Chapter 21

«Слепой страдает дважды».

Автор

Несколько дней назад.

— Пап, ты даже останавливать её не станешь что ли? — вдруг за возмущалась Диана, поглядывая то на отца, то на стремительно убегающую с Даниэлем сестру.

Тот в ответ лишь хмыкнул.

— Прошу прощения за такое поведение моей дочери, я сам подобного не ожидал. Ох, возраст сейчас такой, гормоны играют, хочется азарта, вот и творит глупости. — он скорее оправдывался перед семьёй Пирсонов, чем отвечал на вопрос Дианы, которая стояла словно на иголках, судорожно теребя пальцы, — Я познакомлю вас в другой раз и в более спокойной обстановке.

В воздухе витала нервозность, но Евгений старался не подавать виду, будто на мгновение его окутали сомнения, что слова Виолы действительно были лишь импульсом. Он допустил мысль, что она говорила серьёзно, но почти сразу отмахнул её, посчитав полной чушью. Дочь никогда его не ослушается. Вернее, он так думал.

Анна — мать девочек, совсем не находила себе места. Грациозное лицо женщины оставалось нетронутым даже тенью каких-либо эмоций, но запотевшие ладони и постукивание пальцем по бокалу выдавали её истинные чувства. Она волновалась. Виолетта была горячо-любимой дочерью в их семье, можно сказать даже самой обожаемой. Долгожданной. Ведь она была родной. О ней всегда переживали больше, думали чаще, контролировали тщательнее. Диана же была так называемым черновиком. Наброском. За ней уже совсем не было желания следить, поэтому воспитание старшей дочери было спущено на самотёк.

Самой же Диане казалось, что это везение. Получить намного больше свободы, чем младшая сестра. Но на самом деле всё было чуточку иначе. Родители не любили её так же сильно, как Виолу. Что было вполне неудивительно, ведь её взяли с приюта, а Летту подарил Господь после ложного диагноза врачей. Им хотелось скорее отдать Диану замуж за достойного человека и отпустить в свободное плаванье. Только вот выбора её никто не лишал.

Справедливо? Я так не думаю.

— Мы всё понимаем. Раз уж вечер не задался, мы лучше поедем. Вы уж извините, что так скоро уезжаем. Утром ждут дела, мы всегда на связи. Наберите нас, когда Виолетта объявится и будет готова к знакомству со своим потенциальным женихом.

Евгению не оставалось ничего кроме, как вежливо улыбнуться и ещё раз неискренне попросить прощения. Как только Пирсоны покинули общество Островских, Анна впала чуть ли не в истерику, а Евгений прекратил скрывать своё раздражение из-за происходящего.

Влад молча стоял в стороне, за весь вечер не проронив и слова. Его до безумства мучала совесть и он пытался найти силы, чтобы рассказать обо всём Ди. Искупить свой грех и молить о пощаде. Он любил её. До дрожи в коленях. И точно также сильно боялся её потерять.

В тот вечер он действительно был пьян в стельку и помнил происходящее лишь мутными отрывками. Проснувшись утром от ужасной похмельной мигрени, он сел на край кровати и вцепился пальцами в запутанные волосы. «Что вчера произошло? Как я вообще домой добрался?», — первым делом мелькнуло в его голове. Пазл собирался мучительно медленно, мелькая перед глазами флешбэками. Но чем полнее становилась картинка, тем тяжелее образовывался груз на душе. «Твою мать, как я вообще допустил это?» и ещё куча подобных мыслей бешеным потоком проносились в его сознании.

А появление Виолы на следующий день и её вполне не пустые угрозы окончательно втоптали Влада в землю. Он не боялся того, что с ним может сделать Виолетта. Единственным его страхом была потеря. Потеря самого близкого человека. Потеря той, кому он планировал сделать предложение через пару несчастных недель.

— Анна, успокойся уже. — резко выдал Евгений, не в силах больше слушать это женское жужжание над душой, — Виола просто показывает зубки. Через несколько часов она уже вернётся домой. Максимум через сутки. Давайте продолжим этот вечер нормально. — он осмотрелся по сторонам, — Ох, там у лестницы мой старый знакомый, пойдём поздороваемся. Анна, помнишь семью Расселов?

Его жене не осталось ничего, кроме как закрыть рот и, тяжело вздохнув, пройти вслед за мужем. Она всегда так делала. Молча ступала за ним, потому что любила и не хотела ссор.

— Диан... — внезапно начал Влад, только вот девушке было совсем не до него.

Она держала в руках телефон, с глупой надеждой таращась в экран. И не зря. Мобильный завибрировал, и Диана, бросив в воздух что-то вроде «я сейчас вернусь», отошла в сторону. А Владу не оставалось ничего кроме мучительного ожидания.

Звонила Виола, объясняя, что не может позволить отцу выдать её замуж не по любви. Просила не волноваться и обещала выйти на связь в ближайшее время. Разговор был коротким. И когда Ви повесила трубку, Диана приняла для себя решение солгать. Пустить пыль в глаза родителям и помочь сестре хотя бы тем, что было в её возможностях.

Вернувшись обратно к Владу, она выслушала парочку нотаций, объяснила, почему не стала перечить папе, быстро чмокнула его в щёку и, наигранно улыбаясь, помчала в сторону матери с отцом. Те что-то увлечённо обсуждали с Морганом, который появился словно из ниоткуда. Это показалось ей странным. А вот куда пропало семейство Расселов Диану совсем не волновало.

— Мам, пап, звонила Виола, сказала, что пару дней побудет в отеле, чтобы обдумать произошедшее. Так что всё в порядке. Мы можем о ней не переживать.

Евгений нахмурился. Ему не понравилось, что дочь так в открытую говорит об этом при чужом человеке, но после кивнул, ведь Морг как раз этим и интересовался. Подошёл спросить, где находится Виолетта, только и всего. Посчитав, что дело сделано, Диана с почти спокойной душой зашагала обратно к своему парню, морально готовясь к разговору. Ей просто необходимо с ним поговорить.

— Теперь можем поехать домой и наконец-то всё обсудить, хорошо? — она нежно ему улыбнулась, отчего его сердце сжалось до микроскопических размеров.

Дьяков сделал глубокий вдох, прочистил горло и, чуть прищурившись, взглянул в родные глаза, чтобы запомнить их именно такими. Чистыми, очарованными, наполненными искренним любовным чувством.

Покинув мероприятие и сев в машину с водителем, ребята приехали в свою квартиру довольно скоро. Казалось, не прошло и пяти минут. Настолько Влада трясло и кидало в пространстве, что он абсолютно терялся при мыслях о предстоящем разговоре.

Войдя внутрь, он скинул обувь и прошёл в комнату, следом то же самое сделала и Ди. Как только он уселся в постель, его руки сомкнулись в замок, а локти уткнулись в бедра. Он выждал момент, когда Диана присядет рядом и скажет хоть слово.

— Расскажи мне, что произошло...

Он вздохнул. Другого выхода нет и не будет.

— Диан. Мне тяжело вспоминать об этом, но я хочу, чтобы ты понимала, что я себя не оправдываю. В тот вечер, когда ты уехала в офис по звонку отца, я так нажрался. Кажется я даже не помню, сколько влил в себя спиртного. Я помню, как меня тащили до машины, а произошедшее после мелькает лишь смутными картинками. Я думал, что ты проводила меня до кровати, думал, что всё это время рядом была ты, Диан.

Она нахмурилась.

— Что ты хочешь этим сказать, Влад?

— Не перебивай меня, пожалуйста. Я знаю, что в тот момент очень напугал Виолу, но клянусь, я не позволил себе выйти за грань. Да, я коснулся её, повалил на кровать, но, к счастью, она смогла убежать, а потом я получил по морде от какого-то массивного мужика и сразу же отключился. Я был настолько в хлам, что вряд ли бы вообще смог зайти ещё дальше. Чёрт, я в тот момент действительно думал, что на её месте ты... Когда воспоминания начали прорезаться, я чувствовал себя таким ублюдком. Мне очень стыдно перед тобой, стыдно перед Виолой. Я знаю, что мог бы и дальше молчать, ведь Виолетта ещё тогда ясно дала понять: я сам должен рассказать тебе правду. Меня сгрызла бы совесть, если бы я умолчал. Если сможешь, прости меня... Я бóльшего просить и не посмею.

Ди застыла, потерявшись глубоко в своих мыслях. Так вот, в чём было дело. Вот, почему Виола угрожала ему, вот, почему смотрела так, словно он сломал ей жизнь. Он чуть не изнасиловал её. В этот момент внутри старшей Островской боролись несколько чувств одновременно. Сердце саднило, и слезы намеревались покинуть её глаза. Владу было даже стыдно смотреть на неё, поэтому он сверлил взглядом пол, надеясь, что хоть так ему станет чуть легче. Бесполезно. Диана не знала, что делать сейчас, что сказать и как вести себя рядом с этим человеком. С человеком, которого она любила больше жизни. С которым мечтала завести семью и прожить вместе до конца своих дней. Жаль, что в этот момент всё было настолько запутанно.

Только вот одно она понимала точно: ей нужно время, чтобы это принять. А их отношениям нужна пауза, чтобы либо всё сохранить, либо окончательно разрушить.

***

Наше время.

В какой-то момент Виолу осенила вся абсурдность ситуации, и она нашла в себе силы, чтобы оттолкнуть Уэста, пока она не перешёл напрочь все границы.

— Морг, что ты творишь? — пытаясь отдышаться, внезапно спросила Летта, — Думаешь, если остался со мной наедине, то можешь позволить себе такое? Морган, пойми, я не хочу делать тебе больно, давать ложные надежды и подливать масло в огонь твоих ещё не разгоревшихся чувств.

Эти слова смутили его ни на шутку, но тон мужчины оставался тихим, чтобы не нарушить витающую в воздухе атмосферу спокойствия.

— А тебе по чём знать? Думаешь, я настолько идиот и не понимаю, что чувствую? Я бы не бегал за тобой, если бы не был уверен в том, чего хочу.

— Но как же ты не можешь понять? Я до беспамятства влюблена в твоего брата. Я не могу заставить себя полюбить другого. Ты очень хороший, но я не хочу делать тебе больно. Мы никогда не сможем быть вместе. Если ты решишь, мы останемся друзьями, и я не могу предложить тебе что-то бóльшее.

Ви заметила, как от её слов в его глазах мелькнула ярость. Он сжал челюсти и сдержал порыв сказать ещё что-то. Поправил волосы и поднялся с дивана, молча направляясь к выходу с гостиной.

— Добрых снов, Виолетта.

— И тебе, Морган.

Уснула Ви прямо на этом диване, сложившись клубочком, чтобы не замёрзнуть. После ухода Морга её голова буквально намеревалась взорваться от потока разных мыслей. Ей так не хотелось обидеть его, но и поступить иначе она не могла, ведь не любила. Всё также её не покидали мысли о том, что Дан заодно с её отцом. Ей было так больно и страшно. Что будет дальше?

Грёбаная неизвестность. Как же она пугала, заставляла сердце колотиться в бешеном ритме, а волосы подниматься дыбом, как в фильмах ужасов...

***

Даниэль, как и обещал, проснувшись утром в доме Микеллы, начал искать человека, который мог бы направить Евгения по ложному следу. И такой человек нашёлся почти сразу же. Дан обзвонил всех своих знакомых, и именно Кевин, который не так давно устраивал шумную тусовку, оказался более уступчивым.

Над фальшивым фото с аэропорта пришлось немного попотеть, но за пару часов и это дело было сделано. Всё оставалось за малым. Мики смоталась в город за новой сим-картой на чьё-то фальшивое имя, а Кевин примчал в назначенное место, ожидая дальнейших указаний от Дана. Не зря ведь тот ему заплатит.

— В общем, Кев, не подведи меня. Ты должен будешь сыграть дурачка, но не забыть, что делаешь всё это не просто так. Любая информация стоит денег. Если ты вбросишь её папаше инфу бесплатно, он просто не поверит в это. Я почти уверен, что он отправит своих людей проверять реальные записи с камер, но и это займёт не мало времени. Так что у Виолы будет шанс смыться. А если нам повезёт, он просто поверит и отправится вылавливать её перед фальшивой посадкой.

— Я совсем не доверяю Моргану, — честно призналась Микелла, ведь её до сих пор кидало в жар от воспоминаний о его угрозах.

Даниэль устало потёр глаза пальцами правой руки и посмотрел на Кевина, который скривил непонимающую морду и просто ждал, когда ему дадут в руки телефон.

— Я тоже, — Уэст запустил мобильный по столу, и тот покатился прямо в нужные руки, — Звони.

Кевин кивнул и заглянул в контактную книгу, где был всего один номер. Нажал на него пальцем и поставил громкую связь. Гудки были недолгими.

— Добрый день, секретарь Островского Евгения Александровича Вас слушает. Что я могу ему передать? — послышался приятный женский голос из динамика.

Все трое ребят переглянулись, и Даниэль одобряюще кивнул Кевину с намёком: начинай.

— Здравствуйте, у меня есть информация по поводу его дочери. Не могли бы Вы связать меня с ним напрямую?

— Не думаю, что получится. Он сейчас слишком занят.

— Я не понятно выразился? Это касается его дочери, за которую он отвалить неплохие бабки готов. Когда он освободится, пусть наберёт номер, с которого я звоню. Эта информация исключительно в его интересах, не в моих.

И он отключился, тем самым давая понять, что либо они будут играть по его правилам, либо и дальше будут находиться в неведении. Оставалось только ждать.

Звонок поступил спустя несколько часов, когда Мики и Кев совсем потеряли надежду. Только вот Даниэль был уверен, что он перезвонит. Трубку они взяли не сразу. Решили немного подействовать старику на нервы.

— Алло? Кто это? Что Вы знаете о моей дочери? Где она? — затараторил Островский.

Это было весьма забавно.

— Тише, тише, куда столько вопросов? Не так быстро... — пауза, чтобы сохранить нотку драматизма. — Я видел её в аэропорту сегодня утром с каким-то кучерявым татуированным парнем. Проверьте смс. — сказав это, Кевин отправил отредактированную заранее фотографию, которая в ту же секунду была просмотрена, — Я даже слышал, куда и на какое время они покупали билеты. Но это я уже скажу, когда мы решим финансовый вопрос.

— Это шутки какие-то? Говорите, куда она брала билеты, немедленно. Я — человек слово и, если Ваша информация окажется правдой, Вы получите своё вознаграждение. Я лично приглашу Вас к себе и отлистаю приличную сумму наличными.

Кев усмехнулся.

— Вы думаете, что я наивный идиот? Ну раз так, то всего добро...

— Стойте. Я понял. На какой счёт перевести? И какую сумму?

В воздухе зависло напряжение. Даниэль пожал плечами, касаемо вопроса о деньгах, а Мики и подавно развела руки в стороны.

— Десять тысяч. Я скину номер счёта смс-кой. И когда деньги поступят на баланс, я перезвоню.

Отключившись, Кев тяжело выдохнул. Если правда вылезет наружу, всем им конкретно влетит. Написав все данные о скрытом счёте, который не выдавал ничего о владельце, ребята замолкли в ожидании. Через ровно семь минут деньги поступили, и номер снова был набран.

— Куда?

— Марсель. Франция. В восемь тридцать вечера.

***

Проснулась Виола только к обеду, услышав, что Морган снял трубку домашнего телефона, который трезвонил уже около часа. Стоп! Всё это время здесь была возможность выйти на связь? Что?

— Алло.

— Морган, слушай меня внимательно. И делай всё так, как я тебе скажу, ладно? — услышав в ответ непонятное мычание, он продолжил. — У вас с Островской есть время, чтобы экстренно свалить. Её папаша уверен, что через пять часов Виола улетает со мной во Францию через Лос-Анджелес Интернешнл. Я ставлю сотку на то, что всех своих людей он перенаправит туда, второй аэропорт крышевать не будут. Вам надо оказаться там быстрее, чем он догадается, что это манёвр. Возьмите ближайший билет и вылетайте в рандомный город хотя бы на первое время. Микелла уже едет к Вам с паспортом для Летты. Тебе придётся лететь по своему. Всё равно по поводу тебя у Островского нет никаких подозрений.

Морг шумно усмехнулся, заметив маленький женский силуэт в проходе.

— Хорошо, Даниэль, я сделаю всё, как ты сказал.

— Спасибо. Я рассчитываю на тебя, Морган. Не подведи меня хотя бы здесь.

Повесив трубку, Уэст развернулся и сделал удивлённый вид.

— Ты уже проснулась? Как себя чувствуешь? — в ответ она пожала плечами, — Скоро приедет Микелла с твоим новым паспортом, и мы с тобой улетим из города. Через пять часов у нас самолёт во Францию.

Он подмигнул ей, и она слегка поднапряглась. А точно ли нужно им верить? Как же тяжело, когда нет человека, на которого действительно можно положиться. Когда нет возможности распознать в толпе лжеца.

Сейчас у Виолы не было другого выхода. Ей придётся следовать за Морганом, как за единственной надеждой о спасении, ведь Дан оказался обманщиком. Но только что Морг говорил с ним по телефону, может, это какая-то ловушка? Стоп, нет. Нужно отбросить к чёрту все эти мысли, Даниэль бы действительно не поступил так с ней. Если он изначально собирался отдать Летту отцу, то почему вообще увёз её за город. Зачем организовал им поддельные документы, для чего менял номера и вмешивал в это Микеллу? Разве это имело хоть какой-то смысл? Почему осознание и умные мысли приходят лишь со временем? Уже после того, как ты импульсивно позволил себе сказать лишнего? Позволил себе обвинить невиновного.

Мики приехала через минут двадцать, заключив Виолу в крепкие объятия, отчего той захотелось чуть ли не разрыдаться. Но остановить этот порыв ей всё же удалось. Хоть и с трудом, ведь девушка была словно глотком свежего воздуха в этом доме, пропитанном сомнениями. Отдав паспорт его владелице, Бертини бросила Моргану несколько предупреждений, касаемых Летты и её безопасности, а после быстро умчала, объясняя всё это неотложными делами. Она что-то постоянно бормотала о том, что Виолетте нужно собираться, как можно скорее, но всё это пролетело мимо её ушей.

Зачем куда-то спешить? Самолёт ведь только через четыре с половиной часа?

Время тянулось мучительно медленно, просмотр телевизора начинал угнетать, а погода за окном своим хмурым настроением добавляла происходящему нотку готичности. Жути. Виолетта не понимала, почему не может расслабиться. Её преследовало странное предчувствие опасности.

Морган с ней даже не разговаривал. Наверняка, всё ещё был зол из-за вчерашнего. Но лучше так, чем обманывать себя и собственные чувства. Она не представляла, как им контактировать дальше. Что делать, когда они сядут в самолёт и пересекут границу. Эти размышления не оставляли её в покое, а ей так хотелось хотя бы на минутку ощутить спокойствие.

Когда наступил час «икс», Морган вызвал такси, набрав первый пришедший в память номер на домашнем телефоне, пока Виола сверлила дыру в стене, облокотившись на спинку дивана. Ей всё вокруг казалось таким нелогичным. Странным.

Будто что-то точно должно случиться.

— Машина подъедет через десять минут. Кстати, о нашем вчерашнем разговоре. Хорошо, ты права, давай для начала попробуем остаться друзьями. Может, когда-нибудь ты сможешь почувствовать ко мне то же, что чувствую к тебе я. — он широко улыбнулся, и эти слова заставили Виолетту немного расслабиться.

— Спасибо тебе за понимание. Для меня это важно.

Они добрались до аэропорта почти впритык, хотя такси заказывали заранее. Снова пробки. Совсем не удивляет.

Время близилось к вылету, а на Виолу вдруг снизошло озарение. Где билеты? Почему она даже не в курсе, когда их приобрели? Как они это сделали? И почему Морган ведёт себя так спокойно? Всего через мгновение голос из динамиков объявил о начале посадки, и Летта сильной хваткой вцепилась в Уэста, надеясь хотя бы так почувствовать себя на мини-каплю защищённой. Тщетно.

Всего несколько шагов к выходу, и резкое потемнение в глазах. Крепко моргнув несколько раз, Островская отпустила мужскую руку и начала оглядываться по сторонам. Ей не померещилось. Первый, второй, третий... Их было не сосчитать. Все, как один, похожие друг на друга... Чёрные костюмы, белые рубашки и очки с тонированными линзами. Каждый из них смотрел именно на неё сквозь всю толпу спешащих на рейс людей. Она не видела их глаз, но понимала, что сейчас ей просто некуда бежать.

Некуда.

Внутри поселилась полнейшая пустота и последние остатки надежды рассыпались в щепки, оседая пылью на светлый кафельный пол.

— Морган, — шёпотом пролепетала девушка, — Мы в ловушке. — он посмотрел на неё, скорчив лживую гримасу непонимания, — Эти люди в чёрном — люди моего отца.

Старший Уэст на секунду замешкался.

— Твою мать... Даниэль... Он сказал, чтобы мы летели именно отсюда. И именно на этом рейсе...