Часть пятнадцатая, или "Пять дней""

  — Романова, вот где твою сестру носит, — незнакомый парень вывел меня из раздумий, — Надоело столько на улице торчать!

За весь этот чертов час — что я торчу на улице — я слышала уже во второй раз, этот возмущенный голос. Я предпочла просто игнорировать его, только вот обнимающая меня девушка, не отличалась особой терпеливостью.

— Лавров, заткнись и терпи, ты не один такой, мы все тут мерзнем, — Дарина продолжила свои попытки согреться, в то время как парень предпочел дальше возмущаться, только на этот раз тише.

Школьный двор переполнен учениками, все шумят, занимаясь своими делами, хотя и слишком рано для начала учебного дня. Прошел час с того времени, как в моей голове родился вопрос: зачем я тут торчу и кто меня тянул за язык просить Василису брать меня на экскурсию? Конечно же, я не могла свыкнуться с мыслью, что Кирилл и моя сестра почти пять дней проведут вместе, но ведь из-за этой глупой ревности мне теперь приходится мерзнуть на улице.

Вот сидела бы дома и даже бы не думала о том, как меня Дарина проклинает, сидя на холоде.

— Черт, — проговорила Дарина, все сильнее прижимая меня к себе, — вот зачем в такую рань в школу переться, словно нам и в школьные дни удается отоспаться. Думала, хоть сегодня смогу отдохнуть утром, но нет же, они и этот день смогли испоганить.

— В этом им таланта не занимать...

— Блин, я с собой мало теплой одежды взяла, говорили ведь, что погода будет отличной. Конечно, поэтому у меня зубы стучат, от радости, наверное! — не унималась подруга.

Интересно, где Кирилла носит, за все время я ни одного раза его тут не заметила. Что происходит?

Я осматриваюсь вокруг, надеясь найти знакомую макушку. Но его я не увидела, только ворчливые подростки и пару служащих. Я начинаю волноваться. Я думала, что эта экскурсия будет моим шансом побыть с Кириллом наедине, ведь с того времени, что мы начали встречаться, прошла уже неделя, а его я видела только мельком в школьных коридорах и то он на меня не обращал внимания.

— Надеюсь, нас после стольких мучений не заведут в какую-то глушь, ибо я совсем разочаруюсь в наших учителях, — голос Дарины вибрирует прямо над моим ухом, а ее горячее дыхание щекочет мою кожу.

— Если они не пошевелят своими задницами, то я точно не выдержу и натворю что-то, чертова эк...

— Романова, хвалю твой позитивный настрой, а этому восторгу можно только позавидовать, — низкий голос звучит рядом, я подпрыгиваю на месте от неожиданности.

Медленно поворачиваюсь на знакомый голос, Кирилл смотрит на меня и ухмыляется. Эта знакомая насмешливая улыбка, которую я так ненавидела, каждый раз видя ее на его красивом лице.

Вот мы наконец-то и встретились...

Тепло, исходящее от него, такое знакомое, он так и манит подойти к нему и обнять. Я вдыхаю его аромат, по которому уже успела соскучиться. Этот до боли знакомый запах: одеколон и гель для душа, смешанные с его естественным запахом. Я узнаю его из тысячи, даже будучи слепой. Подавляю в себе желание прижать к себе, если я не возьму верх над эмоциями, то точно что-то натворю. Он такой близкий. Манящий. Делаю вдох, надевая маску безразличия, с которой все привыкли меня видеть перед ним. Не хочу, чтобы кто-то заметил эти изменения между нами. Для всех я — ученица, он — учитель.

— А нечего было нас оставлять на таком холоде, — фыркнула я, не отводя от него взгляда.

Он улыбается мне и пристально смотрит с высоты своего роста, из-за этой разницы между нами я чувствую себя ребенком, таким же маленьким и беззащитным.

Так, сердечко, миленькое, прекрати так биться, тебя же все слышат...

— Кирилл Александрович, не хорошо заставлять своих любимых учениц мерзнуть на улице, ведь так, Агата? — нагло произнесла Дарина, толкнув меня в бок.

Мне захотелось стукнуть ей чем-нибудь по голове, ведь может тогда она начнет думать, перед тем как начать говорить. Учитель не меняется в лице, продолжая свои гляделки со мной.

— Иногда полезно немного померзнуть, но в этом случае я отвечаю за ваше здоровье, — Кирилл умело раздевает свою курку и накрывает ею нас. — Потерпите, пока мы не наладим проблемы с автобусом, потом вы согреетесь в машине.

Кирилл бросает еще один взгляд в мою сторону и затем уходит, оставляя за собой только куртку. Он ведь может простыть, ну вот чем он только думает? Я прижимаю куртку сильнее, наслаждаясь ее теплотой. Она полностью пропитана им.

— Агата, ты чет притихла, я думала, что начнешь на него снова наезжать, мол, не нужны мне ваши подачки, несите свою курку сами. Ну, твои обычные слова, которые ты используешь в разговоре с Кириллом, — Дарина не отрывает от меня взгляда, чувство такое, что она о чем-то догадывается.

Ну, или скоро догадается.

— Мне слишком холодно, чтобы не принимать такую вещь, даже если эта вещь Кирилла Александровича, — голос звучит спокойно, хотя внутри все наоборот — там настоящий ураган.

— Что-то ты стала слишком молчаливой в последнее время.

Сзади нас звучит шумный гул автомобиля. Мы в унисон поворачиваемся, натыкаясь взглядом на больших размеров автобус.

— Ну, наконец-то... — пробормотала Дарина, и мы разом облегченно вздохнули от осознания того, что скоро окажемся в тепле.

Она подняла свои вещи с земли, попутно встряхивая.

— Так, Агата, дергай своей аппетитной задницей, пока Малинова со своей подругой не заняли наши места.

— Словно тебя останавливает что-то убрать их с наших мест, — спокойно заметила я, на что Дарина коварно ухмыльнулась.

— Я бы с радостью с ними поцапалась, но как-то перед твоей сестрой и Кирюшей не хочется, — пока она заканчивала свое предложение, мы поднялись в салон автомобиля, где все уже подобрали свои места.

Никто не добрался до наших мест. Как я и думала, ни у кого не возникало желания ссорится с Дариной. Особенно после того случая, когда она чуть ли не сожгла волосы девушке, которая не хотела вставать с ее любимого стула. Да, моя подруга немного со сдвигами, но кто идеален?

Я иду к своему месту, где меня уже поджидала Дарина, а рядом с ней — Саша. Ставлю свою сумку на верхнюю полку и лениво сажусь на свое место у окна.

— Привет-привет, — с улыбкой сказал Саша, на что я лишь помахала рукой.

— Слушай, Саш, это правда, что ты только что мне рассказал, — девушка подозрительно уставилась на парня, который довольно кивал головой.

— Что я пропустила? — спокойно поинтересовалась я.

— Саша смог достать выпивку и без проблем принес сюда, в автобус, — Саша вытаскивает сумку и дергает за молнию.

Из сумки торчат разные бутылки с жидкостью в ней. Но все ведут к тому же исходу — пьянство.

— Если Марков узнает, точно меня прибьет, у него что-то в последнее время настроение плохое, — Саша закрыл сумку и положил назад, на верхнюю полку.

— Ты что-то путаешь, он добрее стал, несколько дней назад даже нам контрольную отменил, — спокойно заявила Дарина. — Может, у него новая пассия появилась, вот и успокоился.

Я закатила глаза. Если бы она знала, что его новая «пассия» — ее подруга, вот бы истерика началась. В первую очередь из-за того, что я скрывала это от нее, а уж потом из-за того, что мой долгожданный парень — наш учитель.

— Мне кажется, что у него явный недотрах, с той дискотеки у него словно на меня зуб появился, — буркнул Саша, расслабленно уткнувшись на спинку сидения.

— Наверное, ты неправильно его понял, он всегда двусмысленно говорит, — выпалила я, будучи занята своими мыслями.

Дарина в изумлении уставилась на меня, словно я только что сказала, что увидела Иисуса.

— Агата, ты здорова? Что-то ты сама на себя непохожа, с чего вдруг ты стала защищать Кирилла Александровича? — девушка уставилась на меня, как и Саша.

Черт-черт-черт! Агата, ты совсем не думаешь, прежде чем говорить!

— Эм, просто он стал нормальным в последнее время, больше не раздражает, — неуверенно пробормотала я первое, что попало на ум. — Мне на него фиолетово, лучше о нем больше не говорить.

Дарина не стала продолжать эту тему и повернулась к Саше, чтобы обговорить планы на будущие выходные. Я взглянула в сторону Кирилла, дабы убедиться, что у него все хорошо и моя сестра ничего не творит. Они мило говорят, Кирилл что-то ей рассказывает, увлеченный, а она не отрывает от него взгляда. Если бы я не являлась его девушкой, то точно бы подумала, что они вместе. Надо продержатся еще немного, потом мы сможем нормально поговорить.

Я шумно выдыхаю воздух из легких и скучающие устремляю взгляд в окно.

— Хей, Романова, а где твоя мамочка? — противный голос Малиновой возник из ниоткуда. Она села на переднее сидение и нагло повернулась лицом к нам.

Мне и так проблем хватало, а теперь тут и она появилась. Ну вот что за ирония такая?!

— Тебя это не должно волновать, — спокойно произнесла я, не отрывая взгляда от дороги.

— Ой, ой, мне стало интересно, как же это Агата без своей мамули-учительницы ходит? — язвительно выдала девушка, делая глоток из своего напитка.

— Юлия, иди на свое место, Агате не интересно слушать, как ты опять начнешь жаловаться на свои оценки, надо было учиться, а не покупать оценки у учителей, — Дарина выпрямилась и невозмутимо взглянула на нашу «отличницу».

— А ты вообще не встревай в наш разговор, — она снова высокомерно взглянула на меня. — Что-то у вас странная семейка: все в учителя подаются, — значит, и ты собираешься. Мне просто интересно, смогу ли я своих детей в эту школу отправлять, а то я немного волнуюсь, если моих детей будет учить ваша семейка.

— Малинова, лучше прекрати, тебя это до добра не доведет, — встрял Саша, в то время как я пыталась держать в себя в руках и не превратить эту блондинку в лысую тварь.

— Ой, защитничек нашелся, лучше не показывать так явно, что ты хочешь с Романовой замутить, — не унималась она, еще больше зля меня. — Кстати, я тут подумываю пожаловаться директору за дискриминацию со стороны учительницы литературы, она совсем меня не ценит. Мой папа хорошо дружит с директором, он с этим сразу разберется.

Вдох — выдох. Агата, держи себя в руках, не поддавайся на ее пустую болтовню, будь спокойной.

— Я вообще не понимаю, почему тебя учителя так ценят, ты же настоящая дура, — Малинова начала тихо смеяться над своими же словами. — Наверное, мамочка постаралась так?

Я сжала до боли руки в кулак. Стараюсь пропускать ее ложь мимо себя. Но, черт возьми, почему я должна это терпеть это? Это она пустышка, а не я!

Встаю на ноги, готовясь со всей силы врезать этой мымре по морде, как вдруг машина дергается в сторону и мы едва не падаем. Малинова обливает на себя всю жидкость из своей бутылки. Теперь на ее одежде красуется огромное белое пятно от йогурта.

Я едва не смеюсь в голос. Есть же на свете справедливость!

— Ах ты ж тварь, хватит на меня смотреть, — Юлия выглядит раздраженной и злой, она пытается вытереть рукой пятно, но оно уже впиталось. — Я расскажу твоей сестренке о твоей выходке, ты пож...

— Что у вас случилось?

Знакомый голос звучит сзади Малиновой, и мы все разом поворачиваемся на голос. Кирилл стоит, скрестив руки, и внимательно осматривает Юлию.

— Эта, — она указывает на меня пальцем, — пролила на меня мой йогурт, смотрите на мою одежду, теперь она вся липкая.

Вот же!.. Теперь Кирилл будет думать, что я корень всего зла в нашей школе. На ее слова все всегда ведутся, и всегда я виновата, даже если это не так. Теперь и он на нее поведется.

— Мы скоро сделаем остановку, и ты сменишь свою одежду, — спокойно заявил Кирилл и взглянул на меня. — И еще, Юлия, лучше бы не врать, не заметишь, как люди вокруг обернутся против тебя. Не надо обвинять Агату в том, что она не делала.

Все уставились на удаляющегося Кирилла. Я не могу еще осмыслить то, что он только что сделал — он не повелся на вранье Юли, он защитил меня?! Я едва сдерживаю глупую улыбку, которая так и рвется наружу. Он был на моей стороне, он заткнул Юлию, черт возьми, Малинову!

— Да идите вы все! — махнула она рукой, раздраженно фыркнув. Теперь она больше к нам не приблизится.

— Вот это да, теперь я буду уважать Кирюшу еще больше, он — мужик, — восторженно произнесла Дарина, пока я приходила в себя и успокаивала свое сердце.

— Ага... — тихо произнесла я, смотря в его сторону.

***

Как только мы приехали, нас сразу же разместили по домикам. К счастью, я уговорила сестру записать меня с Дариной в одной комнате, что и случилось. Мы дружно ставим свои вещи в шкаф. Через час нас должны собрать на проверку, а пока я должна любым способом увидеться с Кириллом.

Дарина лениво расставляет свои принадлежности на тумбочке, и пока она занята, я могу спокойно выйти.

— Я ненадолго выйду, если что, я сразу пойду на проверку, — произнесла я, пока шла к двери.

— Окей.

Берусь за ручку двери, ловко поворачиваю ее и выхожу на улицу. Погода прекрасная, всюду природа, деревянные домики и главное, никого поблизости. Домик Кирилла соседний, долго идти не приходится. Осматриваюсь вокруг — никого, можно спокойно заходить. Я тихо открываю дверь и шагаю в помещение, попутно закрывая за собой.

В комнате слышны какие-то звуки, наверное, Кирилл там. Шагаю в ту сторону не спеша. Но вдруг натыкаюсь на весьма пикантную картину. Кирилл в одних боксерах держит в руках свои брюки, собираясь надеть. В глаза сразу бросается татуировка на его теле и выпячивающиеся мускулы. Шумно сглатываю, но все же прихожу в себя.

— Извини, я должна была постучать, прежде чем войти, — быстро пробормотала я заплетающимся языком.

Спокойно, Агата, спокойно!

— Да ничего, — говорит он, и я чувствую, что он улыбается.

Ну да, посмейся надо мной теперь, ведь смущающаяся Агата — забавная Агата.

— Я подумала, что нужно к тебе зайти, обсудить что-то, — говорила я то, что первое приходило на ум. Мысль, что он там, да еще полуголый — волновала.

— Интересно, что же.

Слышу звон метала от ремня и звук закрывающейся молнии на брюках. Сглатываю, но в горле комок. Меня всегда волновал этот звук. Агата, ты слишком много фигни читаешь, все воображение испортила!

— Эм, ну, обсудим планы, х-м-м, что-то еще можно, — меня поворачивают, и я не успеваю подумать над предложением.

Кирилл стоит передо мной — теперь одетый. Меня толкают к стене, и затем его рука упирается в нее. Он смотрит на меня с высоты своего роста. Мое дыхание замирает — эта близость такая опасная. Другой рукой он глядит мою щеку, я едва не начинаю мурлыкать от удовольствия. Наконец, я чувствую его прикосновение.

— Я скучал, — шепчет он с хрипотцой в голосе.

— Я тоже...

Учитель поднимает мой подбородок двумя мальцами — его взгляд такой уверенный, а губы такие манящие. Я поднимаю свою ладонь и беру его руку, сжимая ее. Он все такой же ласковый, ничего не изменилось, он все так же остается моим.

— Значит, мы только тут сможем встречаться? — тихо говорит он, наклоняясь к моему лицу.

— Не обязательно, тут много мест, — бормочу я, не отрывая взгляда от его губ, — да и ночью все спят.

Он почти касается моих губ, я чувствую едва уловимое прикосновение. Он так тянет к себе, так манит прикоснуться. Я поднимаюсь на носочки, чтобы наконец поцеловать, но за дверью звучит голос Василисы. Она ищет меня.

— Весь кайф обломали, — на моем лице появляется недовольная мина.

Проклиная сестру, которая появилась в ненужный момент, я пошагала к двери. Надеюсь, что нам удастся потом остаться наедине. Протягиваю руку к дверной ручке, как вдруг меня тянут и прижимают к горячему телу. Кирилл касается легком поцелуем моих губ и затем оставляет его на моем лбу. Кирилл отпускает меня и делает шаг назад.

— Беги, котенок.

Выхожу из домика, витая где-то в облаках. На губах, растянувшихся в глупой улыбке, чувствуется его прикосновение.

— Пять дней, у нас целых пять дней...