Вам лучше уйти

Грин-де-Вальд твердой поступью шёл по коридорам Хогвартса, настолько быстро и уверенно, что я невольно задумалась: Не бывал ли он здесь раньше.Во мне зародилось стойкое ощущение того, что этот человек, знает каждый уголок замка. Попутно успевая меня допрашивать:- Откуда же у тебя имя такое красивое? Сама выбирала?- Да - заявила я с какой-то нелепой, детской гордостью, что заставило Грин-де-Вальда улыбнуться, спускаясь по лестнице.- А какие у тебя отношение с другими учениками. Не обижают?Я спустилась на несколько ступеней, медленно, с неохотой:- Если мой ответ Вас огорошит, на что вы готовы пойти Мистер Грин-де-Вальд? — Я взглянула на него, чуть наклоняя голову — Не уж то проведёте исправительную беседу, с каждым из обидчиков — И нарочно допустив в голосе ехидную усмешку, так же зловеще улыбнулась. Но напрасно, отец даже не принял во внимание саркастический тон голоса.— Что насчёт учителей — Дамблдор всегда к тебе так относился?Я замерла на третьей ступени, мне не хотелось даже говорить об этом, особенно с отцом, возникшим так нежданно в моей жизни. Я схватила дрожащею рукоюза перила, и ощутила как пальцы моментально оляденели.- Если вы пришли поговорить со мной об этом, Мистер Грин-де-Вальд, то Вам лучше уйти — слова прозвучали с таким бескомпромиссным холодом, что я почти физически почувствовала, ту невидимую стену, что сама внезапно воздвигнула, отгородившись от отца.Геллерт обернулся, поднявшись на несколько ступеней ближе ко мне. Медленно, будто он проник в мои мысли. Зная, что я могу убежать. Когда нас раздела лишь одна ступень, я отступала на предыдущую. Стало ясно уходить этот человек никуда не собирается:— Не нужно меня боятся?— От чего же? — Я вытянула губы в улыбке, в тщетной попытке скрыть нарастающий страх, что заметно пробежал вдоль позвоночника.— К чему Вам расспрашивать? И всё же решилась спуститься на ту ступень, что раздела нас, даже когда он видел, как моё тело трясёт, но я не сволила взгляда с отца:— Почему бы просто не напоить меня сывороткой правды? или не использовать  заклинивания легилименции? А может быть, и иных непрастительнных фокусов? Как тогда, вы использовали нечто подобное к мистеру Саламандеру, предварительно чуть не перебив его подружку, машиной.Геллерт прищурился, как бы отыскивая в памяти нужные события:— Да припоминаю, Тина... Кажется...— Да, кажется, А вернее, Порпентина Голдштейн.— Послушай, я никогда не причиню тебе боли.Казалось, будто он говорил это искренне, но я не могла ему верить. И отец знал это. Не понимаю как, но знал.— Мне всё равно, что Вы со мной сделаете, но я попрошу Вас впредь не трогать моих друзей.Но отец не ответил.Я ожидала чего угодно, но Геллерт меня удивил. Неожиданно вытащив из грудного кармана маховик времени:— Не бойся — начал заверять Грин-де-Вальд —Единственное что ты почувствуешь это лёгкое головокружение.Я была ошарашена:— Это всё на что Вы способны?Отец подошёл ко мне в плотную, и аккуратно одел цепочку мне на шею. Даже с какой-то нежностью поправив выбивающиеся локоны, заключил:— Не хочу удручать тебя, тратя наше с тобой время, на более сложные и болезненные методы.— Звучит столь благородно, что наверное стоит Вас поблагодарить.— Ну что ты? Это лишнее — теперь уже в его голосе звучала издёвка.

Какое-то время я наблюдала за крутящимся маховиком. До тех пор, пока веки не стали тяжелеть...