Глава 3. Заговор.

«Последнее результаты геологоразведывательных работ на Тиммворде сообщают об обнаружении больших запасов гидриттного газа, местное правительство собирается снизить цены с 55 до 14 рублей за кубометр»»

«После коррупционного скандала на Джоке был расстрелян наместник и первый помощник вице — короля Эдварда Бэйкера, Арманд Прайд, его супруга Арианна под сывороткой правды дала признательные показания о том, что не знала о деятельности мужа, после чего ушла в отставку»

«Адмиралтейство Российского космофлота подтвердило факт заказа ещё 5 лёгких крейсеров на замену тех, что были отправлены на Майури. Как сообщает глава адмиралтейства, Гросс–адмирал Валент Эймартис, Его величество санкционировал дополнительные заказы, ранее министр обороны Казбек Собакевич информацию о подобном опроверг»

Заголовки газет на 3 сентября 5008 года.

***

Первый день учёбы в школе. Сара спокойно приехала на автобусе вместе с Марком и множеством остальных детей. Она увидела, как какая–то женщина машет сыновьям рукой. Рядом маленькая девочка, то ли смеясь, то ли плача, бежит за машиной, где её родители уезжали на работу. Но вскоре она отстала, потому что аэромобиль набрал скорость. Множество детей самого разного возраста шли в школу. Кто–то медленно плелся, уставившись в смартфон или книгу, кто–то бежал вприпрыжку. Учителя с деланным видом поднимались по лестницам. Сжимая в руках сумки с документами.

— Тут скучно или нет? – спросила Сара, шагая в класс для занятия математики. У них были ещё уроки Русского, истории, астрографии, рисования, информатики, литературы и биологии. Она испытывала определённый интерес разве что к компьютерам. Но совсем не с образовательными целями

— Ты что, это очень важно... – начал спорить с ней Марк, но вскоре понял, что лучше сказать правду хотя ты догадалась, это довольно неинтересно. Единственное «но» – то, что поле уроков можно остаться и играть в футбол или баскетбол.

— А что будет если я не сделаю домашнюю работу? – спрашивала Сара с абсолютно флегматичным видом, ей очевидно было плевать на школьное обучение.

— Ну... они могут вызвать твоих родителей, начать дисциплинарное слушание, оставить тебя после уроков делать домашнюю работу или, например, вынудить делать тебя её на уроке.

— Но это же жестоко! – возмутилась принцесса – так нельзя обращаться с детьми!

Это её заявление привлекло внимание многих, примерно два десятка школьников смотрели на неё и не знали что сказать. Сара решила, что лучше просто пойти в класс и сделать вид что ничего не было.

Придя в класс на первом этаже она разложила учебники, планшет, электроперо и записную книжку. За окном сияло солнце и пели птички, очень хотелось пойти и поиграть. Сара ощутила прилив возбуждения. Он ещё не знал, что ждёт его там, куда он едет, но он был уверен: это будет лучше, чем то, что он оставлял позади.

На второй стул за её двухместной партой в первом ряду села девочка человеческой расы, с красивыми зелёными глазами, волосами цвета сгущённого молока. За исключением пары окрашенных в кислотно–зелёные тона локонов, на шее свисал амулет в виде когтя какой–то твари, а одета незнакомка была в футболку и темно–синее джинсы.

— Здесь свободно? — спросила она у Сары, указывая на сиденье напротив. — У других вообще сесть некуда.

Сара кивнула, и светловолосая девочка быстро уселась. Она украдкой покосилась на Сару, но тут же перевела взгляд на классную доску. Преподаватель что–то объясняла про деление дробей в столбики, а Сара делала вид что что–то пишет, другая девушка делала вид, что она внимательно слушает учителя а обе на самом деле просто тянули время, когда же лекция про дроби подойдёт к концу. Сара не особо пыталась думать над задачей где требовалось что–то с чем–то сложить, а ещё и поделить. Решив, что сперва надо делить, а потом складывать, она начала делать задачу, не слушая учителя.

— Я отойду к директору, а вы переписывайте с доски – сказала толстая немолодая преподавательница, судя по её зелёной коже и большим клыкам она была из расы Орков. Не успела преподаватель уйти, как незнакомка тихо заговорила

— Эй, привет — тихо поздоровалась незнакомая девочка, которая перестала писать работу уже через пять секунд после ухода учительницы. — Ты новенькая?

— Ага – Сказала Сара, сделав пару закорючек и развернувшись к собеседнице.

— Меня зовут Джессика, Джессика Томпсон, а тебя?

— Сара, меня зовут Сара Батлфронт. Прости что сразу так и не представилась. — девушки улыбнулись и засмеялись. — Я с Майури, знаешь такую планету на дальнем рубеже

— Ну надо же, знаешь, ты похожа на одну какую–то дворянку, мне кажется или я где–то тебя видела.

—Да вряд–ли, — Сара натянуто улыбнулась и засмеялась, скажешь тоже, аристократка. Нет, мои родители в... торговом космофлоте работают.

— Ты умеешь на ховерскейте кататься? — спросила вдруг Джессика, и сразу стало понятно, что она все время занимается этим травмоопастным и рискованным спортом, Сара заметила на руках своей новой подруги несколько синяков. Саму Сару в жизни никогда ни к чему подобному не подпускали. В бассейн – только в спасательном жилете и искусственных жабрах, на велосипед – только если её все время будут вести сразу двое присматривающих. А ведь так хотелось повеселиться.

Сара помотала головой.

— Хотела бы, но не умею, мама не разрешала – тут она ощутила, как же приятно было общаться с кем–то себе подобным на близкие тебе темы.

— О, а я уж подумала, что мы могли бы с Жанной и Лизой пригласить тебя вечером покататься с нами по району, — выдохнула Джессика. — А у кого ты живёшь и с чего это ты пришла с Дайсоном... не говори, догадаюсь, ты по обмену.

– Ну вроде того – сказала Сара. Обе уже забыли о математике и просто разговаривали обо всем, впрочем, другие тоже не особо обрушали внимания на предмет. – А кто такая Жанна

Джессика указала пальцем на сидевшую напротив Марка брюнетку, которая что–то выписывала из своего смартфона, стараясь делать вид что она вовсе и не списывает готовый ответ из интернета и не отлынивает.

— Значит ты тут по обмену, а родители?

— Да... – Сара помедлила с ответом – они сказали что я «Слишком непослушная, не учу уроки и проа пожить мне самостоятельно»

— Совсем своих довела что ли. Хорошо, что мои родители ездят по командировкам, они у меня в геологоразведке? — судя по голосу, Джессика вполне наслаждалась минимумом контроля со стороны своих родителей и видимо уже привыкла. — Мама уезжает всего на день–другой, а вот отец может уехать и на месяц.

— Эх, кстати, а я ну... ты ведь не проболтаешься об одной штуке? – спросила Сара ещё тише. Джессика кивнула – Я, в общем, немного владею магией, ну настолько немного, что меня даже в этот орден не взяли.

— Ух ты, — качнула головой Джессика. Она сидела и смотрела на Сару, не отводя глаз, как зачарованная, но потом спохватилась и уставилась в свой учебник по математике, Сара начала делать то же самое. Джессика подсмотрела у новой знакомой и покачала головой

— У тебя в семье есть волшебники? И кстати, не знаешь, как должно делаться это задание, — спросила Сара. Джесс была ей интересна в той же степени, насколько она была интересна Джесс.

— Э–э–э... не думаю. Насчёт волшебников – ну... может быть, а вот с математикой я не в ладах — после некоторого раздумья сказала Джессика, водя рукой по записям в своей тетради. — Хотя.... Кажется, у бабушки есть двоюродный брат, он из волшебников, был алхимиком, но мы о нем никогда не говорим.

Вполне очевидно, что Томпсоны были из тех обычных семей гражданских, о которых говорил ей отец. Сара знала, что по отцу она была бы обычной дочерью космического авантюриста, а не принцессой, хотя если бы ей дали выбор между авантюристкой и принцессой то она выбрала бы первое.

— Марк рассказывал, что к вам в гости пару раз заходили люди из секретной службы и маги, и ты с ними тренировалась чему–то там архисложному вроде стрельбы. — В глазах Джесс светилось жуткое любопытство. — Какие они вообще? Эти спецагенты и волшебники?

— Интересные... хотя, наверное, ещё и порой загадочные. Но как оказалось, мой отец тоже был шпионом, правда, чем именно он занимался я плохо понимаю. Я бы хотела вместо уроков заниматься всякими там опасными делами и секретными миссиями... но мне нельзя, ещё нет нужных навыков

Примерно в половине первого они уселись в классе истории и стали слушать лекцию по освоению миров центральной части галактики и первые межпланетные торговые лиги, лектор рассказывал интересно и слушать о том, как тогдашняя Галактическая Федерация, Саамское королевство, Россия и множество других межзвёздных государств конкурировали между собой оказалось вовсе и не настолько скучным предметом. Тем более что профессор Буук, немолодой человек весьма активно жестикулировал, показывал голографические схемы и карты, записи сражений и картины местности. История была одним из тех предметов, где ученики почти не шумели и не отвлекали преподавателя.

— А сейчас мы с вами посмотрим запись боя между пиратской флотилией Рей Дентрил и обеднённого флота Манчикинов, Сааммы и Российского ВКФ, готовы, ребята? – спросил профессор, щелкая что–то на компьютере. Сара молча смотрела на голограмму, сидя в третьем ряду и с интересом смотрела, как детально расписанные и очень чёткие голограммы кораблей стреляют друг в друга. Им задали по предмету только устную работу на чтение лекции по теме какого–то далёкого соглашения и ещё что–то но как стало понятно Саре, лучше, чем профессор Буук ей этот предмет вряд–ли кто расскажет.

Когда она жил с родителями, у неё никогда не было возможности учиться с кем–то другим, даже дети дворян отправлялись в закрытые школы–пансионы, а она училась только с репетиторами, которые были очень строги, ещё больше были скучны и имели одну общую черту характера для всех – сухую академичность ходячего банка данных. А, следовательно, это отбивало всякое желание учиться, да и уроки танцев и этикета не добавляли ничего нового. Но сейчас её жизнь была полна новых и удивительных перспектив, и она была готова воспользоваться ими всеми, настолько сильно, сколько вообще сможет. Уроки по всем предметам стали казаться какими–то другими, когда начинаешь делать их не сам а в компании других. Были и плюсы и минусы. Конечно она не сразу что–то запоминала или усваивала. Учитель не уделяла ей все внимание целиком и полностью... Хотя и Саре эти уроки были не особо интересны, ведь что такое математика и Русский, когда есть такая вещь, как магия!

После урока они сели с Жанной перекусить, Жанна достала шоколадку и вытащила оттуда пластиковую карточку

— Что это? — заинтересованно спросила Сара, глядя на карточку

Жанна удивлённо смотрела на свою подругу. На столе. Где они селись перед ними была разложена гора конфет, которые купила себе Сара и они обе собирались съесть все это за те пол – часа, что дали ученикам на перерыв.

— Ты такая голодная что ли? – спросила Жанна.

— Я умираю с голоду, не знала что школа – это так трудно — ответила Сара, разворачивая шоколадку и намазывая маслом бутерброд.

Жанна вытащил откуда–то бумажный пакет и вынул из него четыре сандвича.

— Мама всегда забывает, что я не люблю плавленый сыр, — тихо пожаловалась она

— Меняю на своё. — Сара протянула подруге конфеты. — Давай присоединяйся...

—Да нет, тебе эти сандвичи не понравятся — сыр пресный, и соуса никакого нет, — покачала головой Жанна и вдруг напряглась. — Мама, наверное, забыла.

— Давай ешь. — Сара кивнула на свои сладости, у неё никогда не было того, чем можно было бы смело поделиться с другими, не думая о статусе и прочих королевских манерах. А если честно, делиться тоже было не с кем. Так что она испытывала очень приятное чувство, сидя напротив Жанны и вместе с ней поедая сладости и сэндвичи.

— А это что? — спросила Сара, беря в руки упаковку шоколадки.

— Будешь есть, вкладыш не выбрасывай — у меня Аль–Гассии не хватает...

— Что? — не поняла Сара

— А, ну конечно, ты не знаешь, — спохватилась Жанна. — Там внутри коллекционные карточки. Из серии «Знаменитые волшебницы и волшебники нашей галактики». Многие ребята их собирают. У меня их примерно пять сотен, только вот Аль–Гассии нет и Пантиора, кажется, тоже.

Сара развернула шоколадку и вытащила карточку. На ней был изображён человек с длинными серебристыми волосами до плеч, с длинным плоским носом и ясными голубыми глазами, седыми усами и седой бородой. «Мьюз–Хой Динн» гласила подпись под картинкой.

— Так вот какой он, этот магистр Динн! — воскликнула Сара

— Только не говори мне, что ты никогда не слышала о Гранд—магистре Мьюз–Хой Динне — спокойно сказала Жанна. — Можно, я возьму одну шоколадку — может быть, Аль–Гассия попадётся...

Сара перевернула карточку и прочитала:

Мьюз–Хой Динн, в настоящее время Гранд–Магистр ордена Магистиков. Считается одним из величайших волшебников нашего времени. Магистр знаменит своей победой над последним живым чароделом Рен–ин–Хаймом в 4945 году, миротворческой деятельностью на дальнем рубеже и своими трудами по алхимии в соавторстве со своим учеником Иваном Коробовом. Хобби — космография, шахматы и игра на флейте

— А вот мне опять попалась Шани Тей, а у меня таких уже шесть штук Может, возьмёшь и начнёшь собирать коллекцию?

Жанна окинула взглядом кучку шоколадок, которые дожидались, когда их развернут.

— Угощайся, — предложила Сара, проследив направление её взгляда. — Кстати, ты знаешь, что у волшебников есть специальная бумага, которая может по желанию владельца проявлять или убирать чернила? Это специальное заклинание такое.

— Да ты что? — ужасно удивилась Жанна. — Что, такая бумага все–таки существует? Ну дела! Нам бы такую в школу.

Сара смотрела на карточку пару минут, думая о том, когда же её примут в орден и отложила её. Жанна этого не заметила, вопреки заверениям, её вообще куда больше интересовал процесс поглощения шоколада, чем разглядывание карточек А Сара глаз не мог от них отвести. Скоро, помимо Мьюз–Хоя и Шани Тей, в её коллекции появились ещё несколько древних и современных волшебников – Ханагаст с Джингли, Алабеи Гратонов, Церея, Нагалиус и Рейвен. Прошло немало времени, прежде чем он отложил последнюю карточку, на которой была предсказательница Клиата.

Не успела Сара прийти на урок Русского языка, как рядом с ней возникли трое юношей. Какой–то рыжий мальчишка её роста и двое его приятелей, по виду напоминавших шкафы. Те двое, что пришли с рыжим, были крепкие ребята, и вид у них был довольно неприятный. Стоя по бокам рыжего, они напоминали его телохранителей.

— Это Лойс и Аледро, — небрежно представил их бледнолицый, заметив, что Сара рассматривает его спутников. — А я Хердрикс, Фрэнк Хердрикс. А ты значит у нас? – спросил он жёстким и наглым тоном

Шедший за ней Марк прокашлялся. Саре показалось, что он таким образом сдерживает смех. Фрэнк неодобрительно покосился на него.

— Моё имя тебе кажется смешным, не так ли, Дайсон? Даже не буду спрашивать, как тебя зовут. Мой отец рассказал мне, что если видишь такого как ты, то не стоит даже здороваться, зачем иметь дело с нищебродами, не так ли, леди...

Выдав эту убийственную тираду, Хердрикс снова повернулся к Саре:

— Ты скоро узнаешь, что в Лос–Анжелесе есть не только такие как этот придурок, а настоящие красавцы, что в нашем мире есть несколько династий влиятельных людей, к которым очень легко найти подход, которые куда круче всех остальных Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Я помогу тебе во всем разобраться. – Он завёл свою руку ей за талию, и Сара сжала кулак, намереваясь врезать нахалу посильнее

— Отпусти! – и тут же дала ему пощёчины.

— Дура.

Не успели они начать драку, как мимо прошёл директор и за ним шла преподаватель Русского языка, госпожа Анна Владимирова. Фрэнк поспешил замолчать, так как грозный вид мисс Владимировой, рослой женщины почти под метр восемьдесят, с зоркими и внимательными глазами и строгим выражением лица заставил его съёжиться.

— Господин Хердрикс, что это вы делаете госпоже Баттлфронт?

— Он мне угрожает – честно сказала Сара и только тут поняла, что речь идёт об учительнице Русского языка – добрый день, я...

— Сара Батлфронт – спокойно сказала учитель – Наша новая студентка по обмену, знаю. Мне жаль, что ваш первый урок на моем предмете начался со знакомства с этим... человеком – Сара заметила, что мисс Владимирова долго искала самое мягкое определение и не настроена терпеть хулиганов.

— Но я просто... – начал Хердрикс

— Я записываю вам выговор и «отвратительно» по поведению, это уже третье домогательство за неделю. А теперь быстро за парты.

На пороге снова появился Марк, за ним шла Джессика, но на этот раз с ними была девочка с короткими черными волосами в джинсовой куртке, горчичного цвета юбке и кожаных полусапожках. Её передние зубы были чуть крупнее, чем надо.

— Привет, чту тут был за шум? — спросила девочка прямо–таки детективным тоном.

— Ну подралась тут с Хердриксом, этот тип ко мне лез — ответила Сара, раскладывая учебники, девочка внимательно её слушала, однако её внимание привлекла ещё и внешность принцессы. Сара тоже заметила, что в этой девочке есть что–то странное. Приглядевшись, она заметила, что на запястье у её новой знакомой висит амулет с рунами.

— Сара Батлфронт – протянула она руку

— Жанна Аретруа – представилась брюнетка с карими глазами, серьгой в ухе и довольно стильно исписанными учебниками – все они были украшены какими–то всевозможными знаками и символами, на одном был даже герб ордена магистиков.

— О, ты увлекаешься мистикой? Можешь дать потом посмотреть? – спросила Сара

Она пересела на свободное сиденье, и глядевший со стороны на это дело Марк занервничал. В кабинет вошла преподаватель языка и класс замолчал, все снова расселись по местам.

— Добрый день, класс. Для начала сделаю замечание Хердриксу за плохое поведение и знание темы, ваша работа по суффиксам «ик» и «ок» недостойна даже оскорблений, она просто троллинг. Мисс Хортрукс, вам я ставлю «выше ожидаемого» за грамотную расстановку запятых. Дайсону, Аретруа и Ланговски соответственно «хорошо». Батлфорнт не удосуживается никакой оценки, потому что она ещё не зала мне работы на проверку, как вы прокомментируете данный факт меня не интересует, и прошу, не ищите оправдания.

Сара было подняла руку, но тут же замолчала

— Садитесь, оценка «отвратительно» ваша заслужено.

— Э–э–э... — нерешительно протянула Сара. — Ну ладно.

Преподаватель прокашлялась и начала выводить цифровым пером на цифровой доске тему урока

— Запишите это предложение и расставите в каждом слове обозначения корней, суффиксов и окончаний. «Старый вредный робот, перекрасься ты в чёрный цвет и стань такой же, как ночь, как холодная космическая тьма»

Она вывела предложение на экран электронной доски и ученики стали скрипеть ручками, записывая его и попутно вспоминая правила Русского языка. Сара записала всё в электронную тетрадь и стала думать над текстом. Расставив знаки «корень» «суффикс» и «окончание» над каждым словом

— Ты уверена, что это правильная расстановка? — поинтересовалась Джессика. — Что–то оно не сходиться, ты не заметила? Давай лучше вместе перечитаем то правило в учебнике. – они обе открыли учебник языка и стали внимательно читать про корни и суффиксы чтобы немного попрактиковаться, — и все получилось. По итогам урока им поставили «Хорошо». Правда отметив проблемы с орфографией в написании.

Они вышли из класса, и пошли на урок астрографии, неся в рюкзаках учебники, втроём выстроившись в некое подобие линии, они разговаривали о случившемся

— Надеюсь, что этого будет достаточно Хердриксу для того, чтобы руки больше не распускал. Да, кстати, классно ты его уделала.

Жанна говорила очень быстро, и все же Сара уловила смысл сказанного и заулыбалась.

— Выходит он, что то типа школьного хулигана?

— Да — раздался за спиной голос Марка, юноша их быстро догнал и шагал с ними вровень

— Ты бы мог его вразумить, Марк – вмешалась Жанна – ты ведь боксёр как–никак? — Взгляд девочек стал очень внимательным. — Можешь не сомневаться, я все о тебе знаю.

— Я ещё не боксёр, я только учусь, – начал оправдываться он и на минуту замолчал, стараясь перевести дух. И наконец снова заговорил

— Как дела. Жаннетта?

— Купила несколько книг для дополнительного чтения вроде «Современной истории магии», «Развитие и упадок Темных искусств», и «Величайшие события галактики в пятидесятом веке».

— Да ладно? Не знала, что ты прям всерьёз интересовалась магией, я тоже если что! — С энтузиазмом сказала Сара, шагая рядом с ними. Она была рада тому, что нашла кого–то, с кем может поговорить по интересам, не раскрывая своей настоящей личности.

— Ну, вот теперь будешь знать — спокойно сказала Жанна. — Если бы я была на твоём месте, я бы прочитала о магии все, что можно найти в книгах и интернете. Да, вот здорово было бы иметь свой лазерный меч, а как их интересно делают?

— Не знаю – сконфуженно сказала Сара, чувствуя себя при этом довольно мерзко. Я уже кое—что разузнала, и очень хотелось бы, что я буду в будущем магом–следователем. Похоже, это лучшая работа. Я слышала, что сам Мьюз—Хой когда–то был следователем и нашёл множество темных магов. Кстати, думаю, что стать миротворцем тоже было бы неплохо...

— Ладно, давайте лучше идти на урок – предложил Марк, глянув на часы – не хотелось бы опоздать.

И они пошли по лестнице на третий этаж, на урок биологии

— Не знаю, кем стану я, но знаю что моя... прабабушка – Сара придумывала, как бы объяснить свою заинтересованность к сверестественным вещам и при этом не раскрыть себя – была волшебницей, но с тех пор никто у нас в семье не обладал хоть каким–то паранормальным даром.

— Надеюсь, у тебя что–то будет, — прошептал ей Марк и учебник, который читал обратно в рюкзак, – Ничего, у меня тоже не сразу вышло стать лучшим бойцом школы по рукопашному бою без оружия. Тут главное начать.

— А кем были твои предки – волшебники? — спросила Жанна

— Корпус исследователей новых заклинаний, — кивнула Сара, снова погрустнев, — мама тоже хотела быть волшебницей в моем возрасте, но её не приняли. Не знаю, что будет, если я когда–нибудь попаду на какой–нибудь отдел. Неплохо было бы попасть в Археологический, но не представляю, что будет, если меня определят в целители.

— Это тот отдел, где все только и делают что изучают пробирки. Я бы умерла со скуки.

— Ага, — кивнула Джесс и замолчала. Вид у него был какой–то странный.

— Ты слышала о такой вещи как имперская гвардия? – Джессика вытащила газету – А что там, на днях случилось, слышал? «Эксперт» об этом писали, вот смотри. – Она протянула ей газету за сегодняшнее число.

В общем, кто–то пытался ограбить сверхсекретный склад.

Сара вытаращила глаза.

Попытка взлома на центральной базе Имперской Гвардии — последние новости.

Продолжается расследование взлома в ЦБ ИГ 31 августа сего года, которое, по широко распространённому мнению, являлось работой неопознанных Чёрных колдунов или ведьм.

Военнослужащие снова подчеркнули сегодня, что из хранилищ ничего не пропало. Склад, который попытались взломать, был опустошён и запечатан утром того же дня комендантом базы в присутствии военного прокурора

— «А что там было, мы вам не скажем, так что не суйте свои носы, куда вас не звали, а то как бы чего не случилось, — заявил сегодня вечером заместитель начальника генерального штаба по работе с прессой. Император поручил провести тщательную проверку всего случившегося.

— На самом деле? И что случилось с грабителями?

— Ничего. Вот почему об этом так много писали, никого не поймали, – сказал Марк – Папа говорит, что наверняка это был сильный тёмный волшебник, иначе бы ему не удалось пробраться на базу и залезть на склад оружия массового поражения, а потом выйти оттуда целым и невредимым. Но самое странное, что грабители ничего не похитили. Конечно, все боятся, что за этим стоит некий тёмный властелин, хотя он давно умер. Ведь последнего тёмного мага убил Мьюз–Хой Динн.

Сара обдумывала услышанное. Теперь, когда кто–нибудь или даже она сама упоминала тёмную магию, ему становилось немного не по себе. Наверное, так и должно быть, раз теперь он оказался в обычном мире. Но лично ей было намного удобнее знать, кто именно похищал оружие. Так или иначе, если есть тёмный властелин – есть и светлый. Логично же? И кто как не Император претендовал на звание главного светлого мага в галактике. Да и к тому же – кто будет нападать на мага?

– Ладно, пошли, урок через минуту – махнула рукой принцесса.

После урока литературы они вдвоём с Джесс шли на выход из школы, и Сара сразу почувствовала приближение неприятностей. Так и есть, она увидела, что на выходе из школы стоит тот черноволосый парень, с которым они не поладили, Франк Хердрикс. Девочки узнали его, он был в центре, — бледный мальчик с рыжими волосами и в щегольском смокинге, рядом с ним двое его приятелей – Лойс и Аледро, оба были теми ещё двоечниками и дружили с Хедриксом только потому что его отец был какой–то важной шишкой в Лос–Анжелесе. Сейчас он смотрел на выходивших из школы Сару и Джесс с заинтересованным видом.

— Это правда? — с порога спросил бледнолицый Фрэнк. — По всей школе говорят, что в этом году у нас будет учиться недо—волшебница. Значит, это ты, Батлфронт, верно?

— Верно, и что? — кивнула Сара.

— То, что тот разговор мы так и не закончили, красотка, и кстати. Если ты не забыла – я добиваюсь всего, чего хочу.

— Эй, а ну отвали от них! – рядом поспешил Марк, за ним быстро шла ещё одна девчонка, это была прямоходящая антропоморфная лошадь—единорог. выкрашенная в розовый грива заплетена в косички, длинную юбку поддерживал кожаный ремень а сверху была одета просторная майка на размер больше нужного. Сара её уже видела в классе, но не познакомилась. Жанна тоже пришла на встречу и вытащила из кармана перцовый баллончик. — Ну надо же, привет, привет, Аретруа, а вы, госпожа Хортрукс тоже здесь чисто от безделья пришли? – злоскалил Хердрикс, отстав от Сары. Он не покраснел, но на его бледных щёках появились розовые пятна от осознания что он успел нажить себе неприятность. Хулиганов было трое, но друзья были вполне себе и держались вместе, а их противники вынуждены были бы начать атаку первыми и с двух сторон

Он вроде бы хотел протянуть руку для рукопожатия, но тут же решил заломить Саре руку и использовать её в качестве живого щита. Не вышло.

Реакция принцессы не подвела её. Она в долю секунды оттолкнула его, попробовав применить заклинание воздушного толчка. Подействовало слабо и Хердрикс лишь завис на секунду но этого хватило для того чтобы Джессика ударила его в живот а Сара ударом ноги выбила дух. Все трое хулиганов расступились и вытащили из карманов оружие. Два выкидных ножика и пневматический детский пистолет.

— На твоём месте я был бы поосторожнее, Баттлфронт, — медленно произнёс он. — Если ты не будешь повежливее, то у тебя будут проблемы, а ты, Дайсон – хорош строить из себя рыцаря. Вы все тут не знаете, что для вас хорошо, а что плохо. И уж точно не понимаете с кем связались.

Марк ринулся в атаку и дал удар Лойсу в руку, тот выронил ножик. Аледро дрался одновременно с Жанной, Джесс и незнакомой единорожкой и кое–как отмахивался от них троих, когда Саре в плечо прилетела пластиковая пуля из пистолета Хердрикса. она заметила, что он готовиться к новому выстрелу и бросив рюкзак на землю, перекрикнулась к нему и резко ударила кулаком по животу. Встала, отпрыгнула и при помощи магии вырвала пистолет из руки.

— Если ты будешь общаться с отребьев вроде Томпсон и этого Дайсона, тебе же будет хуже.

— Да, лучше иди как ты домой, пока мы не позвонили в милицию, – крикнул Марк. Сара и Джесс одновременно встали в стойки для драки а Хортрукс подобрала с земли камень. Лицо Жанны стало таким же темно–бордовым, как и её волосы.

— Повтори, что ты сказал! — потребовал Марк.

— О, вы собираетесь с нами драться дальше, не так ли? – презрительно выдавил из себя Хердрикс.

—Да, если ты немедленно отсюда не свалишь, — храбро заявила Сара, хотя, если честно, голос её был куда смелее, чем она сама. Все–таки без своего лазерного меча и с самой примитивной магией, какая только бывает у них было мало шансов на победу. Хотя на их стороне все ещё был численный перевес

— О, мы вовсе не собираемся уходить, правда, парни? — усмехнулся Хердрикс, крутя в руке ещё один пневматический детский пистолет, который он вытащил из куртки и поворачиваясь к своим спутникам. — А к тому же мы проголодались, а если пошарить по карманам у вас, то там что–то да найдётся. Не так ли?

Лойс потянулся к выбитому у него из руки и валяющемуся на земле ножику когда ему в руку ударила копытом Хортрукс. Сара прыгнула на него, но, прежде чем ей удалось поймать Лойса, тот издал ужасающий крик.

На руке Лойса повисла Жанна, воткнув в неё маленькую острую булавку, вогнав её вглубь кожи. Аледро и Хердрикс попятились назад, а Лойс размахивал рукой, пытаясь вытащить булавку, когда Жанна била его сумкой по голове, и он завывал от боли. И как только Жанна и Джесс наконец разжали руки а Лойс отползал в сторону и пятился, все трое молниеносно испарились. Наверное, они подумали, что бой им не выиграть, а может, они услышали шаги, потому что через секунду в коридор заглянула профессор Владимирова.

— Что тут у вас происходит? — спросила она, глядя на детей, которые сидели на траве с побитым видом.

— Хердрикс — произнёс Марк, обращаясь к преподавателю. А потом повнимательнее присмотрелся к Саре. — Нет... не могу поверить! Не понимаю, почему...

Марк отряхнулся и помог Саре привести себя в нормальный вид.

— Ты раньше встречалась с Хердриксом? — поинтересовался Марк.

Сара рассказал об их встрече перед уроком, а профессор Владимирова спокойно сказала

— Хорошо, что вы об этом сказали. Ученики всегда должны говорить учителям правду.

— Я слышал о его семейке, — мрачным тоном начал Марк. — Они одни из тех, кто считает что деньги и статус решают все. Они говорят, что он самый лучший потому что богатый. А мой отец в это не верит. Он сказал, что отцу Хердикса не нужно было даже повода для того, чтобы плюнуть в адрес бедняка, но он дико мечтает познакомиться с кем–то из королевских кровей.

Сара подумала, как ей быть, если она раскроется – это может привести к проблемам с карьерой, молчать – придётся полагаться на саму себя и друзей. Стоп, а Император разве не рассчитывал, что она научиться рассчитывать только на саму себя?

— Мы можем вам чем–нибудь помочь? – спросила она у преподавателя.

— Вы лучше идите домой, иначе не успеете сделать уроки. Я только что видела и слышала все, что мне нужно. Он сделал достаточно для очередного наказания.

— Да, мы дрались, потому что они полезли к нам — сказала принцесса.

— Вы хороши, нечего сказать. Ещё не закончился первый учебный день, а уж попали в неприятную историю!

— Это Хердрикс, а не мы. — Марк серьёзно посмотрел на преподавателя.

— Разумеется. Я вообще–то пришла к вам просто потому, что во всех кабинетах только и говорят о случившемся здесь, и носятся по коридорам и пересказывают всё друг другу — Учительница серьёзно хмыкнула, как бы говоря, что не одобряет такого поведения.— А у вас, как вижу, все в порядке, так что для первого раза я вас прошу. Но в следующий раз чтобы без драк. Быстро по домам.

Дети проводил её удивлённым взглядом, а Сара устало выдохнула. Они стояли совсем уставшие, и лишь тихое осознание, что их классный руководитель на их стороне придавало сил.

— До завтра – попрощался Марк и помахав подругам, Сара пошла вместе с ним в сторону дома. Они шли и молча наслаждались вечерней прохладой, на синяки никто не жаловался.

— Родителям ни слова — сказал он.

— С языка снял, сама хотела попросить тебя об этом — ответила Сара и они оба засмеялись, положив руки друг другу на плечи, двое юных героев пошли домой.

***

Прошла неделя с того дня как у Сары был первый учебный день в школе, когда её снова вызвали в кремль. Вызвали в этот раз куда проще – звонком по смартфону. Этим вечером она собиралась немного подольше поработать над математикой, её самым нелюбимым предметом. Сара считала, что этот предмет бесполезен. Более того – тратить время, которое она могла бы посвятить чтению книг по магии, или общению, например, с Жанной или Джессикой, она вынуждена складывать уравнения.

Хотя ей никто не запрещал пользоваться интернетом, поэтому вместо того чтобы корпеть над учебником, она просто в наглую сидела и списывала ответы с компьютера.

Сидевший рядом с ней и читавший учебник астрографии Марк смотрел на это с неодобрением.

— Ты считаешь, что это нормально? – спросил юноша, перелистывая страницу книги и продолжая читать про какую–то древнюю войну.

— Да, в конце концов, от этого не будет никому плохо — спокойно сказала Сара, списывая с компьютера решение задачи, требующей и деления дробей, и последующего их сложения. Она не разбиралась в математике и плохо представляла себе, в чем смысл во всех этих дробях. Для неё учёба в 5 классе напоминала скуку смертную. Ей нравились такие предметы как литература например, Джессика оказалась помимо того что подругой Марка, так ещё и очень начитанной девочкой, она знала с сотню сборников стихов или прозы известных поэтов и писателей. От Пушкина до Арм,анти,туа – известного в прошлом веке лирического поэта с планеты Сардано. С Жанной тоже было интересно – она интересовалась всякой паранормальщиной и при первом уроке по естествознанию принесла учебник алхимии, таие читали Магистики. Учитель химии, господин Саксти, немолодой Птерикс отругал их за использование «Ненаучной» терминологии, по его словам вышло, что девочки занимались игрой в угадайку а не наукой. Когда она рассказала об этом Императору, то тот посоветовал послать преподавателя по одному известному месту. Шутку Сара не поняла.

— Так что, ты списала? – спросил Марк. Глядя как Сара выписывает формулы рукой на бумаге. Она уже сделала половину работы, когда на столе зазвонил её смартфон. Через секунду система автоматически воспроизвела голосовое сообщение.

— Агент Батлфронт, берите своё личное транспортное средство и подъезжайте ко мне в кремль в течение получаса. У меня есть свободное время на то, чтобы потренировать вас в практике световым мечом, – произнесла голографическая запись Императора Алымова и отключилась сама собой. Сара захлопнула учебник и тут же стала собираться, весело насвистывая.

— Теперь можно не делать уроки, у меня есть веское оправдание отлынивать, – весело сказала принцесса и моментально достала из своего стола меч. Марк аж книжку выронил.

— Отлынивать – юноша не совсем понимал её легкомысленного отношения к обучению. С одной стороны она была и благороднее его по происхождению, и имела статус агента, а к учёбе относилась наплевательски. Её не отчислят, потому что директор побиться связываться с МГБшниками, ведь тот же Ричард Филипповича производил впечатление кота, который не шутит. А уж что мог сделать с прогневавшими его людьми Император, страшно представить.

Сара быстро спустилась, прицепила к поясу лазерный меч и, сложив в школьный рюкзак бутылку с компотом пару пирожков помахала на прощание мисс Дайсон, сидевшей перед головизором и что–то смотревшей.

— Ты куда, Сара?

— На работу, в Москву – коротко объяснила принцесса и перекинув через плечо мини–сумочку достала ключи для аэромобиля. Марко быстро шагал за ней, когда она собиралась заводить машину.

— Ну, ты ведь получишь много проблем с преподавателем, я тоже получу ещё больше.

Она удивлённо уставилась на него

— А ты то за что? Ты ведь не виноват за то, что я не выучила уроки? – удивлённо сказала Сара, садясь в машину и заводя двигатель. Программа автопилота моментально проложила курс до Москвы и разогревала двигатель.

— Все преподаватели итак уже в курсе того что я твой сопровождающий, мы с тобой друзья и живём в одном доме. Скажут что я «не следил за тобой», скажут, что они оба безответственные.

— Ну и наплюй на это – с все теми же оптимизмом и лёгкостью сказала Сара, застёгиваясь в кресле безопасности. Она положила руки на поручни перед собой и нажав на кнопку взлетела. Сидя в своей машине. Транспорт оторвался от земли, он быстро набирал скорость и высоту, пролетая над городами Земли.

***

По Москве волной катились сумерки.

Сара вышла из аэромобиля возле кремлёвского дворца, её уже ждали Маргарита и Наташа

Если Нарышкина поздоровалась довольно сухо и по–деловому, то вот Маргарита улыбнулась и помахала ей рукой

— Добрый вечер, рада вас видеть – сказала Сара, выходя из машины.

— И я тоже рада, давно не виделись – сказала Маргарита. Наталья смотрела на часы и чего–то ждала, это точно был не Император, иначе бы у неё не было бы выражения недовольства.

— Где его шут носит? – вырвалось у агентессы, но не успела она отвести взгляд, как в последних лучиках солнца появился аэроцикл, ка котором верхом ехал мужчина в чёрной кожаной куртке из шкуры Кри–дракона. С намотанными на запястья цепями из очень твёрдого и прочного металла, глаза скрывали черные очки, волосы были отпущены до плеч, в ухе была серьга. Он выглядел на вид примерно и не скажешь. Не скажешь пока водитель аэроцикла не приземлиться на своём «Харлей–дэвидсоне», не выключит игравшую во встроенном в руль плеере рок—музыку и не снимет очки.

Перед дамами предстал мужчина далеко не средних лет, на вид ему было больше сорока, а по документам – все 59, голубые глаза отражали огни Москвы, левую бровь до переносицы пересекал старый шрам, который он получил на войне.

– Привет Марго, рад видеть тебя, красотка.

– Могли бы и ответить мне, дядя Аникей – выдыхая, ответил Маргарита, когда её свёкр похлопал её по плечу. Сара сразу узнала этого человека. Да это же был Аникей Сковородкин: ас, магистр ордена магистиков, талантливый охотник на террористов и один из лучших фехтовальщиков в ордене. А ещё старый друг её родителей.

— Кто тут у нас, а? — Спросил Аникей, беря на руки Сару, старый волшебник присел на корточки и приобнял её. Ощущения были странные, от него пахло машинным маслом, металлом и одеколоном. На груди она только сейчас заметила медальон в виде ястреба, пикирующего вниз. Аникей потрепал её по голове

— Рад тебя видеть, Сара, а ты выросла.

— Ну, есть немного, дядя Ани, — ответила она с улыбкой и припомнила, сколько лет назад он последний раз был в гостях у её родителей.

— Служишь отечеству? — спросил он и заметил, что у неё на поясе висит лазерный меч.

— Вам рассказал, кто или сами поняли? — она весело говорила с ним, когда он повёл её по кремлёвским коридорам. Как только они подошли, то рядом был уже и Ричард Филиппович.

— Привет, Ричи.

— И тебе доброго вечера, Ани, — кивнул Котов и жестом пригласил своего старого коллегу пройти.

Пока они шли по коридорам, Сара успела разобрать, что какой–то из политиков придумал очень маловразумительную реформу и потратил на это какие—то деньги. Деньги надо вернуть и перетратить на социальные услуги а самого политика наказать.

Как только они зашли в кабинет Его величества, то не застали самого государя, зато там была Парвати и при встрече сразу же воспользовалась случаем и поцеловала мужа в губы

— Рада видеть тебя, милый. Сейчас придёт государь – объяснила премьер–министр, листая документы. Сара уселась на диван, между Наташей и Ритой, шпионки делали вид что отдыхают а на самом деле бессловесно разговаривали, лишь шевеля губами и мысленно дополняя их телепатическими сигналами. Сара не умела читать по губам, так что пришлось додумывать. Когда вошёл Император в сопровождении Наследницы и семенивших за ним политиков то Аникей стоял в стойке, которую солдаты назвали бы положением «вольно», — ноги на ширине плеч, ступни параллельны друг другу, руки сцеплены за спиной. Он стоял так в шаге — позади и чуть левее — от кресла Императора Алымова. Шпионки встали рядом с креслом государя, по другую сторону от кучки бюрократов в смокингах и деловых костюмах.

По другую сторону стола расположилась думская делегация.

То, как они поглядывали на Аникея, Парвати и других когда входили в кабинет, то, как их взгляды до сих пор метались к от одного имперского агента к другому. Как они поглядывали на магистика, то как ни один, даже самый смелый – лидер консерваторов, не осмеливались спросить, зачем это Императору понадобились юная принцесса и волшебник на такой встрече. Сковородкину казалось, что депутаты уже догадались, зачем он здесь.

Только боялись произнести вслух.

Они всегда прекрасно понимали, на чьей стороне Орден Магистиков. Было ясно и место Сковородкина, и юной принцессы Батлфронт, которую непременно узнали.

При Императоре Российской Империи.

Аникей изучал сенаторов и тихо шепнул Саре, почти неслышно для депутатов.

— Фрондо Юлмангилус: лицо в морщинках от постоянной привычки смеяться или кричать, одежда такая серьёзная и строгая, что может оказаться вычурной, перья собраны сзади в узел на макушке, а ещё борода связана в три косички под подбородком. Его чёткая, почти механическая манера говорить заставляет забыть, что депутат — один из острейших политических умов. К тому же он ближайший друг пришедшего сюда Алена Пушарти, видного либертарианца. Представителя Сааммы, Гантера Бени—Суффитса, здесь нет, но легко представить, будто он присутствует лично.

К Тайвину Сеймериону Аникей присматривался с особым вниманием. Депутат—ящер что–то задумал, это без сомнения... что–то, о чем не желает говорить.

Ени Равватин и Арбг—дин угрозы не представляют; эти двое держатся рядышком — наверное, ищут друг у друга поддержку, — и ещё не вымолвили ни слова.

А ещё сюда пришёл депутат от Тиммворда Тарн Маул, наверное, это все его затея.

— Добрый вечер, ваше величество — начал Юлмангилус

— Я посмотрю, можно ли назвать этот вечер добрым.

— Мы пришли сюда для того, чтобы поговорить об усовершенствовании административно–правовой и судебной системы а также об влиянии религиозных организаций на светское государство, коим Россия пока что является. – начал лидер этой делегации

— Мы не пытаемся лишить вас законной власти, — говорил депутат от коммунистов Фрондо Юлмангилус. — Вот почему мы здесь. Если бы мы хотели организовать оппозицию, если бы намеревались выдать наши просьбы за требования и ультиматумы, то едва ли бы ознакомили вас с ними таким вот образом. Петицию подписали две тысячи депутатов всех уровней, ваше величество.

— А народ? Он её не подписал или просто поддержал? — спокойно сказал Император, глядя на депутатов

— Мы просим лишь, чтобы вы отдали распоряжение назначенным вами аристократам и наместникам не вмешиваться в дела Государственной Думы и чтобы вы ограничили полномочия правительства, передав часть их государственной думе, как более открытой для народа организации. Мы желаем лишь улучшить нашу страну, вернуть порядок и баланс на наши родные планеты. Несомненно, вы все это понимаете.

— Я многое понимаю, — обронил Алымов.

— Нас весьма беспокоит ваша система назначения наместников. Создаётся впечатление, будто вы специально держите одних и тех же людей на наиболее важных должностях больше, чем они того заслуживают. Мы уважаем мнение тех народов, что живут в тех секторах, но это не отменяет принципа сменяемости власти.

— Ваше беспокойство отмечено, господин Юнмангилус. Заверяю вас, что единственным намерением имперских наместников и представителей является выполнение воли народа сделать ваши планеты безопаснее и счастливее, координируя оборону и объединяя соседей в дружные союзы. Все эти должности и титулы – результат прямых итогов соответствующих референдумов.

Странное ударение, сделанное на слове «итогов», заставило Сару думать, что Алымов обращается скорее к ней, чем к представителям Думы.

— «Все, кто добивается власти, боятся её потерять», — мелькнуло в голове принцессы.

— Могу ли я расценить это так, — отвечала тем временем депутат Юлмангиус – что более не будет изменений Конституции в плане дальнейшей децентрализации государства?

— Мой дорогой депутат, а какое отношение к нашему вопросу имеет Конституция России? Я думал, мы обсуждаем вопрос назначения представителей власти в автономных регионах.

— Простите государь, но там это реально прописано, – напомнил Маул.

— Как только итоги новых думских выборов будут подведены, вот тогда и вернёмся к вопросу о Конституции и децентрализации, – вмешалась Парвати – Должна ли я напоминать, что подобные вопросы должны быть включены в тему выборов и должны быть подтверждены не только думой, но и итогами референдумов.

— А ваши губернаторы? Они тоже «подтвердиться»? – спросил Юлмангилус

— Губернаторы не мои, а выбранные думой, дума выбрана народом. Как и я между прочим. Они принадлежат России, невозмутимо поправил Алымов. — Их судьба в руках Народа, как и должно быть.

Кажется, его слова не убедили противную сторону.

— А военные ассигнования? — настаивал Юнмангилус. — Вы продолжите наращивание флота ради неизвестно чего? Вы хотя бы попробовали задуматься об том, как его применяют?

— Вы должны верить, что я поступаю правильно, — сказал Император. — Ведь в конечном счёте для этого я и был избран в 2042 и не моя вина что я прожил так долго.

Тайвин Сеймерион попробовал возразить.

— Но ведь...

— Я сказал, что поступлю правильно, — сказал Алымов, голос его совсем чуть зазвенел металлом.

Император встал, выпрямившись во весь свой высокий рост, и посмотрел на них

— И для вашего... государственного собрания... моего слова должно быть достаточно.

Тон его говорил: «когда будете выходить, не сверните себе шею на лестнице».

Юлмангилус сурово поджал губы.

— От имени государственной думы, — с трудом удерживаясь в рамках формальностей, произнёс он, — я благодарю вас, ваше величество.

— А я благодарю вас, уважаемые дамы и господа — Алымов взял со стола деку с петицией, и тихо кинул её в урну под столом с мыслями «Ну да, ну да, пошли вы все нафиг, остолопы»

***

Как только политики вышли из кабинета то оказалось, что Матрасски и пришедший сюда Собакевич смотрели на магистра Сковородкина и шедших за ним женщин с недовольством. Волшебники переглянулись и Рита тихо усмехнулась.

— Ну как, удался, попил бюджета? – обратился Аникей к Казбеку Мухамедовичу. Военный министр оскалился и развернувшись на месте впялил свой пронизывающий взгляд в магистика. Парвати остановилась и спокойно смотрела, не желая встревать в разборки мужа с её подчинёнными, Наташа нагнулась и шепнула Саре на ухо.

— А сейчас смотри и учись как нужно троллить людей, тебе полезно это видеть.

Матрасски, заметив волшебника, распушил свой серый хвост, торчавший из–под пиджака, а военный министр надвинул на лоб кокарду фуражки. Они поравнялись взглядами и началась взаимная стрельба упрёками. Первым начал Собакевич.

— Господин Сковородкин, извините, но все ваши заявления и решения – это истеричный крик и попытки навязать мнение кучки людей со свехспособностями народу. Да и на ваш орден посмотрите, где вы учите 10–летних детей убийствам. От вас очень смешно слышать обвинения в коррупции, когда вы являетесь супругом главы правительства – начал Матрасски.

Собакевич начал загибать пальцы и перечислять Аникею и Парвати их ошибки

— Во—первых, вы выдаёте законопроекты об усилении власти на местах в ущерб центру и, следовательно, всем в угоду каждого. Во вторых – придумываете откровенно либертарианские законы вроде того, когда ученики имеют право отстранять учителя от уроков за оскорбления детей, или рабочие из профсоюзов могут увольнять директора, при этом спокойно смотрите на казни своих коллег из числа депутатов. В-третьих – продвигаете на все должности, какие только есть, своих единомышленников и коллег, а всех неугодных убивает ваш ненаглядный супруг и приспешники Его Императорского величества, которые тоже ваши родственники. И при этом вы удивляетесь, когда вас называют кликой и хунтой и стабильно побеждаете на выборах. И наконец, в пятых – вы лишаете других политиков права на частную жизнь своими законами «О публичном использовании оплаты госслужащих» и «О публикации личных переписок и записей звонков госслужащих». 10 Рен–ин–Хаймов из 10 и тирания на кончиках когтей.

— Если вы считаете мнение народа пустым звуком а такую вещь как взаимную честность и открытость нарушением прав, при том, что упомянутый вами закон нужен как раз для борьбы с коррупцией и бюрократией демонстрирует всю вашу некомпетентность как политика. Хоть вы и талантливый специалист в области рекрутчина и снабжения армии. Но вы ни капли не разбираетесь в политике и прошли лишь по партийным спискам – бросила в ответ Парвати

— «А ведь тётя Парвати во многом права» – подумала Сара, когда Собакевич снова набросился на неё.

— Ну да, как же. Децентрализация достигла такого уровня, что на некоторых предприятиях или городах люди обсуждают переход к 3,5 дневной рабочей неделе в обход думы и правительства, просто приняв указ у себя на фабрике а люди годами не платят налогов. И что делает ваш государь? Он им их прощает и просто печатает ещё денег. Но как только речь идёт о бизнесе то вы, госпожа Милославская тут как тут с пистолетом.

— И да – вставил Матрасски – что смешного или хорошего в том, что некоторое ваши маги доводят людей до суицида или атрофии мозга своими проверками.

— На самом деле вы отлично даёте повод народу вас ненавидеть своими пустыми речами и высокомерием в купе с жадностью. Поэтому не удивляйтесь когда региональных чиновников под улюлюканье толпы вешают на фонарях магистики – народ относиться к вам так, как вы относитесь к нему, а у меня все ещё есть честь и я её заслужила.

— Да, честь, ещё какая — продвигать законы вроде слежки за своими коллегами и подписывать смертные приговоры за взятки целыми пачками, – буркнул Матрасски.

— Вы боитесь, правды или боитесь народного гнева. Вы который год просите Императора о неприкосновенности, но что мешает вам жить без неё? – с презрением сказал Аникей.

— То – буркнул Собакевич – что ваши прислужники с радостью будут ковыряться у меня под хвостом при первой же возможности, а вы — самая обычная опричнина из древних летописей!

— Вы будете отвечать на наши вопросы? — спросил Матрасски.

— Ваши вопросы не менялись с тех пор как мой сын пошёл в начальную школу – бросила ему в ответ Парвати. Если хотите что–то обсудить – проводите референдум.

— Хм. В тот раз когда вы передали престол родного Керма свой младшей сестре ради того чтобы баллотироваться на пост премьер–министра, вы меня в конституционный суд послали — бросил Собакевич – И почему в суд, так вам проще отказаться от вопросов осведомлённых людей и пустить пыль в глаза народа.

— При чем тут моё происхождение и моя родная планета? – Парвати сохраняла оптимизм а вот Рита держала в руке меч, но не включала. – Если вы считаете что традиции и правила моего народа расходятся с вашими представлениями об общественном строе – это сугубо ваши личные проблемы. Насильно на должность я вас не назначала, если вам не нравиться – можете уходить в отставку, но я все ещё сохраняю намерение с вами работать.

— Действительно, при чем тут тот факт что вы происходите с одной из самых богатых планет в галактике и в родстве со всеми значимыми родами и династиями, но при этом все время говорите нам о народовластии и социальной справедливости при сохранении во многих местах аристократов на руководящих постах, – упрекнул её Казбек.

— Насчёт народовластия я не соглашусь – если народ поддерживает существующий государственный строй и считает, что так ему лучше живётся – то так и должно быть. Во вторых – вы воспринимаете такие вещи как экономика и обеспеченность валюты золотом слишком всерьёз, как и размеры, и сосредоточенность власти в тех или иных руках.

— Что вы хотите от страны? Чтобы маги ушли и перестали заниматься гражданской активностью потому что кто–то считает что магия не научна, но она реальна и она работает – кипятился Аникей и едва сдерживался от того чтобы дать министру по лицу. – Пора вам признать что наша вселенная относительна и в ней возможно все при условии что вы можете допустить и доказать существование этого. Вам не нравится что молодёжь хочет творить магию вместо того чтобы идти в кадетские корпуса – ну извините, мы делаем куда больше пользы для общества и хотя–бы не стесняемся говорить с людьми на понятном им языке. Вы же блюдёте формальности и регламенты с жёсткостью протокольного робота.

Ответить Собакевичу было нечем, факты – вещь упрямая. Он замолчал и ушёл вместе с Матрасски а Сара пошла в противоположную сторону на новую тренировку со своим господином.

***

Сумеречный отель «Украина» в Москве был одновременно красив и чем–то загадочен. В окнах дворцов в кремле все ещё горел свет, а посетители отеля постепенно гасли огни в своих номерах, везде, кроме одного.

В одной из комнат отеля послышалось чихание, такое громкое и неожиданное, что спавшие за окном птицы разлетелись в панике и улетели в дождливую тьму. Потом кто–то ещё и высморкался. Усиленный окружающей тишиной звук был итак хорошо слышен, однако никто из обслуги или постояльцев на него не обратил внимания из–за поставленного в номере шумапоглотителя.

— Будьте здоровы, – послышалось в коридоре. – Ну вы и сморкаетесь, Матрасски. Где это вы так простудились? И когда? – спросил спокойный на вид ящер в чёрном костюме, сидевший в кресле. Министр Сельского хозяйства. Прямоходящий фелинойд в сером деловом костюме стоял возле окна и смотрел в ночь

— Не стоит об этом, – ответил простуженный кот, убирая в карман носовой платок, министр сельского хозяйства выглядел усталым. – Вцепилась, проклятая простуда, и держится, то отпустит, то снова схватит. Даже водка не помогает.

— Может, есть смысл сменить врача? – спросил Тайвин – Айзуру Дадли пока что не может похвастаться особыми успехами. Вот что, мне кажется...

— Давайте не будем, – вступил в разговор Уильям Теркин, тощий немолодой человек в сером френче поверх темно–синего мундира генерального прокурора, у него были серые глаза и на вид он был как будто высушенный. Он говорил с характерным затягиванием слогов. — Не для того мы съехались сюда, на Землю, в самый центр галактики.

— Но это не меняет его паршивости, этого центра!

— Этот его центр – та ещё дыра, вообще–то, – сказал Матрасски, – Самый нашпигованный агентами Котова или Флэйера уголок империи.

— Такие «уголки», – сказал Тайвин, – всегда считались и были раем для шпионов и любимым местом их встреч. А потому притягивали и контрразведку, и агентов, и всяческого рода соглядатаев и подслушиваетелей.

— Возможно, так было раньше. Но не в эпоху засилья соц,демократов и либералов якшающихся с волшебниками, которое наступило в нынешнем веке. Повторяю, мы здесь в безопасности, – заявил Сеймерион. Здесь нас никто не подслушает. Мы можем изображать из себя предпринимателей, спокойно обговорить весьма животрепещущие для нас проблемы. Для наших личных и общественных благ.

— Я уважаю все личные блага, когда они не могут быть отняты вместе с должностью, вот что! – возмутился Собакевич. – Но все же, не только ради своего личного я сюда пришёл! Меня волнует ещё и благо моего отечества. А благо отечества, уважаемые, это – крепкая и жёсткая власть! Ибо несчастьем и огромным злом для галактики стало то, что на троне веками сидит этот самодур и деспот и прикидывается словоблудием про социальные блага и мир во всей вселенной. Гнилой плод паршивой идеи о том, что власть держится на общественном согласии. Власть дерниться на жёстком порядке и строгой дисциплине, а её старательно вымарывают эти душевно больные магистики. Нет, уважаемые! На это я, Казбек Собакевич, клянусь своей жизнью, не буду взирать в бездействии!

— Не только ты не хочешь – зарычал гулко–басовитый голос Шарикова. – А что тогда говорить мне? Я, который поддержал девчонку Ламерию в восемьдесят седьмом, получил потом один хрен без масла вместо должности, лишь благодаря сделке с Компартией смог получить должность спустя 18 лет. Ведь именно по моему почину началась кампания в её поддержку! А ещё раньше что? Именно с моей помощью затравили премьер–министра Вейлориана! Ещё, будучи пресс–секретарём его величества, я помог ему сохранить его разлюбимую империю, улыбался, комплименты расточал, а в тени он давал мне чёткие приказы, что и как. Знаю, видел, как пытали некоторых путчистов а сам вынужден был молчать. А теперь что? Другая занимает место Вейлориана. Да он... просто послал меня, не говоря буквально ничего. Император Российской Империи ставит выше всех норм и приличий приблуду из левой газетёнки, а потом делает её дочурку наследницей Империи. Как вам оно? Сидит себе на троне и плюёт на все наши советы, зато грязью поливает всех несогласных.

— По счастливой случайности, – Приблуду Лазаренко отправили на тот свет, но девчонку не смогли. За что Император прирезал очень многих талантливых врачей чисто из личной мести за смерть жены, – делился своим мнением Тёркин – что сильно играет нам на руку.

— Я внимательно выслушал сообщение товарища Тёркина, – сказал Маул, – и пришёл к выводу, что из него не следует ничего, кроме того, что приблуда сдохла от неизвестных обстоятельств, а Император в гневе поубивал врачей. Если же сдохла, значит, может появиться новая, или он вырастет из своей дочурки ещё одну такую. С прошлого года она отколола столько номеров над некоторыми из нас, что можно только удивляться, как некоторое из нас живы остались! Ведь так? Да уж, ничего не скажешь, господин Сеймерион, удивили вы нас весьма, вот что! Вы и ваш агент Деадли.

— Не время сейчас об этом, товарищи. Не время отвлекаться на мелочи и комплементы. Вбивать клинья в наше единство. Мы должны быть монолитны и едины. И решительны. Ибо не имеет значения, кто там сейчас сидит в правительстве. Император, единожды безнаказанно оскорбивший и унизивший каждого из нас, будет это делать и дальше! Нет Ламерии? Поставит другого! – жёстко сказал Тайвин – Ну, так через несколько месяцев он представит нам шанс насолить ей при помощи выборов, завалив её партию Социал–либералов мы сможем начать влиять на государственную думу! Нет, клянусь свой честью, этого мы должны достичь!

— Не допустим её дальше, и все тут сказано, – чётко констатировал Собакевич – Верно говорите, товарищ Сеймерион! Алымов и его лизоблюды довели галактику до цугундера, не могут контролировать экономику. Они просто запретили инфляцию и ввели прямое назначение цен на все виды товаров, превратив экономику в калькуляцию, при этом оставив её по сути рыночной, и каждый день, который Илья просидит на Российском троне, приносит вред галактике, вот что. А ведь есть, есть более лучшие варианты государственного устройства престол возвести. Нам нужна власть без магов, тем боле магов на троне.

Послышался громкий чих, затем Матрасски трубно высморкался и сказал:

— Коммунистическая республика с меритократической системой занятия главных постов. Полагаю, что мы уже смогли привлечь вас, товарищ Сеймерион, вы... можете склонить на свою сторону остальных в партии?

— Разумеется – спокойно ответил ящер.

Самое время учредить новую власть, упразднить Империю, создать более эффективный режим. А потом – упраздним и парламент с партиями, или луче пусть всем занимается партия... Власть самых компетентных, стало быть... республиканская диктатура. – размышлял генеральный прокурор Тёркин.

— С президентом или генеральным секретарём Юлмангиусом, дорогой Уильям Тёркин. Юлманигус, который должен получить должность главы государства должен стать нашей марионеткой, либо он должен воспринимать наши решения за свои. И тогда я займу должность главы правительства, Собакевич – должность верховного главнокомандующего. Мы разделим полномочия главы государства и главнокомандующего между двумя разными лицами. Вы же, Уильям, – Главам Министерства юстиции и начальник прокуратуры одновременно, главный судья к тому же. Как вам такая идея кардинального переустройства государства?

— Она весьма интересна и перспективна, но помимо неё есть ещё ряд важных дел, – примирительно сказал простуженный Матрасски. – И их все надо будет сделать одновременно для успеха нашего дела. На сегодня же, ваша милость, товарищ Министр Связи Шариков, если у меня и есть какие–то возражения относительно товарища Юлмангилуса, так в основном потому, что это политик с завышенным самомнением, хоть и с мягким характером, гордый но очень наивный, на которого очень просто влиять будет влиять.

— Если мне будет дозволено кое–что подсказать, – сказал Тёркин, – у нас есть кое–какие данные о группе преступников, промышлявших пиратством. В случае чего мы можем пообещать им свободу в обмен на убийство Алымова. Эти кандидаты значительно лучше. Во–первых, у них более основательные причины желать смерти Императору, так и поводы для мести. Во–вторых, эти личности – отпетые мерзавцы, которых не жалко, и в случае чего мы будем не при делах.

— Именно! Мы рискуем лишь жалким тактическим бомбометом! – воскликнул Собакевич

— В случае чего – подбросим его в храм Магистиков и обвиним их в убийстве – сказал Сеймерион

— Погодите, товарищ Сеймерион. – вмешался Сергей Шариков – Сейчас не время. Уважаемые, советоваться надо о другом, вот что. Я хотел бы заметить, что Император Алымов пока ещё на троне.

— А как же, – согласился Матрасски, трубя в платок. – Правит и живёт уже 30 веков, чувствует себя прекрасно как телом, так и умом. Второе особенно не следует подвергать сомнению после того, как он вытурил из правительства пытавшихся свергнуть его Либералов и заменил их на Ламерию, его собственную карманную либералку, вместе с теми войсками, которые могли быть вам верны были заменены на верных ей магов. Тогда как же вы собираетесь осуществлять переворот, любезный товарищ Сеймерион, ежели в любой момент вас могут посадить в тюрьму по обвинению в чем угодно? Да и товарищу Собакевичу тоже, пожалуй, пора вспомнить о проверках ИСБ по любому поводу и без.

Тут прозвучал тихий шорох, дверь в комнату отеля тихо открылась и вошёл Тарн Маул, он кивком головы поздоровался с присутствующими.

— Приветствую. Неужели все собрались вместе и то, о чем некоторое из нас думали ещё с середины восьмидесятых будет высказано вслух.

— Оставь колкости при себе, Тарн Маул. И не корчи рожиц, которые только в вашем понимании делают тебя похожим на вашего нового приятеля Деадли. К тому же учтите, товарищ, что если Алымов что–то подозревает, так виной тому именно вы. Вы и Деадли. Признавайтесь, если вы хотите поймать агентов и торговать потом ими, включив это в цену свержения Алымова? Тогда нам придётся подождать, выяснить имена и адреса всех агентов, а их у него достаточно. Ведь помимо ИСБ на него работают магистики, верно? Илья четвертует вас тракторами, если хоть что–то провалиться и он выживет, вот что. Не сносить вам головы, ни тебе, ни чароделу, с которым ты связался вопреки нам!

— Никому из нас не сносить головы, Собакевич, – вставил Маул. – Надо взглянуть правде в глаза. Наше положение ничуть не лучше, чем у, например, ультраправых. Ситуация сложилась так, что все мы оказались на одной телеге.

— Но усадила нас в эту телегу именно Ламерия! Мы собирались действовать скрытно, а теперь что? Алымов и его приспешники идут за нашими агентами след в след! Агенты Хйленна и Котова разыскивают Деадли по всей империи! А нас, чтобы отделаться, Алымов сослал ряд наших сторонников на урановые шахты Грасселя

— Как раз это–то меня и радует, – проговорил Матрасски. – Этим бы я и воспользовался. Затянувшейся стагнацией экономики и недовольством администрации главой государства. Уверяю вас, некоторое в Кремле уже сыты по горлышко постоянным присутствием Динна и его магов. Армия просто пожирает ресурсы без дела, простой люд спокойно набивает брюхо и дальше носа ничего не хочет видеть, а страдают прежде всего купцы и предприниматели, ну и чиновники и бюрократы разумеется. Сам факт низвержения Императора будут приветствовать по всей Империи с огромной радостью многие наши коллеги, независимо от того, что будет дальше. А ведь вы, товарищи, руководя правительством, можем активно повлиять на ход событий, я бы так сказал, не вставая из–за своего рабочего стола. Ведь в случае успешного завершения военного переворота вас всех увенчают лаврами героев России! А в случае неудачи вы сможете выступить в качестве посланцев Провидения, сторонников свободы и открытости власти, поборников справедливости, мучеников совести народа!

— Что правда, то правда, – сказал после недолгого молчания Собакевич. – Честное слово, это правда. Вы верно рассуждаете, товарищ Матрасски.

— Алымов, – проговорил Тёркин, – окружил себя волшебниками и лизоблюдами вроде Ламерии и упивается своими талантами бессмертного мага отстраняется от народа, тем самым он накинул себе петлю на шею.

— Алымов, – сказал Сеймерион, – все ещё жив, дорогой мой товарищ. Жив и чувствует себя прекрасно. Не следует делить шкуру неубитого грабнака.

— Не следует, – поддержал Собакевич. – Сначала этого грабнака надобно убить.

Молчание в кабинете затянулось, за окном стучал дождь и бежали тучи. На улице наступила ночь.

— Итак, покушение. Смерть?

— Смерть.

— Смерть!

— Смерть главы государства. Вот единственное решение проблемы. У Алымова есть сторонники, только пока он жив. Стоит Илье Викторовичу помереть, и нас поддержат все. На нашу сторону встанет номенклатура, потому что номенклатура – это мы, а сила номенклатуры в солидарности. Нас поддержит значительная часть армии, особенно та часть офицерского корпуса, которая припомнит Илье чистки после семидневной войны и репрессии восьмидесятых–девяностых И на нашей стороне будет стратегическая инициатива.

— А насчёт на народа не бойтесь, наш народ тёмен, глуп, и им легко манипулировать, – закончил, высморкавшись, Матрасски. – Достаточно крикнуть: «Уррра!», произнести пламенную речь с трибуны Государственной думы, чуть «закрутить гайки» и перестрелять бандитов.

— Вы абсолютны правы, товарищи, – произнёс Собакевич. – Теперь я понимаю, почему вы так ратуете за бюрократию.

— Предупреждаю, – заскрипел Тёркин, – что не факт что у нас не все дело пройдёт так гладко, как нам хочется, уважаемые. Наш план предусматривает смерть Алымова. И не следует закрывать глаза на то, что у Алымова много приверженцев, в его распоряжении множество внутренних войск, у него фанатично преданная гвардия. Непросто будет пробиться сквозь ряды бойцов Кремлёвского полка, а он – уж будьте уверены – будет драться до последнего солдата.

— И здесь, – заявил Сеймерион, – нам предлагают свою помощь Теркин и Деадли. Нам не придётся осаждать кремлёвский дворец или пробиваться сквозь ряды Имперской Гвардии. Все сделает банда террористов, вооружённых тактическим бомбомётом. Да. Как вы правильно поняли, они должны быть выражены в одежды магов и стрелять в государя во время какого–нибудь парада.

— Может для начала стоит дождаться выборов и укрепить свои позиции во власти, чтобы уже оттуда наносить удар по Империи – предложил Собакевич

— Разумеется – поддержал Сеймерион

— У нас есть такие террористы? – спросил Шариков

— Есть, – сказал в пол–голоса Тёркин – Чтобы доказать, что мы полностью вам доверяем, господа, я назову этих террористов. Евгений Балгоев, которую мы держим в одной из тюрем во внешнем кольце, осуждён пару лет назад за незаконное хранение оружия. Он и его банда сгодятся.

— Где именно? – спросил удивлённый Матрасски

— Они сидят в военной тюрьме «Чёрный шпиль» на Колыме. Засекреченная и Особо укреплённая, охраняемая магистиками и ИСБ, это очень хорошая тюрьма. Но как только мы сможем тайно их вывезти и вооружить, то сможем ими манипулировать. – объяснил план Сеймерион

— А потом избавимся – хлопнул лапой об лапу Собакевич.

— Что–то не очень мне по душе такого рода работнички, – сказал Шариков, из–за явной неприязни еще более растягивая слова. – Не исключено что они нас кинут...

— Они подходят, потому что ненавидят Империю, – оборвал его Тёркин. – Они подходят как нельзя лучше, товарищ Матрасски. Балгоев будет мстить за то, что ему причинили маги, руководимые Императором и его корольками. Алымов преследовал и дал отмашку Сковородкину на уничтожение его родного города во время семидневной воны. Аникей из принципа выжигал и взрывал всех, сочувствующих пиратам и бандитам а Баргобина не было другого заработка, кроме как космического пиратства. Этот жестокий самодержец и тиран, этот чернокнижник, вместо того чтобы заботиться об развитии империи и народы, преследовал и истязал мирных граждан. За это его настигнет рука мстителя...

— Я считаю, – пробасил Собакевич, – это восхитительно.

— Я тоже так считаю, товарищи, – проскрипел Собакевич.

— Отлично! – возбуждённо рыкнул Шариков. – Да покарает рука мстителя тирана и деспота за гегемонию одной личности над галактикой! Пора сместить самодура и его иллюзионистов и передать власть самым достойным, и пусть самые достойные будут решать, кто должен им быть!

***

На следующий понедельник возобновилась работа на спецслужбы.

К 8 утра многие школьники уже начинали выходить из школы чтобы дойти, долететь и доехать до мест учебы. Однака сегодня поучиться у ученицы офицера МГБ СарыБатлфронт был вовсе не учебный день. Она еще не успела и за порог дома выйти, как на телефон девушки позвонил Котов.

— Агент. Вы должны будете отправиться в Москву, на Лубянку и встретить агента, который проведет для вас первое занятие по огневой подготовке.— начал Ричард Филлиповичч даже не поздоровавшись.

— Добрый день, дядя Ричард. Вас поняла, а кто этот агент?

— Не скажу тебе ее имя, скажу только приветствие – «Место встречи». Скажешь эту фразу моему агенту при встрече.

— Ну хоть намекните мне, как он выглядит и кто он.

— Это тебе будет вместо урока об опознании. Да, будут и такие задания. До скорого – он бросил трубку.

— И вам того же – фыркунла девушка и пошла в сторону припаркованного аэромобиля.

— Ты куда –удивился Марк, глядя как она собирается лететь.

— В Москву. Ричард Филиппович решил, что я должна учиться стрельбе, но вот с учителем похоже не повезло.

— То есть ты сама должна искать его? Девушка кивнула и заведя аэромобиль, уселась в кресло.

— Ладно, скажи девочкам, что меня сегодня не будет в школе.

—Ладно! – крикнул Марк, когда гиперзвуковой транспорт поднялся над домом и набирал скорость, развернувшись он полетел на восток и с ревом исчез в небесах.

Главный офис Министерства Государственной Безопасности на Лубянке принимал и выпускал из себя сотни всевозможных разумных существ каждую минуту. Транспортные машины со служебными номерами. Агенты спешили по своим делам и мало обрушали внимания друг на друга. На приезд Сары никто не обратил внимания. Хотя не обращать внимания на девочку в ярком белом платье и рюкзаком с учебниками на фоне многочисленных взрослых.

Выдохнув, Сара подошла на КПП и предьявив пропуск спросила.

— Скажите... —она взглянула на бэйдж – господин сержант Чугуй – поздоровалась она с молодым сержантом—рептилойдм на пропускном пункте, который пропускал всех. Каждую минуту кто—то выходил и выходиол и сержант глянул на девочку и спросол строго, по военному.

— Вам куда, мисс?

Сару конечно поразило то, что он спокойно пропускает ее, просто увидев удостоверение. Не «Девочка, что ты тут делаешь?» не «Кого ты ждешь?» а «Куда?»

— Меня никто не спрашивал? – спросила она, надеясь, что ее кто—то спрашивал и ей просто предложат пройти до кабинета, или скажут имя агента. Но видимо сержант был предупрежден об приказе. Или догадался что это один из тестов МГБ, который проходят все агенты. Он поправил фуражку и улыбнулся.

— Простите, но я не знаю, какой там должен быть пароль к отзыву.

— Вы знаете?! – изумилась Сара – как?

— Все проходят эту проверку. И да – в ней запрещено пользоваться помощью коллег?

— И что мне делать? – развела руками принцесса.

— Можешь спрашивать у каждого проходящего пароль и ждать когда получишь отзыв –сказал сержант. Она было хотела сказать что у нее куда высокое зевание, но промолчала. Последнее, что следует ей делать – манкировать своим положенем и требовать чтобы ей помогли.

— «Значит придется ломать комедию» —решила Сара и вспомнила что говорил там в качестве пароля Ричард Филиппович – «место встречи» а отзыв – «изменить нельзя».

Вот идет молодой амфибионец с папкой документов в руках и она улыбнулась ему сказав

— Место встречи.

— Не мешай, девочка –отмахнулся он ей, даже не взглянув. Не получилось с первого –попробуем со второго раза. Вот идет какая—то Зебра. Улыбнувшсь ей сара повторила пароль но реакция была недоуменной. И так продолжалось раз двадцать. Кто—то кивал, но пароль не называл. Кто—то пообешал ее отвести в детскую комнату милиции, если не угомониться а кто—то спросил, все ли у нее в порядке с головой. На часах уже был вечер и ей пора бы уже идти домой, как на пути ей встретилась девушка лет 20. Одета она была совсем не по официальному – черные кожаные сапоги до колен, облигаюшие джинсы из синтетической ткани, голубеое платье и байкерская шипованая куртка с воротником. При этом у нее были огненно—рыжие волосы и глубокие изумрудные глаза. Как будто это была студентка –хулиганка. Но это было не самым странным – странным было то, что она смотрела прямо на Сару, будто ждала ее.

— Место встречи?

— Изменить нельзя – ответила девушка и протянула руку. – давно ты меня здесь ждешь?

— Где—то часа два призналась Сара.

— Прости: за опоздание и то, что не представилась – Санни Штайн, полковник МГБ, следственный департамент. Я проведу для тебя несколько уроков по стрельбе из огнестрельного оружия. – улыбнулась Санни. Она махнула рукой и поманила за собой Сару.

— Разве мы не будем практиковаться в главном здании?

— Есть места посложнее. Как правило приходиться стрелять не там, где хочешь а где придется. А там где придется будет куда как сложнее чем в тире, с идеальным оружьем в идеальных обстоятельствах. – Санни вышла из офиса и подошла к парковке, встав возле большого хромированного гравицикла, на ручках руля висел шлем. Однако Штайн не стала сразу надевать его и садиться. Подойдя к байку, она положила ладонь на сиденье, послышался шелчок и открылся багажник под сиденьем, где она достала еше один шлем, бросив его Саре. Девчонка схватила его сразу.

— Неплохая реакция. – похвалила Санни.

— Спасибо, классная куртка и гравицикл тоже – улыбнулась в ответ Сара. В кой—то веки этикет для чего—то пригодился в жизни!

— Пожалуйста.

— Мы куда—то едем?

— Да, есть спортивный стадион «Олимпиец», возле которого есть стрелковый тир. Обычно там тренируются всякие энтузиасты и иногда –студенты. Тир вообще—то принадлежит спортивной школе, но поскольку я раньше там училась и меня знает сам директор то дал мне возможность сделать копию ключей и право доступа. К тому же там бардак, а чем сложнее условия – теим сложнее тренировка.

— А чем сложнее тренировка, тем лучше навыки – додумала Сара.

— А с соображалкой у тебя тоже порядок – Санни закрыла багажник и сев, дождалась пока Сара наденет Шлем и затем предложила девочке сесть впереди.

— А разве так можно ездить? В правилах же...

— Можно, иначе я бы не садила тебя спереди. Да и к тому же сможешь посмотреть, как водят гравицикл. Усевшись на железного коня, двое всадниц застегнули шлемы, Санни активировала антигравитатор и зажав ручку газа понеслась прочь из центра города на юго—запад. Не успела Санни и сони метров проехать как Сара стала задавать вопросы про нее.

— Ты знакома с лордом Котовым? Он меня к тебе прислал. Санни в ответ рассмеялась, не отвлекаясь при этом от того чтобы ехать по улицам вечерней Москвы.

— С моим мастером? Как же? Ну конечно я буду знакома с кошаком, который сам обучил меня всему: от езды до фехтования. Он отличный мужчина, практически как отец родной.

— А родной папа? –спросила Сара.

— Не знаю, что с ним. Ушел от мамы когда мне год был. Видете—ли, директриса школы его не интересует, ему кого побогаче подавай. Сам он был неплохим спортсменом, но в итоге попался на допиге.

— А как ты с дядей Ричардом познакомилась?

Санни заложила крутой поворот и остановилась на красном, пропуская пешеходов.

— А ты довольно любопытная, хочешь к нам, в следователи? Нам нужны такие.

Обе засмеялись и Сара честно сказала

— Ну мне интересно все, что связано со спецслужбами.

— Охотно верю – загорелся зеоленвый свет для водителей и Санни рванула с места, поднимая пыль столбом. Они мчали вперед и ветер приятно холодил Саре торс и голову, ее волосы развивались из—под шлема подобно флагу.

— Ричард Филлипович заприметил меня на мотогонках, когда я выступала в 7 классе от имени школы. Я тогда заняла первое место а после награждения была драка с одним из моих завистников, которму я накостыляла по тыкве. А потом пришел он и сказал что с такими талантами мне следует пойти в разведшколу. Ну а мама была не против, так я и стала его ученицей.

— Я...

— Я знаю, как тебя приняли, учитель рассказал. – Санни свернула во дворы и через пару поворотов остановилась перед большим серым зданием. – приехали. Само здание принадлежало спротивной школе, на входе дежурил охранник а внутри горел свет. Санни улыбнулась и достав пропуск спросила у Сары.

— Удостоверение при тебе?

— Да –принцесса показаа документ.

Пройти проверку было просто –Санни итак знали в лицо, а удостоверение Сары было встречано прохладно, как будто каждывй день агенты госбезопасности тут бывали. Хотя, если подумать –то так оно и было. Спустившись в подвал спортшколы, Саннидостала еще один ключ и открыв железную бронированную дверь прошла первой, Сара шагнула следом за ней и они обе оказались в оружейной. Тут были многочисленные стенды для оружия, на полках лежали коробочки с патронами различных калибров: 5,56; 7,62; 9мм; 10 и даже 12,7 мм боеприпасами, ну и разумеется микроядерные батарейки для боевых бластеров. Проследив за взглядом девчонки, Санни сразу ответила.

— Нет, энергооружия тут не держат. Это просто кто—то принес и оставил. Будем пользоваться кое—чем пороше. – она взяла еще один ключ и открыв оружейный шкафчик достала оттуда две металических коробки с метками фирмы «ВПК «Макаров» и еще какми—то другими записями.

— Будем практиковаться на самом простом в применении пистолете – 10—миллиметровом автоматическом, системы Отема, известного в народе как «Довод товарища начальника»

— Почему его так назвали?

— А потому что – Санни вытаскивала обе коробки и клала их на верстак. – потому что им обычно вооружали младших офицеров или особоые части , вроде ОМОНа, потому что он был мошнее многих моделей 9—го калибра, хотя на фоне того же «Пустынного ястреба» и «Степного орла» он выглядит не особо хорошо. – Сагнни явно знала об этом оружии очень много и со знанием дела раскалывала детали. Взяв две коробки пуль она достала специальный планшет.

— Ставь здесь подпись, номер табельного оружия, дату и время.

— Зачем? – искренне удивилась Сара, но планшет взяла, достала цифровое перо и начала заполнять формуляр.

— Контроль оборота оружия и боеприпасов подразумевает учет каждого –подчеркиваю –каждого оружия во вселенной. Если кто—то берт боевое оружие без спроса то ему надо надавать по рукам. Понятно. Принцесса кивнула, пропуская госпожу полковника вперед себя. Затем они прошли на стрельюише. Здесь было хоть и светло но довольно пусто. Скамейктии с одного боку, стол и стул преподавателя и столы напротив мишеней, а между мишенями и столами были тонкие красные линии лазеров, на столах для стрельбы имелись специальные коробочки с кнопками и листки бумаги. Сара сразу подошла к одному из столов и взглянув на круговую мишень без единой дырочки вставила ее в зажим, нажала на выключатьель и догдалась что делает этот прибор –он отвозит и привозит мишень, чтобы стрелки тренировались стрелять на разных дистанциях.

Сара открыла коробку и только хотела было вставить обойму в пистолет но Санни похлопала ее по плечу.

— Где ты видела, чтобы кто—то хранил заряженый пистолет? Она показала как надо вставлять патрон в обойму, затем другой, третий – повторяй за мной.

Они зарядили по обойме и хотела было Сара поднять пистолет как Санни строгим голосом сказала:

— Никогда – она телекинезом поустила руку Сары вниз и вбок –никогда, запомни раз и навсегда – не направляй оружие, даже не заряженное, даже без пули в стволе на другого

— Почему? –недоуменно посмотрела на нее Сара.

— Знаешь выражение «Правила техники безопасности написаны кровью тех, кто их нарушил»?

— Поняла, о чем вы говоритье –серезно сказала Сара.

— Давай, покажу – она подошла к ней и положив одну рку на пистолет, второй рукой показывала, какие кнопки нажимать. – Запомни, во первых –всегда держи пистолет на предохранителе, никогда не убирай его, если не собираешься стрелять. Во вторых – всегда убрай палец от курка, если не собираешься стрелять. И в третьх – всегда направляй пистолет в пол, если не намерена стрелять в мишень. Про правило «Не направляй в людей» говорить надо.

— Нет.

— Умница – Санни отпустила свою новую знакомую и сказала. Тперь держи пистолет одной левой. Ты ведь левша?

— Да, конечно. Хотя и правой неплохо владею. – сказала Сара, направив пистолет в пол, как сказали.

— Теперь берешь пистолет одной левой и поднимаешь его, целишься, жмешь на курок и опускаешь оружие. Потом сначала. И так сто подемов

— Зачем? Какой в этом смысл? – удивилась Сара.

Санни взяла один из пистолетов и встав в стойку сделала один подьем, при этом принцесса следила за тем, как жестко и твердо она держит руку.

— Ты должна держать оружие – любое оруже –мертвой хваткой. Чтобы ее выробатать, надо привыкнуть к весу оружия, как оно ошушается в твоих руках. Поэтому нужны подьемы. Но я не требую сто подряд, сделай двадцатку и отдохни, потом еще. А потом уже я вручу тебе обойму.

Примерно полчаса Сара делала подъёмы, первые десять она делала быстро и с энтузиазмом, а дальше медленее и профессиональнее. Она начинала понимать, что у оружия есть своя эстетика и свое изящество, причем как у ее меча, так и у пистолета. И она должна грамотно с ним обращаться, ведь ей хоть и дали учебные резиновые пули, но пистолет то – боевой. Наконец Санни вручила ей обойму с заряжеными резиновыми пулями. Они обе установили мишени и прицелились.

— Послушай, я в кино видела, что выдают специальные наушники для стрельбы, чтобы не оглохнуть. Нам такие дадут?

— Зачем? –удивилась Санни – ведь куда круче слушать звуки настоящих выстрелов. К тому же это закаляет твою храбрость и боевой дух. –ответила Санни, держа на мушке мишень и выстрелила в десятку. Сара тоже выстрелила – первый ушел вверх где—то под еденицу.

— Ты точно сделала все правильно? – спросила Штайн

— Да, как вы учили и только что показывали.

— Держа пистолет одной рукой. Конечно ты не справишься с отдачей. Держи его обоими руками для надежности и внимательнее целься в мишень. Сара тшательно повторяла все приказы своей новой подруги и заоджно –настаницы. Тперь пуля попала в шестерку слева снизу. Затем восьмерка. Дважды смерека. Девятка, и наконец –в яблочко. В прочем попадание было скорее случайным. Пули у Сары ложились примерно в центр, но как попало. Наконец обойма опустела и Штайн показала свой результат две девятки и дюжина десяток.

— Я тоже буду так же?

— Рано или поздно научишься всему, и этому – тоже. Уж я постараюсь – Штайн потрепала девчонку по макушке и засмеялась. – а теперь мы сложим стволы на место, и я отвезу тебя на Лубянку –там у меня есть звездолет и подброшу прямо до дома.

— Здорово, спасибо.

— Но – только в этот раз, в дальнейшем сама добираешься. Место ты уже знаешь.