Глава 5 Часть 1 Воспоминание

После мирного, пяти минутного, разговора, Лёша решил прогуляться вокруг корпуса С. Наблюдая за мирной атмосферой вокруг себя, смог расслабиться и успокоиться. В воздухе летала успокаивающая атмосфера с еле слышащейся классической музыкой. Кажется, кто-то из музыкального кружка репетирует, играя на фортепиано. Похоже на композицию «Ludovico Einaudi – LeOnde».

Подойдя к укромному месту, где огромное стеклянное прямоугольное здание скрывало за декоративным плющом в стенах корпуса место отдыха с фонтаном, которое выглядело состарившееся, Лёша решил зайти в него через прекрасную мраморную арку, обвитую декоративным плющом.

Корпус С нравился всем обитателям учреждения тем, что оно было совсем необычное. Если посмотреть на главный вход в этот корпус, то можно подумать, что это обычное прямоугольное двух этажное здание, сделанное архитектором, которых хотел представить нам сооружение модным и серьёзным, а по вечерам уютным и фантастическим. Но у этого сооружения был прекрасный секрет. Если попробовать подойти к корпусу с другой стороны, то можно увидеть укромное место с фонтаном и мраморной аркой. Здание казалось серьёзным, но когда проходил через арку, то можно было попасть в фантастический мир.

Это место можно было описать так: «Круглое помещение в здании, где по круглым стенам расположена, из светлого дерева, лавочка, облегающая стены и располагалась на половину помещения. В центре круглого помещения находился фонтан с декоративным деревцем в центре, а с потолка спускалась прекрасная зеркальная люстра, создающая впечатление урагана из множества рыб. На входе была мраморная колонна, обвитая живым декоративным плющом. Стены тёмно-серого цвета, а по ним спускался виноградный плющ, вьюн берёзка и вьюн глициния белых, сиреневых и светло-голубых оттенков. На стенах так же были расположены, в хаотичном порядке, настенные лампы в виде огромных рыб и стеклянных пузырей. Складывалась впечатления, что ты находишься на глубине, какого-нибудь глубоководного озера. Ближе к выходу можно было заметить, как бы созданные стены из плюща по бокам мраморной арки.»

Присев возле фонтана, Алексей, смотря на пачку сигарет, вспомнил случай из своего подросткового возраста. Достав из пачки сигарету и поджигая её, он вспоминал о тех временах, когда у него не был повешен ярлык «Жнеца», а Миша постоянно попадал в неприятности. Лёша давно следит за выходками своего дружка ещё со времён больничной палаты.

Для Лёши и Миши это был болезненный период: операции, капельницы, эксперименты и изоляция от внешнего мира. В те годы Лёша лишился всего, а Миша был одним из тех, кто поддерживал своего друга в тяжёлое время. Те, кто знал Мишу и Лёшу давали совсем другие ярлыки, и они были намного хуже тех, что сейчас. Единственный человек из их окружения, который знает их с того времени Ксюша Токарева. Но на самом деле есть ещё два немало важных человека, которые помнят всё.

...

- Прошу, Миш, не надо. Мы опять будет в изоляторе, я и так за эту неделю просидел там больше семи раз, а сейчас только среда. - умолял друга парень лет 12 на вид.

- Не трусь, Четвёртый. – с ухмылкой произнес паренёк - Да никто об этом не узнает, только представь, как Паша-

-Как Паша, что? –грозным голосом сказал мужчина.

Сзади двух парней, что хотели подложить петарду в диван одного из медперсонала, стоял старший медбрат Павел Чайков Петрович. Мужчина лет двадцати шести на вид с тёмными, как смола волосами и с серо-зелёными глазами.

Паша, был дружелюбным и ответственным, но с пациентами вёл себя на оборот. С Мишей и Лёшей он знаком давно и, так как он был единственным из медперсонала, кого слушали мальчишки, то он и стал их личным врачом и нянькой в одном лице.

Мальчишки постоянно баловались и инициатором их всех проделок был Михаил Шоков или как его называли в этих стенах «Тринадцатым».

- Ой, я же говорил тебе Миша, не надо было сюда идти.

- Четвёртый, что ты делаешь на третьем этаже? Твоя же пятая палата на первом, так ведь?

- Да, Павел Петрович. Но я-

- Никаких «но», а ну шагом марш к себе. К тебе скоро твой отец приедет.

- Хорошо... – опустил голову Четвёртый.

- А ты, Тринадцатый немедленно пойдёшь в изолятор.

- Что? – хором спросили парни.

- Нет, прошу, не надо. Я больше не буду, честное слово, клянусь. Я буду полы мыть вам в кабинете и каждый день принимать наркотик, только, пожалуйста, не отправляйте меня туда. – умолял Тринадцатый.

- Нет, я и так много чего прощал.

После этого, Павел нажал на кнопку на своих часах, после чего пришли несколько медбратьев. Медперсонал тащили бедного парнишку, который бился в истерике и умолял о том, чтоб его отпустили.

Может вы не понимаете, но это экспериментальный центр и комната изоляции самая страшная для обитателей данного места. В ней тебя запирали и могли делать с тобой, что душе было угодно. Чаще всего туда попадали, кто плохо выполнял обязанности или те, кто был двойным агентом. Но чаще всех там бывают Четвёртый и Тринадцатый.

Павел проследил, чтоб мальчишку отправили в ту самую комнату, и он решил выйти на крышу. Пока он поднимался по лестнице он слышал крики и жалобные стоны мальчишки и ему было его жаль, но он не мог остановить всё это.

- Зачем вы так поступили, Павел Петрович? – послышалось из-за спины.

- БОГ ТЫ МОЙ! Фух... Больше так не пугай, Четвёртый. Чего тебе?

- Зачем вы так с Мишей?

- Давай выйдем и поговорим, хорошо? Я тебе кое-что важное объясню. – сказав Паша вместе с Четвёртым поднялись на крышу.

Тёплый денёк. Вокруг осень: листья опадают, солнце уже не греет, а птицы улетают на юг. Так бы и стоял Четвёртый, наслаждаясь минутой свободы, но еле слышанные крики друга не оставляли его в покое.

- Почему Миша?

- Тебе интересно, почему Мишу я отправил на избиение, а тебя в комнату отдыхать?

Спросив Павел, зажёг сигарету и начал делать затяжку за затяжкой. Вредно, но он так зависим от этого, что без сигарет свой день не представляет.

- Понимаешь, Четвёртый. Ты до сих пор не оклемался после той шоковой терапии. Пойми, Миша не так то прост, да и его актёрская игра превосходна в его то возрасте. С такими навыками любой бы медбрат не отправил его в ту комнату, но у нас здесь есть особое правило, которое мы обязаны выполнять. Если я всё-таки пожалел его, то вместо Миши сидел бы я. На каждой работе, в каждом ресторане, кафе или в любом общественном месте, есть правила, которые нужно выполнять. Если не выполнять правила...

- То можно получить наказание. Паша, когда это всё закончится?

- Что именно?

- Вся это боль? Я ненавижу уколы, лекарство и запах от них. Каждый раз, когда меня забирают на новый эксперимент, я думаю, что умру от боли. Меня, как будто разрывают на части.

- Четвёртый, слезами горю не поможешь, да и если будешь плакаться, то ничего не исправишь. Я понимаю, но вы, в данный момент - единственная надежда на человечество. Ты же помнишь?

- «Каждая ваша капля крови на вес ­- золото». Но я ничего не понимаю.

- Это значит, что вы очень редкие «экземпляры». Каждый человек чем-то болел в детстве, но только некоторые болеют серьёзнее других, и могут умереть в любую минуту. С помощью вас они смогут жить обычной жизнью.

- «Каждому дана жизнь не просто так»

- Верно. Так что я не знаю, когда это закончится, но я знаю, что после вашего поступка, ваши родители будут вами гордиться.

- Угу, если только они узнают об этом...