Глава 21

Рива шла в беседку совсем без сил. К счастью, Рашиль прислал с утра букет, где просил о встрече. Хотя, назвать подобное стечение обстоятельств «счастьем» – не представлялось возможности.

Архивист уже ждал девушку в беседке. Изменение привычного вида садового сооружения на шатёр с миллионом цветов очень насторожило Риву, она не хотела признаваться себе в том, что поняла. Рашиль стоял посередине, в безупречном костюме, весь зализанной и опрятный. Он нервничал, громко дышал и разговаривал сам с собой, естественно, не заметив тихого и опасливого приближения девушки.

- Рашиль? – парень подскочил.

Архивист засуетился, торопливо подскочил к девушке, и присел на одно колено. Риву охватил ужас, она попятилась назад, но парень схватил её за руку, не чувствуя силы захвата от своего собственного волнения. Паника внутри девушки завопила, и высвободится она не смогла.

- Госпожа де Вон, я прошу Вас стать моей женой! – прокричал Рашиль.

Фраза разорвалась рокотом по округе. Даже природа затаилась в ожидании. Риваль стояла и смотрела на преклонившего колено юношу, в его большие, полные надежд и страха глаза. Сегодня архивист не надел очки, и девушка без его этой милой детали с трудом признавала в нём Рашиля. «Это не он!» – обманула она себя. Освободительная мысль потянула брови девушки к переносице, сморщила нос, искривила оскал, оголив зубы. «Это не он!» - успокаивало в голове.

- Нет, - прохрипела Рива сухим ртом, закрыв глаза, чтобы не видеть разворачивающегося перед ними кошмара и ужаса.

Архивист замер. Девушке пришлось повторить свой ответ ещё раз, но парень превратился в статую.

- Известно Вам, или нет, - Рива попыталась отвернуться и высвободиться, но рука в капкане не позволяла сделать этого: архивист застыл камнем. – Ещё до поступления в академию мой отец не единожды пытался устроить мой брак. Должна заметить, что все кандидаты – это маги, с потенциалом выше среднего. – Рива замолчала, каждое слово давалось ей с трудом, каждым словом она вонзала кинжал и в своё сердце. – В сезонах участвует основная магическая элита. Вы же, господин Рашиль, попали сюда лишь исключительно из-за денег. Скажите мне, Вы, действительно, верите в то, что всем сливкам общества я предпочту пустышку-толстосума?

Рива наиграно посмеялась, на этот раз ей удалось выдернуть свою руку. Она обошла Рашиля и встала у него за спиной, намеренно открывая ему план побега.

- Думаете, я упущу такую удачу, как сильнейший земной маг? Тем более, вашей наивностью и мнимым соперничеством мне даже удалось разогреть его интерес.

Архивист поднялся и тут же приник к столбу. Он отрицательно мотал головой и теребил свои волосы. С безмолвным вопросом на губах он обернулся к Риве.

- Или вы думаете, мы с ним при встречах в ладушки играли? – процедила Рива, не двусмысленно погладив низ живота так, чтобы архивист заметил это движение.

Повисла тишина. Липкая, смердящая. Слёзы катились градом из глаз архивиста. Единственная радость, ведь сквозь них он не сможет увидеть, как плачет Рива.

- Прошу меня извинить, - опустил голову Рашиль и на негнущихся ногах покинул беседку.

Дора, как хорошо, что она оказалась в комнате. Рива обнимала её и плакала, долго и навзрыд, не говоря ни слова, опустившись на пол около самого порога. Соседка не спрашивала ни о чём, а лишь молчала и прижимала к себе Риву ещё крепче. Даже потом, когда преждевременно все вещи девушки вернулись обратно в комнату, Дора не спросила ничего о событиях на сезоне. Не о причине этих слёз, ни о пачке потрёпанных бумаг, исписанных не Ривиной рукой, ни о высохшем стебле от цветка, что девушка хранила в шкатулке рядом с письмами. Только один раз молчать не удалось: Дора передала Риве, что архивист покинул отбор, а потом ещё неоднократно слышала всхлипы посреди ночи с соседней кровати, но делала вид, что спала, а когда те переходили в истерику, тут же поднималась утешать девушку. Дора пыталась общаться с Ривой, как раньше, но тяжёлая грусть в глазах последней чётко кричала о том, что так, как раньше, будет ещё не скоро. Дора знала, что это не первая любовь Ривы, и, к счастью, не последняя, но пока девушка сама себя за всё не простит, лучше ей не станет, и не лезла с ненужными моралями и нотациями, а просто поддерживала, за что Рива была ей бесконечно благодарна.

Лишь однажды, после успешной зашиты выпускных работ и вечеринки в честь этого, Дора услышала из уст спящей Ривы имя, расставившее всё по своим местам, имя, которое никому и никогда не расскажет.

Брачный сезон – событие, которое будоражит всё страну, событие, когда, вопреки традициям договорного брака, сияющие молодые особы, оплот существующей власти, имеют возможность самим устроить свою судьбу. На брачную церемонию съезжается посмотреть вся страна, и город празднует несколько дней! Все цветы на деревьях распускаются, осыпая невест лепестками, трезвонят колокола, люди купаются в веселье.

Рива стояла и в стороне наблюдала, как из корпуса в белоснежных платьях вылетают на улицу прекрасные нимфы. Они кружатся в тёплых, уже совсем летних солнечных лучах и цветами приземляются в ладони своих женихов. Здесь заканчивалось их беззаботное счастье юности и открывалось сокровенная драгоценность семьи.

В руках Риваль держала документы об окончании обучения: по иронии судьбы, их выдавали в тот же день. Рива получила папку, не проверив содержимого, чтобы успеть одним глазком взглянуть на то, что к большому удивлению, тоже ей стало дорого, пусть и приносило с собой грусть.

- Ты же знаешь, что его там не будет, - порой Риве казалось, что Дора понимает её лучше, чем она сама.

- Знаю, - Рива не отвлекалась от просмотра. - Ты тоже всё получила?

- Конечно! Всё до последней корочки! У меня даже рекомендательные письма есть! А у тебя там что?

- Я ещё не смотрела...

Дора постояла рядом ещё немного, потом положила руку на плечо Риве, чуть сжала его и удалилась. Было время веселиться, праздновать и грустить, что всё закончилось.

Поток невест нескончаем, они сливались в единый белый шлейф. Но одну среди них замыленный глаз заметил сразу. Прекрасную нимфу, нежную и хрупкую. Её платье вздымало в воздух, повторяя все движения своей хозяйки. Домашний ангел Мирисса покидала стены корпуса.

Сердце Риваль забилось чаще. К невесте приблизилась фигура. Рива узнала жениха. Это тот, кто развеивал ощущение скуки на балах, один из бессменных и безотказных кавалеров, та светская крыса, господин Монрат. Сердце пропустило удар.

Наконец, обряд встречи закончился, и процессия переместилась дальше.

Казалось, за все эти месяцы Рива уже выплакала всё слёзы, но всё же две прозрачные капельки блеснули на щеке. Девушка их немедленно смахнула.

Она постояла ещё немного, пока последние смешинки невест не пропали вдалеке, вместе с каретной пылью. Уже сейчас, в тишине, можно всё же заглянуть в папку, ради которой Риваль де Вон так корпела. Стоило девушке открыть первую страницу, как она увидела записку. Хотя, сложно назвать документ на гербовой бумаге перед ней запиской.

«Уважаемая госпожа Риваль де Вон, сообщаем Вам о нашей готовности принять Вас в штат после окончания академического отпуска.Руководитель правительственного исследовательского центра».

Далее стояла печать и подпись.

Рива не поверила своим глазам и перечитала послание ещё раз, затем повертела его в руках, в поисках информации о розыгрыше, но на обратной стороне было:

«Примите искренние поздравления. Л. Эйнор»