Глава Тридцать Третья. Первые Дни

«Эй, Миона,

Тебе пришлось пойти на слизеринскую вечеринку? И ты, в самом деле, не смогла отравить их? Дай мне знать, когда пойдешь снова, я бесплатно пришлю тебе партию специальных Вредилок.

И еще, как вышло, что Снейп так суров с тобой?

Гарри показал мне твоё последнее письмо (и как тебе только удается писать нам всё по-разному?), и я был готов трансгрессировать в Хогвартс, чтобы вызвать Большого Мерзавца на самую настоящую дуэль. Да вот только Гарри напомнил мне, что нельзя трансгрессировать прямо в Хогвартс, потом накричал на меня, что Снейп «один из нас» и, что я просто не понимаю, ну, наверное, я лишился бы этой дуэли в любом случае.

Думаю, Гарри прав. Я действительно не понимаю. Я о том, что знаю, о чем ты мне говорила, но (несколько слов зачеркнуто).

Я скучаю по тебе, знаешь?

Иногда мне почти хочется, чтобы всё стало по-прежнему, только, конечно, кому это нужно? Я не так всё себе представлял. Бухгалтерия — даже хуже Биннса. Но, полагаю, кому-то нужно этим заниматься.

Джордж и Ли передают привет.

Скоро поговорим.

Рон».

* * *

— ЧТО вы варите в моем классе?

— Хм… пену для купания ээ… основана на маггловских растительных лекарственных средствах. Ээ… успокаивающая, знаете ли. Но…я, — она поняла, что не сможет скрыть свои мотивы, пытаясь проводить такого рода эксперименты.

— У меня проблемы со сном, — объяснила она, — и я ненавижу сонные зелья. Они путают мой разум. И я знаю, что должна научиться экспериментировать, если хочу стать подмастерьем зельевара, поэтому я подумала, что могла бы предложить нечто такое, что заодно поможет и мне самой.

Пальцы Снейпа блуждали по его переносице. Гермиона вздрогнула от этого безошибочно узнаваемого знака крайнего раздражения зельевара.

— Рецепт, — потребовал он устало.

Гермиона судорожно вздохнула, но выдала всё без запинки. Она знала его наизусть, в любом случае: 2 чашки порошкообразного молока, ? чашки крупной Эпсомской соли, ? чашки пищевой соды, 5 капель розового масла и масла жасмина, 4 — мускусного и 3 — иланг-илангового.

— Расскажите, что вы делали до этого момента.

— Я пыталась заменить магические вещества обычными, — пробормотала Гермиона.

— Вы делали ЧТО?

Гермиона вздрогнула.

— Это не сработало так, как мне хотелось, — прошептала она.

— Яйца Мерлина, конечно нет, травяная пена — это… — он покачал головой, — травяная пена — это травяная пена. Вы не можете просто наугад заменять ингредиенты. Успешные эксперименты в обязательном порядке требуют использования тестовой методологии.

— Для начала — каждый отдельный ингредиент в вашем рецепте уже обладает своими собственными уникальными магическими силами.

Она растерянно заморгала. Профессор Снейп выглядел так, словно был готов с корнями выдрать свои волосы и задушить её ими. Он глубоко вздохнул.

— Расскажите мне о магических свойствах рога единорога.

— Хм… Его бесспорная целебная польза признана с тех пор, как Ктезиас написал в 479 году до Рождества Христова свой революционный трактат об использовании рога единорога. Это сильнейший очищающий агент, высокоэффективный против большинства ядов. Рог единорога предотвращает судороги и эпилепсию. В средние века он также использовался для борьбы с чумой, лечения лихорадки, укусов от змей и собак с бешенством. В 1678 году Уильям Сэлмон написал длинное эссе, призывающее использовать рог единорога неразбавленным — дозировкой 10 гран — против чумы, мора и отравления, а также против кори и оспы. Но это не имело успеха, выявив феноменальные побочные эффекты. В 17 веке Николас Кулпепер занимался исследованием полезных свойств рога единорога при магических родах. А в 18 веке Пьер Поме пропагандировал его дистилляцию. Используя слабый раствор, ему удалось достичь весьма высоких результатов.

— Да, да, да — этого вполне достаточно. А теперь… что вы можете рассказать мне о магических свойствах мускатного ореха?

— МУСКАТНОГО ОРЕХА?

* * *

Наконец, Гермиона закрыла свои книги. Точнее, не совсем свои. Одна была кулинарной книгой её матери. Что ж, теперь она досталась ей, как Гермиона полагала. Другая была копией знаменитого травника Кулпепера. И удивительно, удивительно, как много всего сказано там о простом, приземленном мускатном орехе.

Она чувствовала себя так глупо. Очень, очень глупо.

Как она могла провести шесть лет на уроках зельеварения у Снейпа и не выучить… почти ничего? Как она могла уйти с превосходными отметками по ЖАБА и приобрести такую про-магическую предвзятость, она что ослепла? А её знание правильной тестовой методологии — ну, недостаточное, что уж тут скрывать.

И её проклятые руки.

Один неловкий взмах палочкой, и мало того, что её котел взорвался, так ещё и из их со Снейпом ушей полилась пахучая иланг-иланговая пена. Она застонала в свою подушку. Как грозный Мастер Зелий сможет когда-нибудь проникнуться к ней уважением, если его кровать вымокла в пене для купания из-за её некомпетентности. А она была так уверена, что её идея хорошая. Творческая.

Она глубоко вдохнула, и с её губ сорвался еще один стон, когда вдруг её ноздри расширились.

Мускатный орех.

Внезапно она поняла, что это был ещё один компонент личного аромата её мастера. Ветивер, бергамот, кипарис. И простой, не такой уж и безвредный мускатный орех.

* * *

— Простите, что не могла пригласить вас раньше, — сказала Гермиона. — С этой слизеринской вечеринкой и демонстрацией моих экспериментов профессору Снейпу это было просто невозможно.

— Всё в порядке, — заверила её Луна, рассматривая слизеринских змей, обвивающихся вокруг камина в комнате Гермионы. — Мы тоже были заняты из-за школы.

— Да, — угрюмо согласился Невилл, — они не обманывали, когда рассказывали об «ускоренной» программе.

— О, Бог ты мой! — воскликнула Джинни. — У тебя подводное окно в ванной? Здорово, правда?

— Лучше, — сказала Гермиона, — ещё одно есть в туалете. И если забыть задернуть занавески, можно даже не сомневаться, что тритон плавает вдоль окошка, чтобы подглядеть за тобой.