Глава 2

Руфус

Я бегу по широкой, застеленной искусственной травой дорожке, наматывая уже, кажется, двадцатый круг.

С тех пор, как я переехал к своей тетушке Элизе, я практически каждый день подвергался физическому насилию. Она поднимала на меня руку. Тогда мне было пятнадцать. Я забыл закрыть дверь в квартиру, уходя гулять с одноклассниками. По итогу, я получил три синяка на руках, и ссадины на лице, от ее пощечин. Каждый раз, когда ее рука зацепляла мою щеку, ее, казалось, метровые ногти всегда задевали меня. Сказать что это было больно нельзя, максимум не совсем приятно. Позже я привел своего друга на ночёвку, когда Элиза была на работеНе убрался в комнатеНе нашел её зажигалкуИ за всё похожее она меня избивала. Спустя год проживания у неё, моё тело к этому привыкло, но морально я был истощён. Я не понимал почему тетушка так меня не любила. Ведь у неё была дочка, моя ровесница, Лизия. К ней она относилась настолько снисходительно, с такой любовью, что я не понимал, что я делаю не так.Своих родителей я не знал, но Элиза говорила, что это к лучшему. Она не забывала повторять:

— твоя мать была алкоголичкой, а отец последним ходком, который изменял ей каждый день! Они никогда не любили друг друга, поэтому когда ты родился, тебя сразу же отдали в детский дом. — я не был уверен, но мне показалось, будто я услышал, как она бормотала себе под нос слова: маленький гадёныш.— но зачем ты забрала меня? — как можно тише спросил я.Она встала с дивана, подошла ко мне. Шлепок. Горячая, жгучая боль разлилась по моей щеке. Я машинально потянул к ней руку— не смей задавать такие вопросы, мальчик. — коротко сказала она и вышла из комнаты.

Вспомнив этот разговор я ускорил бег, чуть ли не падая и бежал почти со скоростью ракеты. Легкие приятно жгло, выжигая из меня эти воспоминания. Но нутром я понимал что эти воспоминания со мной навсегда. Будучи маленьким ребенком я даже не подозревал о том, что с каждым днём меня ломали. Ломали, отрывая каждый день по одному маленькому кусочку моего сердца. Сейчас мне уже восемнадцать, съехав от Элизы пару месяцев назад, как только наступил мой день рождения, я сразу же нашел работу в автосервисе, взяв ночные смены. Днём я учился, на финансово-экономическом факультете, а вечером, за пару часов до работы я посещал секцию по баскетболу. Прошло всего пару месяцев, но тренер Хитгинс меня хвалил и говорил, что если я приложу максимум усилий, то в следующем году я попаду в команду на чемпионат Европы.

Я старался. Старался везде. И на работе, и на баскетболе, и в университете. Старался настолько усердно, что забывал о своем внутреннем мире, закидывая его физическими и умственными нагрузками. Я хотел не думать и забыть о своем прошлом. Хотел хорошей жизни, хотел добиться всего сам. Но иногда я сам задавался вопросом, почему родители бросили меня. Я был маленьким, крошечным ребенком, который не мог никому причинить даже крупинку боли. Так почему меня выбросили на произвол судьбы до пятнадцати лет. Это они причинили мне боль, никак не наоборот, но тетушка винила меня.

После того как я съехал от неё, от соседей я слышал, как она каждый вечер, приходя с работы садилась у телевизора и открывала бутылку вина. Иногда она напивалась так, что в пьяном бреду звонила мне ночью в слезах и просила за всё прощения. Я, не смотря на причиненную ею боль, успокаивал её, говоря что всё давно забыто. Но это было не так. Я и сам не понимал как это было. Я так отчаянно нуждался в чьём-то тепле. Иногда, лежа ночью в постели, я сдерживая слёзы, надеялся, что на следующее утро Элиза позвонит и скажет что все её слова, сказанные в тёмные вечера были не пьяным бредом. Надеялся, что она скажет, что хоть немного дорожит мной, и предложит встретится. Но в реальности я не видел её уже три месяца, и так и не получил от неё нормального, трезвого звонка.Выкинув все мысли из головы я еще сильнее ускорил бег, и придя домой мои ноги почти что превратились в вату.

***

Собираясь на тренировку, я уже десятый раз перепроверял, все ли я взял с собой. Бумажник, телефон, сменная спортивная форма, бутылка воды, дешевые часы, купленные в каком-то маленьком ларьке. Осматриваясь, я впервые за долгое время гордился собой и тем, что немного подзаработав, я снял достаточно уютную квартирку. Одна небольшая спальня, в тёмных тонах, гостиная к которой присоединена маленькая кухня, на которой я обычно готовил только кофе себе по утрам. Санузел самый обычный, как и у всех, и маленькая прихожая. Квартира была выполнена в серо белых тонах, вся, кроме спальни, они успокаивали меня и отгоняли дурные мысли. Иногда. Выходя из дома, захлопывая дверь меня осенило: ключи. Черт.Я вернулся в квартиру, схватил ключи и закрыв дверь направился на тренировку, еще раз дернув ручку, чтобы проверить что дверь заперта.

Спустя два с половиной часа я стоял под огненными струями общего душа, в мужской раздевалке, смывая с себя пот, грязь и усталость. Через час я должен был быть на работе. Мне нравилось то, что свободного времени у меня почти не было. Это здорово отвлекало. Гастин, один из моих напарников по команде, по-дружески толкнул меня в плечо:— Хей. Ты сегодня в ударе, приятель! Значит.. Есть повод отметить! Сходим в бар через дорогу? — он помедлил — Ты как вообще? — я достаточно сдружился с Гастином, но не доверял ему свои секреты. И всегда, когда он спрашивал меня как я, я просто показывал ему большой палец. Конечно, у меня возникало желание поделиться с ним моей жизнью, рассказать почему у меня такой плотный график, рассказать, почему у меня нет родителей, но как только эта мысль приходила мне в голову, я понимал что Гастин не тот человек для подобных соплей. Он весёлый, энергичный качок. Самый типичный, с простым, плоским чувством юмора, и когда я ограничился двумя словами о том что у меня нет родителей, он не задавал вопросов. Это мне в нём и нравилось.

— нет Гас, извини, на работу через час, но спасибо за приглашение. — отозвался я, чувствуя себя полнейшим засранцем.Брось Руфус, ты поступаешь правильно. Не стоит кого-то подпускать к себе. Так будет лучше. — услышал я свой внутренний голос. Своего маленького демона, который поселился во мне после переезда. — Вообще без проблем, чувак, удачи на смене — насмешливым тоном сказал он и вышел из раздевалки.

Через пятнадцать минут я оделся в рабочую форму, перекинулся парочкой слов с тренером Хитгинсом о дальнейших тренировках и узнал о том, что скоро начнутся отборочные на чемпионат. Что ж, придется сократить рабочие смены. Или прогулять пару пар. Второй вариант мне нравился чуть больше. Еще через десять минут я вызвал убер и поехал месту работы.

— всё по плану. у тебя спокойная, умеренная жизнь Руфус, мы так и хотели — пробормотал я эти слова себе под нос, но почему то верил в них меньше, чем хотелось бы верить.