Глава 25. Мы всё решим.

Прошло уже два дня, с тех пор как мы пытались добраться до сути и найти решение проблемы. Два дня. А мы так и не продвинулись. Даже полиция не знает, что делать, они поймали Васю с поличным и казалось бы этим всё сказано. Дело закрыто. Но не тут-то было. Больше нет никаких улик, которые указывали бы на то, что наркотики принадлежат Васе. Но и на то, что ему их подкинули, к сожалению тоже.

Все мои мысли забиты только этим, я не могу думать больше ни о чём. Учёба ушла на второй план, я провалила два коллоквиума и четыре контрольных, по разным предметам. Все как сговорились, решили устроить проверку знаний именно сейчас. Как я буду это разгребать, я не знаю, но сейчас меня это мало волнует.

Один сердобольный препод заметил, что со мной, что-то не так и решил, что мне необходима помощь психолога. Я конечно пыталась вежливо отказаться, но он уже сообщил учебному психологу, что я зайду после занятий. Этого мне ещё не хватало, помимо всех проблем, что в последнее время на нас свалились, теперь у меня в мозгах будет ковыряться сороколетняя женщина, в юбке, которая старше моей бабушки. А она же может это и в личное дело занести и считай клеймо на всю жизнь, что я психованная.

Дома я не появляюсь уже несколько дней, папе пришлось всё рассказать маме и теперь она каждый день на взводе, постоянно нервничает и кажется её новая цель в жизни, это задавить меня эмоционально нотациями. Папа наоборот, более отстранённый, часто злится, постоянно с кем-то разговаривает по телефону, не стесняясь в выражениях. Поэтому предпочитаю жить у Вовы. Родители знают, где я. Их это не смущает, они не видят между нами ничего, кроме сестринско-братской любви. И это очень радует, в последнее время я сомневаюсь, что удача на моей стороне, поэтому не удивлюсь, если у родителей возникнут, какие-то подозрения.

Пару раз я пыталась увидеться с Васей, но меня не пропустили. У меня получилось застать Антона Семёновича на рабочем месте, но ничего нового я не узнала, они в тупике, он единственный держит оборону, потому что верит моим словам и тому, что мой брат невиновен. Но он сказал, если в ближайшее время они не смогут найти улики опровергающие его причастность, им придётся сдаться и отправить дело в суд, как есть. А там судья точно не встанет на сторону брата.

И вот я стою у двери мозгоправа и не решаюсь постучать. Я так не хочу туда идти, словно физически меня назад тянут крепкие цепи. Но не идти не могу, ведь они не отстанут. Сегодня не пойду  придётся идти завтра. Лучше сразу с этим покончить. Можно же просто не говорить, что меня беспокоит, сказать, что период такой, осень, серость, депрессия. Ну или соврать на крайний случай.

"А может она нам поможет? Такой вариант ты не рассматриваешь? Не говорить ей прям всё, упустить детали. Так... вкратце."

Нет. Это точно не вариант. Не хочу делиться личными проблемами с незнакомой женщиной. Она может и называет себя психологом, но я не уверена на сто процентов, что она никому не проболтается.

"Она не имеет права. Врачебная тайна и всё такое."

Врачебная тайна, это если тебе за это платят за час консультации, а когда ты получаешь копейки, выслушивая каждый день нытьё детей, ты не обязана хранить это тайне. Вряд-ли кто-то подал бы в суд на неё, за то, что она растрепала, что какая-то девочка обоссалась в первом классе на уроке и теперь у неё детская травма.

"Ужас какой. Хорошо, что у нас таких проблем никогда не было. Дети те ещё ублюдки, самые жестокие существа на планете."

Согласна. Нет мозгов, одни эмоции, не понимают, что хорошо, а что плохо. Делают то, что кажется им смешным или позорным, даже не осознавая, что могут этим всю жизнь, кому-то искалечить.

Эх... ладно. Потерпим полчасика и домой пойдём, с чувством выполненного долга.

Полчаса это я погорячилась. Полтора часа! Девяносто минут! Пять тысяч четыреста секунд! Ещё десять минут и у меня мозг плавиться начнёт. Надо что-то придумать, как-то выбираться отсюда. Либо её дома никто не ждёт, либо она слишком ответственно подходит к своей работе.

"Может она видит, что мы ей врём и недоговариваем? Давай расскажем кусочек правды и она с чистой совестью от нас отстанет?"

Ну уж нет, у неё лицо сильно доброе, про таких обычно потом говорят: "а никто бы и не подумал, такая хорошая всегда была и не сказать, что людей резала".

"Ну почему же сразу резала? Может она мошенница, бабки отмывает через активы на Мальдивах?"

А колледж это прикрытие? Типо для души? Или она государственные деньги ворует?

"Именно! Вот мы и раскрыли её секрет."

Ну да, конечно.

Женщина, что-то говорит без умолку, кажется её даже не смущает, что я совсем не обращаю внимания на неё и её слова. Возможно она мне уже рецепт шарлотки рассказывает, а я и не знаю. Хочу быстрее свалить отсюда.  Меня всё здесь раздражает. Этот коричневый диван, на котором сидело столько людей, что под тяжестью всех их проблем, он сильно просел и острая пружина больно колит мою мягкую попу, как-бы я не повернулась, это неприятное ощущение меня не покидает. Унылые обои в зелёный цветочек, режут глаза. Казалось бы, зелёный должен успокаивать и настраивать на беседу, но нет, совсем наоборот. И странно, что только в этом кабинете есть обои, во всём остальном здании стены просто выкрашены в однотон. А ещё ей явно нужно поменять лампочку, а то от этого мигания, у кого-то начнётся приступ эпилепсии.

Проходит ещё примерно три минуты и в двери, кто-то стучится. О да, Бог услышал мои молитвы и решил спасти меня от этой словесной казни.

Дверь со скрипом приоткрывается и из-за неё появляется копна светлых волос. Кирилл.

— Извините, что прирываю ваш сеанс, но вас там к директору зовут.— Меня? Это точно? Зачем?— Этого я уже не знаю, мне просто сказали передать.— Что ж, спасибо. Ты можешь идти. Ты Алиса тоже.

Женщина с милой и добродушной улыбкой повернулась ко мне. Интересно, сколько лет она тренировала, такую "искреннюю" улыбку?

" Ты ей совсем не веришь?"

Ни капли.

— Спасибо, что зашла ко мне, мы хорошо поговорили, если тебе ещё понадобится помощь или просто нужно будет с кем-то поговорить, приходи. Я всегда готова тебя выслушать.— Спасибо большое, вы мне очень помогли, я чувствую себя намного лучше.

"Ага конечно. Так помогла, что у нас из проблем остался только вопрос, что поесть на ужин. Все детские травмы и обиды проработала. Теперь даже жить скучно будет."

Это уже не важно, главное, что мы свободны.

Как только я выхожу из кабинета, я замечаю, что Кирилл никуда не ушёл.  Мы стоим и молча ждём, когда Ольга Леонидовна скроется из виду. Как только звук от её каблуков отражается лишь слабым эхом, где-то на первом этаже, я подлетаю к Кириллу и крепко обнимаю его за шею, чуть ли не визжа ему под ухо.

— Ты мой спаситель! Ты даже не представляешь, как ты вовремя. Ещё чуть-чуть и я бы выпрыгнула в окно.— Четвёртый этаж, Алиса. Не думаю, что это лучшее решение проблемы.— Она настолько нудная, что это было бы лучшим вариантом.

Я быстро отстраняюсь от парня, пока мы тихо смеёмся над этой ситуацией.

— Ладно, пошли быстрее отсюда, а то она скоро поймёт, что её никто не звал.— Как не звал? Ты обманул, что-ли?— Я увидел тебя возле кабинета и решил подождать, чтобы проводить домой, но тебя долго не было, я уже и пообедать успел, а ты всё ещё сидела там. Вот я и подумал, что тебя нужно спасать.— Странно конечно, но всё равно спасибо. Если бы не ты... не знаю, сколько ещё бы там проторчала.

Мы быстро спускаемся по лестнице на первый этаж и натягивая верхнюю одежду, выскакиваем на улицу.

— Ты сейчас домой?— Эм.. нет. На самом деле я с подругой собиралась встретиться в кафе, успела её предупредить в последнюю минуту, что приду позже. Уверена на все сто, что она там сидела все полтора часа.— Тогда провожу до кафе. Ну... если ты конечно не против.— В общем нет. Ты можешь к нам присоединиться, если хочешь.— Не думаю, что твоя подруга будет рада. Вы наверное посекретничать хотели.— В другой раз, покрысятничаем. Да и мы умеем переговариваться взглядом.— Да ладно? Даже так? Это входит в программное обеспечение каждой девушки?

Звонко рассмеявшись над глупой шуткой, я мотнула головой и повела его на место встречи. Интересно, как Крис отреагирует на Кирилла? Она знает про него, я ей рассказывала, но не думаю, что она будет сильно рада, что я привела его. Она такая собственница, когда дело касается дружбы.

Кирилл аккуратно забирает у меня из рук рюкзак и смотрит на меня обжигающими голубыми глазами. В глубине его омутов, я замечаю, что-то похожее на волнение. И вскинув вопросительно бровь, он осторожно спрашивает:

— Зачем ты ходила к психологу?— Ерунда, просто голова забита, по учёбе проблемы, вот и решили, что лучше мне башку просветить.— Я серьёзно. Если тебе кажется, что ты отличная актриса, то ты права. Ты великолепно скрываешь эмоции за занавесом сарказма и улыбки, но я всё вижу. Не прячься от меня пожалуйста. Мы же друзья, помнишь?— Помню.

Тяжело сглотнув, я решила ему всё рассказать. Хуже уже точно не будет, не думаю, что он кому-то проболтается. А если даст дельный совет, то я ещё и в плюсе буду.

Сделав глубокий вдох и выдох, выпалила ему всё, как на духу. И про Васю и про наркотики и про то как мы в клуб ходили, но ничего не узнали. Кирилл молодец, молчал, не перебивал, просто слушал и смотрел с сочувствием.

— И что ты думаешь делать дальше? Есть какой-то план?— Нет никакого плана, Кирилл. Увы, но нет. Если в ближайшее время не найдут улики в его пользу, с вероятностью девяносто девять и девять процентов, его посадят. А он не виноват, понимаешь?!— Понимаю, понимаю. Ты только сильно не волнуйся, а то заболеешь, не зря говорят, что все болячки от стресса.— Да плевать на это, я хочу брата спасти.— Может я могу помочь?— Каким образом?— Ну... пока не знаю, но я что-нибудь придумаю. Сам из такого дерьма выпутывался, что тебе и не снилось. И тут решим. Обязательно решим.