Сорок Восьмая Глава. Благороднейшие И Почтенные Рыцари Отряда Дамблдора

— Помните, что должны говорить правду, мисс Грейнджер. Всегда должны говорить правду. Если вы мне лжете, это дорого вам обойдется.

— Не пора ли закругляться? У моего подмастерья есть и другие обязанности сегодня, — скользнул в комнату вкрадчивый голос.

У Гермионы екнуло сердце, но она не посмела пошевелиться, устремив взгляд на драконью ногу письменного стола Макгонагалл.

— Только когда я закончу с ней, — теперь в голосе Амбридж не было ничего девчачьего.

— Избавьте мою ученицу от этого, — прорычал Снейп.

Амбридж фыркнула.

— Или? — осведомилась она, зло ухмыльнувшись.

Снейп никогда не пропускал удара.

— Или вы ответите за последствия.

Приземистая Амбридж отшатнулась, будто её ударили, её широкое, обрюзгшее лицо дернулось вверх и повернулось в сторону двери. Там вырисовывался Снейп, скрывающийся в тени дверного проема, его черные глаза сверкали.

— Это что, угроза?

— Для человека в моем положении было бы весьма…глупо…угрожать, не так ли?

Рот Амбридж раскрылся.

— Да, — пискнула она, наконец, — было бы очень глупо.

Черные глаза впились в неё, и её щеки побледнели под розовыми румянами.

— В таком случае, — тихо сказал Снейп, — конечно, относитесь к моим словам, как…к шутке.

* * *

— Если мы хотим быть настоящими рыцарями, нам нужно подвергнуться суровому испытанию, — объявила Алина и властно посмотрела на своих друзей. Разношерстная компания из первокурсников и второкурсников разместилась в бельевом чулане на третьем этаже. Здесь было четверо слизеринцев, двое пуффендуйцев, трое когтевранцев и четверо гриффиндорцев. Каким-то образом, бельевой чулан оказался достаточно большим, чтобы каждый потенциальный рыцарь смог усесться на свою стопку одеял.

— Да, — важно согласился Меррдин, — нечто вроде дежурства, по крайней мере. Я читал в «Придире», что ритуал вступления в Орден Феникса требует, чтобы ты всю ночь находился в Тайной комнате совсем один.

Джилис и Прю прижались друг к другу, выглядя испуганными. Перселай Паркинсон нахмурился, но на его лице было решительное выражение.

Эбенезер Сайбли-Стайл, первокурсник-слизеринец, сцепил пальцы, весьма хорошо имитируя декана своего факультета.

— Если мы хотим принадлежать к Отряду Дамблдора, думаю, дежурство у могилы самого почитаемого героя нашего ордена было бы подходящим ритуалом, чтобы определить достойных присоединиться к нашим рядам.

— Дежурство у гробницы звучит неплохо, — согласилась начитанная когтевранка Алия.

— А потом, — предложила Тервин Биван, — перед восходом солнца, мы могли бы проводить обряд посвящения, знаете, с вручением нашей печати и так далее.

— Но это же означает, что нам всем будет необходимо оказаться вне наших постелей и гостиных! — в голосе Прю прозвучал испуг.

Перселай бросил на неё презрительный взгляд.

— Если хочешь быть героем, придется мириться с некоторыми рисками.— Ты уверен, что на верном факультете, приятель? — спросил Баррет Круддейс, ухмыляясь, в то время как Перселай нахмурил брови.

— Ну, возможно, посвящение могло бы проводиться лишь нашим великим магистром и двумя сенешалями(1), — разумно предложила Алина. — Таким образом, только четверым из нас пришлось бы выскользнуть ночью. Если мы будем осторожны, никто не заметит. Профессор Снейп всё ещё восстанавливается после того несчастного случая с зельем. Его обходы гораздо короче, чем раньше.

— Да, — вставил Круддейс, — потому что большой мерзавец боится, что Амбридж его поймает и отправит прямо в Азкабан.

— НЕ ГОВОРИ ТАКОГО, ТЫ СОПЛЯК! — вскочила Алина, сжимая руки в кулаки, готовая защищать своего декана факультета в бою или драке.

Меррдин быстро встал перед Барретом, а Джилис повисла на руке у Алины.

— Успокойтесь все, — сказал Эбенезер тихо, но удивительно властно. — Крудасс, запомни правило номер два. Между рыцарями нашего ордена не будет межфакультетского соперничества. Включая оскорбления в адрес любого главы факультета, не важно, сколько очков они могут отнять у любого факультета в любой день.

— Крудасс, — Меррдин ткнул своего одноклассника, — думаю, ты хочешь кое-что сказать.

Баррет сердито глянул на Меррдина, но эффект был испорчен его покрасневшим от стыда лицом.

— Прости, Алина. Он — не мерзавец. Он — герой. Я хочу быть таким же храбрым, как он.

Закусив нижнюю губу, он добавил:

— Но, бьюсь об заклад, эта корова тут же с удовольствием его забрала бы.

Потенциальными рыцарями Благороднейшего и Почтенного Ордена Отряда Дамблдора овладело уныние. Все они знали об условиях испытательного срока Снейпа.

— Хотела бы я быть взрослой, — прошептала Тервин, — Я бы мигом предложила ему.

— Я тоже, — вздохнула Алия.

— И я, — добавила Алина и нахмурилась, когда её осенила идея. Её пульс участился, и ей вдруг захотелось, чтобы их встреча поскорее закончилась. Решительно повернувшись к Баррету, она протянула ему руку. — Простили и забыли, Баррет.

— А теперь, — повернулась она к назначенному великому магистру, — Кто будет дежурить первым?

Эбенезер некоторое время задумчиво смотрел на неё, затем улыбнулся:

— Ты, конечно. Поскольку восстановить наш орден было твоей идеей.

Алина тяжело сглотнула, во рту внезапно пересохло. Она будет достойным рыцарем для Дамблдора. Она принесет славу своему факультету.

— Тогда, как мы собираемся это делать? — спросил Перселай.

Все повернулись к Като. Несмотря на то, что являлся лишь первокурсником, когтевранец был уже хорошо известен своими блестящими стратегиями в волшебных шахматах. Като приложил палец к носу, верный признак того, что он размышляет и размышляет напряженно.

— Первое, что нам необходимо сделать, — объявил он, — это выяснить схемы обходов преподавателей. Нужно в точности знать, кто и где находится из преподавательского состава в любой момент. Мы должны осторожно следить за ними и записывать всё, что увидим. Так, мы узнаем, когда безопаснее всего выбираться.

Он самодовольно фыркнул.

— Возможно, мы даже могли бы заколдовать карту или что-нибудь подобное для таких целей.

* * *     Примечание :(1) сенешаль — (от позднелатинского siniscalcus) — старший слуга