Пролог

⸻

Ночь была чернее самого мрака.

Грозовые облака, словно крылья обречённого дракона, клубились над замком Морвейн — древним бастионом магии, последним оплотом исчезающего рода. Луна пряталась за завесой бурь, и лишь редкие всполохи молний выхватывали из тьмы чёрные башни — будто сама природа оплакивала приближающийся конец.

В Великом Зале, где некогда звучали гимны света, теперь царил хаос. Воздух дрожал от силы — заклинания сталкивались и гасли, искажая ткань мира.На пороге стояла женщина — высокая, с бело-золотыми волосами, ниспадающими на плечи, как струи лунного света. В её янтарных глазах горели и боль, и решимость. На руках — свёрток из тёмно-синего бархата, крошечный, но бесценный.

— Они уже близко, госпожа! — в зал ворвался старый маг. Его одежда была залита дождём и кровью, а голос дрожал, словно пламя на ветру. — Вы должны уйти!

— Я не брошу их, Алдрик! — женщина шагнула навстречу буре. — Это мой дом. Моя кровь.

— Тогда хоть её спасите, — прошептал он, кивнув на младенца. — Пусть хоть кто-то из Морвейнов доживёт до рассвета.

Женщина опустила взгляд. Малышка смотрела на неё — странно осознанно для такого крошечного создания. В янтарных глазах отражалась молния. В этом взгляде было нечто большее, чем жизнь. Словно сама судьба смотрела из будущего.

— Прости меня, моя малышка... — шепнула женщина. — Прости, что не смогу быть рядом, когда ты вырастешь.Пусть твоя кровь не станет кандалами... а станет крыльями.

Двери зала содрогнулись. Камень пошёл трещинами, и в проломе появились силуэты — тёмные маги, закутанные в плащах. Тьма клубилась вокруг них, будто сама подчинялась их воле.

— Назад! — взревел Алдрик. Свет сорвался с его посоха и полоснул по тьме, как клинок. Несколько фигур осыпались пеплом, но других стало только больше.

Женщина шагнула к нему — и в этот миг одно из копий пламени пронзило грудь старого мага.Он пошатнулся, но всё же успел.С последним вздохом он активировал древний круг телепортации, высеченный в каменном полу.

Мир вокруг женщины и младенца вспыхнул — тьма и свет переплелись, образуя сияющий кокон.Последний взгляд, последнее «прости» — и они исчезли.

И замок Морвейн пал во мрак.

⸻

Где-то далеко, в заброшенном храме старых богов, вдруг раздался крик. Не гнев, не боль — хрупкое, чистоеЭто был плач младенца.

Старик-священник вздрогнул у алтаря. Седой, с усталым лицом, он подошёл к источнику звука.На каменных плитах лежал свёрток из синего бархата.Внутри — девочка с бело-золотыми волосами и глазами цвета янтаря.

— Боги милосердные... — прошептал он.И в тот же миг тьма в храме стала тише — будто сама ночь затаила дыхание.