но такой грязный и окровавленный, что я не сразу его узнал.Первоцветик подняла голову и посмотрела на меня.- Он прятался тут, как трус! Его приятели забыли о нем и удрали. Ну что, проучим его, как следует?Несчастный кот в ужасе перевел глаза на меня, его огромные голубые глаза смотрели с мольбой и страхом. Я увидел, как он приоткрыл пасть, но оттуда вырвался только хриплый булькающий кашель.Камышник занес тяжелую лапу над тощей шейкой кота.- Прикончить его? - задумчиво спросил он. - Или ты сделаешь это сам, Прыткохвост?Покрутив головой, я увидел треснувшую доску, спускавшуюся с того места, где я стоял, на груду камней внизу. Подойдя к ней, я покрепче впился когтями в древесину и осторожно спустился к соплеменникам. Когда я спрыгнул на пол, они расступились, освобождая мне путь к нашему затравленному врагу. Не скрою, мне было приятно, что они, не сговариваясь, уступили мне честь расправы над поверженным.Я подошел к трясущемуся от страха коту. Он был совсем молод, видимо, еще месяц назад бегал в оруженосцах. Под коркой грязи и запекшейся крови виднелась нежная серая шерстка, на передних лапах чернели аккуратные носочки.- Тебя зовут Паучонок, да? - грозно прорычал я, узнав его.Он кивнул.- Встань! - приказал я.Паучонок с усилием поднялся, но запнулся о камень и едва не упал.Я кивнул на доску, по которой только что спустился.- Поднимайся!Дрожа всем телом, бедняга начал взбираться по доске на крышу. Я молча пошел следом.- Ага, - довольно проворчал Черный Коготь. - Хочешь проверить, не подарило ли ему Звездное племя крылья, раз уж бедняге не досталось отваги? Отличная мысль, жаль, я сам не додумался сбросить его с крыши!Паучонок подошел к отверстию в стене и затравленно обернулся ко мне.- Ты хочешь меня сбросить? - тоненьким голосом пропищал он.Меня затошнило от острого запаха его страха. Зажмурившись, я покачал головой.- Не в этот раз, - буркнул я и показал ушами на прогнившие доски, ведущие вниз, к входу в гнездо. - Убирайся. Возвращайся в свое племя. И передай соплеменникам, чтобы остерегались связываться с Речными котами!Несколько мгновений Паучонок смотрел на меня с недоверием, словно опасаясь, что я вот-вот наброшусь на него. Потом резко обернулся и бросился наутек, подняв облако густой пыли.

Я медленно спустился вниз.Черный Коготь, Первоцветик и Камышник, разинув пасти, смотрели на меня.- Ты упустил возможность показать племени Теней, что такое ярость Речных котов! - прорычал Черный Коготь.Я твердо посмотрел на него.- Воинский закон гласит, что воин не должен убивать только ради победы. Проявив милосердие к поверженному врагу, отпустив его, чтобы когда-нибудь снова встретиться в бою, воин проявляет величайшую храбрость. Он показывает, что не боится снова и снова доказывать в битве свою силу и умение. Ты не прав, Черный Коготь. Речные коты не унизят себя такой победой - четверо против одного, да еще раненого!Я подошел к выходу, но на пороге обернулся и посмотрел на своих притихших спутников.- Идем, - сказал я. - Эту битву мы выиграли, но война еще не закончена.