Глава 7.

— Ник... – снова попросила я, — Остановись, не надо...

— Мы опять на «ты»? – игриво произнес он, хитро улыбнувшись. Николас сплел пальцы наших рук вместе и поднял их над головами. Он провел языком по моей нижней губе, после чего аккуратно прикусил ее. Затем мы снова поцеловались.

Поражало, как он чувственно это делал. Я чувствую себя гораздо спокойнее, чем в прошлый раз. Он был таким жестоким и страшным, а сейчас такой нежный и аккуратный. Что это?Его ранили еще и в голову?

Николас задрал мою майку и приблизился к груди. Я остановила его, схватив за волосы.

— Не смей этого делать... – произнесла я, строго посмотрев на Николаса. Его глаза полезли на лоб от удивления. Он не ожидал такой стойкости от меня.

— Почему-то мне очень нравится твоя наглость. – с ухмылкой сказал Ник, подняв голову вверх, отчего моя ладонь оказалась у него на лице. Он проницательно взглянул на меня, и не переводя взгляда, облизнул мои пальцы. Я не знаю, что ощущала в этот момент. Для меня все так ново и необычно, страшно и волнительно, да и еще и приятно. Что это со мной?

Конечно же, Николас игнорировал мои просьбы и продолжал свои провокации. Но вдруг он остановился, что-то тихо прошипев себе под нос, после чего упал на кровать и схватился за бок.

— Что с тобой? – произнесла я, испуганно посмотрев на мужчину, что прикрыл лицо рукой. Он промычал что-то, но пригнорировал мой вопрос. Я посмотрела на руку, что лежала на месте ранения и увидела, что одежда запачкалась кровью. Боже, только этого не хватало.

— Я спущусь за лекарствами и бинтами, подожди немного. – быстро проговорила я и выбежала из комнаты.

***

И почему эта рана дала о себе знать так невовремя?Черт, ну как так...Мы сейчас могли делать вещи поинтересней, но теперь я лежу, дожидаясь своей спасительницы. Я улыбнулся от того, что теперь Маргарет обращается со мной на «ты». В принципе, своими провокациями я этого и добивался, но немного увлекся. Ни о чем не жалею.

Кажется, я заинтересован в этой девчонке гораздо сильнее, чем думал сначала. Это и настораживает. Она заставляет меня вести себя смазливо и по-детски, мне не нравится подобное. Мне 37 лет, черт, я взрослый мужик, но почему в ее присутствии веду себя, как ее ровесник?

— Ты еще в сознании? – спросила появившаяся передо мной девчонка. Ее почти оголенные ноги освещал лунный свет из окна, от чего они по-особенному сверкали...?

— Маргарет, всего лишь пару царапин, я в порядке. Лучше ложись обратно и продолжим то, что начали. – с ухмылкой сказал я, пару раз прихлопнув по месту, где она недавно лежала. Девушка неодобрительно взглянула на меня, сделав замечание. Чувствую себя ребенком, серьезно.

Она подошла ко мне и молча стала растегивать рубашку. Я наблюдал за тем, что она делает. Черт, она дразнила меня, медленно растегиваю пуговицу за пуговицей. Вскоре она расправила рубашку, оголив мой торс.

— Ого... – удивленно произнесла Маргарет, взглянув на меня, — У вас, оказывается, прекрасное тело... – добавила она, после чего дотронулась до окровавленных бинтов.

— Думала, раз мне под сорок, то и тело не очень? – эта девчонка правда издевается надо мной. Более того, опять она стала со мной на «вы».

— Ну, знаете, обычно так и бывает. – смеясь произнесла она, приложив к ране вату с каким-то лекарством, вызывающим не самую приятную реакцию. Я грозно посмотрел на нее, немного обидившись на ее слова, поэтому больше ничего ей не говорил. Она тоже молчала, даже не замечала того, что ее слова задели меня, и тихонько перевязывала мою рану. Закончив, она попросила меня снять с себя рубашку и отдать ей, чтобы постирать, пока она совсем не испортилась от почти засохшей крови.

— Я ранен, Маргарет. Сними рубашку сама. – симулировал я, сделав полное сожаления лицо от безысходности ситуации, в которую якобы попал.

— Вы ведете себя, как ребёнок... – ребёнок?Она себя-то видела?Вот же девчонка...

— Пусть будет так...

***

Всю ночь я возилась с Николасом и не смогла нормально поспать. И, честно говоря, у меня плохое предчувствие насчет него. Я вижу, что небезразлична ему, и это пугает меня. Эта разница в возрасте, различие целей в жизни, жизненных ценностей и принципов. Меня пугает его настойчивость заполучить мое тело. А вдвойне пугает то, что я не могу сопротивляться его соблазнам.

Я боюсь, что интересуюсь этим мужчиной. Вспоминая нашу первую встречу и первый диалог, мне становится некомфортно. Что я делаю в этом доме? Зачем он хотел, чтобы я была здесь? Могу ли я вообще доверять людям, что окружают меня в этом доме?

Кому я вообще могу доверять?

Страшно. Страшно. Страшно. Мне страшно. Я боюсь допустить ошибку. Я не хочу допускать ошибку. Я хочу нормальной жизни. Но у меня ее не будет.

Один порез, второй, третий. Снова кровь перед глазами, снова я схожу с ума. Я слышу приглушенный крик, я не пойму, чей это крик. Меня зовут. Зовут по имени. Маргарет, Маргарет, Маргарет...

Что тебе, черт возьми, что?

Кричу. Сильно кричу. Хватаюсь за голову и кричу, чувствуя на лице собственную кровь. Слезы катятся по щекам. Страшно. Мне страшно.

Маргарет...Маргарет!Маргарет!

Кто это? Кто кричит? Что им надо? Что?

Как долго я кричу? Они здесь?

— Маргарет, твою ж мать! – не перестают кричать и трясти меня, но я так и продолжаю кричать и захлебываться слезами.

Меня схватили за лицо. Обхватили большими ладонями. Ничего не вижу. Пелена. Тлен. Чернота.

— Посмотри на меня. На меня смотри!

Я не вижу тебя. Николас, я не вижу тебя!

— Ты меня видишь? Маргарет, приди в себя, черт бы тебя побрал! – рычал уже знакомый мне голос, который я могла узнать после пройдящего режущего звона в ушах. Его голос дрожит?

— Черт, Алекс, сюда иди! – громко вскрикнул он, не переставая держать меня. Слышу быстрые шаги. Мистер Алекс.

— Что происходит? – в один голос произнесли Алекс и Адам, охранник особняка. Хороший человек.

— Сделай с ней что-нибудь, что с ней такое? – нервно тараторил Ник, не отпуская мои руки. Я чувствую, что слезы катятся одна за другой, но я больше не кричу. Я ничего не говорю. Я молчу.

— Так, детка, слышишь меня? – произнес Алекс, за словами которого последовало недовольное шиканье Ника.

— Маргарет, кивни, если слышишь меня. – сказал Алекс, щупая мое лицо. Я кивнула.

— Отлично. А теперь медленно, очень медленно попробуй приоткрыть свои большие заплаканные глазки. – ласково произнес Алекс, погладив меня по щеке и вытерев слезы, что так и катились по щекам. Такие теплая ладонь. Я прижалась к ней. Стоп...Мои глаза...Закрыты?

— Так, хорошо, ты приходишь в себя. Давай, милая, постарайся. Медленно приоткрой глазки. – продолжал бархатистым голосом произносить Алекс, поглаживая большим пальцем мою щеку.

— Ты можешь перестать лапать ее? – рыкнул Николас Алексу. Страшно. Тело снова напряглось, а в груди все сжалось от неожиданной паники. Алекс поймал это.

— Николас, ее тело напряглось, услышав твой голос. Выйди из комнаты. – строго сказал Алекс. Я не видела, что происходит, но точно знала, что Николас выглядит пугающе. Я чувствовала его пронзительный взгляд.

— Уходи...Уходи, уходи, уходи!Николас, уходи, прошу! – снова закричала я, схватив Алекса за руку. Я слышала тяжелый вздох Николаса. Но я не знала, какое выражение приняло его лицо после этих слов.

Николас ушел, на удивление не хлопнув дверью.