Глава 27. Медленно всплывающая правда

— Я никому не рассказывала об этом секрете раньше, и это самая большая ошибка в моей жизни, которую я совершила.

Мэн Сы открыла дверь спальни и пригласила туда Хань Фэя. Комната была маленькой. Там была односпальная кровать и рядом с ней гигантский холодильник.

На него была накинута толстая занавеска из черной ткани. Свет был тусклым, и занавеска была прибита к стене, чтобы никто не мог заглянуть под нее.

— Помнишь историю, которую я рассказала тебе о женщине и ее усыновленных сыновьях? В общем, этой женщиной была я.

Вина и совесть мучили старушку. Только когда она пережила столкновение со смертью, она решила рассказать правду.

— В тот день я пошла по следу грузовика на окраину города и увидела, как они дерутся, а рядом с ними лежит мертвое тело. Слыша их оскорбления, я только тогда поняла, что мир, который был между ними, это просто спектакль, устроенный ради меня.

Тонкая, как прутик, рука старухи сжала черную ткань.

— Что-то было не так с моим младшим сыном, даже когда он был маленьким. От сжигания муравьев он постепенно перешел к пыткам бездомных кошек и собак. Это было похоже на то, как-будто он не мог выражать свое разочарование, как нормальный человек. Он мог выпускать накопившееся напряжение только с помощью этих безумных действий.

— И мои другие сыновья знали о его ненормальности. Они много раз беседовали с ним наедине, но они скрывали это, чтобы не беспокоить меня. Мой старший сын помог младшему записаться на консультацию к психиатру, когда он еще учился в университете, а мой средний ребенок помогал избавляться от трупов мертвых животных. Его старшие братья заметали все следы, которые он оставлял. Но доброта и терпение не могли его изменить.

— В конце концов случилась трагедия. В тот день мой младший сын убил бродягу, который жил в заброшенном здании. Первым, кто заметил эту проблему, был мой средний сын. Он привык хоронить мертвых животных от имени своего младшего брата, но когда он понял, что на этот раз это мертвый человек, он был ошеломлен. В гневе он назвал своего младшего брата отродьем дьявола, и заявил, что такой, как он, не должен был рождаться в этом мире.

— Стоя на коленях перед мертвым телом, мой младший не выказал никакого раскаяния. Он даже взволнованно сказал своему второму старшему брату, что скоро сможет доказать, что он не болен. Он уже нашел бабочку, прячущуюся глубоко в его мозгу. И он мог бы умереть для того, чтобы поймать эту бабочку.

Пересказывая эту историю, голос старушки задрожал. Она молча сняла черную ткань.

— Бабочка глубоко внутри его мозга?

«Младший сын Мэн Сы страдал каким-то психическим заболеванием? Или это была галлюцинация?»

Хань Фэй считал, что все не так просто.

— Мой младший всегда утверждал, что в его мозгу живет бабочка. Он чувствовал ее, но никак не мог найти. Бабочка вела его вперед. Всякий раз, когда она взмахивала крылом, его охватывало желание убивать. Чем больше становилось желание, тем ближе он подходил к этой бабочке. По его словам, у этой бабочки были самые красивые цвета, которые он когда-либо видел.

Женщина напряглась, пытаясь открыть холодильник. Когда дверца открылась, холодный воздух вырвался наружу.

Хань Фэй заглянул во внутрь холодильника. Все, что он увидел, это старые книги.

— Бабушка, зачем вы храните книги в холодильнике?

Старушка не ответила, вместо этого она полезла туда, чтобы достать одну из книг. Под книгами оказалось замороженное человеческое лицо.

— Эти книги принадлежали моему младшему сыну, а человек под ними тот самый бродяга.

Отложив книги в сторону, старушка опустилась на колени возле морозильной камеры.

— Я наблюдала, как мои дети дрались и ранили друг друга. Мое сердце разбивалось, глядя на них, потому что это была моя вина. Я неправильно их воспитала.

Вина и боль были слышны в голосе старухи: — Я бросилась вперед, чтобы остановить драку. Увидев меня, они были в шоке. Даже мой младший, самый дерзкий, остановился.

— Пока два моих старших сына спорили о том, вызывать ли полицию, я пыталась уговорить младшего самому прийти с поличным. На протяжении всего процесса он не проронил ни слова. В последнюю минуту, когда его братья всё-таки решили обратиться в полицию, он сказал нам то, что всех нас повергло в шок. Он сказал, что его убийствами руководил кто-то другой. Однако он не смог назвать нам имя этого человека. Он сказал, что как только это произойдет, мы все окажемся в смертельной опасности. Он даже сказал, что вскоре в старой части города должна произойти серия убийств. Все было направлено на поиск бабочки в его мозгу.

— Как его семья, мы хотели верить ему, но это было убийство! В конце концов, двое моих старших сыновей решили дать ему неделю, чтобы он доказал существование настоящего преступника.

— Тем временем мы должны были найти место, чтобы спрятать тело мертвого бродяги. Заброшенное здание было излюбленным местом бродяг, и если бы тело осталось там, преступление было бы раскрыто слишком рано. Поэтому мы использовали грузовик с морозильной камерой, чтобы перевести тело в другое место. Я не могу вспомнить многое из того, что произошло потом. Кажется, у меня провалы в памяти. Я только помню, как трое моих сыновей оставили меня охранять тело, пока мой младший сын сам не решит сдаться.

Старушка явно не помнила своей смерти. Скорее всего это из-за игры.

Младший сын утверждал, что кто-то другой побудил его совершить убийство, и череда убийств в старом городе, о которой он упомянул, идеально совпала по времени с делом о человеческой головоломке. Но как ему удалось это предсказать? Хань Фэй знал, что из трех братьев двое еще живы. В этой истории должно было быть что-то большее.

«С моей точки зрения, ни один из трех братьев не заслуживает доверия.»

Взгляд Хань Фэя переместился и остановился на книге, которая закрывала лицо мертвеца. Книга называлась "Бабочки души". Она была написана Сантьяго Рамоном-и-Кахалем, пионером нейробиологии прошлого века. На обложке была напечатана следующая цитата: "Подобно энтомологу, охотящемуся за яркими бабочками, мое внимание было обращено к цветам серого вещества, которые содержат клетки с нежными и элегантными формами таинственных бабочек души, взмах крыльев которых может однажды... прояснить тайну живой души".

«Бабочки души? Неужели я бабочка, парящая в аду, который воссоздан мире этой игры?»

Хань Фэй ничего не знал об игре. Пока что он просто хотел выжить. Самой главной заботой Хань Фэя было повышение уровня, а не разгадывание тайн игры.

— Бабушка, твой младший сын должен быть наказан за свое преступление. Помогая ему скрыться, вы сделаете ему только хуже. На самом деле, из-за этого число его жертв могло увеличиться.

Хань Фэй закрыл холодильник. Он решил задержать младшего сына Мэн Сы. Возможно, это принесло бы старушке избавление.

— Жертва потеряла жизнь, но его убийца избежал надлежащего наказания, независимо от причины, я считаю это невероятно несправедливым.

Хань Фэй чувствовал, что он был достаточно близко знаком с Мэн Сы, чтобы высказать свое мнение.

— В холодильнике было заморожено не только мертвое тело, но и несколько поколений счастья и блаженства. Я считаю, что пришло время отпустить эту историю.

Изучая взглядом пожилую женщину, стоявшую на коленях у морозильной камеры, Хань Фэй вспомнил своих соседей по квартире. Его взгляд начал блуждать вдали.

«Эта игра называется "Идеальная жизнь", но ни у кого в ней нет жизни, которая хотя бы приблизилась к тому, чтобы называться таковой».