Глава 44. Руководство Вей Юфу

— Невозможно! Кроме меня, кого еще они смогут нанять в качестве главного героя? Эта команда настолько бедна, как ты думаешь, у них есть деньги, чтобы нанять еще одного актера?

А Чен уверенно сказал: — На этот раз мне нужно, чтобы Цзян И лично пришел и умолял меня, прежде чем я даже подумаю о возвращении на съемочную площадку.

С этой счастливой мыслью на лице А Чена появилась улыбка. Менеджер не стала продолжать этот разговор. Они сели в машину и уехали.

Хотя, если честно, на съемочной площадке никто особо не волнавался об уходе А Чена. Все были сосредоточены на директоре Цзяне и Хань Фэе. Цзян И был режиссером, именно он определял направление фильма. Несмотря на то, что Хань Фэй был лишь второстепенным персонажем, его актерское мастерство произвело большое впечатление на всех присутствующих. Кроме того, если бы не он, конфликт между командой и семьями жертв обострился бы до ужасного уровня. Хань Фэй в одиночку помог команде решить гигантскую проблему.

— Хань Фэй, я понимаю твою точку зрения, и, честно говоря, я восхищаюсь твоей решимостью, но небольшой компромисс, подобный тому, что я предложил, не нарушит твои принципи. Я уверен, ты это знаешь.

— Это не вопрос принципа.

Хань Фэй покачал головой и собрался уходить.

— Сэр, вы скоро поймете, почему.

Глядя, как Хань Фэй уходит, Цзян И и команда почувствовали большое сожаление. Управляющий этажом, которого когда-то напугал Хань Фэй, даже бросился за мужчиной, чтобы убедить его остаться. Хотя Хань Фэй не был большой суперзвездой, по тому, как все относились к нему и А Чену, было ясно, кого команда уважала больше.

«Теперь я понимаю, почему он не знаменит, несмотря на то, что у него такое великолепное актерское мастерство.»

Актриса, играющая жену Вэй Юфу, сокрушенно посмотрела на Хань Фэя.

«Его идеализм трогателен, но его настойчивость непреднамеренно стала его врагом.»

— Чтобы иметь такой уровень актерского мастерства в его возрасте и с его решимостью и личностью, если Хань Фэю дать шанс проявить себя, он взлетит. Кто-то вроде А Чена, которому нужна поддержка агентства, чтобы добиться лишь скудного успеха, не сравним с Хань Фэем.

После того, как Хань Фэй ушел, Цзян И поделился своим мнением с остальной частью своей команды.

—Директор, кхе, кхе. Нам все еще нужно полагаться на компанию А Чена, чтобы закончить этот фильм.

Оператор сделал вид, что не слышал последнего заявления Цзян И.

— Сейчас мы заканчиваем рабочий день. Съемки временно прекращаются. Мы используем это время, чтобы исправить сценарий.

Цзян И начал организовывать запутанный график.

— Директор Цзян, а не позвонить ли нам и А Чену?

— Почему мы должны? Я дал ему роль главного героя только из-за его компании. Это прекрасно, так как он добровольно ушел.

Цзян И взглянул на лестничную клетку, по которой Хань Фэй вышел из здания: — На самом деле, у меня есть лучший кандидат на его роль, увы…

…

На лице и голове Хань Фэя остались пятна крови. Он выглядел довольно изможденным. Когда он покидал съемочную площадку "Цветка греха", с противоположной стороны улицы донесся смешок. Очень красивый актер-мужчина вышел со съемок "Тайного городского романа" в окружении своей труппы. Похоже, они специально вышли посмотреть шоу.

— Брат Цзыфэн, это Хань Фэй. Я слышал, что после того, как он покинул наше агентство, у него не было другого выбора, кроме как быть безымянным статистом в других фильмах.

— Теперь, зачем ему это делать? Не было бы проще, если бы он просто остался за камерой?

— В тот момент, когда он присоединился к съемочной группе "Цветка греха", люди начали создавать проблемы, и это повлияло на ход всей съемки. Я уже общался с этим человеком. Честно говоря, он неплохой человек, но его удача хуже некуда».

— Это хорошо для нас! Из всех фильмов, выход которых ожидается примерно в то же время, что и наш, "Цветок греха" — единственный конкурент. Теперь, когда эта ходячая катастрофа с ними, кассовые сборы номер один будут у нас.

Немногие из "Тайного городского романа" нарочно вышли посмотреть на катастрофу, когда услышали шум на улице. Когда они увидели, в каком состоянии был Хань Фэй, они едва могли скрыть ухмылки на своих лицах. Люди были грешными существами, которые пали так низко, чтобы насладиться падением своего рода. В этом смысле они были хуже призраков. Хань Фэй пережил много подобных событий с тех пор, как его уволили. Он слышал так много ехидных комментариев, что они почти не оставляли шрамов на его сердце. Во всяком случае, ему хотелось посмеяться над их юношеской натурой. Уличные фонари старого города освещали улицы. Свет плясал между тьмой. Группа людей в ореоле света насмехалась и смеялась, Хань Фэй в одиночестве скользнул в темноту.

Телефон в его кармане вдруг завибрировал. Он остановился в темном углу и ответил на звонок.

— Ли Сюэ?

— Хань Фэй, на этот раз ты выиграл золото!

— В деле о человеческой головоломке есть прогресс?

По тону Ли Сюэ Хань Фэй мог понять, что она взволнованна.

—  Мой учитель просмотрел исходные материалы дела и нашел среди подозреваемых человека по имени Цзян Цзян. Этот человек не был убийцей, но было записано, что он общался со всеми жертвами! Он появился у входа в магазин любителей головоломок, и камера засняла, как Вэй Юфу делает ему пожертвование. Он также столкнулся с пьяным Гу Хва в полночь. Именно Цзян Цзян помог отправить его в полицейский участок. Он столкнулся с Чжан Линфань, которая вела прямую трансляцию возле торгового центра, и девушка довольно долго ругала его…

— Цзян Цзян был бродягой, приехавшим из другого города, он останавливался в заброшенных лачугах, разбросанных по сельской местности. Он выживал, собирая вторсырье и мусор. Этот человек был умственно отсталым, но он был безобидным, честным человеком. Над ним часто издевались другие бездомные, и его небольшой доход практически всегда крали.

— Цзян Цзян был очень хорошим человеком, он был добрым. Он никогда не прибегал к воровству, когда подбирал вещи, которые, по его мнению, не были хламом, отдавал их людям в погонах. Но он всегда путал нормальных охранников и полицейских с злыми охранниками, поэтому его часто обманывали.

Ли Сюэ говорила очень быстро, к счастью, Хань Фэй мог думать и обрабатывать информацию в быстром темпе.

— Большая перемена в его жизни произошла 11 лет назад. На Северной улице был частный приют. Бумажник директора был украден, когда он был на дежурстве. Внутри было немного денег и все его документы.

— Кошелек нашел Цзян Цзян?

— Верно, Цзян Цзян нашел бумажник в мусорном баке. Поскольку у него не было денег на проезд в поезде, он оставался возле мусорного бака, пока работник вокзала не заметил его. После того, как директор приюта вернул свой бумажник, его сердце обратилось к Цзян Цзяну. Несмотря на то, что Цзян Цзян был слишком наивен, он был честным и надежным. Тогда директор предложил ему работу уборщика в приюте. Увы, это продолжалось недолго. Несмотря на то, что Цзян Цзян содержал приют в чистоте, его личная гигиена оставляла желать лучшего. Из-за жалоб других сотрудников на запах его тела, Цзян Цзяна уволили. Проблема была в том, что после того, как ог уехал, один ребенок в приюте начал утверждать, что ночью сталкивался с призраками.

— Призраки?

Слова Ли Сюэ привлекли внимание Хань Фэя: — Что за призрак? Полиция допросила этого ребенка?

— Ребенок пропал, но мы нашли еще одного ребенка, который когда-то делил с ним комнату. Этот ребенок рассказал нам кое-что очень страшное.

Ли Сюэ замедлила голос.

— Их кровати были поставлены в противоположных концах комнаты, чтобы они могли легко заглянуть под кровать другого. Пропавший ребенок продолжал говорить, что под кроватью его соседа по комнате прячется призрак, и призрак появляется только поздно ночью, когда все уже спят.

— Ты подозреваешь, что этот так называемый призрак был розыгрышем, придуманным Цзян Цзяном для мести?

После игры в Perfect Life аналитические способности Хань Фэя были на уровне младшего детектива.

— Но полиция бы провела расследование в отношении Цзян Цзяна. Ведь он был таким очевидным подозреваемым.

— Ты прав. Полиция провела расследование против Цзян Цзяна, но расследование ни к чему не привело.

— Почему? У него было алиби?

— Потому что он мертв.

Ли Сюэ отправила фотографию Хань Фэю.

— Этот Цзян Цзян был первой жертвой в деле о замороженном теле.

— Он был бродягой, которого убили братья Мэн?

— У нас нет доказательств того, что они убийцы, но вы упомянули, что эти два случая могут быть связаны, поэтому мы собрали информацию, связанную со случаем с замороженным телом, и обнаружили нечто неожиданное.

Ли Сюэ отправила Хань Фэю еще одну фотографию. Она была сделана в заброшенном доме. Под изодранным матрасом Цзян Цзяна была спрятана странная картина. На ней был изображён черный дом, заточенный в черном лесу, и безголовые дети окружали его.

— В то время, основываясь на этой картине, полиция заподозрила, что Цзян Цзян мог быть сумасшедшим убийцей, и он смог скрыть это за безобидным фасадом. Они считали, что он был убит своими врагами. Но, услышав то, что ты сказал, я понял, что эти черные деревья, черный дом и обезглавленные дети идеально подходят под твои намеки! Картина была не знаком злобы Цзян Цзяна, а чем-то другим!

Голос Ли Сюэ ускорился от волнения.

— Как только мы рассмотрели возможность того, что Цзян Цзян мог быть не убийцей, а другой жертвой, мы начали изучать возможные мотивы того, почему он был убит. Цзян Цзян был бездомным, и ни у кого не было причин преследовать его. У него не было ценных активов. Однако с этой картиной в качестве доказательства я подозреваю, что убийца убил Цзян Цзяна, чтобы заставить его молчать. Он мог видеть убийцу в действии! На самом деле, он, вероятно, столкнулся с чем-то похуже!

— Я знаю, что ты имеешь ввиду. Ты думаешь, Цзян Цзян обратился к Вэй Юфу и остальным не для того, чтобы навредить им, а чтобы спасти их!

Только в этот момент Хань Фэй понял, насколько тесной была связь между человеческой головоломкой и случаем с замороженным телом.

— Знаешь, что самое страшное?

— Что?

— Существует высокая вероятность того, что убийца в деле о человеческой головоломке специально рассказал Цзян Цзяну о своем намерении убить этих людей. Он получал удовольствие от наблюдения за тем, как доброго человека ругают и игнорируют! Возможно, в глазах убийцы Цзян Цзян был добротой, проявленной в человеческой форме. Убийца поступал уродливо и психически неполноценно.

Голос Ли Сюэ упал от тяжести.

— Цзян Цзян не сделал ни одного плохого поступка в своей жизни. Он подошел к Вэй Юфу и другим жертвам, чтобы предупредить их, но его прогнали с отвращением и насмешкой. Кроме Вэй Юфу, никто не захотел остановиться, чтобы выслушать его.

— Если бы ко мне на улице пришел сумасшедший бомж и сказал, что меня убьют, я бы, наверное, тоже обиделся. Убийца манипулировал человеческой слабостью. Он знал, что словам Цзян Цзяна не поверят, и ему нравилось смотреть, как растаптывают доброго человека.

— Действительно, убийца надеялся, что все будут относиться к Цзян Цзяну как к сумасшедшему, но кто-то сделал что-то неожиданное, и этим человеком был Вэй Юфу!

Ли Сюэ, наконец, дошла до ключевого момента:— Раньше ты заставил меня сосредоточить свое расследование на магазине любителей головоломок. Я просмотрела все старые записи. В магазине, помимо персонала, больше всего с Цзян Цзяном общался Вэй Юфу. Он был готов связаться с ним, а Цзян Цзян хотел его спасти. Последний продолжал намекать Вэй Юфу. В конце концов, я думаю, Вэй Юфу понял, что хотел донести Цзян Цзян. За несколько дней до того, как он был убит, мы заметили некоторое несоответствие в его действиях. Дважды он один ходил в заповедник, расположенный в сельской местности Синь Лу.