Глава шестая. Шаги в свете люстр

Глава VIСелестия

Свет люстр ослеплял, будто сам небосвод снизошёл с небес, раскинув над головами сверкающий шатёр из золота и света. В отражениях зеркальных стен множились лица, блестящие ткани, звенящие бокалы и выверенные до фарса улыбки. Музыка лилась густо, как мёд в вине, и казалась столь же пьянящей.

Моё платье спадало волнами — глубокий синий, как полночное небо, расшитое серебряными звёздами. Оно будто дышало вместе со мной, нежно ласкало кожу и каждый мой шаг превращало в танец. Это был не просто наряд — это была маска. Я пряталась в ней. Скрывала ту, кем была — скромную студентку, сироту из глубинки, девочку с застывшей болью в груди. Сегодня я была кем-то другим.

Кем-то, на кого смотрят.

Винсент Шейд, вечный обольститель с ленивой улыбкой, появился рядом с такой лёгкостью, будто танцевал сквозь толпу.

— Ты ослепляешь сегодня, Селестия, — его голос был бархатным, словно прикосновение перчатки по щеке.

Я улыбнулась, чуть склонив голову. Не из застенчивости — из осторожности. Его слова звучали красиво, как и он сам, но за каждым стояла тень. Винсент умел говорить так, будто целует душу — но я знала, он играет. Он всегда играет.

— Может, это просто свет, — ответила я.

— Нет. Это ты.

Он подал руку, и я позволила себя увлечь в танец. Его пальцы были тёплыми, движения — изящными. Он знал, как вести партнёршу, как сделать каждый шаг чувственным. Я улыбалась, отвечала на шутки, позволяла себе немного забыться. Но моё сердце... нет, оно не дрожало.

И тогда я почувствовала его.

Взгляд.

Пронзительный. Холодный. Жгучий, как ледяной ветер, что обжигает кожу острее огня.

Раэль Фаэрин. Принц с глазами, в которых нет прощения. Его фигура выделялась среди толпы, как изваяние из серебра и льда. Он стоял у колонны, и весь зал исчез для него — кроме меня.

Я застыла. Не от страха, нет. От того, как глубоко этот взгляд вошёл в меня, будто хотел прочесть мои тайны. Как будто он уже знал.

Он шёл ко мне, и каждый его шаг заставлял что-то внутри сжиматься. Винсент напрягся, но улыбка не покинула его лица.

— Ваше Высочество, — проговорил он вежливо, слегка склонив голову.

Раэль будто не слышал. Его глаза были на мне. Только на мне.

— Могу ли я попросить у вас танец? — его голос был низким, как грозовое эхо в пустом зале.

Я почувствовала, как дрожь пробежала по спине. Он не был резким, не был грубым — но в его словах было что-то неоспоримое. Как приказ, обёрнутый в вуаль вежливости.

— Конечно, — выдохнула я, и сама удивилась, как твёрдо прозвучал мой голос.

Раэль взял мою руку. Его пальцы были прохладными, словно только что коснулись воды горного озера. Он не просто прикасался — он утверждал своё право на прикосновение. И в этом прикосновении было больше желания, чем в сотнях слов.

Музыка сменилась — теперь это была вальсирующая ночь, медленная, тягучая, таинственная.

— Ты удивляешь меня, — сказал он тихо, глядя прямо в глаза.

— Чем именно? — я отвернулась на секунду, но он тут же вернул мой взгляд себе — не силой, а властью.

— Сегодня... ты звезда, Селестия. Та, к которой тянутся, но боятся прикоснуться.

— А ты не боишься? — я почти не узнала свой голос — в нём скользнул флирт, как лезвие ножа в бархатной ножне.

— Уже поздно бояться.

Он закружил меня, и в этом движении было что-то захватывающее. Не просто танец, а дуэль. Битва взглядов, касаний, слов, что звучали между строк.

— Даже если это значит позволить Винсенту шептать тебе свои милости? — спросил он почти ласково, но в голосе звенело напряжение.

— Он просто предложил сопровождение. Разве это имеет значение?

— Больше, чем ты думаешь, — его рука на моей талии чуть крепче сжалась.

— Почему?

— Потому что мне не всё равно, с кем ты идёшь, кому улыбаешься, чьи слова ты слушаешь.

Я застыла на миг. Это был не просто флирт. Не просто интерес. Это была ревность — тихая, опасная, как тлеющий под золой огонь.

— Раэль... почему ты... — начала я, но он сделал резкий шаг, и я закружилась, моё платье распахнулось, как крылья ночи, и я оказалась в его объятиях. Ближе, чем прежде.

— Ты не представляешь, как сложно не обращать на тебя внимания, — прошептал он у самого уха... а затем, как в старинных легендах, вдохнул аромат моих волос.

Я потеряла дар речи.

Он делал невозможное — нарушал границы, но делал это так, что я сама не хотела их отстаивать.

— Ты... тебя это действительно волнует? — спросила я, почти шёпотом.

— Волнует — не то слово. Это... мучительно.

Я слышала, как сбивается его дыхание. Его взгляд не отпускал. Как будто я — единственная звезда в небе его зимы.

И в этот момент, как по воле злой феи, появился Винсент.

— Надеюсь, я не помешал? — его улыбка была как всегда — спокойная. Но в глазах полыхнул лёд.

Раэль даже не обернулся.

— Нет. Но я ещё не закончил.

Винсент сдержал раздражение, сделал шаг назад, оставив нас наедине. Музыка сменилась. Мы продолжили танец.

— Почему ты не сказала, что будешь здесь? — его голос стал ниже. Почти обвиняющим.

— Я не думала, что это важно, — выдохнула я.

— Для меня — это важно.

Он закружил меня снова, и я чувствовала, как дрожь от его слов разливается по венам.

— Ты выглядишь так, будто спустилась с небес. Кто бы ни прислал тебе это платье... он знал, что делает.

— Вот только... я не знаю, кто его прислал, — призналась я и опустила взгляд.

Он замер. Словно это была новость, которую он не ожидал.

— Ты не знаешь?

— Нет. Оно просто... появилось. Без записки. Я хотела понять, кто...

Он сжал мою руку, как будто боялся, что я исчезну.

— Тогда... мы найдём ответ вместе, Селестия. Обещаю.

Его голос дрожал, но не от страха — от решимости.

Я посмотрела в его глаза. И поняла — эта ночь изменила всё.

И мне уже было всё равно, кто подарил мне платье. Потому что кто-то другой подарил мне нечто куда более опасное.

Интерес.