Глава тринадцатая. Вхождение в круги власти.

Глава 13.

"To walk among wolves, one must wear both silk and steel."«Чтоб ходить среди волков, нужно носить и шелк, и сталь.»

⸻

Зал Высшего Совета был холодным.

Не из-за погоды — из-за взглядов.

Куполообразный свод, резные стены, алтарь древнего закона. Шесть кресел — чёрного дерева, украшенные гербами шести родов. И в центре — пьедестал. Не для жертвы. Для того, кто осмелился стать фигурой.

Я стояла там.

— Леди Селестия Морвейн, — провозгласил магистр Аэриан, старейшина Совета.Голос его был, как ледяной ручей — прозрачный, без тепла.— Сегодня вы заявили право на имя, давно считавшееся угасшим. Почему?

— Потому что оно живо, — ответила я. — И я жива.

Некоторые склонились друг к другу — обсуждение пошло, как хищные шепоты в кустах. Один из магов, с лицом, вытесанным будто из пепла, прищурился:

— А вы не боитесь, что это имя принесёт вам не уважение, а ненависть?

— Я не боюсь ни того, ни другого, — спокойно ответила я. — Мне нужна правда. А не поклон.

Аэриан, сжав палку власти, посмотрел в глаза:

— С этого дня ты входишь в архивы. В совещания. В споры. Но помни: Высший Совет не играет. Мы наблюдаем. И судим. И если ты оступишься — род Морвейн умрёт дважды.

— Он не умрёт, — прошептала я. — Я не позволю.

Позади двери зала Совета закрылись. И началось другое — более опасное. Более живое.

⸻

Зал Студенческого Совета был совсем иным.

Здесь пахло свежей бумагой, кофе и вызовом.Большое окно пропускало свет, льющийся прямо на длинный овальный стол. За ним — лица. Молодые, яркие, жёсткие.

Элайза сидела в центре. Холодная, безупречная, с идеальной прямой осанкой. Её глаза — серые, как лезвие.

Справа от неё — Ливия. Моя Ливия. Подруга с первого дня. Взгляд у неё был тёплый — но слишком внимательный. Её форма сидела безупречно: бордовая юбка, рубашка с манжетами, волосы убраны в ленту. Она знала, как выглядеть невинной. И как быть смертельно опасной.

Рядом — Ариана. Склонилась на локоть, жуя перо, приподняв бровь. Она скользнула по мне взглядом, как по новой игрушке.— Селестия Морвейн, — протянула она, — звучит так, будто ты вышла из легенды. Или из могилы.Я улыбнулась:— Иногда это одно и то же.

Слева от Элайзы — Раэль.Он сидел, чуть наклонив голову, пальцы сцеплены. Спокойный. Но его глаза горели. Он не улыбался — но во мне отозвался какой-то тёплый ток.— Мы ждали тебя, — сказал он.

— Ты даже не опоздала, — вставил Кристиан, откинувшись на спинку кресла. — Что, если я назову это судьбой?Он подмигнул. Его рубашка была слегка расстёгнута, пиджак сдвинут, волосы в лёгком беспорядке. Он был дерзок. И вкусно пах. Проклятье.— Судьба, — ответила я, — терпит дураков. А ты ей явно надоел.— Ах, — Кристиан схватился за сердце, — она кусается. Обожаю.

На другом конце стола — Даниэль Корвус. Взгляд, как заточенное лезвие. Он не встал. Не заговорил. Только скрестил руки. Его форма сидела идеально, тёмные волосы собраны, лицо — камень.Он знал, кем я была. И ненавидел за то, кем становилась.

И наконец — Винсент Шейд.

Он подошёл позже других. Не сидел — стоял, облокотившись на колонну. Его глаза тонули в полумраке, но я чувствовала — он смотрел на меня.Не как на соперницу. Как на загадку. Или собственность.Он не говорил ни слова. Но я слышала:«Ты моя. Будешь. Позже. Скоро.»

Элайза поднялась.— Мы допустим тебя в Совет. Временно. В качестве наблюдателя.Я кивнула.

Раэль встал рядом с ней, и заговорил уже он:— Но знай — здесь действуют правила. И здесь их нарушают.Он шагнул ко мне ближе.— Ты можешь быть той, кто изменит всё. Или той, кого уничтожат первой.

— Уничтожить можно только того, кто боится, — ответила я.— А ты боишься? — прошептал Кристиан у моего уха.Я наклонилась к нему:— Только скуки. Но, похоже, её тут нет.

Ариана усмехнулась.— Добро пожаловать в Совет, Морвейн. Да начнётся игра.

⸻

Они не знали, что я не пришла играть.

Я пришла победить