Глава 14.

Уши уже начинают болеть от бесконечной болтовни Эмили. Она не замолкает со вчерашнего банкета.

— Я же знаю,что вчера что-то произошло, — девушка берет у меня из рук одежду,и помогает мне,запихивая её в чемодан.

Рассказывать ей о Ринальди,равно тому,что подписать смертельный приговор.

— Хватит,ничего не было, — вздохнув,я забираю последнюю футболку и кладу её сверху всей одежды.

Ничего — это то,что мы почти занялись сексом у отца в кабинете? Да,получается ничего.Мои щёки моментально вспыхивают красным цветом. Повернувшись,я смотрю на девушку,которая выглядит слишком обеспокоенно. Улыбнувшись,я обнимаю ей за плечи. Эмили будет отличной мамой,думаю самой лучшей на земле,но она слишком хрупкая для этого мира,в котором выросла я. Конечно,дочь властного человека,живущая в царстве до совершеннолетия и вышедшая замуж,из-за долгов своего отца. Мне жаль Эмили,но иногда я рада,что она замужем за Габриэлем,наверное это подло,но я не мечусь на место святой.

— Не о чем не беспокойся, — отвернувшись,я складываю ноутбук,закрыв вкладку с фильмом,который мы смотрели пару часов назад.

Последние вещи собраны,потянувшись,я откладываю чемодан в сторону.

— Он плохой человек,Ана, — бросив напоследок,девушка выходит,захлопнув за собой высокую дверь.

За последние дни из меня выжали все соки. Плюхнувшись на кровать,я подбираю подушку ближе,и обнимаю ее. В сон клонит настолько сильно,что я засыпаю в джинсах с толстовкой.

                                   ***

Из глубокого сна меня выталкивает шорох. Мои глаза до сих пор закрыты,я прислушиваюсь к полной тишине. Подумав,что мне показалось,я стараюсь опять заснуть,когда раздаётся ещё один звук,от которого всё тело вздрагивает,и я подпрыгиваю. Подушка с шумом падает на кафель,а глаза стараются привыкнуть к полной темноте. Свет от ночной луны,освещает пол комнаты,возле стола. Кинув взгляд на часы,на которых красуется 3 часа ночи,вздохнув,я опять ложусь на кровать и укрываюсь одеялом.

Одеяло.

Вскочив,я смотрю на тёплый,белый плед . Мой мозг не может уловить точную картинку того,что,прежде,чем заснуть,он был точно подо мной. Отец? Братья или Эмили? — Нет. Они никогда не заходят в мою комнату без разрешения,особенно ночью,не говоря уже о прислуге. Есть единственный человек,который передвигается,настолько бесшумно,словно тень. Тяжело вдохнув,я вглядываюсь в темные углы комнаты и тру рукой висок,который начинает ныть.

— Выходи,я знаю,что ты там, — мой голос пронзает тишину.

Холодный ветер пробирается сквозь приоткрытые окна,когда с темноты выходит высокий силуэт. Я пытаюсь всмотреться в его черные глаза,которые утопают в темноте комнаты. Его серая толстовка,наполовину,прикрывает капюшоном лицо. Подойдя ближе,он присаживается на корточки передо мной,но даже так,он выше меня почти на голову.

— Разбудил? — тихий,грубый голос пробуждает внутри меня гору мурашек.

Мужчина тянется к моему лицу,убирая с щеки свисающую прядь коричневых волос за ухо. Его рука такая же горячая,как и в моих воспоминаниях.

— Давно ты так делаешь? — тихо проговаривая сонным голосом,я тру тыльной стороной ладони не проснувшиеся глаза.

Мой мозг подаёт сигналы,что засыпать рядом с этим человеком нельзя,но почему-то с его присутствием,внутри появляется чувство защищенности.

— Обычно ты оставляешь лампу включенной, — эта фраза заставляет меня бросить быстрый взгляд на лампу,стоящую на тумбочке у кровати,которую я не успела включить,когда проваливалась в сон.

Тихий смешок пронзает неловкую паузу,когда мой взгляд перемещается на мужчину,который сидит достаточно близко ко мне. В ноздри доходит запах табака,корицы и свежести,от чего голова начинает сильнее болеть. Улыбка появляется на уголках его губ,когда я опускаю глаза ниже.

— Кусать губы — дурная привычка, — сказав почти шёпотом,я сразу же отсекаю себя,не ожидая,что сказала это вслух.

Он смотрит на меня пару секунд,затем приближается и оставляет поцелуй на моем лбу.

— Вообще-то это сделала ты, — от его низкого голоса,каждая частичка тела начинает мгновенно просыпаться,отдаваясь маленькими разрядами.

Мне хочется возразить и выгнать его из комнаты,но сон справляется со мной быстрее. Последнее,что я вижу,это то,как Ринальди,укрывая меня пледом,садиться в кресло напротив,скрестив руки на груди.

***

Утро,перед отъездом встречает меня холодной бурей,от которой мне пришлось проснуться в 6 утра. Приведя себя в порядок,я спускаюсь в гостиную. Легкий аромат жаренной яичницы с помидорами заполняет всю кухню,когда я замечаю,что входная дверь захлопнулась. Только я успела выйти в гостиную,как меня сразу же заключили в медвежьи объятья. Поднимая меня над полом,Габриэль виляет из стороны в сторону,от чего волна смеха вырывается из моей груди.Когда брат опускает меня на землю,то резко поднимает руки вверх,в жесте перемирия. Угрожая ему вилкой,я рассматриваю его внешний вид: спортивный лонгслив,шорты с кроссовками и поясная сумка. Сразу понятно,где он был.

— Я думала Антонио с тобой,вы же вместе бегаете, — спросив,я протягиваю брату бутылку холодной воды.

— Нет, сегодня он на задании, — ответив, Габриэль садиться на диван, включая телевизор.

Задание.

От этого слова внутри вспыхивает волна жара,от которой капли пота,стекают по лбу и ладони резко становятся мокрыми. Воспоминания перекидывают меня в детство,в то время,когда маленький ребенок узнал,что подразумевается под этим словом.Это было ошибкой. Самой большой ошибкой в моей жизни.

***

Гигантский,тёмно-красный диван,ковёр из медвежьей шкуры,кирпичный камин и множество трофейных голов животных. Запах кожи проносился через комнату с зимнем,холодным ветром. Смотря на большую,красочную куклу у себя на коленях,я периодически бросаю взгляд на мужчину,который сидит напротив за столом. Щёлкая карабином,он натирает дуло пистолета серой тряпкой. Его большой вид наверное пугает детей и даже взрослых. Чёрные волосы до плеч,ярко-голубые глаза и огромный ожог от нижней губы до уха. Тиканье часов отдаётся в голове,когда я слишком долго разглядываю его лицо,от чего мужчина вздыхает и поднимает на меня лунные глаза,словно два бриллианта. « Тем,кого боишься — нужно гордо смотреть в глаза. » — слова папы отдаются в мыслях.

Мужчина меняется в лице и сужает глаза,видимо не каждый день его без страха разглядывает ребенок.

— Когда прийдёт мой брат? — тихо спросив,я начинаю болтать ногами,всё так же рассматривая собеседника.

— Как только закончит задание. Если закончит, — его грубый голос въедается в мою память,когда именно в эту секунду открывается большая дверь.

Двое здоровяков выходят вперед и только тогда я обратила внимание на то,что они несли. Молодой парень лет 15-ти повис на руках двоих людей в черных костюмах. Его лицо было опущено,но сразу можно было заметить,что оно всё в гематомах. Когда они скрываются в другом кабинете,я опускаю взгляд на огромный след бардовой крови,который проходит через всю комнату,от двери к двери. Кукла падает из рук,когда в кабинет забегает Габриэль и подхватывает меня на руки,прижимая мою голову к своей шее. На нем толстовка,которая немного в грязных пятнах,словно он только что катался по земле,его ладони в царапинах,которые кровоточат. На лице виден небольшой синяк под глазной костью,а губы опухли от ударов. Всё сильнее прижимая меня,он останавливается у порога и бросает взгляд на сидящего мужчину,когда тот подаёт голос.

— Молодец,задание выполнено, — он даже не смотрит на нас,его внимание приковано к пистолету,который уже блестит от чистоты.

Брат молча смотрит на нарисованный след и разворачивается,покидая комнату.

— Вам повезло,что он остался жив, — бросив напоследок, мы выходим из тёмного здания.

***

Закидывая в рюкзак всякую мелочь,я открываю шкаф и тянусь к большой коробке на самом вверху. Еле как взяв её в руки,я опускаюсь на пол,открывая крышку,параллельно сдув многослойную пыль. Кучу всяких бумажек,несколько личных дневников,которые я писала,когда была подростком,фотографии,где мне нет и 10-ти лет. Отложив вещи,я поднимаю с самого низа смятую бумажку,разворачиваю её и любуюсь засушенным,чуть бледно-розовым пионом.

— Разве ты не выкинула его? — тихий,грубый голос раздаётся у моего уха,от чего я подпрыгиваю на месте,роняя листок с цветком обратно в коробку.

— Боже, — почти крикнув,я хватаюсь ладонью за сердце и поворачиваюсь в сторону шума.

Карл стоит,нависая надо мной со спокойным выражением лица,спрятав руки в карманы.

— Тебе нельзя быть здесь! И вообще хватит врываться ко мне в комнату,ты что маньяк?! — почти шёпотом,стараясь сделать голос жёстче,я подхожу к двери,прикрывая её и проверяя защёлку.

Когда я поворачиваюсь,то замечаю мужчину,который пытается скрыть смех,разглядывая мои детские фотографии из коробки. Почти со скоростью света,я вырываю вещи из его рук и кладу обратно. На его лице играет удовольствие,от того,что он успел рассмотреть почти все. Скрестив руки на груди,я щёлкаю языком и разглядываю его вид сверху вниз.В последнее время он ходит в более удобной одежде. И это,блять,почему-то возбуждает меня только сильнее.

Закусывая щёку с тыльной стороны,я скольжу взглядом по его белой толстовке и черным спортивным штанам,задерживая на них своё внимание. Мужчина замечает это и на его лице появляется более пошлая улыбка,чуть помедлив,он делает шаг ко мне,оставляя между нами расстояние с ладонью. Его взглядопускается вниз,ловя мои голые ноги,на которых играют множество мурашек,от нахлынувшей прохлады.

— Ты в таком виде собираешься поехать? — говорит он,более с издёвкой,всё так же смотря на мои ноги.

Следя за его взглядом,я улыбаюсь. Карло Ринальди — ужасный человек,у которого нет ничего,кроме жестокости и агрессии,но единственное,что меня в нём притягивает — его терпение.

— Да,а что не так? — поставив коробку в шкаф,я обхожу мужчину и собираю оставшиеся вещи с письменного стола.

Поеду ли я в домашних шортах и длинной футболке с изображением всех диснеевских злодеев в Париж? В октябре? Конечно,мой мозг же давно отсох. Улыбаясь,я чувствую спиной все напряженные жилки на лице мужчины,которые ещё чуть-чуть и взорвутся.

— Знаешь,наверное,я выломаю все панорамные двери в этой стене и поставлю бетонные, иначе,кто знаешь,что ещё может зайти в мою комнату, — поворачиваясь,я смотрю в темноту,которая наблюдает за мной с интересом.

— Никто больше не побывает здесь,кроме меня, — эти слова,заставляют пропустить пару десятков мурашек,разрядами через всё тело.

Поддержав зрительный контакт некоторое время,я отвожу взгляд,облизывая засохшие губы и беру в руки портфель. Через пару секунд моё тело поднимается от мраморной плитки и дабы не упасть,я хватаюсь руками в его плечи.Не успев ничего сказать кроме короткого вздоха,мужчина аккуратно бросает меня на постель. Не понимая в чём дело,яподнимаюсь на локти,когда его колено протискивается между моих ног.

— Раз ты не хочешь переодеваться,то я сделаю это за тебя, — сказав,он нависает надо мной и проводит ладонью по щиколотке вверх.

Задержав дыхание,я слежу глазами за его рукой,которая поддевает края футболки и проводит горячей кожей по моему животу,задевая низ груди. Как только я поднимаю взгляд на его лицо,он опускается ниже и касается моих губ,раскрывая их своим языком. Прохладный воздух режет оголённую кожу возле пупка,по которой только что прошлись горячие пальцы. Нежные,потрескавшиеся губы и его настойчивость настолько сильно вскружило мне голову,что я не заметила,как футболка аккуратно задиралась всё выше. Его горячие руки скользили по моей талии и груди,когда он всё сильней углублял поцелуй. Чуть отстранившись,из моего рта вылетает сдавленный стон,когда он притягивает меня обратно,задевая и сжимая ладонь один из сосков. Я откидываю голову назад,когда одежда задрана до подбородка и отпустив мои губы,он наклоняется к шее,прикусывая и посасывая мягкую кожу от уха до ключицы. Стук в дверь вытаскивает меня из омута наслаждения.

— Ана,вылет через 2 часа,ты готова? — голос брата раздаётся через стену,когда я пытаюсь оттолкнуть нависающего надо мной мужчину и успокоить голос,дрожащий от волны мурашек по всему телу.