Глава седьмая.

Прошло несколько месяцев после кровавого подавления восстания. Вроде бы дворец вновь вернулся к своему привычному ритму, но в тени его роскошных залов зрел новый заговор. Некоторые из мятежников, сумевшие остаться незамеченными, продолжали скрытно действовать во дворце. Среди них главным заговорщиком был советник Императора, Чжао, человек, чья мудрость и хитрость не знали равных.

Советник Чжао не упускал времени даром. Он наладил контакт с остатками павшей Империи Инд, надеясь найти способ свергнуть безумных правителей. Он узнал всё о Нитаре, её происхождении и особенно об одном древнем обряде, который мог стать ключом к её уничтожению.

Тем временем Нитара, привыкшая к своим победам и власти, начала замечать странные изменения в своём теле. Её месячные прекратились, и вскоре она поняла причину — она ожидала наследника империи. Новость о беременности должна была стать радостной, но для Нитары это обернулось тревогой. Её положение стало крайне шатким, и она чувствовала, что вокруг неё сгущаются тени.

Тай Хао, её возлюбленный и соратник, всё больше отдалялся от неё. Его недавние победы и слава сделали его ещё более властолюбивым и подозрительным. Он начал исключать Нитару из важных решений, не позволяя ей руководить советом и ограничивая её влияние.

Нитара чувствовала, как её мир рушится. Её божественная уверенность дала трещину, и страх за будущее ребёнка добавлял беспокойства. Она понимала, что её враги не дремлют, и что её положение становится всё более уязвимым.

Однажды ночью, когда дворец погрузился в тишину, Нитара решилась поговорить с Тай Хао. Она нашла его в одном из его любимых покоев, уединённом и защищённом от посторонних глаз. Его лицо было задумчивым, и в его взгляде она увидела холодное отчуждение.

— Мы должны поговорить, Тай Хао, — начала Нитара, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Я знаю, что ты чувствуешь, и я понимаю твою тревогу. Но я не могу остаться в стороне. Я ношу нашего наследника, и мы должны действовать вместе.

Тай Хао поднял глаза, его лицо было каменным.

— Ты больше не контролируешь ситуацию, Нитара, — сказал он холодно. — Твои дни божественной правительницы закончились. Твоя жестокость и безумие слишком дорого обошлись нам всем. Я буду править, и я сам решу, что лучше для нашей империи.

Нитара почувствовала, как её сердце сжалось от боли и гнева. Она понимала, что её власть ускользает, и что она должна что-то предпринять, чтобы сохранить своё положение и защитить своего будущего ребёнка.

Тем временем советник Чжао продолжал плести свою сеть интриг. Он собрал вокруг себя оставшихся заговорщиков, и их план становился всё более детализированным. Они знали, что время на исходе, и что им нужно действовать быстро и решительно.

Советник Чжао подготовил всё для выполнения древнего обряда, который мог свергнуть Нитару и лишить её силы. Он понимал, что только так можно покончить с её тиранией и вернуть стабильность империи. В глубине души он чувствовал, что это его долг — защитить народ от её безумия.

В ближайшие дни дворец наполнялся напряжением. Все чувствовали, что что-то надвигается, но никто не знал, что именно. Нитара, будучи всегда на чеку, старалась предугадать действия своих врагов, но её положение становилось всё более уязвимым.

В конце концов, наступил решающий момент. Заговорщики были готовы к своему последнему удару, а Нитара и Тай Хао оказались в центре новой бури. Судьба империи вновь висела на волоске, и никто не мог предсказать, чем завершится эта опасная игра.

Тай Хао, несмотря на свои сомнения и отдаление от Нитары, не мог игнорировать слухи и шёпоты, доносившиеся до него от верных слуг и советников. Информация о ритуале и манипуляциях Ашоки с Нитарой заставляла его все больше задумываться о своей возлюбленной и её роли в их безумном правлении.

Однажды ночью, когда тревожные мысли не давали ему покоя, он вызвал к себе советника Чжао. Их разговор был напряжённым, но Чжао знал, что этот момент станет решающим для его плана.

— Мой император, — начал Чжао, низко кланяясь. — Я знаю, что вы обеспокоены и желаете знать правду. Всё, что я скажу, может вас шокировать, но я клянусь в своей верности вам и империи.

Тай Хао внимательно слушал, его глаза были полны подозрительности и гнева. Чжао продолжал:

— Ашока использовал Нитару для своих целей. Он знал о древнем ритуале, который мог сделать её мощной, но также и безумной. Нитара была манипулирована, её жестокость и безумие — результат этих тёмных обрядов. Ашока хотел разрушить нашу империю изнутри, используя её как орудие.

Слова Чжао ударили Тай Хао словно молния. Он чувствовал, как ярость начинает закипать в его груди. Мысли о предательстве и манипуляциях заполнили его разум, и он понял, что его любовь и доверие к Нитаре были использованы в этой страшной игре.

— Значит, всё это время она была орудием в руках врага, — прошептал он, сжимая кулаки. — И я был слеп к этому.

Чжао, видя, что его слова достигли цели, продолжил:

— Но ещё не всё потеряно, мой император. Есть способ освободить Нитару от влияния ритуала. Мы должны действовать быстро и решительно, чтобы вернуть её к разуму и спасти империю.

Тай Хао поднялся, его лицо было мрачным и решительным. Он понял, что должен действовать, но его ярость не давала ему покоя. Он чувствовал, что предательство, которое он испытал, должно быть наказано.

— Я сам поговорю с ней, — сказал он, направляясь к дверям. — Она должна знать правду и понести ответственность за свои поступки.

Тай Хао нашёл Нитару в её покоях. Она сидела у окна, её лицо было задумчивым и печальным. Он подошёл к ней, и она почувствовала его присутствие, повернув голову.

— Тай Хао, что случилось? — спросила она, её голос был мягким, но тревожным.

— Я узнал правду, Нитара, — сказал он, его голос был полон ярости и боли. — Ты была манипулирована Ашокой, использована в его грязной игре. Твоё безумие и жестокость — это результат его тёмных ритуалов.

Нитара побледнела, её глаза расширились от ужаса и шока. Она не могла поверить, что вся её жизнь и действия были управляемы чужой волей.

— Это невозможно... — прошептала она, слёзы начали стекать по её щекам. — Я не знала... Я не могла... Я же убила его для тебя!

— Но теперь ты знаешь, — прервал её Тай Хао. — И ты должна понести ответственность за всё, что случилось. Мы найдём способ разрушить этот ритуал и освободить тебя. Но за твои поступки придётся заплатить.

Её мир рухнул в одно мгновение. Нитара чувствовала, как её сердце разрывается от боли и стыда. Она понимала, что её власть и любовь к Тай Хао привели их обоих к этому ужасному краху.

— Я готова принять свою судьбу, — прошептала она, опуская голову. — Но, пожалуйста, позволь мне искупить свою вину.

Тай Хао посмотрел на неё с холодным решимостью. Он знал, что их путь будет трудным, но теперь он был полон решимости освободить Нитару и восстановить порядок в империи.

Жрецы Востока, которым Тай Хао обратился за помощью, не имели опыта в обрядах изгнания Кали, но среди заключённых из империи Инд оказались те, кто утверждал, что именно они вселили дух богини в Нитару. Они жаждали мести за падшую империю и уверили Тай Хао, что только жестокие пытки смогут освободить императрицу от этого рока.

Под их руководством начались ужасные испытания. Над беременной Нитарой издевались неделями: её редко поили водой и кормили помоями. Издевательства были жестокими и бесчеловечными. Каждый день она проходила через новые пытки, её тело и разум были на грани полного истощения. Её крики разносились по дворцу, и казалось, что стены сами плачут от её страданий.

Нитара сходила с ума от боли и отчаяния. Она молила о конце, надеясь, что Кали покинет её тело и принесёт ей покой. Но с каждой новой пыткой, с каждым днём мучений она всё яснее осознавала правду: никакой Кали в ней никогда не было. Это был обман, манипуляция жрецов, которые воспользовались её слабостью и амбициями, чтобы разрушить её жизнь и имперское правление.

Тай Хао, узнав о жестоких пытках, не мог наблюдать за страданиями своей супруги. Его сердце было разорвано на части. Он был в ярости от предательства Нитары, но любовь и воспоминания о счастливых днях не давали ему полностью отречься от неё. Однако он не мог больше видеть её, зная, что она стала орудием в руках врагов.

— Пусть она страдает, — говорил он себе, пытаясь убедить в этом своё сердце. — Пусть заплатит за всё, что она натворила.

Но по ночам его мучили кошмары, в которых он видел лицо Нитары, искалеченное болью и страданием. Он понимал, что жестокость, к которой он прибегнул, чтобы освободить её, стала новой тенью, нависшей над его душой.

Нитара, лишённая всякой надежды, постепенно сходила с ума. Её тело исхудало, лицо стало измождённым, глаза потеряли свой блеск. Она больше не видела спасения, только бесконечные муки и страдания. Её разум, когда-то столь острый и коварный, теперь был поглощён болью и отчаянием.

— Я была обманута, — шептала она, каждый раз, когда её вели на очередную пытку. — Я была орудием в их руках.

Жрецы, чувствуя свою власть и наслаждаясь местью, продолжали мучить её, зная, что это их последний шанс уничтожить Нитару и ослабить империю. Они убеждали Тай Хао, что процесс изгнания идёт успешно, но в глубине души он начинал понимать, что его супругу просто убивают.

Прошло несколько недель. Нитара была на грани жизни и смерти. Её тело уже не могло выдерживать новые испытания, и её разум блуждал в тумане боли и страха. Тай Хао, наконец, осознал, что жестокость и месть не принесли ему удовлетворения. Он потерял ту, кого любил, и сам превратился в монстра.

Когда Тай Хао вошёл в темницу, где держали Нитару, он ожидал увидеть страдания и отчаяние. Но то, что он увидел, превзошло его худшие ожидания. Её лицо было исхудавшим, глаза — потускневшими, тело — исчерпанным до предела. Однако, несмотря на всю боль и мучения, в её глазах все ещё теплилась искра того, кем она была раньше.

— Нитара, — произнёс он тихо, его голос дрожал от эмоций. — Прости меня. Я был ослеплён гневом и ненавистью. Я пришёл освободить тебя.

Её взгляд прояснился, и в нём мелькнуло что-то знакомое, что-то, что заставило его сердце дрогнуть. Она медленно поднялась на ноги, пошатываясь, и шагнула к нему. Тай Хао протянул руку, чтобы поддержать её, но она неожиданно обняла его.

— Тай Хао, — прошептала она, её голос был тихим и слабым, но в нём слышалась сталь. — Ты наконец-то пришёл.

Её объятие казалось тёплым и нежным, словно они снова были теми любящими супругами, которые покоряли мир. Тай Хао почувствовал, как его сердце наполняется болью и сожалением. Он хотел извиниться, но слова застряли в горле.

Однако внезапно Нитара усилила объятие, и Тай Хао почувствовал, как её руки начинают сжимать его шею. Сначала он не понял, что происходит, но когда его дыхание стало затруднённым, он осознал ужасную правду.

— Нитара... — попытался он сказать, но слова превратились в хрип.

Её глаза, полные боли и безумия, встретились с его взглядом. В них не было сожаления, только решимость и отчаяние.

— Ты должен был знать, — прошептала она. — Я не позволю тебе больше мучить меня.

Силы покидали его тело, и Тай Хао попытался освободиться, но Нитара, несмотря на своё истощение, удерживала его крепко. В её глазах блестели слёзы, но её решимость не дрогнула.

Последнее, что он увидел, прежде чем его сознание погрузилось в тьму, было её лицо — лицо женщины, которую он когда-то любил, а теперь потерял навсегда.

Когда тело Тай Хао обмякло в её руках, Нитара отпустила его и упала на колени. Слёзы текли по её щекам, смешиваясь с грязью и кровью. Её тело дрожало от истощения и боли, но в её душе наконец-то воцарился покой.

Она знала, что сделала это не ради мести, а ради своего собственного освобождения.

Освобождение от боли, от предательства, от тьмы, которая захватила их обоих. Нитара, наконец, почувствовала, что её дух освобождается, хотя и ценой жизни человека, которого она когда-то любила.

В последний раз она посмотрела на тело Тай Хао и прошептала:

— Прощай, мой император. Прощай, моя любовь.

Нитара, истощённая и окровавленная, едва держалась на ногах, когда наконец добралась до своих покоев. Сила воли и отчаянное стремление к выживанию помогли ей преодолеть последние шаги до тяжёлых дверей, которые охраняли её убежище от остального мира.

Она с трудом потянула за позолоченный шнурок, вызывая служанку. Через несколько мгновений появилась молодая девушка, низко поклонившаяся своей госпоже.

— Быстро, наполни ванну и принеси мне нормальной еды, — голос Нитары был тихим, но решительным, сквозь усталость и боль пробивалась твёрдость, присущая правителям.

Служанка, не задавая вопросов, поспешила исполнить приказания, оставив Нитару одну. Нитара понимала, что каждое мгновение было на вес золота. В её голове роились мрачные мысли: она могла погибнуть в любую минуту, её враги были ближе, чем когда-либо.

Она сжала кулаки, стараясь собраться с силами, и вызвала Мина, своего верного слугу и единственного, кому могла доверять в эти тёмные времена. Мин появился незамедлительно, его лицо было исполнено беспокойства.

— Госпожа, что произошло? — его голос дрожал от страха за её жизнь.

Нитара, сделав усилие, чтобы сесть на ближайшее кресло, глубоко вздохнула и, собрав все оставшиеся силы, сказала:

— Тай Хао мёртв. Наследник ещё не родился. Теперь править империей буду я.

Мину понадобилось несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное. Его лицо побледнело, но он быстро взял себя в руки, кивнул и твёрдо сказал:

— Я всегда буду на вашей стороне, госпожа. Мы сделаем всё, чтобы вы смогли удержать власть.

Нитара с благодарностью взглянула на него, чувствуя, как немного уверенности возвращается к ней. В этот момент в дверь постучалась служанка, сообщая, что ванна готова.

— Отлично, — кивнула Нитара. — Мин, позаботься, чтобы охрана была удвоена. Никто не должен войти в мои покои без моего ведома.

Мин поклонился и поспешил выполнять приказ. Нитара же, наконец, позволила себе расслабиться, погружаясь в тёплую воду, которая обнимала её уставшее тело, смывая кровь и боль. Она знала, что впереди её ждут трудные времена, но пока что, хотя бы на несколько минут, она могла позволить себе передышку.