Глава 10 или Где ты?

С  утра в палату вошла медсестра с какими-то медикаментами. Я не стала сопротивляться и сделала все, что от меня требовалось. Когда она собиралась уходить я задала ей вопрос, который уже очень давно засел в моей голове, и от коего я не могу избавиться в силу своей слабохарактерности:

- Девушка, подскажите, где сейчас Денис? Денис Логинов?- Эээ...- она протянула и опустила глаза, медсестра явно скрывала от меня правду - Я зайду позже.Это нечестно. Почему все что-то утаивают? Он что умер или привидением стал? От обиды на весь мир мне хотелось лить слезы и биться в истерике. Но я предпочла другую тактику.Девушка развернулась, но я успела схватить её за руку и умоляющим взглядом просила рассказать её, что с ним:- А кем вы ему вообще приходитесь? Почему я должна вам об этом рассказывать?- Я... Я... Я его девушка, мы после школы собирались пожениться - я говорила как можно увереннее, но я думаю у меня плохо получалось, все-таки актриса из меня никудышная. Мне было и смешно и приятно от своих слов. Как будто я сказала что-то, от чего мне стало так радостно на душе. Но я просто пыталась выкрутиться из ситуации. Да, просто пыталась.- Ах, раз все так...- медсестра еще немного потрепала мои нервы и все-таки решилась - Мне очень жаль милая, он в коме. Врачи говорят, что он выкарабкается, но вопрос времени. Когда? Жалко мальчика, жалко. Такой красивый. Что же с ним будет-то? Что же с вами случилось то?

- Я...Я...- это все, что в тот момент я могла вякнуть. Именно вякнуть, потому что мой мозг отказывался принимать что-то кроме той информации, которую до меня только что донесли.Кома?

Что такое кома я знала только по фильмам и книгам. Я никогда в своей жизни даже не сталкивалась с таким словом. Знаете какого это, когда ты лишь сопереживаешь вымышленным героям, а потом тебя берут и выбрасывают, как котенка, в реальную жизнь. И ты уже не имеешь ни малейшего понятия, как разбираться со всем этим дерьмом. И слезы катятся, и катятся по щекам, и вроде стыдно за свою слабость, но ты не можешь взять их и сжать в своем кулачке. Не потому что законы физики не позволяют, а потому что кулак маленький. И все твои страдания туда не поместятся."Плакать нет смысла. Слезы никому не помогут. Заруби это себе на носу"Кома это смерть? Или это сон? Что такое кооооомааа? Мне нравится тянуть это слово в свих мыслях. Как будто от этого зависит ее продолжительность.А сон долгий? Или короткий? А когда ты спишь, тебе больно? А когда просыпаешься, все ли ты помнишь? А когда ты просыпаешься...Я знаю, он проснется. Он сильный, он смелый, он умный. Если существует рай, где он скорее всего сейчас находится, то он найдет выход и оттуда.Он всегда находил выход. Он всегда был лучшим. Тяжело это признать, но это факт. Он сможет, потому что я с ним. Не рядом физически, нет. Этого и не нужно, чтобы верить.Спустя несколько часов мне опять принесли таблетки. Я машинально выпила и стала ждать отбоя. В моей голове еще днем зародился план, который я вынашивала и совершенствовала в течение суток. Пару раз заходили родители и друзья, но видя мое озадаченное лицо спешили покинуть палату. Руки все время дрожали, ведь я редко нарушала правила и уж тем более никогда не шла на такие меры. Но мысль о том, что я должна отблагодарить хоть и лежащего без сознания, но все же моего спасителя, прочно воссела в моей головушке на все оставшееся время. Сколько мне оставалось лежать в больнице, я не знала, поэтому нужно было идти к Денису прямо сегодня.Как только медсестры закончили обход, а это я узнала, сидя на корточках у приоткрытой двери, они тут же ушли по своим комнатушкам и стойкам регистрации. Единственной частью моего гениального плана, которую я не продумала, было то, что я не знала номер палаты моего Дениса. В проеме я видела, как девушка, сидящая за самой близкой ко мне стойкой регистрации, заполняла какие-то документы и журнал. Мое чутье подсказывало мне, что это тот самый журнал учета, где я по фамилии смогу найти палату пациента. Осталось только выманить оттуда медсестру.На мое счастье, судьба решила дать мне шанс. Спустя минут 20 того, как я испепеляла взглядом бедную женщину, она все-таки решила встать и куда-то уйти по своим делам. Я со всей дури кинулась к стойке и начала рассматривать журнал. В коридоре никого не было, поэтому я выполняла свою операцию, будто бы была слоном, которому доверили пойти в посудную лавку. С остервенением перелистывая листы журнала, я наконец нашла букву "Л". Послышались шаги и приглушенные разговоры. Люди были слишком близко. Я достала смартфон из кармана халата и, быстро сфотографировав две соседние страницы с фамилиями на "Ло" побежала в лестничный пролет. В палату возвращаться было нельзя-потом я бы попросту оттуда не вышла.Прошла целая вечность, пока я окончательно не убедилась, что людей поблизости нет. На фотографии я рассмотрела все внимательно, номер палаты, если мои глаза меня не подводят, 162. Я начала рассуждать логически. Номер своей палаты я, естественно, не знала. Если Денис лежит в 162, то это, скорее всего, на первом этаже. Я далеко не на первом, так как лестница вниз была достаточно длинной. Я совершенно не ориентировалась в этом здании и для меня было загадкой, есть ли тут подвал, но я все же побежала вниз по зову сердца и адреналина.Конец: скорее всего, первый этаж. Не подумав я побежала со всех ног в конец коридора, но какой-то мужчина окликнул меня. Кажется, он бежал за мной. Я ухмыльнулась и свернула в первый попавшийся поворот. Было страшно и смешно от своих действий. По всей видимости это был охранник. Человек был достаточно далеко, но я все равно слышала его топот. Мне ничего не оставалось, как забежать в первую попавшуюся комнату. Повернув еще раз, я наконец увидела длинный коридор с кучей дверей. Открыв дверь в самую первую, я, любопытства ради, решила посмотреть, куда же я забегаю. На мое удивление, это оказалась палата №162.В комнате было темно. Что-то противно пищало и шумело. Свет от уличного фонаря из окна немного освещал комнату. Конечно, зачем включать свет человеку в коме. Лучше сэкономить на нем электроэнергию.Денис лежал, наполовину голый, наполовину под простыней. Я закусила губу и пристально начала рассматривать своего одноклассника. Его густые волосы были не уложены, как обычно, это придавало ему некий шарм. Я подошла ближе. Подставила стул и села рядом с ним. Что-то потянуло меня взять его за руку. Несмотря ни что, она была очень теплой и родной. Я смотрела на мальчика, такого же как все мальчика, но видела его по-особенному. Как будто мне дали другие глаза и теперь я вижу сильного мужчину, с которым не страшно умирать, ведь он до последнего будет защищать слабого.- Мы с тобой в одной больнице, будто в одной лодке - я пыталась улыбнуться, но слезы, опять предательские слезы, все равно капали на наши сплетенные руки.- Я так хотела быть сильной, но я опять сдалась. А вообще-то ты ничего не видишь и не слышишь, значит я могу плакать над твоим безупречным телом сколько хочу.Я смотрела на Дениса словно зачарованная. Я должна сказать кое-что еще, но слова с трудом даются мне. Какое-то дикое отчуждение, будто это не я сейчас держу за руку своего ненавистника и не я сейчас переживаю за него больше, чем за всю свою жизнь.- Спасибо- я прошептала это как можно тише. Мне казалось, что если я начну громче говорить, то меня просто порвет на части от боли. От внутренней боли. Будто в мои органы впились кости. Ребра стискивали все внутри, я не могла дышать, но это было лишь на уровне ощущений - Спасибо за то, что не дал умереть. Прости... за все, за глупые... мысли, за вражду. Прости.... Вернись, ты нужен нам здесь... Вернись в любом облике, вернись к нам, ко мне...Я просидела с ним полночи. Спать не хотелось, я просто сидела и говорила с Денисом. Вообще-то больше сама с собой, но я знала, что он должен что-то слышать. Если не верить в это, то все надежды на чудо напрасны.Мы, то-есть я и незримо присутствующий Ден, вспоминали наши детские шалости. Как вместе клали кнопки на стулья учителям, рисовали на партах, вместе переходили из класса в класс. Наши подростковые проблемы и влюбленности, зачастую безответные, как моя к Денису в 5 и Дениса ко мне в 8 классе.Ведь мы сейчас всего лишь подростки. Что такое 16-17 лет? Мы немного выросшие дети, но мы еще совсем не набрались опыта. Мы хотим безграничной самостоятельности, но иногда она доводит до ужасных последствий.Все это грело мне душу, вместе с горячими дорожками на щеках, которые не переставали бежать.Когда я прокралась "как мышка" в свою палату, задев какую-то вазу с огромным цветком, похожим на фикус, я тут же рухнула на кровать и уснула.На следующий день меня разбудила медсестра со своими дурацкими таблетками. Моя голова ужасно болела, будто ее раскололи на две части, но несмотря на это, я поднялась и выпила все, что требовалось. Когда в палате я осталась одна, ощутила, что здесь есть кто-то еще. Я оглянулась. Никого не было. Вдруг голос непонятно откуда. Знакомый до боли, такой красивый голос одноклассника:- Значит ты все-таки считаешь мое тело безупречным?- Где ты?- крикнула я.