Глава 23

Я знаю, что глава получилась маленькой. Поэтому я не пишу через силу. Возможно, потом соединю ее с частью следующей главы. Спасибо, что ждали ❤️

Эмили очнулась на холодном каменном полу. С трудом открыв глаза, она поняла, что находится в незнакомом помещении. События, происходящие с ней до телепортации, были размытыми, неуловимыми, от чего голова шла кругом и немного болела. Здесь, должно быть, сказалось и неудачное приземление на твёрдую поверхность.

      Девушка оперлась руками, приподнимаясь. Всё тело неприятно покалывало — видимо, она пролежала так какое-то время, час или больше, и это смущало. В пустой комнате стоял холод и тишина. Казалось, что даже дыхание Эванс отражается эхом от тускло освещаемых стен. Здесь не было ничего, даже источника того самого света.

   — Адам? — Студентка постепенно приходила в себя. — И снова я влипла... — мрачно усмехнувшись, прокомментировала она. И чем ей придётся платить за очередную глупость, после того, как она оставила за собой ни с чем не сравнимый гнев Люцифера?

      Дождавшись, когда все неприятные ощущения стихнут, девушка встала. Неужели это была ловушка, и она так глупо повелась? После всех тех несбывшихся надежд и разбитых желаний она доверилась очередному незнакомцу, а теперь находится в месте, в котором не найдётся даже лазейки для маленькой мышки.

      — Прости за ожидание, — внезапно послышался голос позади. — Я принёс тебе еды. Вы, люди, такие смешные... слабеете, если долго не запихиваете в себя всякую дрянь.

      Эмили вздрогнула от испуга. Пристрастие парня появляться из ниоткуда не особо её привлекало. Она обернулась. Навстречу ей тянулись руки, в которых находился бумажный свёрток. Адам выглядел весьма дружелюбно, видимо старался не вызывать недоверия.

      — Ты обещал мне что-то рассказать, — нахмурилась девушка. Она пребывала в растерянности. Недавно это существо пыталось её убить. Теперь же собирается подкармливать, как подобранную на улице зверушку. Даже страх, снова желавший захватить её сознание, махнул рукой. Она всего лишь человек, наконец начинающий понимать, что его судьба уже давно находится в чужой власти.

      — Я... не знаю, с чего начать. Поэтому на, лопай, набирайся сил. Можешь даже присесть... — по-доброму рассмеялся полудемон. Он молча опустился на пол, скрещивая ноги. Эмили повторила за ним. В свёртке оказалось несколько ароматных бутербродов, и, недолго думая, девушка принялась преуменьшать их количество.

      — Я думаю, это ранит тебя... Убьёт... Если все твои чувства ещё не сгорели после жизни с этим монстром, и ты спокойно проглотишь мою новость. Даже не знаю, что из этого может быть хуже.

      — Скажи прямо, как есть. Посмотрим, что из этого выйдет. И, кстати, спасибо.

      Они встретились взглядами.

      — Люцифер не рассказывал про тебя, — неожиданно для себя начала Эмили. — Почему?

      — Я же сказал, что не из тех сыновей, которыми гордятся, — он криво улыбнулся. — Я его единственный ребенок. И с ранних лет я пошёл против него.

      — И что же ты сделал? — девушка почти закончила перекус.

      — Что я сделал? — с любопытством переспросил юноша. Он не знал, что с Эванс будет так тяжело объясняться, так как не был уверен в том, что стоит ей рассказывать, а что держать при себе. — Всего-то лишился матери.

      — Он ничего про неё не рассказывал... как и вообще про своих женщин.

      — Не знаю, удивлю ли, но ты вторая, протянувшая с ним так долго. А первую... он убил! — с ненавистью воскликнул Адам.  — Я был совсем мал, когда это произошло. После этого я долго жил с ним: обучался магии, был хорошим сыном, но за его спиной искал способ убить Сатану. Однако я... полудемон. И до сих пор не уверен, что смогу померяться с ним силой.

      — Полудемон? —  Эмили вдруг стала интересна история её собеседника.

      — Моя мать была человеком. Ведьмой, если быть точным. А если ещё конкретнее, то она училась у Люцифера, и затем стала учителем для меня. — Адам выдержал недолгую паузу. — Мама говорила перед смертью, что чувствует некое зло. Она предвещала страшное событие, и передала мне свои силы, чтобы я смог защитить себя. Но я решил использовать силу по-другому. Более-менее окрепнув, я попытался убить отца и был осмеян его же свитой. После этого я ушёл. Искал других демонов, у которых мог бы учиться. У дьявола, знаешь ли, очень много ненавистников. Я учился, тренировался сутками, но ничего не помогало найти тот источник, который смог бы поравнять меня с этим чудовищем. Я стал озлобленным. Начал беспорядки...

      — Ты натворил что-то плохое? — задавая этот вопрос, Эванс, конечно же, не сомневалась в ответе.

      — Я начал убивать людей, — кивнул Адам. — Всех, кого видел на своём пути. И отцу это сильно не понравилось.

      — Разве Люцифер не должен был тебя поощрять?

      — Нет, — он отрицательно помотал головой. Вопрос смертной его позабавил. Она совершенно ничего не знала о мире демонов, и юноша посчитал, что в этом была вина лишь его отца. Чем ограничивать девчонку, лучше бы учил её уму разуму. — Его прямая обязанность держать баланс между жизнью и смертью. Можешь представить, насколько ответственной может быть такая работа? И я ему всё подпортил. Меня искали, а после того, как нашли, отправили на суд пандемониума. Несколько тысячелетий я должен был гнить в Аду, но как видишь... я смог сбежать. Такой вот незатейливый рассказ,  — голубоглазый развёл руками.

      — Я как-то слышала это слово... пандемониум, — задумчиво начала студентка. — Мне было интересно, но спросить у кого-то я так и не решилась.

      — Это сборище... — с ядом начал Адам, но взял себя в руки, — демонов  и прочей нечисти в окружении моего отца. Такой же суд был и над моей матерью. Решение обычно принимает сам владыка, а все эти мелкие крысы возбуждённо его поддерживают.

      — И как же тебя не нашли до сих пор, если один раз уже смогли поймать?

      — Я много занимался магией, Эмили. И научился скрываться с её помощью. Узнав о тебе, я решил... что убью. Но пока набирался смелости, наделал много ошибок.

      Теперь полудемон колебался. Впервые за долгое время он нашёл себе собеседника, по иронии судьбы в лице своего врага, но то, что произошло в его жизни дальше, Эмили могла не понять, а создавать проблему сейчас, когда уже так много сделано, было бы глупейшей на свете ошибкой. Когда Адам был в комнате возлюбленной отца, он заметил в рамке на столе студенческое фото. На нём изображались многие лица, но парня заинтересовало лишь одно... Юнис. Он понял, что Эванс скорее всего знала её.

      «Мир действительно тесен», — тогда подумал он.

      — Юнис Лэрд... — тихо произнёс он имя, в его интонации проскальзывала сильнейшая горечь. — Вы были знакомы? — На лице Эмили он прочитал удивление.

      — Да. Откуда ты её знаешь?

      — Однажды я спас её от смерти, — кратко ответил Адам. Повисло чудовищное молчание. Новая рана болела до сих пор, и он боялся поддаться эмоциям, показаться слабым перед этой смертной. Да, он рассказывал ей свою историю, но это не означало окончательное доверие.

      — Что с ней случилось? — тревожно задала Эванс очередной вопрос. И что он мог ответить? Впервые ему было так стыдно за убийство — он обернул против самого себя свою же силу, будто тем самым судьба отомстила за всех тех, кому до этого полудемон причин столько страданий.

      — Я так был занят тем, чтобы причинить отцу вред, что не заметил, как земля начала уходить у меня из-под ног... Я будто бы спятил. Решил убить в себе всё человеческое, и... я убил её.

      Глаза студентки широко распахнулись. Несмотря на то, что события в жизни Эванс набирали стремительные обороты, она помнила, что виделась с Лэрд совсем недавно и в сказанное Адамом совершенно отказывалась верить.

      — Так это ты?! Ты отец ребёнка? — вскочила девушка, сжимая кулаки. — Какого чёрта ты наделал? Как ты мог так поступить с ней?! Ублюдок!      Адам схватил Эмили за руки, яростно одёргивая.

      — Приди в себя! Какого ещё ребёнка? — на его лице отражалось полное непонимание.

      Из глаз собеседницы стекали крупные слёзы. Она смотрела сквозь парня, оттягивая скованные длинными пальцами руки, твердя лишь то, что всё услышанное — ложь. Собравшись с мыслями, юноша прошептал заклинание на древнем языке. В следующее мгновение Эванс оставила яростные попытки вырваться из его хватки.

      — Когда... — судорожно вздохнула она. — Когда мы виделись в последний раз, она сказала, что ждёт ребёнка от какого-то Адама. — Руки полудемона ослабли, и девушка сумела вырваться. — Ты... вы со своим папашей друг друга стоите. Я ненавижу вас обоих! — ненавистно выкрикнула она. Адам не видел в ней страха, лишь жгучую боль утраты.

      — Что ж... я заслужил твою ненависть, Эмили.

      Адам рухнул на  пол, держась за голову. Почему Юнис ничего ему не сказала? Ответ, конечно же, лежал на поверхности. Он был тем ещё ублюдком рядом с ней. Хотела ли она избавиться от чада? Или же решила оставить несмотря ни на что? Задавать эти вопросы Эванс было бы крайне глупо, учитывая её состояние. Ненависть вспыхнула в юноше новыми красками. Он делал ошибки, поднимался и падал, но ничто не могло сравниться по силе с тем, что он погубил не просто любимую девушку... он отнял жизнь у матери своего будущего ребёнка. Полудемон прикусил кулак, его плечи судорожно тряслись. С каждым мигом он понимал всё лучше, что раз и навсегда потерял, кажется, свой единственный шанс на нормальную жизнь. Зачем он послушал своего товарища демона? Зачем позволил себе быть пешкой? Его хотели отгородить от той ошибки, которую дважды совершал его отец — ему не позволили водиться со смертной. Все вокруг только и ждали, когда глупый сынок Дьявола в очередной раз соберётся скинуть его с трона.

      — Эмили... — тихо позвал он и получил от девушки звонкую пощечину.

      — Она была такой же, как я... Мы не были близкими подругами, но понимали друг друга и поддерживали. Ты лишил меня, пожалуй, единственного человека, которому я могла бы довериться...

      Голубоглазый схватил девушку за плечи, слегка сжимая. Он не хотел причинять боль кому-то ещё. Заглянув ей в глаза, он начал говорить:

      — Я не знал... о ребёнке. Я не знал ничего. Не понимал, как сильно Юнис нуждалась во мне. И я знаю, что мне нет никаких оправданий. Я буду ненавидеть себя до конца своих дней... Я сожалею, что не могу обернуть время вспять. Я знаю, что ты мне поверишь, Эванс. Позволь помочь хотя бы тебе. Показать тебе правду. — Адам выдержал паузу, ожидая, когда студентка поднимет на него взгляд. — У меня есть способность — видеть отрезки из прошлого и иногда даже будущего. Всё, что тебе нужно, не отрываясь смотреть мне в глаза. И верить.

      Девушка молча кивнула в ответ.

      Адам сделал глубокий вдох:

      — Я видел, как твой отец... подписал контракт с Люцифером. — Адам отпустил хрупкие плечи и сделал шаг назад. — Я уверен, что этот контракт был связан с тобой.

      — Этого не может быть, — её голос охрип. — Даже если папа обратился к нему... нет, я не могу поверить даже в это. Он любил меня и сестру, никогда бы не сделал нам зла.

      — Ты можешь спросить у Люцифера напрямую. Теперь он скажет тебе правду.

      — Такого не может быть! — по её щекам покатились слезы. Она не помнила, когда ещё столько плакала. — Мои родители не предали бы меня!

      — Ты всегда можешь спросить...

      — Отведи меня к нему! — она оборвала фразу парня. — Верни меня обратно в дом!      — Нет, — он помотал головой. — Прости, но для меня это слишком опасно.

      — Ты трус!

      — Я трус, да. Я уже много столетий убегаю, поджав хвост. Но сейчас я впервые понимаю, как не хочу подвергать опасности своё жалкое существование. И ты такая же трусиха, Эванс, вдобавок ещё и глупая. Хочешь вернуться туда, но при этом знаешь, насколько Он зол. Я дам тебе выбор... Сбежать или попасть прямиком в Ад.

      Эмили готова была порвать гадёныша на части, но его слова ненадолго погасили её пыл.

      — Что? Но почему?

      — Это ловушка. Для меня. И для тебя. Я могу открыть портал в любое место, которое пожелаешь. Смертным опасно ходить такими дорогами в одиночку, но как я уже сказал, одну из дорог я точно не разделю вместе с тобой.

      — Ты жалок. Слаб и никчёмен, — прошипела девушка. Она не понимала, зачем оказалась здесь. Ведь ради такого короткого рассказала он мог не забирать её. Мог рассказать всё прямо там, в доме. — Поплакался в моё плечо. Но при этом боишься раскрывать все карты. Боишься, что папочка возненавидит тебя ещё больше, если я узнаю, что связывало его с моим отцом из чужих уст.

      — Не пытайся меня разозлить. Слишком дешёвый способ поймать на крючок. Я собираюсь покинуть эту страну, а может даже и мир. Я выбрал свою дорогу. Теперь ты выбирай свою.

      — Я встречусь с Люцифером в Аду, — уверенно ответила девушка.

      — Мне жаль, что ты так глупа, Эванс. Прошло столько времени, а ты всё ещё идёшь в его лапы при любом удобном случае... — вздохнув, юноша коротко взмахнул рукой.