Глава 41

– Мне жаль, – только и смог сказать принц Уильям.    Когда мы вышли из полутемного зала, его высочество провел нас к выходу уже другим путем. Так мы оказались на тренировочной площадке, где обычно собираются рыцари первого и второго отряда. Сейчас здесь пустынно и непривычно тихо. Не слышен лязг мечей, тяжелые вздохи после бега, выстрелов из револьвера. Я подняла голову к ночному небу, яркая полная луна светит мягким белым светом.   – Уже поздно, да и к тому же холодно. Ваши рыцари, должно быть, заждались вас, – я обернулась к нему, но вместо слов я была охвачена его неземным видом.    Его спокойный взгляд, в котором отражается свет луны, широкие плечи, прямая, гордая осанка, пальцы рук, что сжались в кулак. Весь его образ подобен чему-то  невероятному и этот миг, когда я почувствовала, что хотела бы изобразить его на полотне. Может быть тогда его высочества увидел бы себя моими глазами. То, каким он поистине прекрасным человеком является.    – Вы чудесный человек, ваше высочество, во всех смыслах этого слова, – захотелось мне сказать, просто почувствовала, что должна.   – Ч-что вы сказали?.. – я заметила, как слегка покраснели кончики его ушей.   – Благодарю вас за вашу помощь, теперь мне действительно пора, – после поклона я пошла по знакомому мне пути, пока не встретила Николаса. После мы отправились обратно в поместье.  ***    В карете я начала читать дневник моего отца. В основном он описывал годы своей службы у дедушки, когда наравне с обычными рыцарями делал все тоже, что и они. Начиная от тренировок и заканчивая общей спальней комнатой. Здесь также сказано, что так он и познакомился с императором в одних из таких летних подготовительных лагерей. Похоже, они хорошо друг друга знали. Отец описывает императора как человека, готового умереть за своих людей.   – И что же поменяло ваши взгляды, ваше величество? – задалась я вопросом. «××67 год, 8 августа, Его высочество Генрих повредил ногу во время задания в лесу, пока пытался спасти оставшихся ребят от медведя, напавшего на них. Я тем временем помогал раненым товарищам дойти до лагеря. Хоть его высочество и сокрушил зверя, но тот смог задеть его своими лапами за ногу. Врач сказал у принца перелом, что означало выбывание из лагеря, ведь шансы на прохождения всех заданий невелики. Являясь следующим герцогом рода Авеллино, я должен сделать все, чтобы помочь принцу, как будущему императору.»    Спасение своих товарищей и моего отца, благородный поступок. Но власть кружит голову.    Я перелистала некоторые страницы, в них также содержится повествование о лагере, пока не наткнулась на следующее: «××69 год, 12 ноября, Его высочество вызвал меня к себе во дворец, располагавшийся на северной части территории от основного дворца. Он выглядел как обычно, но во в его взгляде было что-то безумное. Искры, прежде невидимые мною, заплясали в его глазах. Он сел за письменным столом, говоря следующее: «Когда я взойду на трон, мне нужны будут союзники, на которых я смогу полагаться. Я ведь могу тебе доверять?» – его вопрос заставил меня задуматься, хоть мой ответ был очевиден.   – Поклянись мне в верности, Альберт, – его голос был холоден, как металл. Я встал на одно колено перед принцем, и поклялся ему в верности, обещал стать его верным союзником.   – Я знал, что ты выберешь мою сторону. Скоро императором стану я. После нашего разговора я вернулся обратно в поместье.»    Его величество был прав, ведь он действительно стал императором в возрасте двадцати пяти лет. Столько же на тот момент было и моему отцу, когда, он занял место герцога.    Я посмотрела на следующую запись, она была сделана после двух недель предыдущей. «××69 год, 5 декабря, Прошла моя церемония по передаче титула от отца к сыну. Теперь я являюсь герцогом рода Авеллино и сегодня же пришла весть о том, что король с королевой скончались. Все дворяне отправились в императорский дворец, потому что сейчас проходит коронации принца Генриха на место императора. Мы с отцом отправились в тот же час как до нас дошли эти слухи.   – Не может быть, чтобы император скончался! – высказал отец. Он уже был в преклонном возрасте, но все еще оставался бодрым для своих лет.   – Отец, мы все узнаем лишь после того, как сами прибудем во дворец.    Когда мы приехали, все собравшиеся дворяне склонили головы перед новым императором. На троне сидел его величество Генрих Белькастро. Его взгляд был ледяным, что никто не решался что-либо спросить у него.   – Что произошло с предыдущим императором? – вдруг спросил отец.  – До вас не дошли вести? Мой отец как и королева скончались, а я, являясь единственным наследник, занял трон. Есть еще вопросы? – но никто более не решался спросить его.   – Насколько мне известно, то ваш род поклялся в верности императорской семье, не вы ли сейчас должны быть теми, кто должен стоять подле меня, как моя опора?   – Я клялся в верности предыдущему императору и пока я не узнаю, что именно произошло, то не могу дать вам присягу.  – это были открытыми подозрениями, которые мой отец смело высказал.   – Он мертв. – громко произнес император, – Желаете пойти против меня?   – Я не стану кланяться перед вами! – мой отец что-то подозревает, интуиция подводит его крайне редко.   – А я и не требую ее от вас, бывший герцог Авеллино.   – Что?.. В ответ он посмотрел на меня. Я вспомнил свое обещание перед принцем, нет, перед новым императором. Я стал идти вперед, до самого его трона и, встав на одно колено, произнес следующие слова: «Я, Альберт Авеллино, клянусь в верности перед императорским родом Белькастро и нынешним императором в своей и родом Авеллино верности перед короной. Мы, как и много лет тому назад будем вашими щитом и мечом!» Так я стал мечом и близким соратником Императора Белькастро.»    Должно быть, отец еще не представлял на тот момент, что сам решит пойти против него. Но мне все еще не известно, что именно произошло. Хоть я прочла биографию его величества, но это все еще не вся картина, а лишь ее часть. Император был рожден от первой императрицы-матери, но после родов та скончалась, затем предыдущий император женился во второй раз. Ходят слухи, что вторая императрица была бесплодна, но перед ее смертью у нее были странные симптомы, как если бы она была беременна. Конечно же, без слухов дело не обошлось. До людей дошли эти вести и те бурно стали обсуждать случившееся события и начали подозревать нынешнего императора в убийстве своей семьи. Но ему удалось подавить этот слух, найдя его источник. Все же император проводил жесткие реформы, но благодаря этому, мы вышли на новый уровень, хоть в этом он преуспел.   – Леди, мы скоро прибудем в поместье, – Николас сидит на против меня, вид у него уставший.   – Ты молодец, Николас. Обещаю, скоро ты получишь свой заслуженный отпуск, – парой мне действительно не верится, что все эти люди предпочли остаться здесь и служить мне.   – Ох..! Что вы, в этом действительно нет надобности! Для меня честь служить вам.   – Не стоит с головой погружаться в свою работу, в конце концов за ее пределами тоже есть люди, ожидающие тебя и твоего возвращения.    Я взглянула на него, карие глаза также, как и прежде полны решимости, все жизнь еще впереди. Странно, ощущаю себя так, словно прожила долгую жизнь, но при этом еще ничего не повидала.  ***   Как и в прошлый раз, я просидела всю ночь у себя в кабинете за чтением дневника. И даже не сразу заметила, как в комнате стало светлее от утренних лучей рассвета. Ощущая слабость и непреодолимую боль во всем теле, как если бы меня связали и я пробыла несколько дней в одной позе без движения. Ощущение дежавю.    Внезапно у меня началась кружиться голова, то же самое чувство, что и тогда в больнице. Ноги словно перестали меня слушаться и не выдерживают вес моего тела. В глазах темнеет и из последних сил я пытаюсь добраться до двери. Земля уходит из под ног в тот момент, когда я рухнула на пол, не в силах сделать хоть шаг.    Последнее , что я услышала, перед тем как потерять сознание, так это как кто-то открыл двери в мою комнату.  ***    Темно. Где я?    Кто-то поставил свою руку мне на плечо. Обернувшись, за мной стояла красивая девушка. Я так давно ее не видела, что успела позабыть, как она выглядит. Если она тут, то это точно сновидение.   – Давно не виделись, Мэри, – ее нежный голос прозвучал очень ласково.   – Верно, давно не виделись. – она была той, кто пыталась не задеть меня с вестью о гибели родителей.  – А ты стала еще выше и краше с последней нашей встречи! Уверенна, ты, должно быть, разбила сердце уже не одному юноше. – она подмигнула мне, улыбаясь своей яркой улыбкой.   – Не знаю, где ты видела подобное, но никто не признавался мне в своих чувствах, помимо принца Стефана.   – Знаю. Ведь они так страшатся сделать шаг на встречу.    Страшатся? Меня?   – Твоего брата, – будто прочитав мои мысли, ответила Ванесса.   – Звучит очень странно. Все только тянулись к нему, дабы заговорить с ним.    На этот раз она ничего не стала отвечать, замолчав в какой-то момент.    – Ты никогда ранее не задавалась вопросу, как тебе удается видеть меня и путешествовать через сны?   – Разве это не твоих рук дело?   – Вовсе нет. Я не обладаю такой способностью, я лишь показываю сновидения и помогаю астралам не заблудиться в нем.   – Астралам? – не понимающе переспросила я.   – Это люди, способные выйти из своего физического тела и путешествовать по моему миру в виде духов. Есть некоторые, которые делают это намеренно, а такие как ты, которые делают это неосознанно. Звучит весьма сложно, но это как если бы из человека выходила его душа на какое-то время.   – Понятно, так значит тот раз, в пещере, ты там оказалась, чтобы не дать мне заблудиться?   – Верно, когда душа человека теряется, то он не может проснуться в своем физическом теле. Да и к тому же, бывают разные духи по силе, и по отношение к астралам.   – Эти духи не навредят тебе? – ее глаза излучают доброту и заботу, словно теплое одеяло.   – Нет, ведь я сильнейшая среди этих духов, будь они то злыми, то добрыми, все равно обязаны подчиниться мне.   – Если говорить иным языком, то ты королева? Мне стоит проявить больше уважения.   – Вовсе не стоит. Здесь нет подобных титулов, разве что величина силы. Если твоя сила превосходит силы другого, второй обязан подчиниться, да бы сохранить баланс в мире сновидений.   – Странно, я с трудом могу вспомнить тебя после пробуждения, словно ты в тумане.   – Это нормально, ты и не должна помнить обо мне. Но я рада, что ты не забываешь.    Впервые в ее голосе прозвучала печаль, словно она совершенно одна в своем мире.   – Скоро ты проснешься, береги себе… – ее голос все дальше и дальше отдалялся от меня, а цвет золотых волос бледнел в неразборчивом тумане.  ***    Едва слышные голоса становились все громче. Среди них я узнала голос Джона и, кажется Николаса. Но в комнате по меньше мере около трех людей.    С трудом я разомкнула веки. Перед глазами двигались пятна, вместо человеческих фигур. Комната освещена дневным светом, а меня то и дело пробирает дрожь. Вскоре картина стала яснее, но сил не хватает даже на то, чтобы произнести хотя бы пару слов. В голове начало звенеть с такой силой, что боль отдается в висках. Я зажмурила глаза, тяжело выдохнув.   – Вы проснулись? – это был голос нашего врача.    Он прикоснулся тыльной стороной ладони к моему лбу, измерив температуру. Я сильнее укуталась в одеяло, но даже так я не перестаю чувствовать холода, что проходит по всему моему телу.   – У нее высокая температура. Похоже на простуду, – продолжил врач, – Что она делала перед тем, как потеряла сознание?    Джон и Николас стояли неподалеку от моей кровати, так что я могу их четко разглядеть. Зрение хорошо фокусируется на них, но головная боль забивает все пространство в голове, что на друге мысли нет места.   – Мисс работала у себя в кабинете до самого рассвета. Мне стоило остановить ее еще в тот момент, когда она решила взяться за работу поздней ночью, – голос Николаса был подавленным, как если бы в случившемся была его вина.   – Насколько мне известно, то это не первый случай неожиданного потери сознания. И каждый раз оно сопровождается носовым кровотечением.   – Что вы этим хотите сказать, доктор? – это был уже голос Джона.    Слабо пошевельнула пальцами рук, но сил нет, чтобы встать с постели.   – У нее переутомление, да и к тому же уровень крови значительно снизился. Это не опасно для жизни, но так больше не может продолжаться, надеюсь, вы это понимаете. – он что-то записывал себе в блокнот, периодически поглядывая на меня.   – Я приложу все усилия, чтобы проследить за процессом выздоровления.    Наш врач сказал что-то еще в конце, но я не смогла разобрать его слов. Затем он вышел, закрыв за собою дверь.  – Джон… – мой голос был охрипшим и очень тихим.   Он быстро подошел к моей кровати. И сев на место, где до этого был врач, рукой дотронуться до моих волос.   – Что-то хотите сказать, мисс? – его голос звучал как обычно, но в глазах не скрытое переживание.   – Мне холодно, – я вся дрожу от озноба.   – Я прикажу принести вам горячего чая, – выдавив из себя улыбку, тем самым он попытался успокоить меня.    Он поспешно вышел из комнаты. Мой взгляд обратился к Николасу, который не сводил с меня глаз. Он встревожен и не знает, что ему делать. Как же мне хочется ему сказать, что в случившемся нет ни его, ни кого-либо еще вины. Но из-за слабости я вновь провалилась в сон.  ***    За окном все так же пасмурно. Деревья и кусты совсем голые, давно выпали пожелтевшие листья. Погода наводит на меня печаль, но может ли она быть такой приятной? Лес стал темнее и выявился истинный его цвет. В детстве иногда мне бывало одиноко, мы редко выезжали в город, а все свое время я проводила в особняке. Лес всегда меня окружал, поэтому он стал для меня вторым домом. В нем так же тихо, но за то с полной силой ощущается свобода. Мне так не хотелось отпускать это чувство, ведь всегда казалось, что если я пройду дальше, то точно встречу что-то необычное и сказочное на своем пути.    В комнату постучались. Ко мне зашла Лили, держа в руках чашку с чаем.  Ее форма достигала ей до щиколотки ног, впереди нету фартука, как это бывает обычно в форме у горничных. Моя мать хотела, чтобы горничные выглядели не хуже дам, приходивших иногда к нам в гости. Это было темного цвета платье, но он не черное, а глубокого синего. В области плеч рукав воздушный, а по всей оставшейся руке уже прямой, облегающий покрой. Само по себе платье более строго дизайна, но от этого не менее красивое, на стоящем воротнике находится брошь с янтарем, их волосы всегда собраны в низкий пучок. Темные чулки и кожаная обувь.   – Я вам принесла чай, выпейте его.    Я потянулась за чашкой. Было все еще холодно, хотя не настолько сильно, как в первый день. Я пролежала в постели почти три дня.   – Благодарю, Лили.    Чай сладкий, впрочем как и всегда. Думаю, Джон все еще думает, что я люблю чай с большим количеством сахара, как это было в детстве. Весьма мило, жаль, что нельзя вернуться назад.   – Камин горит достаточно хорошо, если что я позову некоторых слуг, чтобы те положили еще дров.   – Пока на этом все, ты можешь быть свободна.    Она вышла, а я продолжала смотреть в окно в ожидании гостей. Сегодня тот самый день, день продления контракта. Как я и предполагала, герцог Вирфор выбрал продление контракта со мной, так как я все еще нужна ему в своих личных целях, да бы использовать меня в качестве живого щита.    Мой взгляд упал на тумбочку, оттуда я достала дневник отца. Какое-то время я просто смотрю на него, не решаясь продолжать чтение, многое из написанного я уже прочла, но вот что дальше? Время приближается к моменту рождения Луи.    Переборов себя, я все же открываю его. Нашла ту страницу, на которой я остановилась. «××73 год, 13 ноября. Новый император Белькастро принял решение казни многих из близкого круга предыдущего императора. Мой отец негодует, в следствии чего тяжело заболел. Я продолжаю просить его довериться мне, императору, его слову. Но он словно во всем видит подвох. К сожалению, я и сам все больше склонен к мнению о опрометчивых решениях его величества. Те дали слово, что будут служить новому императору, но ему вдруг стало этого мало и он решил проверить их верность на площади перед казнью. Предъявил некие доказательства о измене и сказал, что если те действительно верны ему, то примут смерть как свою верность к короне. Бессмысленно. У них не было выбора между смертью и погибели. Самое ужасное заключается в том, что я становился тем, кто должен был лишать жизни других. Я все еще помню глаза первого убитого мною. Тот стоял не шевелясь, гордо осознавая, что его ждет.  И кровь. Ее было так много и я до сих пор не могу отделаться от мысли, что она все еще на мне. Сейчас я хочу лишь одного, это знать то, что мы действительно казнили предателей, а не мирных людей.»   Я перелистнула дальше. «××73 год, 19 ноября. Уже как неделю его величество остается у себя. На удивление, его реформы проходят успешно. На данный момент нет людей, которые усомнились бы в правильности выбора императора, он ясно дал понять, как он обходится с предателями. Дел в герцогстве хватает,  земель у нас и много, ведь основная задача рода Авеллино – военная служба и защита империи. Отцу с каждым днем становится только хуже, я чувствую вину перед ним, что не могу остаться рядом и ухаживать. Эту неделю я проведу во дворце императора, здесь остались еще недоделанные дела. Его величество иногда просит советы, а свой выбор согласовывает со мной. Так же сейчас идет набор рыцарей новобранцев, представители тех же аристократических домов попадут в мои ряды, но в общем я буду стараться брать рыцарей именно из простолюдин. Среди них я встречал многих, кто по силе и упорству даже лучше некоторых из высшего света.»    Я хотела перелистнуть на следующую страницу, как в дверь моей комнаты постучались. Я посмотрела на нее в ожидании ответа.   – Мисс, к вам приехали из герцогства Вирфора. Просят вас об аудиенции.    Кончики пальцев похолодели. Не думала, что он так скоро отправит сюда своих людей. Эта встреча – очередной шаг к моей общей цели. Все должно пройти в точности так, как задумала я.   – Скажите им, что я скоро спущусь.    Я одела свой теплый костюм с брюками, сшитый на заказ. Я все чаще стала носить брюки. Почему же? Ведь это куда удобнее. Не понимаю, почему они были созданы для мужчин, ведь одежда не имеет пола, так значит их могут носить и женщины. Волосы собраны в невысокий хвост, передние пряди перестали спадать к глазам, они достаточно отрасли, чтобы не мешаться.     Я была готова выйти, но на напоследок обернулась обратно. Картина, что была написана мной на борту корабля, море было прекрасным.   Меня сопроводили до гостиничной комнаты. Открыли двери и, смирно дожидаясь моего прихода, сидели двое мужчин. Те лишь бросили удивленные взгляды на мой внешний вид. Оба средних лет и хороши собой.   – Рад нашей встрече, леди Авеллино, – сказал один из них.   – Взаимно, – я протянула руку им для рукопожатия, они некоторое время смотрели, но все же согласились на этот жест.    Эта одна из тех гостевых комнат, где обычно отец принимал очень важных гостей. Она не была излишне роскошной. Максимально простая и без лишних деталей. Стены серо-голубого цвета, люстра, что висит на потолке. Не знаю, зачем она там, ведь здесь бывали исключительно в светлое время суток. Два просторных дивана, одна из которых предназначена для главы рода, но на данный момент поместье принадлежит мне, хоть и не являюсь главой. На полу темно-бордовый ковер, цвет которого напоминает застывшую кровь. Из вещей интерьера только камин и настенные часы, которые перестали ходить. Шесть вечера. На этом часу они приостановили свой ход.   – Как вам уже известно, то мы прибыли от имени герцога Вирфора и…   – Имя. Я желаю знать ваши имена. – я бестактно перебила своего собеседника, впрочем, на то у меня есть право.   – …Само собой, разумеется, – он сделал небольшую паузу перед тем, как представиться.   – Меня зовут Самюэль Лий, я личный адвокат герцога. – кажется, я где-то уже слышала это имя…   Его пальцы скрещены между собой. Серые глаза продолжают изучать мое лицо.   – А ваше имя? – обратилась я уже ко второму.   – Федор Мейссен. Нотариус. – кратко ответил мужчина.   – Разрешите мне продолжить, – заговорил мистер Лий, – По причине истечения ваше контракта с герцогом Вирфором, мы предлагаем вам составить новый. Условия останутся те же, но с некоторыми изменениями.   – Истек? Что-то не видела я, чтобы снег еще выпал.   – Герцог решил, что будет лучше для вас, если контракт продлят.   – Тогда, где же он сам? – он, видимо, еле задерживался от поступающего к нему гнева, – Он настолько хорошо меня знает, что ему виднее, что лучше для меня? Или, быть может, вы меня знаете?   – Это не имеет значения, знаем мы вас или же нет. – сказал мистер Мейссен со скучающим выражением, – Остается лишь факт, что вы должны подписать контракт, – продолжил он.   – А что тогда имеет значение? Факты? Обстоятельства? Данная секунда? – как и ожидалось, на мой вопрос они предпочли промолчать, – Хотите сказать, что я должна заключить контракт на тех условиях, что продиктуете мне вы, те, кто даже на вопрос не могут ответить? – я наклонилась ближе, отталкиваясь от сиденья рукой.  – Как я и говорил, суть условий все тот же, не смотря на небольшие изменения.    Мейссен обвел комнату глазами, так и не найдя ни что, что могло бы заинтересовать его. Сам он выглядел точно так же, скучающим и, словно повидавшим не только этот мир, но и жизнь.   – Это даже смешно, скажите герцогу, что лишь в его личном присутствии я дам ему свой ответ. До тех пор, можете больше не пытаться связаться со мной. – я встала со своего места, гордо выпрямившись во весь рост. Страх, я его больше не ощущаю, внутри меня осталась только пустота.   – Боюсь, тогда пункт о безопасности будет нарушен, – я замерла на секунду. Подло с его стороны играть столь грязным способом.    – Неужели? Он не до оценил меня и моих людей. Тогда я желаю вам удачи, быть может сами испытаете на себе всю мощь рыцарей из рода Авеллино. – больше ничего не говоря я вышла, на последок обратившись к слугам за дверью, – Гости уже собираются уйти, проводите их.    После мне открыли двери и я вышла, облегченно выдохнув. Прикрыв глаза, кто-то коснулся моей руки. Я немедленно открыла их, собираясь отдернуть свою руку. Вместо этого я застыла на месте. На меня смотрел Эмиль, он ничего не говорит, дожидаясь подходящего момента.   – Что-то случилось? – спросила я.   – Да, мне нужно с вами поговорить, – я голос был полон серьезности, как если бы это было что-то  важное.