🕷ДОНОРСТВО🕷

Утром, в школьном коридоре, когда я открыла свой шкафчик, чтобы достать пару учебников, то заметила спешащую ко мне Венди. Её щеки даже покраснели от усердия, так она хотела скорее добраться до меня. Я приподняла бровь, наблюдая за ней, пока она, наконец-то, не приблизилась, тяжело оперевшись плечом о шкафчик.

— Фу-ух, дай несколько секунд, надо дух перевести, – произнесла она, прикрыв глаза.

— Что случилось? – спросила я, начиная откровенно беспокоиться. Обычно такой я её видела, когда та спешила рассказать какую-то новость.

Венди удивлённо на меня посмотрела.

— Как что? Ты не знаешь?

— Ди, не томи уже! – не любила, когда она выдаёт информацию не сразу.

— Ещё и подруга называется! А кто все эти дни переживал, спрашивал, где же там Паркера драгоценного носит, все нервы мне сожрал своим беспокойством? И когда тот соизволил всё таки объявиться, ты об этом ни сном ни духом!

Я испытала облегчение.

— Питер пришёл?

— Видела его только что, шёл в класс. Ты, как я вижу, не рада.

— Нет, что ты! Я рада, просто...

— Просто что?

— Ну-у... мы виделись с ним ещё вчера, – я закусила губу, неловко поправляя распущенные волосы.

— Что?! Я хочу знать все подробности!

Пришлось рассказать во что Питер ввязался и почему не ходил в школу, на что Венди покивала задумчиво головой и тяжело повздыхала. Хоть Паркер ей и не очень нравился, она всё же считала его таким же другом, как меня и Неда. Когда разговор дошёл до того, что Венди поинтересовалась, а как я узнала, как он был побит и какие раны ему нанесли, я густо покраснела и промолчала, решив тактично промолчать. По загоревшимся глазам Купер было ясно, что она догадалась, как именно я узнала, но больше терроризировать не стала. По её словам, у неё же совесть не до конца в спячку ушла. Она предложила помочь Питеру, но только так, чтобы он об этом не узнал, потому что мог не принять ничего от нас. Я думала также. Можно просто подложить ему деньги незаметно в рюкзак и всё отрицать, если он начнёт спрашивать. Тёте Мэй и подавно предлагать не стоит, она точно не примет. Осталось решить главный вопрос: где достать эти деньги?

Я упоминала подработку в F.E.A.S.T. Деньги там и вправду давали неплохие, особенно, если ты простой школьник, но Питеру нужно больше. В моей семье с финансами всё было хорошо и мы не нуждались в деньгах так, как нуждались Паркеры. Даже подработка для меня была скорее возможностью почувствовать какого это – работать. В приюте я пыталась узнать у проживающих там людей, где они зарабатывают или кто знает, где это можно сделать, но в ответ получала лишь что все они довольны своей жизнью здесь и не ищут никаких вариантов заработка, так как их обеспечивают всем необходимым. Такой ответ меня крайне расстроил. В том смысле, что они не знают где достать лёгких денег, ничего особо для этого не делая. В газетах тоже подходящих объявлений не нашла. То есть, они были, но я не могла круглосуточно стоять где-то на кассе или работать на складе. Мне нужен был тот вариант, где деньги давали хотя бы за несколько часов работы.

Застонав, спрятала лицо в ладонях. Та ещё задачка. Но я должна была помочь Питеру. И я найду деньги, которые ему и тёте Мэй так нужны. Не хочу, чтобы он снова пошёл в подпольные бои и больше не вернулся. Неожиданная новость, что в приют приезжает бригада медиков с предложением для добровольцев сдать кровь, меня окрылила и вытащила из омута печали. Это же замечательно! Я спросила у тёти Мэй можно ли отлучиться от неё ненадолго, чтобы задать пару вопросов медикам, и она разрешила, сказав, что я просто ангел, раз захотела помочь людям и таким способом. Если бы она знала кому именно я хочу помочь, то вряд-ли отпустила.

Первый вопрос, какой я задала медикам, касался цены. Как мне объяснили, они возьмут не больше 470 мл. крови, за которую дадут 100 долларов и даже бесплатно угостят потом клюквенным соком и солёным арахисом. Последнее меня мало привлекало, потому что из всего сказанного я услышала только слово "100 долларов". Да и 470 мл. это не так уж и много. Сообщив о своём решении быть добровольцем, мне сказали, что приедут через неделю, конкретную дату отправят сообщением на телефон. Состояние здоровья у меня отличное, поэтому проблем с подписью бумаг не возникло. Мою кровь взяли на анализ и как раз через неделю или чуть раньше узнаю, смогу ли стать донором. Я была совершеннолетней и разрешение родителей уже не требовалось. Даже не представляю, как бы пыталась объяснить им свою затею. Придётся скрыть от них это, чтобы не волновались понапрасну. Впрочем, я скрыла от них и то нападение банды Демонов, участницей которого невольно стала. Хорошо, что тогда там не было журналистов и репортёров.

Труднее всего было рассказать о своём решении Венди. Та назвала меня сумасшедшей и потребовала доложить о своём самочувствии сразу же после сдачи крови. Да-да, потребовала, а не вежливо попросила. Паркеру она пообещала ничего не говорить о моем очередном геройстве, иначе он точно запрет меня где-нибудь в приступе трясучего волнения. Венди как-то говорила, что у неё дома есть забавная свинья-копилка, которую она пополняет с восьми лет, и передала мне часть своих сбережений оттуда. Меня это так расстрогало, что я не сдержала слез и чуть не задушила подругу в объятиях. Как же мне с ней повезло!

Сообщение с датой и результатом анализа пришло почти под конец недели, в пятницу. Меня попросили воздержаться от алкоголя и сигарет в ближайшие дни, исключить из питания жирную, острую, копченую пищу, а также яйца и молочные продукты. Из всего списка требований это было самое лёгкое, потому что алкоголь я не употребляла и никогда не пробовала курить. Можно было есть отварные крупы, фрукты и овощи, пить сладкий чай, воду и сок. То то мама удивилась, когда я внезапно перешла на такую "диету". Всё говорила, зачем мне худеть ещё, я ведь и так мало вешу, и кажусь тростинкой. Соблюдать здоровый образ жизни буду недолго. Не выдержу и нескольких дней без пиццы с банкой колы...

Конечно я волновалась перед днем "донорства", который наступил так быстро, что и оглянуться не успела. Вот только голова коснулась подушки, а за окном уже утро. Верно говорят, что когда слишком усердно чего-то ждёшь, то и не замечаешь, как это получаешь. Надеюсь, что и процедура пройдёт также, самое главное без обмороков и каких-либо последствий. Просто сдам кровь, получу деньги, отработаю своё время в приюте и домой. На уроках я немного нервничала, постоянно кусала губу или вертела в руках ручку, что было мне не свойственно. Только Венди знала, куда и зачем я собираюсь после школы, а вот Питер и Нед даже не подозревали. Лидса мы с Купер не стали втягивать в свое дело, потому что он мог обо всём рассказать своему лучшему другу. Питер даже коснулся моей руки, когда я, нервничая, стучала ногтями по столу. Сердце подскачило к самому горлу, забившись там. Скрывать от него что-то просто невыносимо.

— Всё в порядке, Бэт? – спросил он участливо, не убирая свою ладонь с моей руки.

— Да, в порядке, – ответила я, слегка улыбнувшись для правдивости. 

Он поверил, так как больше не спрашивал ничего и спешно убрал ладонь.

"Питер, если бы ты знал как дорог мне и на что я иду ради тебя... "

Домой после школы я не успевала, но запасной комплект формы приюта хранился у тёти Мэй в кабинете, поэтому переоденусь потом в неё. Медики уже были на месте, когда я вошла в здание. Они организовались в одной из комнат на первом этаже. Поставили нужное оборудование, кушетку, стол и стулья. Обработали всё дезинфецирующим средством, что стало пахнуть точно также, как в больнице. Мистер Ли наверняка знал, что в приют иногда приезжают работники из больницы, так как они вели себя так, будто не в первый раз здесь бывали. Помимо некоторых проживающих приюта, которые всё таки решили подзаработать, сюда стеклись и другие люди, потому что пункт приёма был организован для всех в этом районе. Пришлось подождать в огромной очереди. Мне ещё повезло, что я пришла рано, поэтому оказалась по списку где-то двадцатой. Когда я, наконец, вошла в оборудованную комнату, то почувствовала лёгкое головокружение от вида пакетов с кровью, которые врач складывала в специальный ящик для хранения, чтобы ничего не успело испортиться.

— Присаживайтесь, – миролюбиво произнесла женщина, указывая на кушетку. Я сглотнула комок в горле и села. — Хорошо себя чувствуете? Есть какие-нибудь жалобы?

— Нет, – тихо ответила я.

Женщина увидела, что я волнуюсь, и ободряюще улыбнулась.

— Не волнуйтесь, всё пройдёт довольно быстро и безболезненно. В первый раз?

Я кивнула, укладываясь на кушетку полностью. Врач измерила мне давление и температуру. Всё было в пределах нормы, хотя в ушах я слышала стук собственного сердца. Хотела зажмуриться, чтобы ничего не видеть, но не могла оторвать глаз от действий врача. Не знаешь, что хуже: не видеть или наоборот видеть. Мне намазали левую руку спиртом, затем вставили иголку и алая жидкость потекла по пластиковой трубке в маленький пластиковый пакет. Врач спрашивала про учёбу, кем хочу стать, в общем всячески отвлекала меня от этого процесса. У неё почти получалось. Трудно было не глазеть на трубку с кровью. На удивление, я не чувствовала себя плохо, ничего не болело. Просто лежишь и разговариваешь, если действительно забыть и не обращать внимания на то, ради чего сюда пришёл. Прошло минут пять-шесть, прежде чем трубку, наконец, перекрыли, иглу вытащили, а руку замотали. Похожу в кофтах с длинными рукавами, чтобы ни родители, ни Питер не увидели бинтов. Всего-то дня два.

Я приподнялась на кушетке, приняв сидячее положение и по просьбе врача побыла в комнате ещё несколько минут во избежание последствий. Меня спросили о симптомах, таких как тошнота, головная боль или головокружение, но ничего из перечисленного я не ощущала. Мне уже хотелось по скорее уйти и заняться делами в приюте. Положенные деньги отдали и отпустили, вручив пакетик с солёным арахисом и банку клюквенного сока. Ладно, пожалуй, бесплатная еда меня всё же радовала. Сейчас это было самое то.

Тётя Мэй попросила ей помочь разобраться на складе, переложить пару вещей в коробки. Зная, что я сдала кровь, она не нагрузила меня тяжелой работой и приказала переложить только лёгкие вещи. Так как я имела право на два бесплатных выходных, чтобы восстановиться, то завтра и послезавтра в приют я не приду. Не скажу, что была этому рада, так как мне нравилось здесь работать, но с другой стороны выходные тоже не помешают.

Склад находился в другой части приюта и имел как вход, так и выход. Через подъёмную дверь сюда заезжали фургоны с продовольствием и другими товарами первой необходимости, которые закупал мистер Ли. Размеры склада под фургоны были соответствующие, несколько метров в высоту и длину. Место для коробок было отведено вдоль обеих сторон и представляло собой множество полок и шкафов. В первый раз я вошла сюда с тётей Мэй, которая мне всё показала и объяснила. Теперь предстояло поработать самостоятельно. Я увидела у лестницы сложенные в одну кучу вещи и определилась с самыми лёгкими по весу, которые смогу перетащить. Книги, одежда, обувь. Думаю, не важно, в какие коробки это переложить, так как тётя Мэй ничего про сортировку не упомянула. Это было проще простого. За час я почти убрала все вещи, кроме тяжёлых железных инструментов, деталей и спортивного инвентаря. Я почти не обратила никакого внимания на содержание, когда открыла очередную коробку, если бы свет от ламп не упал прямо на хранившиеся там вещи. Моя рука замерла, а в ушах застучало.

"Не может этого быть... "

Не веря собственным глазам, достаю со дна коробки знакомую демоническую маску. Подношу ближе к лицу, чтобы точно увидеть бело-черную краску и вырезанное демоническое лицо. Во рту пересохло. Точно такие же маски носили Демоны – банда Мистера Негатива. Что она здесь делает? Может случайно оказалась среди всего этого хлама?

Неожиданно на лестнице раздаются шаги и на пороге показывается мистер Ли.

— Мисс Уотсон, Мэй просила вас зайти в...

Его взгляд останавливается на маске, что я всё ещё держала в руке. Я мысленно отругала себя за то, что не успела вернуть её обратно.

— Где вы это взяли? – интересуется мужчина, прищурив тёмные глаза. Губы были напряжённо поджаты.

Мне стало не по себе.

— В... в коробке, – ответила я нервно, указав на неё. — Хотела положить сюда и другие вещи... Что она означает? Это же одна из тех самых масок, да?

Под "той самой" я подразумевала те, которые носили Демоны.

— Такие маски не редкость на моей родине, – произнес мистер Ли, делая шаг ко мне. — Многие коллекционируют их. Я давно выкупил её у одного старьевщика в лавке и оставил здесь на хранение. В Китае считают, что такие маски приносят лишь несчастья и хаос. Будто они служат сосудом для демонов.

Я вздрогнула от того, как символично это прозвучало. Значит ли это, что люди Негатива были осведомлены об этом мифе и специально выбрали такие маски для большего устрашения? Могли ли они относиться к коренным жителям Китая или мигрантам? Вернув жуткую маску обратно в коробку, я спросила у мистера Ли:

— А вы верите в то, что они сосуд для демонов?

— Каждый сам для себя решает, – загадочно ответил он, покинув склад и оставляя меня наедине с мыслями.

Отчитавшись перед тётей Мэй, я вернулась домой. Из моего окна было видно, как золотисто-розовые облака исчезли за крышами домов и  наступил вечер. Я сидела на кровати, закутавшись в одеяло.  Передо мной стоял ноутбук с  открытой вкладкой браузера. Нажав на строку поиска, ввела запрос о масках. Практически ничего о них не нашлось, кроме общедоступной информации, о которой мне поведал мистер Ли, и фотографий. Но обнаружилось кое-что и ещё. Он говорил, что такие маски коллекционируют. Я нашла пару статей и особое внимание привлекла статья одного китайского издательства. К ней была прикреплена фотография со знакомым мне мужчиной – Мартин Ли. Текст я перевела через гугл-переводчик и общая суть стала понятна. В 1982 году мистер Ли приобрёл несколько десятков таких масок для своей частной коллекции. В статье приводилось и его интервью, в котором он говорит, что очень дорожит этим приобретением и обязательно выставит в своём частном музее. Другая статья имела тот же самый сюжет. И ещё, и ещё... Но почему он говорил о найденной мною маске с таким безразличием, если скупал их тысячами, явно дорожа? Та маска лежала в коробке как ненужная вещь. Или забытая. А может... оставленная кем-то? В мою голову начали закрадываться сомнения и безумные предположения.

Я отвлеклась от экрана ноутбука, переведя взгляд на дом напротив. Там уже был погашен свет. Если сейчас не лягу, то завтра проснусь с темными кругами под глазами, как у панды. Стоит ли кому-то рассказать о сегодняшней находке? Даже Венди посчитает меня параноиком, который видит то, чего нет. И я решила никому из друзей не говорить. Сделав записи в свой дневник на всякий случай, чтобы не забыть, я сохранила вкладки на рабочий стол и погрузилась в сон.