Прогулка по Аду

Минхо, замерев на пороге, сглотнул ком в горле. Кабинет Джисона, куда он не заходил целую вечность, встретил его полумраком и тихим потрескиванием парящих под потолком темных свечей. Комната тонула в уюте: диван, утопающий в подушках, плед, свернувшийся змеей на спинке, и красный свет луны, пробивающийся сквозь окно, нежно рисовал на лице Джисона тени.

Он сидел за столом, погруженный в чтение старинной книги, его карие глаза задумчиво скользили по пожелтевшим страницам. Пальцы, еще вчера дарившие Минхо умиротворение, сейчас проворно переворачивали листы, окутывая Верховного демона аурой таинственности и притягательности.

Не в силах больше сопротивляться, Минхо приблизился и робко коснулся кончиками пальцев его красного крыла. Джисон мгновенно замер, а на его губах появилась сладострастная усмешка.

— Пришел ко мне? Ну, иди сюда.

Джисон развернулся и, не давая Минхо опомниться, притянул его к себе на колени. Метис, почти не сопротивляясь, обвился руками вокруг его шеи, устраиваясь на его бедрах в вызывающей близости к его паху. Темные глаза Джисона вспыхнули нескрываемой жаждой, хищная ухмылка обнажила острые клыки.

— Да, пришел, — прошептал Минхо, а его палец начал медленно рисовать дорожку от щеки демона, по его шее, к самой груди. Дразнящее движение, полное намеков.

Джисон, издавая утробный рык, перехватил запястье Ли, с силой притягивая его к себе, пока их лица не оказались в нескольких миллиметрах друг от друга. Горячее дыхание демона опалило щеку Минхо.

— Играешь с огнем, ангелок? — прошептал Джисон, и в его голосе звучала опасная насмешка.

Минхо не ответил, лишь слегка прикусил его нижнюю губу, дразня и испытывая его терпение. В ответ Джисон сжал его бедра, заставляя прижаться еще ближе, и впился в его губы жадным, голодным поцелуем. Он кусал, царапал, терзал его рот, не давая передышки. Руки демона скользнули под рубашку Минхо, обжигая кожу жаром преисподней.

Когда воздуха катастрофически не хватило, они оторвались друг от друга, тяжело дыша. Губы Минхо распухли и покраснели от поцелуев, на шее алели отметины – явные следы страсти.

— Джи... — прошептал Минхо, и в его голосе звучала мольба. — Я... хочу.

— Хочешь? — ухмыльнулся Джисон, и его глаза загорелись еще ярче. — Хорошо. Я дам тебе все, что ты захочешь.

Джисон, не дожидаясь ответа, поднялся вместе с Минхо на руках и встал к столу, отбрасывая книгу на пол. Он уложил Метиса на столешницу, заваленную бумагами и книгами, и навис над ним, словно хищник над своей добычей.

— Не бойся, — прошептал Джисон, видя, как страх мелькнул в глазах Минхо. — Я не причиню тебе боли. Только удовольствие.

Он снова поцеловал его, на этот раз нежно и ласково, словно пытаясь успокоить и убедить. Руки Джисона неспешно скользили по телу Минхо, лаская и возбуждая. Он расстегнул его рубашку, открывая взору его бледную кожу, покрытую легким пушком.

Джисон опустился ниже, начиная покрывать поцелуями его шею, ключицы, грудь. Минхо стонал от удовольствия, запрокидывая голову. Он чувствовал, как жар разливается по всему телу, как кровь кипит в венах.

И когда Джисон собирался сорвать с него штаны и войти в него, в дверь постучали.

— Джисон, Минхо, вы здесь? — прозвучал голос Феликса. — Мы хотели позвать вас погулять по Аду!

Джисон выругался сквозь зубы, оторвавшись от Минхо. Тот, краснея, поспешно начал застегивать рубашку.

— Да, сейчас выйдем! — крикнул Джисон, злобно посмотрев на дверь.

Он спрыгнул со стола и помог Минхо привести себя в порядок.

— Черт возьми, Феликс, ну почему именно сейчас? — проворчал Джисон, направляясь к двери.

— Не злись, — улыбнулся Минхо. — Мы еще наверстаем упущенное.

Выйдя из кабинета, они увидели Феликса, Хенджина и Чонина, с нетерпением ожидающих их.

— Ну что, готовы к экскурсии? — радостно воскликнул Феликс, и его ангельские глаза засияли.

— Конечно, — улыбнулся Минхо. — Феликс, тебе обязательно понравится.Первым делом они отправились к реке Стикс, где Харон, мрачный перевозчик душ, медленно переправлял новоприбывших через темные воды. Феликс был поражен количеством душ, томящихся в ожидании своей участи. Хенджин, чтобы развлечь его, начал рассказывать истории о самых известных грешниках, оказавшихся здесь. Чонин, как истинный демон, добавлял к рассказам пикантные подробности их мучений.Затем они посетили Сад Наслаждений, место, где демоны искушали смертных грехами, предлагая им самые соблазнительные удовольствия. Феликс был шокирован развратом и пороком, царящими здесь. Хенджин, видя его замешательство, предложил ему отведать нектара из райских цветов, растущих в саду. Феликс, немного поколебавшись, согласился, и его лицо озарилось улыбкой, когда он почувствовал вкус родного плода Рая.

Следующей остановкой стала Кузница Гефеста, где ковали оружие для демонов и адских созданий. Феликс был поражен мощью и красотой этих орудий, видя, как из-под молота вылетают искры, превращая грубый металл в смертоносные клинки. Чонин показал ему, как работает горн, и даже позволил немного поработать молотом.

В конце концов они оказались у подножия Адской крепости, величественного сооружения, возвышающегося над всем Адом. Феликс завороженно смотрел на нее, восхищаясь ее архитектурой и мощью. Хенджин, пользуясь возможностью, приблизился к нему и прошептал на ухо:

— Если хочешь, я могу показать тебе самые секретные места в крепости. И даже рассказать, что здесь делают Джисон и Минхо.

Феликс удивленно посмотрел на него.

— Что ты имеешь в виду?

Хенджин ухмыльнулся.

— То, что ты слышал. Если захочешь, я могу показать тебе, как развлекаются демоны, и даже... составить тебе компанию.

Феликс покраснел и отвернулся.

— Не говори глупости, — пробормотал он, чувствуя, как Хенджин прожигает его взглядом.

Вернувшись в кабинет Джисона, Минхо и Джисон обменялись многозначительными взглядами. Остальные трое заметили это и, переглянувшись, вышли, оставив их наедине.

— Ну что, — ухмыльнулся Джисон, — продолжим?

Пока Джисон и Минхо обменивались красноречивыми взглядами, Хенджин, собравшись с духом, поймал руку Феликса. Чонин, краем глаза заметив это, усмехнулся и подтолкнул их к выходу, решив дать двоим шанс на откровенный разговор.

Они вышли в коридор, где полумрак уступал место слабому зареву адских огней, пробивающемуся сквозь узкие окна. Хенджин, все еще держа Феликса за руку, отвел его в небольшую нишу, утопающую в тени. Его сердце бешено колотилось, а ладони вспотели от волнения.

— Феликс, мне нужно кое-что тебе сказать, — начал он, его голос звучал непривычно тихо. 

— Я... я знаю, что это может прозвучать странно, особенно учитывая, кто я есть, и кто ты... Но я больше не могу это скрывать.

Он глубоко вздохнул, собираясь с духом.

— Феликс, я влюблен в тебя.

Тишина, последовавшая за этим признанием, казалась оглушительной. Феликс замер, словно статуя, его прекрасное лицо выражало изумление и замешательство. Хенджин боялся смотреть ему в глаза, ожидая отторжения, насмешки, или, что еще хуже, жалости.

— Я знаю, это безумие, — торопливо продолжил Хенджин, — Я демон, ты ангел... Мы из разных миров. Но я ничего не могу с собой поделать. С того момента, как я тебя увидел, ты перевернул мой мир с ног на голову. Твой свет, твоя доброта... Все это так сильно контрастирует с тем, что я знаю, с тем, чем являюсь. И все же... я не могу представить свою жизнь без тебя.

Он поднял глаза, робко глядя на Феликса.

— Я не жду, что ты ответишь мне взаимностью. Я просто хотел, чтобы ты знал. Чтобы ты знал правду.

Феликс молчал, его взгляд был полон раздумий. Хенджин уже приготовился к худшему, но внезапно Феликс протянул руку и коснулся его щеки.

— Хенджин, я... Я никогда не думал об этом... Мне никогда не приходило в голову, что между нами может быть что-то большее, чем дружба, — прошептал он. — Но то, что ты говоришь... Это заставляет меня задуматься. Ты всегда был рядом, поддерживал меня, заставлял смеяться... Я ценю тебя, Хенджин. Очень ценю.

И тут он сделал то, чего Хенджин никак не ожидал. Феликс нежно прикоснулся губами к его губам. Легкий, мимолетный поцелуй, но такой волнующий, такой обещающий.

— Я не знаю, что из этого выйдет, — прошептал Феликс, отстраняясь. — Но я хочу попробовать. Я хочу узнать тебя лучше. Я хочу узнать, что между нами может быть.

Сердце Хенджина забилось с бешеной скоростью. Он не мог поверить в свою удачу. Феликс... Его Феликс... Дал ему шанс.

— Я не подведу тебя, — прошептал он, притягивая ангела в свои объятия. — Я обещаю.

А в кабинете Джисона в это время кипела совсем другая страсть.

Джисон повалил Минхо обратно на стол, заваленный бумагами и старинными книгами, не обращая внимания на то, что они разлетаются в разные стороны. Крылья больно ударились об поверхность, но Минхо было плевать. Джисон навис над ним, словно хищник над своей добычей, его глаза горели нескрываемым желанием.

— Ты хочешь, ангелок, — прорычал он, — я вижу это в твоих глазах.

Он нежно провел пальцами по его шее, спускаясь ниже, к ключицам, усыпанным веснушками. Минхо застонал, запрокидывая голову. Он чувствовал, как жар разливается по всему телу, как каждое прикосновение Джисона заставляет его дрожать.

Джисон сорвал с него рубашку, бросая ее на пол. Его жадный взгляд скользил по обнаженной коже Минхо, выискивая каждый изгиб, каждый шрамик и шрам. Он опустился ниже, начиная покрывать поцелуями его грудь, живот. Минхо извивался под его ласками, не в силах сдержать стоны.

Джисон сорвал с него штаны, и вот уже их тела, объятые пламенем страсти, слились воедино. Он вошел в Минхо резко и уверенно, заставляя его выгнуться в спине от удовольствия и боли.

Комната наполнилась стонами, вздохами и тихими проклятиями. Джисон двигался с неистовой энергией, полностью отдаваясь своему желанию. Он обнимал, целовал, кусал каждый сантиметр тела Минхо, вытягивая из него новые волны наслаждения.

В это мгновение, в этом безумном танце страсти, не существовало ничего, кроме них двоих. Верховного демона и падшего ангела, связанных друг с другом неразрывными узами похоти и любви.

Когда Джисон достиг пика, Минхо вскрикнул от восторга, его тело содрогалось в конвульсиях. Джисон тяжело дышал, уткнувшись лицом в его шею.

Наконец, когда буря утихла, они сидели в кресле, обессиленные, обнявшись, среди разбросанных бумаг и разорванных книг. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь их прерывистым дыханием.

— Я люблю тебя, — прошептал Джисон, прижимая Минхо к себе.

— И я тебя, — ответил Минхо, закрывая глаза от блаженства.

В Аду, в этом месте порока и греха, было место для настоящей любви. Любви между демоном и ангелом, любви между двумя душами, нашедшими друг друга в самом неожиданном месте.