глава XXII: огненные клыки.

Догдэй не знал, где проходит граница между ненавистью и зависимостью.

Кэтнэп был его кошмаром.

его тюремщиком.

его пыткой.

но теперь он стал ещё чем-то большим.

теплом, от которого хотелось бежать, но в котором так сладко сгорать.

Кэтнэп наблюдал за ним, ухмыляясь.

он видел, как в глазах пса пылал огонь.

бунтарство.

вожделение.

— а ты всё ещё хочешь сопротивляться? — прошептал он, скользя когтями по груди Догдэя.

— да, — голос Догдэя был хриплым, но уверенным.

Кэтнэп рассмеялся.

— превосходно. это делает всё ещё интереснее.

и он снова впился в его губы, сминая, кусая, оставляя следы.

Догдэй рванулся вперёд, их клыки столкнулись.

но на этот раз он не отталкивал.

он отвечал.

причем жадно.

яростно.

почти отчаянно.