Глава 4

На следующий день перед пробежкой Айрин заходит ко мне, чтобы узнать подробности сенсации, пока я не легла спать. Я уже написала ей в общих чертах, как прошла моя встреча с Лисой. Даже вкратце писать об этом было стыдно. Но Айрин настаивала на доскональном пересказе, желая услышать эту ужасную историю непосредственно из уст хозяйки покойного кота.- Кот?! - взвизгивает она, глядя на меня расширенными глазами.Я со стоном накрываю голову подушкой. Может, надо просто зарыться поглубже и лежать тихо, а когда я проснусь, окажется, что все это был только страшный сон?- Кошачьи похороны! - фыркает Айрин и принимается так хохотать, что чуть не падает с крутящегося стула.- Обязательно вслух повторять?! - кричу я из-под своей подушки.Если подруга не перестанет мусолить все те глупости, которые я наговорила, я точно не сумею убедить себя в том, что все это мне приснилось.Айрин встает, подходит к кровати и плюхается рядом со мной. Я не вижу ее, но чувствую, как матрас сотрясается от смеха. Она кладет руку мне на плечо:- Все нормально, Дженни. Я где-то слышала, что смерть домашних животных многих возбуждает.Открываю лицо, сажусь и спрашиваю:- Как я должна была ей ответить?- Как угодно. Буквально любым другим сочетанием английских слов.Я не спорю: история про кота дебильная. Но по-моему, это был все же не худший вариант ответа.- Любым? «Привет, я Дженни. Я каждый день наблюдаю за тобой из окна вот уже десять лет». Так, что ли, надо было сказать?- Ну прямо с этого я бы начинать не стала...- Или, может быть, так? - продолжаю я, скрестив руки и в упор глядя на подругу, - «Мы с тобой учились вместе в начальной школе. Тогда все звали меня Кровопийцей».Айрин закатывает глаза:- Все давно про это забыли.Вздохнув, ударяю кулаком по подушке.- Я всегда мечтала поговорить с ней, увидеть её близко, не из окна. И вот, когда все сбылось, мое тело превратилось в деревяшку. Оно меня предало. Ты предала меня! - кричу я, с отвращением оглядывая себя.- В следующий раз все исправишь, - утешает меня Айрин.Ее голос стал мягче, она уже не смеется надо мной. Она знает, как много для меня значила прошлая ночь и как мне фигово, оттого что я все испортила. Я поднимаю глаза:- Ты читала мою запись в «Твиттере»?Я имею в виду ту, что сделала ночью, когда вернулась: «Уф!.. Больше я из дому ни ногой. Серьезно».- Дженни, на самом деле все это к лучшему. Вот увидишь. Теперь ты знаешь, что выходить из дому и встречаться со сверстниками дело обычное. Не все вокруг тебя сволочи. И ты очень даже можешь нравиться людям. Даже если пытаешься впарить самому сексуальной девушке в школе какую-то лабуду про мертвого кота.- Не напоминай! - говорю я, ударяя себя ладонью по лбу. Кажется, вот-вот расплачусь. - Кроме прочего, последняя ночь показала, что за годы сидения взаперти я совершенно разучилась общаться с людьми. Больше я не собираюсь так позориться.Айрин треплет меня по колену:- Ну да, ты немножко заржавела. Тем более тебе надо пойти туда опять. Кто знает, какие увлекательные приключения тебя ждут в следующий раз?- Следующего раза не будет, - угрюмо бормочу я. - По крайней мере, не с Лисой.- Откуда такая уверенность? - начинает Айрин, собираясь вывалить на меня кучу надуманных аргументов, неубедительно доказывающих, что в будущем у меня все получится.Я останавливаю ее:- Один раз попыталась, и хватит. Больше я её не увижу. В этом сомневаться не приходится, потому что из дому я теперь и носа не высуну. Пускай папа вздохнет с облегчением.- Перестань. Ты ведь несерьезно.Я скрещиваю руки на груди:- Серьезнее некуда.Тут Айрин вдруг замолкает. Вместо того чтобы дальше бубнить, что у меня все еще получится (и с мальчиками, и в жизни вообще), она утыкается в свой телефон и через несколько секунд у нее отвисает челюсть, а глаза становятся огромными, как два блюдца:- Ты проверяла колонку Гэбби?Сердце включает высшую передачу. Уже довольно давно я написала нашему любимому психологу в рубрику «Дорогая Гэбби...», но отослать письмо все не решалась. Отправила несколько недель назад, когда чувствовала себя особенно слабой и одинокой и от этого мне не спалось. Получить ответ я, честно говоря, не рассчитывала, потому-то и растерялась теперь. Мои мысли, высказанные так откровенно, даже шокирующе, опубликованы на общедоступном форуме, и любой может их прочитать! Прямо не знаю, как реагировать... Попробую все отрицать.- Нет, - бормочу я, с трудом сдерживая желание вырвать из рук Айрин телефон, чтобы поскорее оценить масштаб бедствия, - колонку Гэбби я в последнее время не читаю.Айрин, скривив рот, награждает меня самым нахальным взглядом из своего арсенала:- Хочешь сказать, что это письмо написала не ты, а какая-то другая девчонка, у которой тоже ПК и которая выражается точь-в-точь твоими словами?Стараясь не смотреть подруге в глаза, я начинаю сосредоточенно обирать катышки со своего детского одеяльца.- Ладно. Допустим, это не ты, - говорит Морган и начинает вслух читать то, что я знаю наизусть.Сердце бьется о ребра, как будто хочет выскочить из груди, убежать и не слышать всего этого.

Дорогая Гэбби!Начну с плохой новости: у меня опасная болезнь - пигментная ксеродерма. Это значит, что я не переношу ультрафиолетовых лучей. Теперь хорошая новость: не считая того, что день и ночь у меня поменялись местами (выходить на солнце мне нельзя, а гулять под звездами можно), я могу вести вполне нормальную жизнь. Увлекаюсь музыкой, общаюсь с подружкой, учусь (недавно окончила школьный курс с максимальным средним баллом и теперь занимаюсь по программе колледжа), а еще у меня лучший в мире папа.Только одного мне не хватает. Как и все другие люди, я мечтаю встретить кого-то особенного, с кем меня будет связывать глубокое волшебное чувство. Но вампиры, которые родились несколько веков назад, для меня староваты, а какой парень, кроме них, согласится разделить со мной мой образ жизни? Не говоря уж о том, что я никогда не смогу провести с ним каникулы на море.Несмотря на все эти обстоятельства, есть человек, которого я хотела бы узнать поближе. Мы никогда не встречались, но я с детства наблюдаю за ним из окна. По-моему, он добрый и веселый. И ужасно симпатичный. Только вот о моем существовании даже не подозревает.Гэбби, скажите прямо: я должна выкинуть из головы мысли о любви вообще и об этом парне в частности? Или имеет смысл как-то привлечь его внимание и надеяться, что он с пониманием отнесется к моей болезни?

Загорающая под звездами

Айрин отрывает взгляд от телефона. Я, покраснев до корней волос, яростно мотаю головой:- Нет-нет-нет-нет! Это не я!- Значит, ответ Гэбби ты услышать не хочешь? - спрашивает Айрин, и на ее губах играет легкая улыбка.Я все еще пытаюсь себя не выдать:- Ну если ты думаешь, что мне это может быть полезно, то читай. Если хочешь, конечно.Айрин ухмыляется:- Ты будешь недовольна, но мой тебе совет на сто процентов совпадает с советом Гэбби. Хотя она, разумеется, имеет в виду не тебя, а другую девчонку с ПК, которая живет параллельной жизнью с тобой. Короче, ты должна... пардон, та девушка должна опять пойти на станцию и еще раз попробовать завязать знакомство с Лисой.- Не могла Гэбби такого сказать! - кричу я, выхватывая у Айрин телефон.Она отдает мне его, и я читаю:

Дорогая Загорающая под звездами!У меня есть друг родом из Нью-Джерси, который однажды сказал мне: «У каждого свой сэндвич с дерьмом». Однако некоторые предпочитают это отрицать. Поверь, когда я говорю, что к началу отношений все приходят с собственным багажом, я имею в виду всех без исключения. У кого депрессия, у кого болезнь, у кого долги, у кого сомнения - всего не перечислишь. У тебя есть клетки, неспособные воспринимать солнечный свет. Ну и что? Чем твой сэндвич с дерьмом хуже тех, которые достались другим? Очень многие мои молодые знакомые обожают бодрствовать всю ночь, а потом весь день спать. Ты ведешь такой образ жизни не по собственному желанию, но это не делает тебя саму менее желанной. Став постарше, ты убедишься: в светлое время суток большинство людей заняты работой. На свидания они ходят поздно вечером. Это значит, что встречаться с парнями ты сможешь точно так же, как и другие девушки, - и в ближайшем будущем, и когда совсем повзрослеешь. Уверяю тебя, милая!К тому же ты, по-моему, бежишь впереди паровоза, заранее огорчаясь из-за того, что мальчик, который тебе понравился (и в котором ты видишь столько достоинств!), отвергнет тебя из-за обстоятельств, от тебя не зависящих. Да, ты не можешь разгуливать по улицам днем. Но он-то может выходить из дому после наступления темноты! Так отправляйся туда, где ты можешь его встретить, и дай ему возможность доказать тебе, что ты заблуждалась. Заговори с ним. Посмотри, к чему это приведет. Веди себя естественно, будь спокойна и собранна. Пусть попробует тебя удивить.Пожалуйста, подумай над моими словами. То, что я тебе предлагаю, непросто, но очень важно. Не позволяй болезни (которая ни в коем случае не определяет тебя как личность) вставать на пути твоих желаний, даже самых смелых! Постарайся развить в себе веру в собственные силы и в людей. В то, что мы способны любить и прощать друг друга, несмотря ни на какие проблемы.Итак, попробуй подружиться с тем мальчиком. Вообще, пробуй в этой жизни все, что хочешь. Надеюсь, ты получишь то, о чем мечтаешь, и даже больше.С любовью,

Гэбби

Я получила на свой вопрос обстоятельный разумный ответ, но сосредоточиться на нем не могу. Меня переполняет чувство неловкости, оттого что я выставила себя на всеобщее обозрение. Только бы это не прочитала Розэ со своими подружками! А то теперь они начнут мучить меня еще сильнее.- Насчет веры в себя и в других и про способность любить и прощать, несмотря ни на что, хорошо сказано, правда? - говорит Айрин, когда я возвращаю ей телефон. - Я чуть не прослезилась, а ты знаешь, как нелегко меня до этого довести.- Прикольное сравнение с сэндвичем. - Я слегка улыбаюсь, ведь Гэбби такая классная: все просекает и дает правдивый ответ, даже если тебе это может не совсем понравиться. - Но по-прежнему утверждаю: я ей не писала.Айрин выразительно закатывает глаза:- Ну конечно... Что касается Лисы, то от тебя действительно не убудет, если ты еще раз с ней поговоришь. Положи в коробку какую-нибудь прикольную мягкую игрушку, сфотографируй и пошли ей. Мол, теперь похороны позади и ты готова к общению! Ну, или что-то в этом роде...Я качаю головой:- Не вариант!- Но она же была такой милой! Ей понравился твой голос, понравилась твоя песня. И ты сама.Подумав, я понимаю, что Айрин не так уж и не права. Лиса действительно держалась очень приветливо, несмотря на мою неловкость. Слушала песню и, похоже, в самом деле ее оценила. Даже когда я, чтобы от неё отделаться, начала нести всякий бред, у неё не пропало желание со мной пообщаться. «Она идеалена. Не стоит ей связываться со мной и с моими проблемами», - быстро заключаю я, а вслух говорю:- Лалиса Манобан и я? Нет, не судьба!

Айрин встает с кровати, хватает мою гитару и передает ее мне:

- Чем препираться со мной, лучше знаешь что сделай? Напиши песню про вчерашний вечер! Тейлор Свифт всегда так поступает: выставит себя дурой перед парнем, а потом выдает новый хит!Может, и в самом деле нет худа без добра. Неудача в любви - мощный источник вдохновения.- Ну, слушай, - говорю я. Беру гитару и начинаю импровизировать: - Я ненормальная, не знаю почему... Слабо' мне было поглядеть в глаза ей... Казалось, что вот-вот стошнит меня. С такой, как я, никто не выдержит и дня...- Хм... На твоем месте я бы поработала над этим еще.Я встаю и открываю гитарный футляр. У меня зреет идея: напишу-ка я песню в стиле кантри под названием «Мой мертвый кот приглашает вас на свои похороны» и посвящу Лисе. Она услышит ее в эфире, рассмеется, решит, что моя неловкость очаровательна, и мы начнем все сначала... Стоп. Моего блокнота, куда я записываю тексты, нет на месте.- Господи! Блокнот! - охаю я, и сердце начинает стучать в режиме паники. - Неужели я на станции его оставила?! Там ведь все мои песни до единой! Может, ты сходишь его поискать?- Я бы с радостью, но у меня скончался попугайчик, и теперь я должна его оплакивать, - шутит Айрин.Я хлопаю ее по коленке:- Ну я же серьезно! Пожалуйста!Она смеется:- Да поищу, поищу. Сегодня же после обеда.Айрин уходит, а я снова погружаюсь в печальные мысли о том, что могло бы случиться, да не случилось. Чертова Лиса! Если бы ты меня разочаровала, мне было бы плевать, какое впечатление я на тебя вчера произвела. Но ты, к несчастью, оказалась еще лучше, чем я себе представляла.