Глава 22. Уюр хам!

В десять часов утра Виктор, Макс, Вет, Марьяна и Лефа направились к Янтарному дому после суда. Лефа чувствовала, что разбирательство выкачало из нее все силы. Однако несмотря на истощенное состояние она ощущала появление внутри ясности, всё наконец-то сошлось и встало на места, почти на все заданные вопросы нашлись ответы. Осталось лишь несколько, самых сложных и непонятных, но теперь казалось, что выяснить всё будет гораздо легче. Главное, она больше не чувствовала себя человеком без имени и без прошлого, и это безумно радовало.

— Тебе ведь уже давно всё рассказали, нет? — спросил Вет, после того как Лефа поделилась своими ощущениями.

— Да, но обрывками. На суде возникло чувство, будто бы я слушаю свою подробную биографию "от" и "до".

— Ааа, понял, — Вет кивнул и уставился в окно, но вдруг послышался тяжёлый выдох, и ребята обернулись к Виктору.

— Дети, я бы очень хотел дать вам возможность отдохнуть, но, к сожалению, не получится, — Лефа вежливо подняла указательный палец, глубоко вдохнула и встряхнула головой, став серьёзной. У Виктора дёрнулся уголок рта, и он заговорил. — Мы отправляемся на заседание, где Верховная Рада решит, позволить ли вам, Лефа и Макс, использовать ключи во время столкновения с Элеваей для нашей защиты. Это многоэтапный процесс, и я хочу постараться уложить свой рассказ о нем в оставшиеся десять минут до приезда в Янтарный дом, поэтому слушайте внимательно. Кто из вас знает, что такое ВМО? — Макс оказался единственным, кто поднял руку, и Виктор продолжил. — ВМО расшифровывается как «Верховная Международная Организация», которая стоит во главе всего мира и принимает решения без привязки к какой-либо стране. У организации есть своя армия, в состав которой входят и четыре ключника. То есть любые вопросы, касающиеся использования вас в качестве оружия в таких глобальных целях, как мировая война или всемирная катастрофа, решаются посредством собрания ВМО.

— Ну, грубо говоря, мы собственность этой организации, — молвил Макс без единой нотки недовольства. А Вета, судя по его наморщеному лбу, это заявление слегка задело. Лефа не совсем поняла, что значит "собственность" в этом контексте, и лишь похлопала глазами.

— Да. ВМО сделало вас частью своей армии с целью уравнять государства, поскольку при объявлении войны у стороны, на которой воюет ключник, будет ощутимое преимущество. Вас могут использовать в качестве оружия лишь в крайнем случае и только для прекращения затянувшегося или особо жестокого военного конфликта. По этой причине вы обязуетесь сохранять политический нейтралитет. Никаких споров на политические и национальные темы, такие, как традиции или религии, особенно между собой.

— Но почему мы тогда едем сейчас в Янтарный дом, а не сразу в офис ВМО? — спросила Лефа.

— Штаб, — поправил Виктор. — Потому что вы по-прежнему граждане стран, в которых вы родились и ваше правительство, можно сказать, несёт за вас ответственность. Потому сначала надо согласовать решение о том, выдвигать ли вас на конгресс ВМО или нет.

— То есть государство может отказаться от участия ключников в конгрессе? — Лефа не до конца поняла значение последнего слова, но спросить не решилась. "На будущее, надо бы подтянуть свой словарный запас", — пронеслось у неё в голове.

— Юридически — да, — ответил вместо Виктора Макс. — А на самом деле, если государство откажется, то замается потом разгребать последствия, санкции и разборки с ВМО. Но этап этот всё равно необходим, потому что без него наше участие в конгрессе будет незаконно. Поганая бюрократия!

— А что тогда будет делать Вет на этом заседании? Он гражданин Кенеры, разве нет?

— Именно. Полагаю, что я опять, кхм, просто на лавочке посижу, — улыбаясь сказал Вет и раздосадованно промычал. Лефа посмотрела на Виктора.

— Именно так, — подтвердил Виктор, на что Вет вскинул руки и шлёпнул себя по коленям.

— Ладно, мрак с ним, Менсу уже давно согласовала моё участие в конгрессе, так что я своё такое заседание пережил, — Лефа только открыла рот, как её с улыбкой перебил Вет. — Предугадывая твой вопрос, да, Менсу занимается подобными делами, потому что Кенера находится под её юрисдикцией. Ну, то есть под её властью, — Лефа вжав голову в плечи, посмеиваясь, прошептала.

— Спасибо.

***

Добравшись до Янтарного дома, где заседают министры Манафии, Лефа удивилась, увидев перед собой красивое здание из белого мрамора, а не из янтаря. «Ну, может, хоть внутри оно будет соответствовать названию?», — только подумала Лефа, как вдруг её настигло второе разочарование. Отец прошёл контроль без проблем и тут же отлучился по делам, а вот остальным пришлось отстоять длинную очередь и пройти множество проверок.

— Моё уважение, осторожность превыше всего, — улыбнулась Лефа очереди. Оглядевшись по сторонам, она нашла для себя бонус в возможности как следует рассмотреть архитектуру зданий.

Через час они с Марьяной наконец-то добрались до мраморной лестницы, ведущей к главной двери. Лишь в главном холле, куда к ним вышел закончивший с делами отец, Лефа поняла, почему это место зовётся Янтарным. Зал оказался настоящим произведением искусства. Он был заполнен огромным количеством старинных статуй, люстр, скамей, выполненных из переливающегося камня и даже в стенах и колоннах присутствовал медовый проблеск янтаря. Однако в сочетании с белым мрамором это место не казалось чересчур ярким и здесь было приятно находится.

К сожалению, вскоре они покинули главный холл и очутились в современном корпусе, построенном в стиле угольного классицизма. Макс объяснил, что Янтарный корпус построили во времена Манафской империи. Сначала он являлся королевской сокровищницей, но после падения монархии его превратили в здание Верховной Рады. Основную часть достроили позже, и она получилась гораздо больше, размером как пять особняков Аникиных.

После этого сравнения у Лефы глаза на лоб полезли, поскольку с улицы здание казалось куда меньше. Виктор отвел своих гостей в гостевую комнату, после чего вновь удалился по делам в свой кабинет, сказав, что покажет его в следующий раз, когда не будет столько хлопот.

— Это, получается, самый главный домик в Манафии? — проговорила Лефа, сев в кресло. — И мы попали сюда как гости. Погодите... так мой папа что, на самом верху работает?

— Доброе утро, — посмеиваясь сказали Макс с Ветом, наблюдая, как осознание происходящего меняет лицо девочки. — Ты только сейчас поняла?

— Я не совсем ориентируюсь в значении слов "Верховная Рада" и "министр", раньше мне эти знания не требовались. И всё же, — Лефа мигом подскочила с кресла и начала оглядывать помещение, пытаясь прикинуть его размер. — Новолунье! Одна лишь эта комната по размеру больше, чем моя квартира в Прите, святые звёзды. Это получается... — Лефа призадумалась, прикидывая состояние своего отца. — Если я попрошу папу, и он согласится оплатить мне обучение в хорошем университете, то я смогу поступить на кого угодно? Скажем на... астролога? — Загоревшись новой мечтой, Лефа запрыгала от радости, прижав руки к груди.

— А что это за девочка и где она живёт, — напел Макс. — Наш маленький сарпиф.

— Кто? — переспросила Лефа.

— Ты! — дополнил Вет. — Благодаря состоянию своего отца ты можешь попросить гораздо, гораздо больше, чем обучение в хорошем университете. Потому я бы на твоём месте хорошенько подумал, чего бы ты хотела получить, скажем, на свой день рождения.

— Хм... ладно, подумаю. Полагаю, набор масляных красок будет слишком простым вариантом.

— Вот, в правильном направлении мыслишь, — улыбнувшись, похвалил Макс.

Марьяна в это время сидела в кресле рядом и улыбалась, глядя на племянницу.

Этот разговор поднял настроение всем присутствующим и помог настроиться на отдых. В комнате оказалось много интересных занятий — книги, стол с какой-то игрой, интерактивная карта мира. Марьяна первым делом взялась за книгу, а Вет потащил Лефу изучать интерактивную карту, поскольку заметил, что она сама боялась что-либо трогать. Макс хотел было присоединиться к друзьям, однако ему пришло сообщение от Раина, где тот сообщил, что ждёт брата в комнате отдыха, принадлежавшей их отцу.

Получив эту весточку, Макс помрачнел, душу кольнул лёгкий страх. Размяв шею, Макс хлопнул себя по коленям и, поднявшись с кресла, со вздохом сказал, что ненадолго отойдёт. Он шёл на автомате знакомым маршрутом, прекрасно понимая, что его сейчас ждёт. Единственное, что казалось новым в этой ситуации, было незнакомое ощущение покорности, которое не давало Максу потонуть в раздумьях о содеянном и неизбежном наказании.

***

Котельная здания была оборудована в подвале, прямо под конференц-залами. Бойлер, греющий воду, тихо гудел, являясь единственным источником шума, как вдруг дверь щёлкнула и отворилась, пропуская молодого человека. Юноша, чудом пробравшийся сюда под видом рабочего, поставил на пол ящик с инструментами и, закрыв за собой дверь, вновь принял свой истинный облик. С полным спокойствием Влад чётко исполнял все инструкции. Недавно его повысили в звании и перевели в другой отряд, поэтому теперь его ничего не отвлекало, в том числе и Марк своими разговорами.

Подойдя к дальнему углу, он достал то, что было доставлено сюда несколькими часами ранее и надёжно спрятано. Пять килограмм пластита С-4, идеально подходящего для подрыва строений за счёт своей гибкости и возможности полностью облепить постройку, нанося максимальный урон. Заранее раздобыв план здания и вычислив главную несущую колонну, Влад прикрепил к ней взрывчатку и активировал таймер, а затем поспешил убраться из этого места, прошептав напоследок: «Уюр хам...».

***

— И всё-таки какие удивительные вещи вы изобретаете! — Лефа завороженно рассматривала электронную интерактивную карту. На ней высвечивалось множество маленьких окошек, предоставляющих информацию по запросу, как самая настоящая энциклопедия. На данный момент Лефа и Вет изучали Лелеян горный хребет, Лефа сопровождала жестами рассказ о том, что и где находится. Марьяна всё это время читала книгу, изредка поглядывая на ребят. Её присутствие здесь не особо требовалось, она лишь присматривала за ребятами, так что ее голова была занята своими мыслямим. Она гадала, что же будет с ключниками, когда им придётся погрузиться в политические разборки, побывать на заседании Верховной Рады, а также пыталась представить, как там Юфия.

— Эх, жаль, что я так мало пообщалась с друзьями из поселения после слушания! Ну хотя бы извинилась перед ними и узнала, что они не сердятся. Они сказали, что я смогу прийти к ним в любое время, когда только захочу! Хоть это хорошо закончилось, — Лефа выдохнула, вспомнив о других, по-прежнему не закрытых вопросах, которые тревожили ее.

— Именно. Не переживай, всё остальное закончится так же хорошо, увидишь, — поддержал ее Вет. В этот момент в комнату зашёл Макс. Первой, кто заметил его подбитую, кровоточащую бровь, была Лефа.

— Что с тобой случилось? — спросила она, подбежав и протянув платок.

— Кое-кто очень неосторожно открывает двери, — сухо ответил Макс.

— Не открывай глаз, иначе в него кровь попадёт.

— Уф, Макса сразила дверь, — сказал Вет, на что друг беззвучно ругнулся. Лефа показала Максу найденную ранее раковину, и юноша промыл свою рану. Однако сразу после того, как удалось остановить кровотечение, их всех, за исключением Марьяны, позвали на конференцию.

***

По дороге в первый конференц-зал Максу вдруг стало плохо. Мышцы начало жечь, подступила тошнота и головная боль, но он старался не подавать виду. У него было новое задание, которое на этот раз необходимо выполнить любой ценой, и потому приходилось терпеть. В огромном зале со с множеством стульев и сценой с кафедрой их усадили на предназначенные им места. Ожидая начала конференции, присутствующие переговаривались между собой, так что на Макса, с искаженным несмотря на все его усилия от боли лицом никто не обращал внимания. Даже друзья, сидевшие рядом, были слишком увлечены, оглядывая зал. И слава звёздам, потому что с каждой секундой Максу становилось всё хуже и хуже.

Прошло пятнадцать минут с момента, как все собрались в зале, когда на сцене появился мужчина средних лет. Президент Манафии, а это был именно он, встал за кафедру и собрался начать конференцию. Перед ним появился голубой сетчатый шарик, в который он заговорил, заставив присутствующих смолкнуть.

Он начал с приветствия и оглашения причины, по которой проводилось заседание. Его внимательно слушали все, кроме Макса, у которого все поплыло перед глазами. Резкая боль пронзила его тело, и он, не выдержав, согнулся пополам.

Лефа, сидевшая рядом с ним, заметила это и положила руку ему на спину. Заседание шло своим чередом, собравшиеся начали высказывать своё мнение относительно выдвигания ключников на конгресс ВМО, условий, взаимоотношений с Менсу. Лефа разрывалась между Максом и конференцией. Её неприятно удивило, что министры обсуждают холодную войну с Менсу даже в такое опасное время, когда через полгода могут погибнуть все. Однако речь шла о ключниках, и чтобы лучше понимать свою роль в этом мире, ей приходилось вслушиваться в разговор.

Говорили о том, сколько политических очков выигрывает Манафия в мировом рейтинге, имея у себя на руках двух ключников, возможных «спасителей мира». Обсуждали, как это отразится на взаимоотношениях с Менсу, которая в полной мере владеет лишь одним ключником, земным. Кто-то считал, что прежде, чем выдвинуть ключников на конгресс, нужно отправить их на нейтральную территорию, поскольку присутствие сразу трёх из них в одном государстве накаляет обстановку на западе. Здесь в спор вступил Виктор, но Лефа потеряла нить разговора за, огромным количеством новых и непонятных слов.

Она перестала вслушиваться в слова министров и переключила всё своё внимание на Макса, который выглядел болезненным. Лефа не понимала, что с ним происходит и как ему помочь, но боялась поднимать шум.

Экран позади президента включился, пока демонстрируя лишь помехи, и взгляды присутствующих, в том числе и Лефы, устремились на него. Президент подозвал из толпы строго одетого мужчину, что-то прошептал ему, и тот удалился за сцену. Помехи прекратились, и на экране высветилась запись. На секунду Лефа ощутила, как тело пробил холод. На экране показалась жуткая фигура, которую девочка видела несколько раз в своих ночных кошмарах и воспоминаниях. Замотанное в тёмную ткань тощее существо, без левых руки и ноги, холодным голосом обратилось к присутствующим, заговорив с форонцким акцентом:

— Три века минуло с момента, как весь мир ополчился против нас в день Великой Кары, — вкрадчивый голос пугал Лефу. — Скитаясь без дома, мы обращались к силе там, где никто не подумал бы её искать, — Кто-то из присутствующих крикнул, призывая посмотреть на улицу, Лефа со своего места увидела, как прямо на центральной площади высветилось несколько окон с трансляцией обращения.. — Выжидая долгие годы, наш дух креп, а разум закалялся, наша идея расцвела на боли нашего народа. — Лефа почувствовала, как по её щекам потекли слёзы, как вдруг Макс крепко взял за руку её и Вета и под последнюю, предвещающую мировой мор, фразу пугающего создания, воспламенился и исчез, забрав с собой двух ключников, именно в тот момент, когда в здании прозвучал взрыв.

***

Менсу. Жаркий, тропический лес ещё не умыли лучи утреннего солнца. Молодая смуглая эльфийка, мускулистого телосложения, с затянутыми в тугой хвост тёмными кудрями, совершала утреннюю пробежку с утяжелителями.

На её шее болтался кулон из красивого, переливающегося камня, обвязанного верёвкой традиционным способом. Добежав до своего любимого места в лесу, где была сооружена её собственная спортивная площадка, она забралась на тропическое дерево тоак. Поднявшись повыше к его листьям, эльфийка выставила руку в сторону. Еуг её карман в штанах засветился зелёным цветом, и прямо ей в ладонь с земли прилетел камень. Проведя по нему ребром ладони, она разрезала его с лёгкостью, создав из него подобие гвоздя, которое она воткнула в ствол дерева. После, вынув камень, эльфийка подставила к дыре сорванный лист и поймала им излившуюся из отверстия воду.

Утолив жажду, эльфийка вздохнула, переводя дух, и вскоре продолжила прыгать по ветвям с дерева на дерево. Её разгневала беседа с Таклефино, её наставником, под чьим присмотром она должна была выступать на всемирном конгрессе от лица Менсу. Пытаясь отвлечься от раздражающих мыслей, она собиралась уморить себя до онемения конечностей, как вдруг её тренировку прервали. Услышав странный шум вдалеке, она тут же отправилась проверять, что произошло. Проблеск огня попался ей на глаза, и, затаившись в листве, она попыталась разглядеть, кто лежит на земле в нескольких метрах от нее. Она увидела потерявшего сознание юношу и еще одного — высокого парня, который пытался отдышаться, судорожно осматриваясь по сторонам. Тут же вокруг ребят хлопотала девочка, с трудом державшаяся на дрожащих ногах.