Глава IV: Твое распутье

Ханыль не знала, как поступить. Вернуться домой обратно в Пусан она не может, просить об этом сестру не хочет, потому что боится приносить неприятности. Пока не пройдет время, которое было отведено на отпуск, девушка должна наверстать упущенное. Единственный вариант —  найти работу.

Следующие несколько дней девушка не покидала свою комнату, лишь изредка совершая вылазки в уборную или на кухню. Сестра с мужем были не на шутку обеспокоены поведением младшей. Богом хоть как-то пытался заставить девушку поесть или попить, а Ким старшая думала над тем, звонить ли матери Ханыль и рассказывать обо всем, либо же самой дать ту маленькую сумму на поездку обратно. Она медлила лишь потому, что не знала, как будет вести себя младшая сестра.

Более или менее оправившись от потрясения, Ханыль подошла вечером к двоюродной сестре.

—  Онни, я буду устраиваться на работу, —  тихо сказала она.

—  На работу? —  опешила та. —  Ханыль, зачем? Я без проблем оплачу тебе поездку! Можно подумать, ты на другую часть земного шара летишь!

—  Я дала себе обещание, что все сделаю сама, —  признает Ким. —  И я не хочу, чтобы ты платила за меня.

—  Детка, ну что с тобой?.. —  старшая была обескуражена поведением сестры. —  Что значит ты не хочешь? Я взяла на себя ответственность за твою сохранность. Ведь это я виновата в том, что ты вляпалась в эту неприятность. И я понесу ответственность в виде оплаты проезда. Тут не ты должна извиняться, а я за свою невнимательность.

Глазки Ханыль сначала широко распахнулись, затем снова потухли, а лицо украсила еле заметная обреченная улыбка.

—  Тебе не за что извиняться, —  безжизненным голосом сказала она. —  Я хочу хоть что-то сделать самостоятельно.

*

На плечо Чимина пришелся грубый неосторожный толчок. Он резко повернул голову в ту сторону и фыркнул, увидев рядом с собой веселого хмельного Тэхёна.

—  Эй, а ты чего не веселишься? —  задает тот прямой вопрос. —  Пока есть возможность, оторвись на всю катушку!

—  Не хочу, —  бросает тихое Чимин. Он и капли в рот не взял этим вечером. Жуткое нежелание поддаваться кутежу сковало его.

На слова друга Тэхён лишь пожал плечами, после чего заржал на пару с Чонгуком, который пока был чемпионом по количеству выпитого.

Перед глазами Чимин видел теперь только ту, обокраденную им девушку. Ее глаза были совсем другими. Она вела себя совсем не так, как он ожидал. Бывало и так, что другие девушки, которые не смогли устоять перед его обаянием, соглашались на ночь, проведенную вместе. Но Пак не участвовал в таком виде развлечений. Теперь же он и жертва как будто поменялись местами —  теперь он не хотел отпускать от себя столь очаровательную, и даже поставил на ней метку. Найти ее будет легко, только если она не станет прикрывать шею.

—  Чон Хосо-ок! —  разревелась вся компания, отвлекая Чимина от раздумий.

Увидеть пьяного Хосока можно было крайне редко. Этот человек, что постоянно излучал свет и надежду, что же произошло с ним, почему он так себя ведет? Все казались сегодня какими-то странными, не такими, как обычно. Даже Намджун, суровый лидер, который обычно только делал вид, что веселится со всеми, но всегда был трезв и непоколебим, сегодня выглядел слишком развязным и даже умудрился разбить пару бокалов.

К горлу Пака подступила тошнота, он встал и вышел на улицу. Голова кружилась от нахлынувшего чувства никчемности и неопределенности. Никакой алкоголь, никакое богатство уже давно не привлекало нашего героя. Он искал чего-то, что может наполнить его жизнь смыслом. Такие чувства были чужды ему, ведь он часто заливал голос своей совести и заглушал разум от размышлений, но теперь ему принесло это что-то, похожее на радость и слабый просвет.

Но как бы он не старался, этот вечер закончился так же, как и все предыдущие —  веселья, пьянка, а потом непонятная туманная тьма.

*

—  Каыль, твою младшую сестру приняли на работу в небольшой ресторан недалеко отсюда.

—  Ох, правда? Я правда рада, дорогой. А где она?

—  Ханыль снова у себя, ты можешь зайти к ней.

Ким Каыль кивнула мужу и ушла в коридор.

Тем временем Ханыль, находившись у себя в комнате, снова и снова перечитывала сообщение с согласием работодателя на заявление на вакансию официанта в небольшую, но популярную забегаловку. От однотонного занятия ее отвлек стук в дверь и ее открытие.

—  Ханыль-а, —  в комнату заглянула старшая Ким. —  Прислали ответ?

—  Да, меня приняли, —  тихо отвечает девушка, собирая под себя колени. —  Спасибо, что дала разрешение.

—  Ханыль, твоя мама еще ничего не знает, —  обеспокоенно сказала Каыль. —  Может все таки скажем? Время отдыха скоро подойдет к концу, а ты только войдешь в график.

—  Ничего страшного, я сама ей скажу, —  монотонно отвечает Ким младшая, смотря в пустоту. —  Я дала обещание.

—  Как скажешь, милая, —  Каыль мягко и с теплом обняла сестру, после чего покинула комнату.

Нет, Ханыль хотела другого. Уезжая в отпуск, она мечтала насладиться общением с родственниками, гулять в парках и по-настоящему отдыхать. Но сейчас ее окружала совершенно другая ситуация: ее ограбили, а в согласии с обещанием она должна сама сделать все так, чтобы вернуться домой в Пусан не с пустыми руками, как и уезжала. Но больше ей хотелось узнать, что ждет ее на временной работе, куда она выйдет ровно через три дня.

--------------------

А что, если у твоих действий есть серьезные предпосылки? Ты элементарно не можешь обратиться в высшее органы, чтобы помочь себе. Почему? Ты не хочешь, чтобы об этом знали другие. А еще ты не распространяешься о том, почему не можешь взять у сестры ту небольшую сумму, чтобы доехать до дома, она ведь реально незначительна. Как бы другим не было любопытно, ты хочешь оставить многое при себе и исправить все сама, игнорируя тот факт, что даже родная мать не знает о том, что с тобой происходит.

Как поступить, если к тебе закрадываются незнакомые мысли? Ты не знаешь, что с ними делать, ведь общество диктует обратное и поступает в согласии со своими предписаниями. Может, ты хочешь что-то кардинально исправить? Может, хочешь помочь другим? А может, хочешь забыть все это? Или же искоренить нежеланные размышления? Ты всегда поступал так, как тебе хочется и диктовал сам себе все правила. Но что-то явно идет не так, и ты ощущаешь себя на распутье, причем одна дорога широкая, а другая узкая.

Как ты поступишь?