Глава 32

Прошло двенадцать часов с начала штурма. Наступала ночь, Альбениум заходил за горизонт, оставляя все меньшую, с каждым часом, полоску света, пока не наступила абсолютная тьма, разгоняемая лишь прожекторами и фонарями противоборствующих сторон.

А тем временем буря стихала. После нескольких дней беспокойства и разрушений ветер ослабел, дождь из ливня превратился, по словам Винсона, в легкий моросящий душ, под которым, без особого риска, можно было помыть доспехи, смыть с них пыль, накопившуюся с начала компании и, конечно же, устроить пробежку, ловя ртом падающие капли, освежить тело. Но не в этот раз, так как боевые действия продолжались, в воздухе летали крейсеры, стреляли турболазеры, освещая небо трассерами, меняли позиции штурмовики, подстреливая сопротивлявшихся мятежников, подвозились боеприпасы с продовольствием. В общем, всё изменилось.

За те двенадцать часов, проведенные под стенами Контосарема, армия Винсона заметно продвинулась, взяв штурмом около десяти башен. Однако оставалась одна, которую клоны пытались взять около пяти часов. Эта башня была защищена сверхмощным энергетическим полем, через которое не могли проникнуть лазеры, а неоновые бомбы, обладающие аннигиляторными свойствами, взрывались над башней, встречая невидимую преграду, в результате чего башня оставалась невредимой.

Всю эту картину генерал наблюдал с крейсера, который парил над полем боя, находясь на безопасном расстоянии. Происходящее его не впечатляло, тем более турболазеры, расположенные на вершине башни, периодически отстреливали какие-либо боевые единицы.

- Они ведь уничтожат все наши шагоходы. - Доложил Леймак, вставая с кресла второго пилота. Его небритое лицо выражало беспокойство, а мундир был настолько запачкан, что ему требовалась стирка.

- Я и сам вижу. - Ответил Винсон. Его внешность мало чем изменилась, разве что на голове появилась фуражка. - Лучше посоветуй, как этого избежать.

- Энергетическое поле в данный момент сильнее, чем в начале боя. - Сказал Казио и, встав с заднего кресла, подошел к генералу. - Возможно это связано с одним хитрым решением вражеского командора.

- И? - Винсона это заинтересовало.

- Дело в том, что ещё в середине боя мятежники ослабили поле по краям и по мере продвижения наших войск они сужали область действия защиты, концентрируя всю мощь в центре.

- Выходит, поле само по себе мощное, а его концентрация вокруг небольшого объекта приводит к непробиваемости.

- Верно, Леймак. Но вся проблема в другом. Они ведь понимают, что даже с таким полем им долго не продержаться. В любом случае наши войска их прижмут, возможно, усилят обстрел, и тогда генераторы точно не выдержат. Неужели они чего-то ждут?

- Или пытаются удрать? - Предположил Винсон.

- Возможно. Но куда им тогда бежать? Они, наверное, знают, что все входы и выходы мы перекрыли.

- Нет, тут что-то другое.

Леймак посмотрел на башню. Её огни тускнели, турболазеры стали стрелять реже, а бомбы уже пробивали верх.

- Я был прав. - Сказал Казио. - Они остались без поля, и мы можем их прикончить.

- Давай это сделаем с минимальными потерями. Генерал, разрешите усилить бомбардировку.

- Отставить. Они нужны мне живыми. Готовьтесь к штурму.

Огонь прекратился и крейсер стал снижаться. Вот и клоны подошли поближе, оставляя шагоходы позади, артиллерия прекратила огонь, равно как и крейсеры с истребителями - все выполнили приказ.

- Генерал, мы на месте. - Сказал какой-то пилот, когда крейсер совершил посадку.

Вид стал совсем другим. Башня уже не казалась такой маленькой, как сверху, напротив, она возвышалась на сотню метров вверх, отчего её вершина с турболазерами не была видна.

- Подай мне макробинокль. - Приказал генерал и когда он получил устройство, то сразу же стал разглядывать верхнюю часть башни.

Перед его глазами предстала печальная картина: огни погасли, турболазеры вообще вышли из строя, а гарнизон прекратил огонь. Типичная безжизненная башня - вот первое, что пришло Винсону на ум.

Но нужно было действовать, и генерал включил комлинк, а затем отдал приказ: разрушить дверь. Для этой цели штурмовики отошли подальше, оставляя пространство для шагохода, после чего машина открыла огонь. Залп уничтожил дверь, оставляя огромную дыру, сквозь которую могло пролезть не меньше двух бойцов одновременно. Впрочем, по двое туда и входило. Сначала первым вошли Леймак с Казио, Винсон зашел через некоторое время, когда не менее сотни бойцов попало внутрь.

Интерьер башни оказался скучным: серые стены без каких-либо изысков, черный пол, ещё одна дверь через несколько метров. У входа лежало несколько мятежников. Их тела были настолько обезображены, что не представлялось возможным определить их принадлежность к какому-либо виду, а внутренности бедолаг, обильно покрытые кровью, лежали рядом с жертвами.

Винсон отвернулся, чтобы прогнать рвотные позывы в отличие от остальных, которые равнодушно на это смотрели.

Все пошли вперед. На пути у бойцов появилась лестница, ведущая на верхний уровень. Сбоку от нее находилась дверь, за которой, скорее всего, находился лифт. Вот туда и направилась часть бойцов во главе с Казио, перед которым стояла сложная задача: зачистить верх.

Пространство внутри лифта оказалось небольшим. Помимо Казио туда поместилось ещё шесть штурмовиков - слишком малый отряд для полноценного штурма. Но офицер не сдавался. Он знал, что скоро эта кампания завершится и ему предоставят долгожданный отпуск, о котором так долго мечтал.

- Так, бойцы. - Сказал лейтенант, кода дверь за ними закрылась и лифт стал их подымать вверх. - Наша задача - зачистить или взять в плен тех, кто засел сверху. Однако мы сделаем так: после того, как попадем на верх, все вы, в том числе и я, держим наготове бластеры и в случае опасности открываем огонь, затем отходим на безопасное расстояние и дожидаемся остальных, которые должны будут подняться по лестнице. Это в том случае, если у гарнизона осталось не меньше десяти защитников. Если же их будет меньше, мы уничтожаем тех. Кто оказывает сопротивление, но офицеров берем в плен.

Когда лейтенант закончил, створки лифта открылись и по отряду открыли огонь. Казио первым выскочил из лифта и стал у какого-то стального сооружения. Остальные попытались сделать так же, но в них прилетел детонатор и затем произошел взрыв, после которого от бойцов ничего не осталось.

- Ну что, офицер, зачем сюда полез? - Спросил очень знакомый голос, от которого Казио пробрал озноб. Командор Дарош! Вот кто здесь главный.