Глава 6. Чернильное слияние

Лира пришла в сознание от пронзительного холода. Ее тело, покрытое тонкой пленкой пота, лежало на ледяной плите черного обсидиана. Серебряные наручники с внутренней бархатной подкладкой теперь сковывали ее лодыжки, растягивая ноги в стороны, обнажая всю ее уязвимость. Каждое движение заставляло холодный металл впиваться в кожу, оставляя новые розовые полосы на ее нежной коже.

Сера восседала на высоком троне из черного дерева, инкрустированного серебряными рунами. Ее длинные пальцы с алыми ногтями медленно выводили в воздухе сложные символы, каждый из которых вспыхивал кроваво-красным светом и с хлюпающим звуком впивался в плоть Лиры, оставляя на ее коже тлеющие отметины.

"Ты так щедро раздавала свою магию... Но сегодня ты отдашь ее мне," — голос Серы звучал как шелест шелковых простыней, скользящих по обнаженной коже.

Темнота перед Лирой заколебалась, и из нее поднялась фигура — точная копия Каэла, но сотканная из жидкой тьмы и мерцающих звезд. Фантом шагнул вперед, его тело переливалось, как чернильное озеро под лунным светом. Лира почувствовала, как ее сердце бешено заколотилось, а между бедер пробежала предательская волна тепла.

"Нет... Не его..." — прошептала она, но ее тело уже реагировало на приближение фантома.

Сера усмехнулась и щелкнула пальцами. Фантом провел когтями по животу Лиры, оставляя за собой серебристые полосы, которые пылали, как раскаленный металл.

"Каждая твоя капля наслаждения, каждый стон, каждый вздох — все это станет чернилами в моих свитках," — прошептала Сера, ее глаза сверкали от предвкушения.

Чернильный Каэл наклонился к шее Лиры, его губы обжигающе горячие для создания из тьмы. Его язык скользнул по ее ключице, оставляя за собой влажный след, который тут же испарялся, вызывая дрожь. Лира закусила губу, пытаясь подавить стон, но ее тело предательски выгнулось навстречу.

Сера наблюдала, как на запястьях Лиры вспыхивают ее родовые руны — синие, как ледниковое пламя. Она ловила каждую искру магии в хрустальный флакон, причмокивая от удовольствия, когда стекло наполнялось мерцающей субстанцией.

"Твоя магия... такая чистая... такая мощная..." — Сера провела языком по краю флакона, ее глаза закатились от наслаждения.

Фантом между тем опустился между дрожащих бедер Лиры. Его пальцы, то твердые, как сталь, то текучие, как ртуть, скользили по ее внутренней поверхности бедер, вызывая мурашки. Он раздвигал ее с мучительной медлительностью, заставляя каждый нерв в ее теле петь от напряжения.

"Сопротивляйся сильнее," — прошептала Сера, облизывая лезвие своего кинжала, — "Твоя магия вкуснее, когда замешана на ярости."

Лира вскрикнула — резко, неожиданно для самой себя, — когда чернильное создание вошло в нее.

Это было непохоже ни на что, что она испытывала раньше.

Сначала — лед. Пронизывающий холод, заставляющий каждый мускул внутри нее сжаться в инстинктивном сопротивлении. Ее ноги дёрнулись в наручниках, но серебряные оковы лишь глубже впились в кожу, удерживая на месте.

Потом — огонь.

Холод внезапно вспыхнул, превратившись в жгучую волну, разливающуюся по самым сокровенным уголкам её тела. Лира ахнула, её спина выгнулась дугой, отрываясь от ледяной плиты. Грудь вздымалась, соски затвердели до боли, а по животу побежали синие искры — её магия реагировала, сопротивлялась, отдавалась.

Наручники вспыхнули ослепительным светом.

Серебряные руны на них ожили, закрутились, впитывая сияние, что лилось из её запястий. По всему её телу — по животу, бёдрам, шее — проступили родовые знаки, древние символы её крови. Они горели синим пламенем, пульсируя в такт её бешеному сердцу.

*"А-а-ах... Нет...!"*

Но её тело не слушалось.

Фантом двигался внутри — не как человек, а как сама тьма:

То растягиваясь, заполняя её целиком, до дрожи в кончиках пальцев;

То сжимаясь, оставляя лишь жгучую пустоту, которую её тело тут же пыталось заполнить, предательски сжимаясь вокруг него;

То вибрируя, превращаясь в миллион крошечных шипов, которые касались каждой чувствительной точки, каждой складки, о которой она сама не знала.

Лира чувствовала, как её магия вытекает — не просто наружу, а в него. Синие искры бежали по её животу, стекали между грудей, где их ловили цепкие пальцы Серы.

А потом...

Оргазм.

Он накатил неожиданно, сокрушительно, как волна, разбивающая корабль о скалы.

Её тело затряслось, спина выгнулась ещё сильнее, а из горла вырвался стон — долгий, хриплый, почти животный.

Наручники взорвались светом.

Родовые знаки на её коже погасли — ровно на секунду — а потом вспыхнули снова, но уже... чернильными.

Сера засмеялась — звонко, радостно, как дитя, получившее долгожданную игрушку.

"Прекрасно... А теперь — ещё."

Фантом не остановился.

И Лира поняла, что это только начало.