23. На «Танкреде»

- Мы будем догонять «Танкред»? – спросил Гарана Линнетто-Ларр, снимая скафандр.

- Уже догнали, этот корабль почти такое же разваливающееся на ходу ржавое корыто, как и «Весельчак».

Гаран вывел на обзорный экран изображение видавшего виды судна, зависшего на высокой орбите над планетой, опоясанной кольцевым космпортом.

- Где мы? – спросил Лиланд.

- В системе Гал, - пояснил Роско. – Это ближайшая к туманности Галанга населенная система, а планета называется Агора.

- Никак не привыкну к чудовищной скорости твоего истребителя, - удивленно сказал Лиланд, - и к тому, что он входит в гиперпространство и выходит из него совершенно неощутимо. И как, во имя всего святого, ты понял, где нужно искать «Танкред»?

- Информацию о перемещениях «Танкреда» я нашел, проверив базы данных всех космопортов этого сектора.

- И что, тебе вот так запросто дали порыться в портовых журналах регистрации? Или ты еще и хакер?

- Мне нет необходимости взламывать эти базы данных, ведь мы сейчас на военном корабле, а значит, его бортовой компьютер имеет приоритетный доступ к такой информации, которая гражданским доступна лишь после оформления и одобрения всевозможных запросов и справок. Военные во многом свободны от бюрократии.

- А неплохо быть военным! – присвистнул Линнетто-Ларр и сменил тему:

- Как ты планируешь действовать дальше?

- Вызову «Танкред» и объясню ситуацию капитану.

Лиланд коротко рассмеялся.

- Так тебя и послушают! Особенно в таком виде!

- Что не так с моим видом?

- То, что от тебя в этом боевом скафандре за версту несет милитаризмом! А обитатели «Танкреда» явно не поклонники военных!

- Почему? – удивился Гаран. – Чем мы им не угодили?

- Это же корабль космохиппи!

Гаран вопросительно выгнул бровь.

- Полагаю, ты не знаешь, кто такие хиппи?

- Те, кто носит особую одежду?

- Да, а еще хиппи пацифисты.

- Понятно, и что ты предлагаешь? – спросил Гаран, снимая скафандр.

- Нам нужно сойти за своих, завоевать их доверие!

- На это нет времени! – раздраженно воскликнул Гаран. – К тому же обитатели «Танкреда» уже могут быть мертвы, если базисты нас опередили. Последнее маловероятно, но не исключено полностью.

- Не кипятись, потребуется лишь голомаскировка для истребителя и небольшая прогулка на эту планету в ближайший магазин.

- Это еще зачем?

- Нам лучше выдать себя за бедных путешественников хиппи. С помощью голомаскировки истребитель можно замаскировать под что-то старое и ржавое, но нас самих голомаскировка не спасет, если на «Танкреде» имеются обладатели имплантов с рентгеновским зрением. Значит, придется слетать на планету за дешевой одеждой, потому как у тебя на борту имеется только разная униформа и мои дорогие шмотки.

- А еще тиросский материализатор, который можно настроить на материализацию чего угодно.

- Точно! – обрадовано воскликнул Лиланд. – Я уже почти забыл, как ты в первые дни нашего знакомства по ошибке уничтожил свой костюм!

Лиланд выбежал в подсобку и вернулся, неся пару комплектов спецодежды.

- Итак, мы загрузим это в материализатор, чтобы получить на выходе...

- Что именно? Нужно ввести в компьютер как можно больше данных, тогда результат будет лучше оправдывать ожидания.

- Да, сейчас!

Линнетто-Ларр поискал в космонете изображения любимых фасонов одежды космохиппи и скопировал пару файлов в компьютер. Материализатор отлично справился с задачей, и пять минут спустя друзья красовались перед зеркалом в льняных костюмах с вышивками.

- Ну, теперь нам можно вызвать «Танкред»? – нетерпеливо спросил Роско.

- Один момент! – воскликнул Лиланд. – Последний штрих! А то мы выглядим слишком прилизанными!

Лиланд взлохматил пальцами волосы и сменил их цвет с иссиня-черного на каштановый, цвет глаз он тоже поменял на родной карий. При помощи накладок из синтиплоти Линнетто-Ларр придал своему лицу черты Ларри Линдсея.

Он извлек из карманов сброшенного пиджака активатор роста волос и провел им по подбородку – на нем тут же проклюнулась щетина. Лиланд подержал устройство у нижней части лица еще немного – пока щетина не удлинилась до небольшой бородки. Ту же процедуру Роско проделал с собой.

По совету Лиланда Роско нашел в космонете мнемофайл с историей рок-музыки от ее зарождения в ХХ веке на Земле до самых известных ныне живущих рок-звезд, таких как Барри Богемный и Лоуренс Линдсей.

Последнее имя заставило Гарана удивленно переспросить у своего товарища:

- Постой, так ты назвался Ларри Линдсеем в честь знаменитого музыканта?

- Ага.

- Хорошо, вызовем «Танкред»? – напомнил Роско товарищу о деле.

- Да, только предоставь говорить с ним мне, - сказал Лиланд, доставая из кармана косячок.

- Твои карманы как шляпа фокусника, - заметил Роско, криво улыбаясь, - бездонны и полны сюрпризов.

- А как же иначе, - ответил он, затягиваясь. – Все свое ношу с собой!

Роско не одобрял пристрастие друга-эмоционала к вредным привычкам, но сейчас был рад, что тот никуда не ходит без запаса дури и колес.

Лиланд, наконец, вызвал «Танкред». Капитану он сказал, что у них закончились пищевые концентраты в синтезаторе, и просит их выручить. При этом Линнетто-Ларр намекнул, что расплатиться они могут отменной дурью с полей Окадеона.

Капитан, широкоплечий обладатель выкрашенного в разные цвета ирокеза и внушительной коллекции пирсинга в бровях и ушах, с радостью согласился принять на борту «Танкреда» двух бедных путешественников-музыкантов.

- Он не очень-то похож на хиппи, - заметил Роско, когда видеосвязь отключилась.

- Да, он панк. Хиппи вовсе не закрытая община, уверен, на «Танкреде» мы встретим много интересного народа.

После стыковки, пройдя через шлюз, друзья вступили на борт корабля-колонии. Вопреки ожиданиям Гарана внутри «Танкред» ничем не напоминал грязный и обшарпанный «Весельчак». Здесь было чисто и по-домашнему уютно.

Еще до того, как Гаран и Линнетто-Ларр пристыковались к «Танкреду», тиросец, предположив, что базистам как-то удалось опередить их и проникнуть сюда раньше, просканировал «Танкред» на наличие негуманоидных форм жизни, таковых не оказалось. Впрочем, «чудовище», каким привиделась умирающему старику одна из нападавших, вполне могло быть кем-то другим.

Капитан с ирокезом встретил их лично.

- Юра, - представился он.

- Ларри, - ответил ему Лиланд, - а это Росс.

- Так вы музыканты?

- Ага.

- Сколько концентрата вам надо? – спросил панк.

- Совсем немного, - сказал Роско. – Хватит одного комплекта.

- А чего так мало-то? Вы, ребята, не стесняйтесь, просите больше, мы недавно конкретно затарились, так что этого добра тут теперь навалом, хоть жопой жуй!

- Нас всего двое, одного ящика хватит надолго. А вас на «Танкреде» много?

- Около двухсот рыл, - не очень уверенно ответил панк Юра. – Ну, там плюс-минус.

- То есть ты не знаешь точно, сколько душ на борту? – удивился Лиланд.

- Дык, я им что мамка или нянька? Не слежу, кто и где сошел или подсел.

- Вы позволяете оставаться здесь всем желающим?

- Ну да, пусть себе тусуются, лишь бы не быковали и не воровали, воров мы тут не терпим! Сразу высаживаем нахрен в ближайшем космопорту. Ну, дык, чем платить за концентраты будете? Показывайте!

Лиланд порылся в карманах и извлек пару пакетиков с дурью. Юра раскрыл один из них, сунул мизинец в порошок, затем лизнул его и удивленно уставился на Лиланда округлившимися глазами.

- Отменнейшая дурь! И где ты разжился такой?

- Выиграл в карты у одного пижона, - быстро нашелся Лиланд и сменил тему: - можно мы останемся ненадолго и тоже потусим тут?

- Да ради Бога! Сегодня как раз выступает одна годная рок-группа из Церкви Естества.

- Отлично! – ухватился Роско за возможность направить разговор в нужное русло. – Вас посещают группы? А недавно были какие-нибудь необычные пассажиры?

- Да не жалуемся, раз в неделю какая-нибудь группа просится на борт выступить. А из необычных пассажиров разве что дамочка с ребенком подсела.

- Одна? – уточнил Роско.

- Не одна, говорю же с ребенком.

- Симпатичная? – с улыбкой спросил Лиланд.

- Симпатичная, - ответил Юра. – Если хотите к ней подкатить, у вас вряд ли чего получится. Все мысли Алекс, похоже, вертятся только вокруг ее младенца.

- А есть тут азиатки? – спросил Роско.

- Нет, разве что азиаты, - криво улыбнулся панк Юра. – Так, что Джон, ты не найдешь здесь Йоко!

Роско хотел было возразить, что он не Джон, но вовремя спохватился и понял смысл шутки.

- Азиаток у нас нет, но есть другие хорошенькие чиксы, - сказал капитан. – Пойдемте в зал, там сами все увидите.

- А к вам недавно не подсаживались Кевин и Глория? – на всякий случай поинтересовался Роско, шагая вслед за обладателем ирокеза.

- Вроде нет, - ответил Юра, - это какие-то ваши знакомые?

- Типа того.

Капитан повел их коридорами в самый большой зал на корабле.

«А они тут неплохо устроились, - передал Роско приватное сообщение другу, - украсили стены граффити, картинами и драпировками, постелили везде веселенькие коврики».

«Люди живут здесь годами, - ответил ему Лиланд тем же способом. – Этот корабль их дом. Возможно, я тоже когда-нибудь буду странствовать на подобном корабле-колонии. Барри начинал свою карьеру как раз с выступлений на таких кораблях».

Роско ничего не ответил на это и Лиланд вернулся к главной теме:

«Как думаешь, Алекс, та женщина с ребенком, о которой говорил капитан, это и есть Александрина Тайлер?»

«Наверняка. Мы должны ее найти».

«Ты хочешь расспросить ее об азиатке из стазис-капсулы?»

«Да, а еще защитить от базистов, как и всех на этом корабле. Правда, пока не знаю, как. Удрать от возможных преследователей это старое корыто не сможет, а с учетом того, что попасть на его борт может кто угодно и капитан этим не слишком интересуется, ситуация выглядит почти безнадежной. Базисты уже могли проникнуть сюда под видом хиппи, как и мы».

«Это вряд ли, - усомнился Лиланд. – Ты же видел их методы! Если бы террористы тут побывали, то оставили бы после себя одни трупы. Зачем им нужна та азиатка? И зачем она Тиросу? Какая польза от человека, пролежавшего в стазисе последние семь столетий?»

«Я не могу сказать», - в который раз честно признался Роско.

«Интерес базистов понять можно, они технически отсталые по определению и подбирают все, что попадает в их руки, но как понять вас, тиросцев? - продолжал рассуждать Линнетто-Ларр. – Любая информация, которой могла располагать та женщина, за семь веков безнадежно устарела, особенно для тиросцев, так на кой вы ее ищете?»

«Та женщина не должна попасть в лапы базистов».

«Может, хватит называть ее «та женщина»? У нее есть имя?»

«Есть, но мне оно неизвестно», - опять честно сказал Роско.

«Ну, да, гребаная секретность! Вряд ли Тирос волнует безопасность этой леди, так что вы обеспокоены тем, чтобы она не выдала террористам тайны, бесполезные для вас, но опасные в руках злых людей».

Роско лишь улыбнулся в ответ на предположения Лиланда.

«Кто эта азиатка? Внезапно объявившийся пропавший без вести агент Тироса?»

Роско вновь загадочно улыбнулся, ведь он и сам был не в курсе.

В большом зале на «Танкреде» приготовления к концерту уже подходили к концу. Музыканты выполняли последние наладки оборудования и настраивали инструменты. Под сценой собралась толпа зрителей. В основном это были люди, но имелось и несколько представителей иных видов: вадийцев, кемалийцев и закариан.

Линнетто-Ларр оказался прав насчет разнообразия местных обитателей. Тут были не только классического вида хиппи и панки, но также и представители прочих субкультур, названия которых Гаран не знал.

«Давай разделимся, чтобы лучше изучить толпу, - написал он Лиланду. – Заметишь Александрину Тайлер, маякни! И присмотрись повнимательней к азиатам, вдруг кто-то из них на самом деле женщина».

«Ладно».

«Не забывай пользоваться рентгеновским зрением. Против него устройства голомаскировки бессильны».

«Да понял я! – огрызнулся Лиланд, утомленный многочисленными инструкциями. – Буду смотреть во все гляделки!»

Друзья разошлись и принялись обходить пеструю толпу. Искать долго Александрину Тайлер не пришлось – Роско первым увидел ее, благо, она оказалась единственной женщиной с ребенком в зале.

В этот момент на сцену вышел капитан и представил группу абсолютно голых музыкантов, как братьев из Церкви Естества. Гаран не понял, что это значит, и не стал задаваться этим вопросом, ему было все равно.

Тиросец протолкался к Александрине Тайлер, лихорадочно придумывая предлог завести непринужденную беседу. Только он собрался открыть рот, как грянула музыка.

От неожиданности и громкости Гаран застыл столбом на пару секунд, пока его ушные импланты автоматически не приглушили уровень звука. К его удивлению, младенец в коляске рядом с Александриной Тайлер продолжал мирно спать и даже не шелохнулся.

- У вашего ребенка отличный сон! – перекрикивая музыку, сказал тиросец Александрине Тайлер в качестве повода для начала знакомства.

- Да, он неплохо спит, - улыбнулась женщина, - особенно с этим!

Она указала Гарану на детские шумодавы, которые он не сразу заметил на младенце.

- Я Алекс, - представилась она, протягивая ему руки ладонями вверх.

- Росс, - ответил тиросец, пожимая ее руки. – А его как зовут?

- Я пока не выбрала имя, - сказала Алекс. – Мне нравится Стивен и Дэниел.

- Назовите его обоими этими именами.

- О, нет! Терпеть не могу, когда дают кучу имен! По-моему, это чистое позерство!

- В этом я с вами полностью солидарен! – совершенно искренне признался Гаран и улыбнулся ей. – А сколько уже Стивену или Дэниелу?

- Думаю, дня три, самое большее пять.

- Вы не в курсе? – переспросил Гаран, удивленно подняв бровь.

Прежде чем ответить, Алекс потянула его за руку по направлению к выходу из зала, подальше от гремящей музыки. Бросив беглый взгляд на публику, Роско заметил, что в ней прибавилось голых людей.

- Нет, малыш не мой, - сказала Алекс, как только они вышли в коридор, где музыка не мешала говорить. – Я нашла его и решила усыновить.

- Где же его родители?

- Без понятия, он подкидыш. Полагаю, его родители все еще на этом корабле, если не высадились на Агору или не перешли на судно Церкви Естества.

- Брошенные дети – крайне необычное явление в наше время.

- Да, я и сама озадачена обстоятельствами появления ребенка. Скорее всего, он был выращен нелегально, а потом его родители испугались штрафов и подбросили нам.

- Можно сделать ДНК тест.

- Да, но я не хочу, - сказала Алекс, с любовью глядя на младенца. – Мне все равно, чей на самом деле Стиви или Дэнни, теперь он мой, я его мама!

Роско тоже посмотрел на мирно спящего ребенка и тут же преисполнился желанием защитить его от всех невзгод, во что бы ни стало.

- Алекс, а как давно вы здесь? – спросил он, прикинувшись неосведомленным.

- Пару дней.

- Где вы сели на «Танкред»?

- В туманности, я была там с исследовательской миссией.

- Значит, вы ученый? И решили круто изменить жизнь?

- Да, сбежала с работы, теперь меня волнует только мой малыш!

- У вас могут возникнуть трудности с оформлением документов на усыновление. Как ученому вам было бы намного проще усыновить ребенка, чем как безработному кочевнику с корабля-колонии. Вы могли бы взять отпуск по уходу за ребенком, а не сбегать.

- Знаю, - ответила Алекс, покачивая коляску. – Но так меня будет сложнее найти.

- Вы боитесь, что его родители могут передумать?

- Да, наверно...

По ее неуверенному ответу Гаран понял, что женщина и сама не вполне отдает себе отчет в том, чего именно боится.

- Если его настоящие родители передумают, и они еще здесь, то вам лучше сойти с «Танкреда».

Алекс кивнула в знак согласия.

- Вы пытались связываться с исследовательским судном после того, как покинули его? – спросил Роско, чтобы выяснить, как много ей известно о постигшей его трагедии.

- Нет.

- Вы были единственной, кто его покинул?

- Да, не считая малыша, - ответила Алекс. – А почему вас это интересует?

- Я помогу вам со Стиви или Дэнни исчезнуть, если вы точно этого хотите.

- Хочу, - уверенно сказала Алекс. – Не знаю почему, но я вам доверяю.

- Вы не видели здесь на борту азиаток?

- Нет, только пару мужчин с азиатской внешностью, - выпалила она, а затем подозрительно уставилась на Гарана. – К чему все эти вопросы? Недавно я видела одну женщину азиатской наружности, но не здесь, а на моем прежнем корабле. Вы ее ищете?

- Да, - признался он, решив, что отрицать это бессмысленно. – Куда она делась?

- Не знаю, я за ней не следила. Но кто вы такой?

- Тот, кто вам поможет, вы в большой опасности!

- Почему? – встревожено переспросила Алекс. – Кто мне угрожает?

- Базисты.

- Что?! – изумилась женщина. – Зачем я им нужна?

- Понятия не имею, знаю лишь, что они могут вас искать.

Алекс побледнела и Гаран начал опасаться, что у нее случится приступ паники, но женщина взяла себя в руки. Не зря ее бывший коллега охарактеризовал ее как холодного и расчетливого человека.

- Доктор Тайлер, вам нужно бежать как можно скорей, - сказал ей Гаран, взяв за плечи и заглянув в глаза. – Я помогу вам!

- Кто вы? – вновь спросила она, вмиг сделавшись подозрительной. – И откуда знаете мое имя?

- Прочитал список экипажа вашего исследовательского судна. Я военный и был отправлен туда с заданием. Все ваши коллеги мертвы, убиты террористами.

- Как так?! – прошептала Алекс побелевшими губами. – Невозможно!!!

- Вы единственная, кто спасся, плюс женщина из стазис-капсулы. Ее нет среди трупов.

- Боже! – воскликнула Алекс, с тревогой глядя на ребенка. – Думаете, базисты могут меня найти?

- Нет, если вы надежно спрячетесь.

«Ты где?» - высветилось у Гарана перед глазами сообщение от Линнетто-Ларра.

«Возле левого выхода, с Александриной Тайлер».

«Быстро ты ее разыскал!»

«А теперь я должен помочь ей исчезнуть. Нашел азиатов?»

«Да, но это мужчины, без голомаскировки и прочих переодеваний. Еще я проверил, кого смог, на наличие аугментаций. Кажется, здесь вообще нет ни замаскированных, ни аугментированных, но я проверил еще не всех».

«Проверяй быстрей! Нужно сваливать отсюда».

«Мы-то свалим на твоем чудо-корабле, но как увести отсюда это старое корыто?»

«Если не можешь бить или бежать, есть третий вариант: замри и прикинься чем-то другим».

«Ты хочешь замаскировать «Танкред»? Думаешь, базистов это одурачит?»

«Ненадолго, потом они поймут, что сигналы, исходящие от корабля при сканировании – ложные, но этого времени хватит, чтобы сюда успел добраться даральский космофлот».

«Так ты действительно его вызвал?»

«Да».

«Слушай, мне пришла в голову одна идея, о том, как одурачить террористов на более длительный срок».

«Что за идея?»

«Ты ведь можешь изменить записи в портовых журналах этой планеты? Забыл, как она называется!»

«Агора. Я понял, к чему ты клонишь! По записям выйдет, что «Танкред» не швартовался на орбите Агоры! Спасибо за идею! Я должен перейти на наш корабль, чтобы это сделать».

- Идемте со мной, - сказал Роско Алекс, которая уже какое-то время дергала его за руку, пока он болтал с Лиландом.

- Куда?

- На мой корабль, он пристыкован к «Танкреду».

В этот момент с ними поравнялся видавший виды робот-уборщик и проскрежетал плохо настроенным голосом:

- Судно Церкви Естества, иди туда!

Гаран понял, что на правильном пути, Александрина Тайлер изумленно посмотрела вслед удаляющемуся роботу.

- Алекс, вы слышали о Церкви Естества? – поинтересовался он, ведя за собой женщину с ребенком по направлению к шлюзу.

- Конечно! – удивилась она вопросу. – А вы разве нет? На сцене ведь сейчас выступает рок-группа из числа последователей этой нудистсткой секты.

- Значит, их корабль сейчас на орбите Агоры.

- Не просто на орбите, а тоже пристыковался к «Танкреду».

- Отлично!

Как только они оказались на борту тиросского истребителя, Роско отвел Алекс в каюту, а сам бросился к компьютеру, вошел в сеть космопорта Агоры и принялся рыться в журналах регистрации, тщательно удаляя любые упоминания о пребывании здесь «Танкреда». Затем он легко взломал бортовой компьютер «Танкреда» и изменил его опознавательные коды, которые автоматически считываются другими кораблями при сканировании. Теперь для всех «Танкред» виделся не как пассажирский корабль, а как грузовоз.

Вернувшись в каюту к Алекс, Роско увидел, что ребенок проснулся и теперь она кормит его из бутылочки, напевая при этом какой-то баюкающий мотив. Тиросец вновь вспомнил, что умирающий коллега доктора Тайлер говорил о ней как о бесстрастном и рациональном ученом. Сейчас Алекс таковой не казалась. Она обращалась с младенцем столь легко и непринужденно, будто всю жизнь только этим и занималась.

- Вы, наверно, давно хотели ребенка? – спросил он. – Готовились к материнству?

- О, нет, вовсе нет, - ответила Алекс. – Я вообще никогда не хотела этого, но как только увидела Стиви... или Дэнни, тотчас же полюбила его!

- Вы органично вписались в новую роль.

- Тут нет ничего сложного, - улыбнулась Алекс. – У большинства людей срабатывает инстинкт заботы о слабых существах. Если не о детях, так о котятах, щенках или хомячках.

- Да, пожалуй...

Нехотя, но все же Гаран признал правоту этого утверждения. Лишь раз взглянув на Стиви или Дэнни, он ощутил готовность защищать его.

«Неужели я настолько превратился в эмоционала? – с ужасом подумал Гаран. – Нет, не настолько! Защищать слабых – не равно испытывать эмоции к ним! Я довольно долго был военным, поэтому защита слабых вошла у меня в привычку».

- Алекс, вы отрастили волосы, но этого мало, чтобы оставаться неузнанной, вам нужно изменить внешность и идентификатор личности, - сказал он. – Так вы будете в большей безопасности.

- Ладно, - без вопросов согласилась она.

- Пройдемте в медотсек, робот-хирург все быстро сделает.

Алекс покорно легла на операционный стол и позволила изменить черты ее лица, не удосужившись даже поверхностно обсудить свою новую внешность.

Пока робот оперировал ее, младенец лежал у Гарана на руках и тихо улыбался. Много лет назад точно так же ему улыбался Эрик, когда его впервые принесли в их дом на Тиросе. Но на этот раз при воспоминании о покойном брате вместо грусти Роско ощутил покой и умиротворение.

С операционного стола Алекс встала другим человеком.

- Теперь нужно изъять ваш старый идентификатор, - сказал Роско, передавая ей ребенка.

- А где вы возьмете новый? – ровным тоном поинтересовалась она, словно говорила о смене белья, а не личности.

- Этот корабль оснащен всем необходимым для выполнения особых заданий.

- Вы какой-то суперагент?

Роско промолчал. Алекс слабо улыбнулась.

- А как же образцы моей ДНК, отпечатков пальцев и сканов сетчатки в полицейских базах данных?

- Я их удалю.

- Кто же вы такой? У какой спецслужбы есть такие широкие возможности?

Алекс осмотрелась в поисках подсказок, но в интерьере истребителя не было ничего с символикой Тиросской Директории.

- Я тот, кто поможет вам исчезнуть из поля зрения базистов, - ответил Роско. – Подойдите сюда и введите в компьютер новые имена для себя и ребенка. Придумайте что-нибудь простое и не вызывающее подозрений.

Алекс ввела на клавиатуре требуемые персональные данные. Теперь она больше не будет называть младенца Стиви или Дэнни – пришла пора сделать окончательный выбор. Сама Алекс прибегла к одной из кратких форм прежнего имени. В качестве фамилии она указала систему и планету, где состоялось их перерождение. На удивленный вопрос Гарана Алекс ответила, что это типично для хиппи – использовать географические и астрономические названия как личные имена.

Гаран при помощи специального шприца вживил им обоим под кожу запястья микрочипы с идентификаторами личности.

- Что дальше? – спросила Алекс.

- Вы должны перейти на корабль Церкви Естества.

- Почему именно туда?

- Террористам не придет в голову искать ученого среди сектантов, проповедующих нудизм и возврат к природе.

- Да, вы правы. Там я буду в безопасности.

- Вас не затруднит ходить голой?

- Нет, я не стесняюсь своего тела.

- Тогда все в порядке, идемте!

Но, прежде чем покинуть тиросский истребитель, Алекс задала еще вопрос:

- Почему базисты заинтересовались мной?

- Не знаю, - повторил Роско.

- Наверняка это как-то связано с той азиаткой. Сначала они убили моих коллег, а теперь охотятся за мной – единственной, кто видел ее и остался в живых. Кто она такая?

- Я не могу сказать, - вновь повторил Роско. – И вам лучше молчать об этом.

Они вернулись на «Танкред», и Гаран проследил, чтобы Алекс с ребенком переправилась на судно Церкви Естества, называвшееся «Обнаженный рай».

После этого все случившееся на борту истребителя стало казаться чем-то далеким, словно произошло много лет назад. Достойное тиросианки спокойствие Алекс во время процедуры изменения внешности и получения новой личности больше не вызывало у Гарана вопросов.

Перед тем, как попрощаться с Алекс, тиросец хотел вколоть ей наркотик забвения, но внезапно отчетливо понял, что это излишне, она и так мало что вспомнит о событиях этого дня – не его стараниями.

Гаран покинул их, не будучи до конца уверенным в том, что это хорошая идея.

«Не переживай, им там не навредят, - вдруг прочитал он на ближайшем мониторе. – Адепты Церкви Естества просто безобидные чудаки».

На этом Гаран осознал, что его миссия выполнена.

«Росс, ты где? - пришло сообщение от Лиланда. – Что-то давно тебя не слышно!»

Гаран стряхнул с себя оцепенение и ответил товарищу:

«У второго шлюза, переправил Александрину Тайлер на корабль Церкви Естества. Опознавательные коды «Танкреда» я поменял и подчистил портовые журналы регистрации».

«А как же загадочная азиатка?»

«Алекс не знает, куда она делась».

«Так мы ее больше не ищем?»

«Боюсь, это бесполезная затея. По всей видимости, ей удалось сбежать. Мы покинем «Танкред», как только к Агоре подтянется даральский флот».

«Давай задержимся еще на несколько часов! Тут классно!»

«Ладно, нескольких часов как раз хватит, чтобы сюда успел добраться флот».

Роско направился в зал, где концерт был в самом разгаре. Тиросец быстро нашел Лиланда, который вовсю заигрывал с какой-то девушкой. Понятно, почему он не спешил убраться отсюда. Роско кивнул ему и отошел в сторонку, не желая мешать амурным делам товарища, и сосредоточился на музыке, которая оказалась вовсе не плохой. Впервые за день он позволил себе расслабиться и просто наслаждался выступлением музыкантов.

Голых адептов Церкви Естества уже не было ни на сцене, ни в зале – они ушли на свой корабль и улетели к следующей планете из списка, который Гаран тоже предусмотрительно поменял на случай, если базистам взбредет в голову проследить маршрут «Обнаженного рая».

Сейчас на сцене выступала группа серокожих вадийцев, которые исполняли на своем родном языке нечто грустное, но не депрессивное. Роско аж заслушался, пока из легкого мечтательного транса его не вывел панк Юра.

- А, вот вы где! Я вас обыскался!

- Зачем ты нас искал?

- Вы же говорили, что музыканты?

Гаран с ужасом понял, куда клонит капитан.

- Эээ...всего лишь начинающие!

- Ничего страшного, тут все начинающие, - похлопал его по плечу здоровяк Юра. – Давайте, сыграйте нам! Где твой товарищ?

Гаран осмотрелся в поисках Линнетто-Ларра, но не увидел его.

- Недавно был тут.

- Найди его, и готовьтесь к выступлению!

«Ли, у нас проблемы! – передал он другу срочное сообщение. – Капитан хочет, чтобы мы выступили!»

«Значит, мы выступим».

«С ума сошел?! Ты-то хоть на пианино умеешь бренчать, а я в жизни ни на чем не учился играть! И зачем ты выдал нас за музыкантов?!»

«Скачай из космонета мнемоуроки игры на гитаре и ударных».

«Я-то скачаю, но вряд ли это сильно поможет без практики!»

- Расслабься, друг, - сказал ему на ухо подошедший Лиланд. – Все будет путем!

От него пахло духами, и на воротнике его рубашки красовался след от помады.

- Где ты испачкался? – спросил тиросец, указав другу на пятно.

- В душевой, когда трахался с одной горячей красоткой, - ничуть не стесняясь, признался Лиланд.

- Ты везде найдешь возможность потрахаться, - с улыбкой заметил Роско.

- Что поделать, секс – моя слабость.

«И наркотики», - мысленно добавил Роско.

За время знакомства с Лиландом тиросец успел привыкнуть ко всем его слабостям, включая эту, но все равно еще немного удивлялся той легкости, с какой он всюду находил подружек на один раз.

- Надо придумать, как избежать выступления, мы же опозоримся! – сказал пессимистично настроенный тиросец. – Давай просто свалим отсюда по-тихому.

- Не выйдет, - ответил Лиланд, кивком головы указав на плечистого капитана, который стоял неподалеку и сверлил их взглядом. – Придется выступить, если откажемся, это будет выглядеть подозрительно.

Роско последовал совету друга и загрузил на кортикальный имплант мнемоуроки игры на гитаре и ударных. Теперь он знал, как играть на этих инструментах, но не знал, что именно он должен играть.

- Будешь просто выдерживать определенный ритм, - подсказал ему Лиланд. – Остальное я беру на себя. Эй, кэп!

Панк Юра тут же подошел к ним.

- Мы выступим, но тут такое дело...

- Какое?

- У нас нет инструментов, мы их пропили, не мог бы кто-то из ваших одолжить нам свои?

- Не вопрос! – быстро согласился капитан. – Сейчас договорюсь!

Гаран восхитился про себя находчивостью Линнетто-Ларра.

- Я ужасно голоден, а ты? - спросил Лиланд. – Хорошо, что меня кое-чем угостили.

Он порылся в карманах, извлек пачку печенья и плоскую флягу с каким-то спиртным. Этим угощением он поделился с тиросцем. После печенья и пары глотков алкоголя перспектива предстоящего выступления уже не казалась Роско такой мрачной.

- Что же мы будем петь? – спросил он.

- Кое-что из числа моих собственных сочинений.

- Ты еще и музыку сочинял? – удивился Роско.

- А как же! – воскликнул Лиланд. – Дедушка учил меня играть на разных инструментах.

- Отлично! – с облегчением выдохнул Роско.

- Да не парься! Посмотри на публику в зале! Они все уже изрядно обкурились, так что, если мы будем лажать – а мы точно будем – вряд ли кто-то это заметит. Кстати, ты и сам можешь изображать укуренного в хлам или пьяного, чтобы к твоей игре не возникло лишних вопросов.

- Это я могу, - согласился Роско и тут же напустил на себя отсутствующий вид человека, работающего над расширением сознания.

Вернувшийся капитан позвал их в подсобку за сценой, оценить раздобытые инструменты. А раздобыл он потрепанный гитаробан, знавший лучшие времена. Лиланд принялся активно настраивать эту конструкцию и прилаживать ее на Роско.

Закончив регулировать плечевые ремни, натяжение струн гитар и вибрирующих полотен электронных барабанов, Линнетто-Ларр попросил Гарана проверить звук. Роско стал поочередно нажимать кнопки на пульте, расположенном над струнами – каждое нажатие соответствовало удару по тому или иному барабану. Звук генерировался импульсами, заставлявшими вибрировать полотна из тонкого металла на барабанах, мехи на трубах раздуваться и сдуваться, а тарелки звенеть.

Гаран сразу же настроил ушные импланты так, чтобы не оглохнуть от этого мультиинструмента. Он взглянул в зеркало, висевшее в подсобке, и едва узнал себя – бородатого, обвешанного барабанами разного диаметра, с гитарой на животе и тарелками, возвышавшимися над головой, «воротником» из частокола органных труб и саксофонами, крест-накрест торчавшими из-за плеч. Он повернулся, чтобы разглядеть за спиной бочку и прилаженную к ней механическую руку с зажатой палочкой, поскольку это был единственный по-настоящему ударный инструмент.

«Ли, а ты не хочешь надеть все это на себя? – спросил он друга. – Почему я должен быть человеком-оркестром?»

«Ладно, я могу играть, тогда петь и разогревать публику будешь ты!»

«Нет! Уж лучше я буду играть на этом монструозном инструменте, достойном бробденгнегов!»

Разумеется, давно существовали и более компактные, полностью электронные музыкальные инструменты, но, похоже, здешние обитатели их не жаловали.

«Это самое стрёмное задание под прикрытием, которое мне доводилось выполнять!»

Лиланд подошел и сунул ему в рот печенье с дурью, а потом подал флягу с виски.

- Спасибо, - сказал Роско, прожевав и проглотив угощение. – А то трезвым я в таком виде чувствую себя идиотом!

Роско отключил малангиеву железу, чтобы наркотик и алкоголь подействовали. Очень скоро его перестал беспокоить возможный позор на публике.

Гаран заглянул в глаза товарищу и увидел то, чего не замечал раньше: в отличие от него, Линнетто-Ларр получает от этой ситуации удовольствие, в его взгляде мерцали азарт и предвкушение триумфа. Совсем как накануне Дня Основания, когда даже атака террористов не смогла испортить Лиланду радость от встречи с толпой поклонников, восторженно встретивших его новую мозаику.

«Линнетто-Ларр медийная персона, – напомнил себе Гаран. – Ему в кайф все это, и, похоже, он ничуть не сомневается в успехе».

- О, ты же не любишь быть в центре внимания! – наконец, догадался Лиланд о главной причине его нежелания выступать. – Прости, чуть не забыл! Обещаю по максимуму оттянуть внимание на себя!

Линнетто-Ларр подошел к парню, лежавшему в отключке на полу, и снял с него черные очки с круглыми стеклами.

- Мы одолжим твои очечки, - сказал он их бессознательному хозяину. – Потом вернем!

Лиланд надел их на Роско.

- Теперь твое лицо надежно скрыто очками и бородой, тебя и мать родная не узнает!

- Ну, парни, вы тут как, готовы? – спросил вернувшийся панк Юра.

- Да, мы готовы! – сказал Лиланд. – А рояль у вас есть?

- Разве что голографический.

- Ничего, и такой сойдет!

Капитан вышел на сцену и объявил:

- Наш концерт подходит к концу, но здесь есть еще пара музыкантов, которые согласились порадовать вас. Встречайте! Рикки и Луи или как вас там!

Роско и Лиланд рассмеялись забывчивости капитана, и вышли на сцену, уставшая публика встретила их вялыми аплодисментами.

Лиланд занял место у голографического рояля, Роско стал чуть поодаль от него в ожидании инструкций. Когда в зале воцарилась тишина, Лиланд коснулся пальцами нематериальных клавиш, отозвавшихся печальной мелодией, издаваемой синтезатором, встроенным в голопроектор.

Сначала Линнетто-Ларр сыграл медленное вступление, затем ускорил темп, одновременно дав Гарану знак вступить с гитарами и ударными, и запел низким хриплым баритоном, постепенно перешедшим в бархатный тенор:

Мир вокруг погрузился во мрак,

Даже ветры не воют в трубе,

Лишь только скрипка одна вдалеке,

Тихо плачет со мной о тебе.

Ты ушла, ты ушла! О, зачем ты ушла!

Душа моя сгорает в огне,

Покоя больше нет нигде!

Ты теперь с другим гуляешь,

Как дальше жить мне без тебя!

Выдерживая заданный ритм, Роско в который раз подумал, что столь незамысловатый текст вызвал бы у него отторжение, если бы эту песню исполнил кто-то менее одаренный, чем Лиланд.

А Лиланд выкладывался по полной. Очевидно, что уроки музыки и пения не прошли даром: голос у него был отлично поставлен и владел он им мастерски, плавно переходил от низких нот к высоким, не хрипя и не срываясь на фальцет.

По окончании этой «баллады» публика дружно зааплодировала и Роско начал думать, что их импровизированное выступление все-таки не обернется провалом. Он догадался, что Лиланд начал с медленной песни, поскольку она позволила ему сразу же в полной мере проявить все богатство тембров и обертонов его голоса. Начни он с чего-то более простого, не требующего больших вокальных усилий, публика могла бы принять это менее благосклонно и вообще отказаться слушать их.

Лиланд встал из-за рояля и галантно поклонился залу. Затем проинструктировал Роско о том, что играть дальше. А дальше по плану шла быстрая, почти танцевальная песня с минимумом слов, она же дала Лиланду возможность раскрыть другой его талант: умение грациозно двигаться, делать театральные жесты и принимать эффектные позы. В ответ на это публика в зале оживилась еще больше и стала кричать «Браво!» Роско при этом старался не смотреть на зрителей, потому как каждый устремленный на него взгляд казался ему дулом пистолета.

Так друзья отыграли несколько песен, сорвав шквал аплодисментов и многочисленные требования продолжения. Гаран был настроен уйти за кулисы как можно скорей, но только не Линнетто-Ларр. Он вошел в раж и явно не собирался останавливаться. Приблизившись к Гарану, совершая очередные эволюции по сцене, он тихо спросил:

- Ты тут как?

- Мне не по себе! Давай уже закругляться!

- Ну, нет! Рано еще! Проглоти это и расслабься!

Линнетто-Ларр незаметно сунул ему в рот таблетку. Гаран машинально проглотил ее и следующую песню сыграл, почти не глядя на струны гитары и пульт от других инструментов. Собственные руки вдруг показались ему слишком большими, будто это не его руки, а чьи-то чужие, великанские. В какой-то момент он прекратил играть и просто уставился на руки.

«Ты чего не играешь? – высветилось у него перед глазами. – Давай, играй!»

«Это не мои руки!» - отправил он ответное сообщение.

«Играй!»

«Ладно!»

Роско заиграл. Проблема чужих рук больше не занимала его, теперь он был обеспокоен гримасами, которые корчили доски на полу.

- Росс? – спросил Лиланд, подойдя к нему. – Ты еще с нами?

- А?

- Ты что делаешь?

Роско взглянул на короткий смычок, неизвестно как оказавшийся у него в руках. Этим смычком он уже некоторое время методично водил по струнам гитары, вызывая раскатистые вибрирующие звуки.

- Включи малангиеву железу, идиот! – шепнул ему на ухо Лиланд. – У тебя приход слишком сильный!

Роско понимал эти слова по отдельности, но общий их смысл от него ускользал. Поэтому он продолжил водить смычком по гитаре.

- Так, похоже, я теперь сам по себе.

Лиланд покрутился около него еще немного, и сделал что-то такое, после чего звук гитары стал намного тише. Роско открыл рот, чтобы возмутиться, но забыл, как надо говорить.

Лиланд между тем наяривал что-то на рояле, потом резко вскочил и принялся носиться по сцене, выкрикивая нечто нечленораздельное, совершал безумные па, крутился волчком и извивался так, будто у него нет костей. Наконец, он замер в одной позе и запел медленно-медидативно с интонациями проповедника:

Мы в пути! Мы так долго в пути!

Куда же мы идем?

И наш ли это путь?

Идем мы в рай или ад?

Мы все сошли с ума!

И нам давно уже пора

Переступить порог!

Храма Блаженства

В поле цвета аметиста

Посреди Великого Нигде!

Последние слова он экстатично прокричал и вновь начал носиться по сцене. Зал орал вместе с ним. Публика восторженно ревела и бесновалась, подпевая Лиланду, а он все кружился в угаре, срывая с себя одежду. Одна из девушек вскарабкалась на сцену и бросилась Лиланду на шею, он наградил ее крепким поцелуем, пока охранники не оттащили ее от него.

К этому моменту печень Гарана успела справиться с нагрузкой, и он немного протрезвел. Осознав, что творит Лиланд, на котором откуда-то появилась шляпа, но стало меньше одежды, Роско послал ему предупреждение: «Прекрати раздеваться! У тебя же приметные татуировки!»

«Ну и что? Татуировки вовсе не редкость!»

«Оставь в покое свою рубашку! Ты б еще член показал!»

«И покажу!»

«Не вздумай!»

«Наготой здесь никого не удивишь, забыл, что перед нами выступала группа нудистов?»

«Да, но без ларраниевого пирсинга в гениталиях!»

Последний довод возымел действие и Линнетто-Ларр перестал срывать с себя одежду. Наконец, он исполнил прощальную песню, раскланялся и они удалились за кулисы под восторженные крики и аплодисменты.

- Парни, вы круто отожгли! – похвалил их панк Юра, - особенно ты!

Он кивнул Лиланду.

- Спасибо!

- Для местечек вроде нашей коммуны это и, правда, круто, - продолжил капитан уже более строгим тоном. – Но если хотите выступать на больших сценах, вам следует хорошенько поработать над оригинальностью репертуара. Думаете, если спеть немного измененные песни Барри Богемного и Ларри Линдсея, то никто не заметит?

- Ты весьма наблюдателен, и ты прав, - согласился Лиланд. – У меня хреново с умением сочинять песни.

- Да, хреново, - подтвердил Юра. – Зато у тебя все в порядке с умением держаться на сцене. Ты артистичен и харизматичен, будто создан для концертов, чего никак нельзя сказать о твоем друге. Приятель, обдолбаться и играть что попало – не вариант!

Панк укоризненно сверлил Гарана взглядом.

- Лучше тебе найти музыканта получше, - сказал он Лиланду. – Такого, которому медведь на ухо не наступил.

- Нет, я ни за что не брошу моего брата, - возразил Линнетто-Ларр.

- Вы братья? Так вот почему вы так похожи! Ну, тогда я просто советую вам меньше упарываться и больше репетировать, а то вы на сцене действуете совершенно не согласованно.

- Ты прав, - повторил Лиланд. – Нам надо больше репетировать.

Распрощавшись с капитаном, друзья вернулись на тиросский истребитель и отстыковались от «Танкреда».

- Ты расстроился? – спросил Роско у Лиланда, потому что приятель показался ему грустным.

- Из-за критики? Вовсе нет! С чего бы это? Капитан все верно сказал, писать песни я не умею.

- Совсем недавно ты был сильно расстроен, когда я, Морис и твой друг Барри совершенно заслужено раскритиковали портрет Мелани.

- Ну, ты сравнил! Это же две большие разницы! Рисовать я учился много лет, а играть – лишь недолго и весьма поверхностно. Неудача в том, чем я занимаюсь профессионально, и вполне сносное любительское выступление без какой-либо подготовки! Ты же слышал, как капитан сказал, что для местечек вроде «Танкреда» и так сойдет, а на большой сцене выступать я вряд ли буду.

Они некоторое время провели на орбите Агоры в ожидании прибытия флота Конфедерации, и как только флот вышел из гиперпространства, Гаран счел свой долг выполненным. Теперь безопасность «Танкреда», как и поиск террористов Кевина и Глории – забота даральских военных.