Глава 4 Порок или Добродетель

- Моя госпожа, поздно ведь, его высочество Гаффар этого не оценит –испугалась Руа за свою госпожу. Амаль стояла у троса и пустила очереднуюуспешную стрелу прямо в центр маленькой целины. Она не слышала никого.В воздухе витали лишь слова «Желание обладать тобой никуда не пропалопринцесса». Еще один приступ ярости – еще одна стрела в целине. Такпродолжалось целый час, под рукой не осталось практически стрел, но Амальпродолжала беспощадно пускать их в целину. Лицо ее исказила гримаса боли,скорби, гнева и печали. Мысленно молила Бога защитить ее от грязныхплутовских рук. Вместо целины, она представляла презренного ас – сайида,позабывшего кто он, и кто она. Это было ужасным оскорблением ее чести, ондолжен был понести наказание.****- Брат мой, мне совсем не нравится его компания. Может мы пойдем одни? –с надеждой попросила принцесса Муаза.- Чем же это он тебе не нравится?- У него дурной тон – резко ответила Амаль – и неприличные шутки.- Он всего лишь шутит. Амаль, это же Явар – хихикнул принц – он без этогоникто. Он поднимает нам настроение и тебе я уверен тоже.Амаль опустила голову и повернулась. «Как бы не так, брат мой» - подумалаона. Подняв свой взгляд и наткнувшись, на насмешливые зеленые глаза Явара,принцесса подошла к Гаффару, стоявшему с розгами на руках, которые онотобрал у хозяина одной лавки. С ними он жестоко издевался над голоднымидетьми, пытавшимися украсть у него хлеб.- Я дурно себя чувствую брат. Позвольте вернуться в свои покои- Лекарь?- Нет, нет, всего лишь нужно выспаться – оставив их, она ушла, не обращаявнимания на удивление Муаза и Явара.*****«Мне было двенадцать, когда он впервые заломил мои руки и сказал, что ябуду его. Я терпела его издевательства пять долгих лет и зим, ровно на столькоже он старше меня» - Мысли Амаль были громкими. Она не слышала, как Руапыталась дозваться до нее и лишь последние слова, выдернули ее из миравоспоминаний.- Ваше высочество...Амаль обернулась к Руэ и услышала тяжелые шаги брата, которыйостановился прямо напротив ее.- Ты можешь идти Руа – та быстро поклонилась и стремительно удалилась изплощадки.- Вы расскажете отцу? – тихо просила она у брата- Нет – Гаффар присел на скамью и всмотрелся в глаза сестры, которые, какчаша, до краев были наполнены горечью, и одинокая слеза виднелась у уголкагуб – я ведь предупреждал не ходить сюда? – Амаль кивнула – ну по крайнеймере одна, Амаль – принц разговаривал довольно спокойно.- Но...- Руа не в счет – перебил ее принц – Что послужило причиной твоих слез?- Мой принц – начала Амаль.- Наедине я твой брат, оставь это официальное обращение на публику Амаль.- Вам это нравится? Эти люди?- Банкет был волей Величества.- А что на счет отца? Гаффар? Вам исполнилось двадцать восемь зим и на моейпамяти не было ни одного банкета в честь вас, а вас должны восхвалять, какпрекрасного воеводу и принца – Гаффар не понимал к чему клонит сестра – алюдям, которые бросили свою страну и вернулись спустя долгие годы, онустраивает целый пир – до Гаффара дошло наконец и он воскликнул.- Ты ревнуешь к ним отца. – и это был не вопрос. Он всего на всегоконстатировал факт.- Да, да Гаффар и мне совсем не нравится их присутствие. Они слишкомвозгордились – Амаль подняла стрелу и пустила в целину, прямо в центр, гдепокоилась другая стрела, пробив ее насквозь – Что это? Скажите мне – она сослезами на глазах повернулась к расчувствовавшемуся брату и спросила вновь– это порок с его стороны? Или его добродетель? – вопрос был сложный и уГаффара не было ответа, все что ему осталось, подойти к сестре и прижать еес своих объятиях.- Знаешь, что я тебе скажу? Будь ты воином, моя дорогая сестра, твоя стрелапоразила бы сердце неверного в разы быстрее, чем он сумел бы пустить стрелув тебя – он сказал это таким спокойным тоном, что тепло разлилось по всемутелу Амаль. Она сквозь слезы широко улыбнулась брату, вызывая и егоулыбку. Со смерти матери, Гаффар очень редко улыбался и даже когда отецхвалил его за хорошо проделанные дела, похвалу он принимал с довольносерьезным видом, и то, что Амаль сумела вызвать эту улыбку, заставило еерадоваться сильнее – А теперь внимательно слушай меня, чтобы не случилось,все будет хорошо. И ради Всевышнего не ходи сюда одна, это опасно— Это султанские угодья, брат – с удивлением сказала она – это самоезащищенное место в империи. Что может со мной произойти?- Времена, нынче, не спокойные Амаль.- Ладно – согласилась она – пойду соберу стрелы – Гаффар наклонился, чтобыпоставить лук на место, проверяя натяжение тетива. Амаль направилась всторону целин, чтобы собрать стрелы. Она скрыла от брата. Она всегдабоялась, что ее накажут за то, что она позволяла этому бесстыднику, такобращаться с собой. Собирая стрелу за стрелой и погрузившись в глубокиедумы, она не сразу заметила человеческую тень, отбрасывающую на землю.Она подошла к самой маленькой из целин и наконец увидела очертаниямужского тела. Она вгляделась в пустоту, но ничего не обнаружила. В итогеона остановилась на том, что ей это показалось.- Амаль – позвал ее брат – не теряйся из виду.- Я уже иду, брат.Она понятия не имела, что с этой ночи ее жизнь круто изменится. Ведь те,очертания, что ей показались, вовсе не показались. Гаффар проводил сестру впокои. Ему стало интересно, почему сестра задержалась. «Допустим онаобдумывала все, что было сказано, но все равно странно». В эту ночь на небебыла полная луна, испускающая чистый свет.***«Амаль бинт Мустафа прекрасно подходит для задуманного» - думал ОН – «Ипусть она и даже принцесса». Он следил за ней все, то время, пока она стояла,пуская стрелы. Она была, будто вне этого мира, погрузившись куда- то. Дажеотвлекаясь на свои мысли, она пускала стрелы безупречно. «Стоит опасатьсяее меткого глаза». Она не слышала девушку, стоящую рядом с ней, отчаяннозовущую ее вернуться обратно. Он улыбнулся «Безысходность, в своемчистом виде опасная вещь. Принцесса заставит пойти на самые безрассудныепоступки». И даже, когда она говорила с братом, когда пускала стрелу, онабыла великолепна. Он сам не понял, что засмотрелся на принцессу Персидскойимперии. То, что говорили о ней, было правдой.