Ночная шиза

Сны грядущие — остры, как крик, Близки, как пульс у виска.  Ни страха в груди, ни огня —  Лишь пустота да тишина. 

Не змеи шипят в темноте,  А ночи в звёздной пустоте.  Они, как призраки, легки,  Меняют плоть на лёд тоски. 

Сомкнуть глаза… Сбросить оковы…  Мир растворить в полунамёках…  И в этом сне, где нет вранья,  Звучит мелодия моя. 

О чудо! Вымысел живой,  Неслышный миру, но — со мной.  Пусть ей не верит разум мой —  Она смеётся надо мной. 

Господи, дай тем, кто слеп,  Кто прячет боль, тупящий свет,  Не страх, не правду — дай им сны,  Чтоб спали их больные лики. 

Моя мелодия — не яд,  Не светлый рай, не строгий ад.  Она как шёпот в час тоски:  Прими… отпусти… не смысли… 

Батарея села — мир онемел,  Губы сжаты, сердце — в цель.  Шторы — стены. Кровь — в рубцах.  Мой дом — шрамы на висках. 

Взгляд твой — пуля. Случайный. Точно.  Рана — где-то между рёбер.  Фонарь под окном, как грешный отец,  Мигает: «Выходи, наконец».

Гаснет... Но в вспышке — намёк,  Что там, за стеклянной стеной,  Есть место, где тишина —  Не приговор, а покой.